Рай на Бармаглоте

Бананы, кокосы, Апельсиновый рай. Стоит только захотеть — Можно и звёзды, Стоит только захотеть — С неба собрать. «Блестящие» — «Апельсиновый рай»

      Услышав вопрос Макото, Саяка мягко и нежно улыбнулась парню, после чего нежным, ласковым голоском начала рассказывать.       — Что же, мне пора рассказывать, верно? Для начала я расскажу тебе, куда ты попал, и все прочие подробности.       Она села на горячий песок в позу «лотос». Она начала гладить Макото по его растрёпанным волосам, чтобы тому стало легче. Из её рта выходили слова, слова всей правды которую она знала. А её длинные, шикарные локоны красиво развивались на ветру в такт её словам.       — Итак, ты, грубо говоря, попал в рай. Но тут не облака и небо с великим и всемогущим Боженькой, а тут самый настоящий остров. Называется он Бармаглотом. Здесь всегда лето. Оно бесконечно. На этом острове пять других маленьких островков и один ещё меньший в самом центре. А на них есть различные здания и места.       — То есть, это даже не остров, а целый архипелаг? — спросил Макото.       — Верно, — кивнула Саяка. — Первый остров — пляж, аэропорт, магазинчик, отель и маленький домишко. Второй — аптека, библиотека, пляжный особняк, закусочная и полуразрушенная крепость. Третий остров — больница, постоялый двор, кино и дом оркестра. Четвёртый остров — это парк развлечений. Пятый — склад игрушек, военная база и промышленная зона. Собственно же, административный центр находится на центральном острове, и ещё там находится ночной клуб «Jihi».       — Ночной клуб? — переспросил Макото.       — Ага. Все мы, девочки, без единого исключения — персонал в этом клубе. Я являюсь менеждером этого клуба. Так же, у всех девушек после смерти проявляется навык профессиональных танцовщиц. Представляешь, одна из девушек там, которая при жизни была детективом, зовут её Юи Самидаре, кратко говоря, у нас там одна из лучших, ведь она обладает всеми возможными должностями там. А вот что до парней, то все парни, которые тоже умерли, становятся нашими постоянными «зрителями». И в некоторых случаях, и не только «зрителями»… Я наверное расскажу тебе об этом позже. Ведь самое главное, сюда попадают все, кто умерли на этой смертельной игре. Ты, наверное, сам знаешь, кто эти люди…       Макото тут же оглянулся. Он задумался: «Значит, здесь я увижу и Джунко, и Леона, и Чихиро, и Мондо, и Киётаку, и Хифуми, и Селес, и Сакуру, и Мукуро! Заодно расскажу им, как сюда попал, а то вдруг ещё попадут в непонятки…»       — Здесь все, кто умер несправедливо и жестоко, — произнесла Саяка снова. — И мне очень жаль, что одним из них являешься ты, Макото… Но ничего. Ты теперь не просто «на том свете», ты теперь с нами, там, где тебя вряд ли кто посмеет обидеть. С тобой всё будет хорошо.       Саяка приобняла Макото за плечи. Лицо её явно выявляло тревожность и грусть, но она изо всех сил пыталась это скрыть. Макото вспомнил вопрос Саяки. «Кто такая Мукуро»? Ещё чуть приободрившись, он начал свой ответный рассказ.       — О! В целом, мне всё понятно! Ладно, насчёт того, кто такая Мукуро. Короче, это оказалась какая-то шестнадцатая девочка, которую я вроде как в глаза не видел, но лицо с фотографии на её досье показалось мне каким-то знакомым. Вроде бы её талант — Абсолютный Солдат. Её вдобавок сочли ещё и Абсолютным Отчаянием…       — Вот это новости! — ахнула Саяка. — И эта шестнадцатая ученица — это Абсолютный Солдат? Да, звучит довольно знакомо… Но я не знаю, кто она.       — Вот и я не знаю, — произнёс Макото. — Но вот кукловод — точно не она, так как её кто-то отправил куда-то сюда, а потом суды продолжились. Последним разбирали дело как раз об её убийстве. Кёко поняла как-то, что этот суд явно подставной, и попросила меня отвести от неё подозрения, а вышло что вышло. