Teachers pet

Прозвенел долгожданный звонок, Гамильтон попрощался с учениками и отошел к своему столу. Подростки один за другим весело покидали класс, оживленно обсуждая прошедший урок. Невольно прислушиваясь к их разговорам, Александр, к своему удовольствию, сделал вывод, что урок всем понравился, и на его губах показалась полуулыбка. Быть может, не все еще потеряно? Вообще-то, Гамильтону было только 26, и когда он устраивался работать в старшие классы, он знал, на что идет. Он ждал и игнорирования, и приглушенных издевок, но был готов стойко отражать все удары. А потому теперь, когда ученики так быстро заинтересовались и полюбили нового учителя, он выдохнул: не так уж это и страшно. Осталось только одна проблема: Джон Лоуренс и его шумная компания. Этот парень уже весело топал вон из класса, то ли забыв о наказании, то ли понадеявшись, что учитель ничего не заметит. — Так-так, молодой человек, а вас я никуда не отпускал. Джон хотел было бросить какую-нибудь колкость и выбежать из класса, но друзья вытолкнули его обратно, шепнув: «Расскажешь потом, что он тебе скажет! Наверняка начнет поучать, или что-то в этом роде». Лоуренсу пришлось послушно вернуться в класс и подойти ко столу преподавателя. — Ну что, сэр-извините-я-не-запомнил-вашу-фамилию? — Гамильтон. — Не важно. Александр подавил сокрушенный вздох. — Давай так, Джон. Я не хочу, чтобы история становилась для тебя чем-то, что можно прогуливать на вечеринках, или на что можно опаздывать, а потом совершенно не слушать урок. Я тебе не отец и не друг, и я не собираюсь тебя воспитывать и играть в твои игры. Ты ведь не хочешь войны, которую ты так упорно стараешься мне объявить? Лоуренс не ответил. Только впервые потупил вечно насмешливый взгляд. — Вот и я так думаю. Александр улыбнулся. — И не переживай, я не стану заставлять тебя писать ненужные конспекты за опоздание. Все это скука смертная. Поверь мне, не настолько я еще старый и понимаю твое желание прогулять первый урок или повеселить друзей колким ответом мне. Но давай не будем превращать потенциально интересные уроки в грызню в стиле «Я отправлю тебя к директору?». Я и сам, если честно, не хочу лишний раз общаться с вашим директором. Джон поджал губы в смешке. Затем поднял глаза и их с педагогом взгляды встретились. Что-то внутри у Джека щелкнуло и ему стало дурно. — Мне уже можно идти? Александр закатил глаза и с улыбкой ответил: — Иди, что ж с тобой поделаешь. Только к следующему уроку, будь добр, почитай про смерть Карла X. Ученик не ответил. Не попрощавшись, он поспешил удалиться из класса, весь в смятении. Почему к голове приливает кровь и по плечам бегут мурашки? Гамильтон проводил его взглядом. Да, понадобится немало времени для приручения такого создания, как Джон Лоуренс. Сколько еще сорванных уроков предстоит провести?.. За дверью кабинета Джона встретили друзья и тут же закидали вопросами. — Ну что, как? — с наигранной обеспокоенностью спросил француз. — Насколько он строгий? Тебе сильно влетело? — подхватил второй парень. — Он симпатичный, кстати. — Да, как из девчачьих фанфиков какой-то. Он еще говорит так забавно, наверняка половина наших девчонок в него влюбились! — Хотя, мне кажется, он слишком серьезный, чтобы в него влюбиться. — Такой весь из себя солидный, у него на уроках наверняка будет куча работ и списать не получиться. — Как там он сказал? Теперь нам не удастся отлынивать от работы, как предыдущие десять лет? — Нет, он… Адекватный. — тихо прервал тираду друзей Лоуренс, высвобождаясь из их рук. Одноклассники удивленно переглянулись, Герк пожал плечами. Обычно Джон только подхватывал их беззлобные смешки над преподавателями. — Джон, все нормально? Ты какой-то бледный… — теперь уже по-настоящему взволнованный, спросил парень с французским акцентом. — Все нормально, Лаф. Наверно, таблетки еще не подействовали. Больше друзья ни о чем Лоуренса не спрашивали. Странный он сегодня какой-то.

***

Стояла ранняя осень. Умы ребят были еще замотивированные, но легкомысленные: еще только начало года, о чем беспокоиться? Можно не делать домашнее задание: еще особо ничего не задают. В конце этого года их ждут итоговые экзамены, а значит, весь год им, хочешь-не хочешь, а придется готовиться. Так что сейчас тройка друзей решила после школы пойти отдохнуть в местный бар. Они не хотели напиваться или что-то такое. Просто взять себе по баночке слабого яблочного сидра и почитать по ролям какой-нибудь комикс. Сколько времени они вместе учились и дружили, столько они ходили после школы на пару часов провести время за приятным ничего-не-деланием. Погода стояла чудная: еще теплая, пасмурная. Именно для такой погоды, должно быть, придумали определение «комфортная». Это был тот самый осенний день, в который на душе отчего-то удивительно спокойно и все кажется прелестным. Жильбер Лафайетт, Геркулес Маллиган и Джон Лоуренс весело выбежали из школы, болтая о чем-то. Впечатления после первого урока сгладились и Джек снова был шумный и радостный, а на губах снова играла беззаботная улыбка, будто парень готов был кидать безобидные колкости хоть всему миру. В бар ребята ворвались как обычно шумно, собирая неодобрительные взгляды посетителей и тут же заняли привычные места за стойкой. Их оживленную беседу, казалось, ничего не могло прервать, а их хорошее настроение невозможно было испортить. Так они смеялись и пили теплый сидр, пока за одним из столиков чуть поодаль Джон не заметил кого-то. Парень тут же замолчал и закашлялся, подавившись напитком, мысленно проклиная всех богов на свете. На вопросительные взгляды друзей он, понизив голос, ответил: — Ребят, он там. Наш новый препод по истории там сидит. Жильбер и Герк удивленно повернулись на взгляд Лоуренса. И правда: Александр сидел, смотря в окно, пил, судя по всему, крепкий кофе, и читал какую-то книгу. — Кто вообще приходит в бар пить кофе? — шепотом спросил недоумевающий Маллиган. Лафайетт пожал плечами. — Все еще считаю, что он выглядит, как персонаж из Сумерек или другой тошнотворной романтичной истории. Лоуренс сглотнул, залпом выпил остатки своего сидра и с досадой чувствуя, как краснеют его щеки, шикнул на Жильбера: «Прекрати, это ужасно» В ответ на это замечание приятели только рассмеялись. — Он тебе понравился что ли, чего ты весь день такой важный? Джон поджал губы. — Конечно, каждый день влюбляюсь в душных учителей по истории. — саркастично съязвил он, бросив последний взгляд на Гамильтона, который, казалось, не замечал ребят. И все-таки румянец продолжал гореть на его лице. — Может, пойдем уже? Прогуляемся еще, все равно скоро расходиться. Жильбер и Геркулес многозначительно переглянулись, но все же согласились с другом и вскоре троица вышла из бара и направилась вниз по улице. Джон поддерживал легкий разговор, но мысли его снова были заняты новым педагогом. Какая-то странная неприязнь зрела в его душе. Необъяснимое желание делать все назло. Что же это такое? Лоуренс никак не мог понять. Когда друзья разошлись, вдоволь насмеявшись и наговорившись, Джек поскорее поспешил домой. Он сразу сел за уроки. Точнее, за один конкретный предмет. Раскрыв старенький, обклеенный наклейками ноутбук, парень набрал: «Карл X. Биография» и погрузился в чтение.