Это я... а это кто?

После пробуждения Юра начал собираться на пары. Просыпаться в реальности, где они с Никитой не состоят в отношениях, было грустно. Все-таки, к хорошему быстро привыкаешь. Все сборы очень сильно напоминали ему сон, который ему приснился. Даже Никита до сих пор спал в своей комнате. Испытывая сильное чувство дежа вю, Юра вышел из дома. Проходя через коридоры университета, он оборачивался на темноволосых парней, которые были такого же роста как Никита, но никто из них не был так сильно похож на Никиту. Он даже ждал объявления о внезапно наметившемся мероприятии, но и его не было. Сегодня пары так же заканчивались в одно время, поэтому Никита написал Юре: «Встретимся возле раздевалки». Юра хмыкнул. После окончания занятий Юра стал ждать Никиту в назначенном месте. Завидев его издалека, он ощутил странный мандраж. Никита шел к нему, приветственно махая. Юра смотрел на него словно в замедленной съемке. Он или не он? — Привет. Ты чего? — заметив юрино странное выражение лица, спросил Никита. «Вроде он. И акцента нет», — подумал Юра. — Да не, ничего, пойдем. Юра проморгался, думая, что, наверное, сильно переутомился, раз считал, что может встретить зловещего двойника Никиты в реальности. Они вместе вышли наружу. Они шли по улице, болтали о всякой всячине, шутили на различные темы. Юра любовался широкой улыбкой и мелодичным смехом Никиты. Из его рта вырывался пар, и он смешно замотался в широкий шарф. Из-под шапки торчали чуть растрепавшиеся шоколадные пряди. Никита иногда невзначай касался его плеча в порыве веселья. Это почему то спускало Юру с небес на землю. Ему честно было неловко за все то, что его нетрадиционный мозг подкидывал ему. Начиная от влюбленности и заканчивая эротическими снами про Никиту. Он думал о признании, но это означало поставить их дружбу под удар. А съехать от Никиты, чтобы не мучиться, глядя на него каждый день, означало положить начало отдалению друг от друга. Оба варианта были так себе. В любом случае, как раньше уже не будет, поэтому Юра просто предпочитал ничего не менять. Надолго ли его хватит? Сейчас бы закурить, глядя вдаль, но Юра не курит. Когда они зашли в их съемную квартиру, Никита напомнил: — Твоя очередь драить туалет. — Бля, — Юра театрально схватился за стену, показывая, как ему плохо. — Что? Я тоже не хочу это делать, но делаю же. — Почему опять я, — задал риторический вопрос Юра. — Таков принцип работы очереди, — произнес Никита, ухмыляясь. — Самый умный что ли, — ворчал Юра. Перебросившись парой фраз, они разошлись по своим комнатам. Никита сказал, что сессия сама к себе не подготовится. «Эта бытовуха — почти что как у парочки, живущей вместе.» Юра грустно улыбнулся своим мыслям. Спустя пару часов отдыха он был морально готов для битвы с бактериями. Он только хотел зайти в комнату к Никите, чтобы задать кое какой бытовой вопрос… — Емае, Никита! Снова в его комнате была нарисована пентаграмма со свечами по периметру. Одну из свечей Юра успешно сбил ногой, зайдя внутрь, и теперь на светло-коричневый линолеум капал горячий парафин. Даже неудивительно, что юрино бессознательное подкидывает ему в сны демонов — Никита серьезно увлекся всей этой эзотерикой. — Да блин! Никита подскочил и бросился поднимать свечу, а затем заново поджигать. Он восстановил гармонию, еще раз критически оглядев место ритуала. 5 свечей по периметру, в центре его будильник в виде зеленого яблочка и блюдце с чем-то белым. «Для подкормки домового?» — подумал Юра. Никита снова проводил бессмысленные ритуалы ради успешной сдачи сессии. «Такой он дурашка, конечно», — умилился Юра, — «Верит во всю эту чушь». — Самое продуктивное времяпровождение перед экзаменами, — с умным видом оценил обстановку Юра. — Я гений, да? — Никита улыбнулся довольно. — Нет, ну правда. Ты бы лучше вместо ритуалов время тратил на учебу. — Я и буду. Этот ритуал увеличивает количество времени. — В смысле? — Ну. Как будто час длится намного дольше, типа как 3 часа… — Чего… Поверить было сложно. — Я посмотрю? Впервые Юра заинтересовался эзотерикой, в которую погружен Никита. — Ладно, — Никита пожал плечами, но не очень уверенно. Он неловко потоптался на месте, затем взял бумажку с текстом на латыни. Про себя повторил заученный текст. Юра прошел в комнату чуть дальше. Он бухнулся на диван в никитиной комнате, чтобы мгновенно словить флешбэк: развратный Жак между его ног, и он в сладком плену рук Никиты. Жар пополз по конечностям, перемешиваясь со