Ты моё предназначение

Длинный путь по ночной Москве. Свет встречных фар ослепляет, а за тонированными окнами раскинулась непроницаемая тьма, прорезаемая порывами снежного ветра. Лина устало прижимается лбом к прохладному стеклу. Голова раскалывается и музыка из колонок совсем не помогает, но сказать об этом раздражённому водителю — себе дороже. Пробки невозможно предсказать, какой бы сильный у тебя не был экстрасенсорный дар, в этом она уверена, как и в том, что вновь опоздает к ужину. Но это не проблема, ей никогда не нравилось есть перед сном, полный желудок непостижимым образом мешал ей правильно считывать сны, да и просто заснуть становилось гораздо труднее. Только такие оправдания не работали, когда дело касалось деревенской ведуньи. Сколь горячо Лина не убеждала ту в своей правоте, приводя логические доводы, та только глядела с немым укором, и весь запал рассыпался, подобно карточному домику. Телефон в кармане вибрирует, оповещая о новом сообщении. Вспомни солнце, вот и лучик. Ангел «Вот, девонька, что бывает, когда старших не слушаешь.» Лина вымученно закатывает глаза. Ангелина предлагала поехать вместе, настаивая, что это лучший расклад и ей так подсказывает чутьё. Скорее нежелание оставлять младшую ведьму одну, но это можно опустить. А то, что она, в отличие от Изосимовы, которая давно уже сидит дома, стоит в пробке, является простым совпадением.

Моя девочка «Мы это уже обсуждали. Люди и так всякую хуйню про нас пиздят.»

Ангел «А мне казалось, что мнение других тебя не беспокоит.» Лину и не волновало, что другие думают о ней или об её отношениях, но только не когда дело касалось Изосимовы. Тут в голове что-то щёлкало и тормоза нахуй отключались. Приходилось скрываться ради безопасности не только Ангелины, но и излишне любопытных окружающих. И как она только этого не поймёт? Ангел «Всё понимаю, девонька. Только что мне до слов злых, коли ты рядом будешь?» Сердце пропускает удар, лишь затем, чтобы забиться с удвоенной силой. И вроде не четырнадцать ей, чтобы от слов таких смущаться, но рядом с северной колдовкой она чувствует себя маленькой девочкой. Но знать той об этом совсем не обязательно. Ангел «Жду через пол часа.»

Моя девочка «Какие к хую пол часа? Мы с места почти два часа сдвинуться не можем.»

Но стоило только отправить сообщение, как машина резко подалась вперёд, набирая скорость. Придя в себя девушка быстро печатает.

Моя девочка «И что это было?»

Ангел «Тридцатилетний опыт, милая, да чутьё врождённое» И когда Лина приезжает через названые пол часа в их общую с Изосимовой съёмную квартиру, её встречает фирменный лукавый взгляд, выбивающий спесь из Лины за считанные секунды. Вся злость уходит, остаётся только усталость с дороги и терпкая нежность от которой хочется выть, да на стену лезть. — Не стой в дверях, девонька, проходи, — и она подчиняется. Ныряет из уличного холода в тёплые и надёжные объятия северной колдовки, которая и без многолетней практики безошибочно определяет, что необходимо Лине именно сейчас.