Это был просто сон?

      Я никогда раньше не видел северное сияние.       Никогда. Конечно, я слышал рассказы о нем, много раз с надеждой смотрел в небеса, когда был ребёнком, и даже сейчас… что ж. Прошло уже много времени с тех пор, как я был здесь в разгар зимы. Целые годы. В последний раз, когда я был здесь во время зимних каникул, мы были слишком маленькие, чтобы нас отпускали гулять по ночам, и мы коротали вечера с тетей, ее рождественским печеньем и горячим какао. Сидя возле камина или лёжа в кроватях, мы слушали ее истории и легенды, в которые безоговорочно верили. Сейчас я снимаю с огня сковороду с лососем, пока ещё в состоянии это сделать. Я не голоден, но не могу оставить голодным своего покровителя, поэтому отношу сковороду на кухню. Я уверен, что он сегодня придет. Чудище, похоже, тревожится, что я решил покинуть безопасное и тёплое место возле камина, поэтому я тороплюсь вернуться к нему и к теплу.       Мне все еще зябко, но уже лучше в горячих объятиях моего ночного компаньона, который специально ложится поближе, чтобы согреть. Я ещё немного опасаюсь его, особенно чувствуя исходящий запах снега, агрессии и крови, поэтому слежу за каждым своим движением, чтобы не встревожить, но он сейчас спокоен и озабочен только моим самочувствием, поскольку приподнимается и устраивается удобней, кладя большую голову себе на лапы и прижимаясь ко мне со всех сторон. Сейчас он кажется мне даже ещё огромней, чем когда мы впервые встретились.       — Спасибо, — шепчу я, а он начинает мурчать, прямо как это делали тетины кошки, когда я болел, а они запрыгивали ко мне на колени, ласкались и мурчали, чтобы мне стало лучше. У меня дрожит голос, и я не знаю из-за чего — из-за озноба, жара, страха или просто того факта, что я не знаю, это реальность или только фантазия.       Зверь обнюхивает мою ногу, фыркает и снова двигается, чтобы тесней прижаться и согреть. Я медленно поднимаю руку и кладу на его шубку, но тут же одергиваю — он прямо горячий. Он как будто излучает жар, чтобы согреть, как это делают курицы-наседки для своих цыплят. Я смотрю в его мрачные, пугающе красные глаза. Он глядит на меня в ответ, и его взгляд ласковый и слегка обеспокоенный — так смотрят только люди, но, может, его всё-таки не существует.       Я размышляю о своём детстве и пытаюсь вспомнить, видел ли я когда-нибудь информацию о признаках существования таких животных или, может, слышал байки, сложенные о таких огромных зверях, которые громоздятся среди волков, тигров или других животных, но ничего не приходит на ум. Да, были какие-то истории об оборотнях, убивающих девственниц в полнолуние, но это ведь обычные истории для нашей культуры, разве не так? Мы все слышим их с самого детства.       Я ласково поглаживаю Чудище по шее и голове; он смотрит на меня, издаёт мягкие звуки и начинает бодать головой, я не сразу понимаю, что он хочет, чтобы я лёг. Я устал и не хочу его слушаться, мне лень шевелиться, потому что больно даже моргать, но он непреклонен, так что я сдаюсь.       Я падаю головой в его тёплый, мягкий мех, закрываю глаза, и пусть Чудище делает, что хочет. Он сворачивается вокруг меня в клубок, чтобы обогревать со всех сторон, и это вызывает у меня смех.       — Я не твой кутенок, Чудище.       Не похоже, что он со мной согласен, потому что когда я расслабляюсь, окружённый его заботой и теплом, он начинает вылизывать мою спину. Его язык достаточно тяжёлый и тёплый, не такой жесткий, как у кошек, но не такой большой, как у собак. Приятно ощущать его язык лопатками и шеей, и это помогает мне быстрее согреться. Он вылизывает меня долго и размеренно, похоже, у него есть определённый опыт в этом.       — У тебя где-то есть подружка? — я уже чувствую, как меня окутывают волны сна. Мне стало теплее, и с ним я в безопасности. Мне не стоит его бояться — он может быть царем этих земель, даже господом для местной природы, но мне не нужно опасаться, что он навредит мне. — Или щенки? Ты поэтому уходишь утром?       Он продолжает вылизывать мне спину, бока, плечи и руки. Я уже практически сплю, когда он переворачивает меня своей большой головой и лижет грудь и живот. Я протягиваю руку, чтобы почесать его за ухом, и он обнюхивает ее, пару раз облизывает пальцы, а потом возвращается к правому боку. Я смеюсь из последних сил и проваливаюсь в сон.