стыдом. Юра даже покраснел. — Чего? — спросил Никита, заметив что Юра выглядит так, словно проебался где то. — Ничего. — Пришел, потому что опять хочешь избежать своей очереди? Я не буду снова чистить за тебя толчок, что бы ты там ни предлагал. — Это потому что ты уже отдал душу демонам и у тебя ее нет, да? — отшутился Юра. — Нет, потому что хватит уже бегать от своих обязанностей, — Никита сложил руки на груди. — Шучу-шучу, я как раз собирался, просто спросить кое-что хотел. — Что? — Давай ритуал сначал? — Ну ладно. Сосредоточившись, Никита присел на колени перед кругом, складывая руки в молитвенном жесте, и прикрыл глаза, чтобы произнести текст по памяти. И хоть Никита обращался к темным силам, в этот момент он выглядел трогательно, словно ангел, так страстно желающий, чтобы его сокровенное желание было исполнено. Никита, такой близкий и такой недоступный одновременно. Юра не мог перестать смотреть на него. Шепот на незнакомом языке убаюкивал, пока вдруг не начал множиться, звуча так, словно несколько людей говорили одновременно. Вдруг стало очень холодно, по спине пробежали мурашки, и Юра весь напрягся и подобрался от ощущения опасности. «Стремно то как, блять», — думал он, пока кончики его пальцев подрагивали. Юре хотелось прервать Никиту, но он держался. Все закончилось так же быстро, как началось. Никита, словно ничего не замечая, закончил с латынью и поднялся на ноги. Прокашлявшись, чтобы голос не звучал хрипло, Юра спросил. — Это нормально?.. — Что? — спросил Никита. Он не заметил? Может, это было только у Юры? Юра чуть понизил голос: — Как-то жутко это все. — Наверное, потому что это темный ритуал? Это многое объясняло. — Темный? А ты не боишься, это же все-таки… ну, злые силы. Это может плохо кончиться. Юра и сам не верил, что говорил это на полном серьезе. Никита отмахнулся: — Все нормально, плата совсем небольшая. — Какая? — Ну… Не важно, — Никита отвел глаза, что заставляло Юру беспокоиться все больше. Во что влезает его лучший друг? — Никит, — серьезным голосом произнес Юра, — что это? Никита немного помялся, а затем потянулся к уху Юры, прошептав пару слов. — Только не ржи. Юра прыснул от смеха. Затем и вовсе рассмеялся во весь голос. — Да это по любому кто то по рофлу написал! Юра подумал, что можно расслабиться и что на полном серьезе такого никто не напишет. — Нет, у меня правда- — Сходи к врачу лучше! — Ой, все, иди отсюда, — Никита развернул Юру за плечи и проводил за дверь. — Никит, это же просто совпадение. — Ну да, ну да. Никита помахал рукой в сторону юриной комнаты, и он направился в ее сторону. Он вспомнил о своем вопросе только через несколько минут, но беспокоить Никиту уже не хотел. В своей комнате он засел за подготовку к предстоящему экзамену. Солнце постепенно село за горизонт, и так же села юрина энергия на изучение чего-либо. Но он боролся до конца. Юра выучил столько страниц текста сколько смог. Он и в самом деле старался до тех пор, пока его мозг не начал плавиться. — Да ебись оно все. Юра захлопнул тетрадь с конспектами, и, встав из-за старенького стола, он нырнул в кровать. Никитин диван находился за стеной, у которой стояла кровать Юры. Что он сейчас делает? Уже лежит в паре десятков сантиметров от Юры или все еще корпеет над учебными материалами в окружении чашек кофе? Юра грустно провел ладонью по стене, ощущая гладкость бумажных обоев. Вздохнул. Во сне Никита был его, и он лелеял надежду, что сможет вновь оказаться в том сне. Страдая от неразделенной любви, Юра заснул в одиночестве, а проснулся с темной макушкой под носом. Сзади на него закинул ногу еще кто-то. «Какой-то содом, честное слово». Хотя Юра, конечно, не мог жаловаться. Он снова здесь! В тесном переплетении тел было жарко — одеяло, откинутое в сторону, не требовалось, контакт с голой гладкой кожей компенсировал потерю тепла сполна. Выпутаться отсюда составило бы немало труда, но Юра и не хотел. К его груди прижимался спящий Никита — как он мог разбудить его? Юра погрузился в идиллию — он готов был поспорить, что сейчас улыбается в реальном мире, потому что Никита сейчас тихо посапывает рядом с ним. Но со спины к нему прижимался Жак дэ Соси. Он чуть шевельнулся, и Юра ощутил, насколько горячей была его кожа. — Эй, — рука, обнимающая Юру поперек живота, медленно скользила вниз, — сколько можно спать? Нога же переплелась с никитиными, на что тот недовольно замычал сквозь сон. — Ебитесь сколько хотите, только поспать дайте. Юра услышал довольную усмешку сзади, сразу живо представив улыбку Жака с выделяющимися клыками. Он развернулся, встречаясь взглядом с глазами инкуба. Не совсем веря, что ему действительно так повезло, он потянулся губами к губам Жака. Но Жак не был бы демоном, если бы дразняще не отстранился. Он оказался внизу, между его ног, хитро улыбаясь. Развратная версия Никиты из раза в раз выбивала Юру из колеи. Жак откидывал волосы назад, а на его лице ярким пятном выделялись малиновые губы. Он сидел на полу, голый по пояс. Раскованность Жака не могла уменьшить и перекрыть того, как интимно выглядело его тело без футболки. Кожа, своим рельефом и изгибами напоминающая произведение искусства… У Юры мелькнула мысль, что он как симп Никиты хотел бы сейчас поменяться ролями. Но тут Жак приблизился, выбивая воздух из юриных легких. Горячие губы и дыхание обжигали, оставляя блаженную пустоту в голове. Несомненно, Жак дэ Соси был гордым владельцем своей фамилии. Он получил ее не просто так. Юрины коленки дрожали как старая стиралка, когда Жак слизывал белые капли со своих губ. Натянув штаны, Юра откинулся спиной назад, тяжело выдыхая. — Ай! Юра бухнулся на Никитины ноги. — Никакого покоя в этом доме, — бухтел Никита. — Чего как дед… — улыбнулся забалдевший Юра с закрытыми глазами. Никита недовольно поднялся, опираясь на локти позади себя и глядя на чересчур расслабившегося Юру. Жак присел на кровать рядом с Никитой. — Твоя очередь, — он навис над его лицом. — Мне некогда… Никита попытался встать. Рука с черными когтями уложила его обратно. Заставив волосы разметаться по подушке. — Но ведь твои дела могут и подождать? Совсем немного, — Жак провел остроконечным языком по верхней губе. Никита сглотнул, проследив за этим. — Разве ты можешь уйти сейчас? — заговорщически шептал Жак, нависая над ним. Никита перевел взгляд на Юру, что поднялся и сел к ним в пол оборота. — Останься, — попросил Юра. Именно в этот момент Никита понял, что не может. — Хорошо, — ответил он. Никита снова посмотрел на Жака, нависающего над ним и ожидающего… Никите и правда странно было осознавать свою привлекательность таким образом. Те губы, которые он миллион раз уже видел в зеркале, и успел привыкнуть к ним — как они могут быть такими привлекательными? Словно зачарованный Никита смотрел на инкуба. Это неправильно, но… Никита позволяет ему поцеловать себя. Юра наблюдал. Зрелище, опять же, десять ненасытных демонов из десяти. Его Никита и Никита, излучающий темную, но притягательную ауру — на грани того, что Юра способен вынести. — Присоединяйся, — обернулся к нему Жак. Он кивнул на одеяло, что топорщилось в районе паха. Юра отодвинул одеяло, натыкаясь взглядом на бугорок на шортах. Никита смотрел за его действиями не отводя блестящих карих глаз. Этот Никита был словно реальный. Он всегда таким был, здесь, во сне? Если по Жаку было сразу понятно, кто он такой, то этот смотрел на него слишком знакомо. Юра поставив обе руки на уровне бедер Никиты и сев рядом, завис, глядя ему в глаза. — Никита? — Чего? Совсем реалистичный. Юра даже занервничал как-то. Он уже пробовал это пару раз. Но как-то застопорился. Никита и сам словно бы занервничал, его взгляд бегал по юриному лицу. — Можно? — Ну… — Никита прочистил горло, — да. Юра неловкими руками потянулся к его шортам, и Никита чуть приподнялся, позволяя их стянуть и оставив болтаться в районе левой ноги. Нет, конечно Юра не мог сделать минет с тем же мастерством, как какой нибудь инкуб. Но Никита запрокинул голову, его грудь вздымалась от тяжелого дыхания. Жак, который сидел с другой стороны от Никиты, заглянул в темные глаза, полные похоти, и довольно ухмыльнулся. Запуская руку ему под футболку и чуть спустившись вниз, он оставил красноватое пятнышко на светлой коже, заставив Никиту издать тихий стон. Ладонь Жака, лишь кажущаяся хрупкой, двинулась вниз и проскользила мимо никитиного пупка, очерчивая выступающую венку. Его рука вплелась в юрины волосы, на лице и в потемневших глазах отражался гипнотизирующий завроживающий голод, заставляющий юрины внутренности скручиваться. Но не от страха. Никита смотрел на руку Жака недовольно, но ничего не сделал. — Втяни щеки, — произнес Жак. Юра послушно исполнил наставление профессионала. — Блять, — прошептал Никита, пряча глаза под ладонью. Дело было не в испанском стыде. От развернувшейся картины, от переизбытка чувств и интенесивности ощущений он был готов кончить за секунды. Это и произошло. А затем Юра проснулся.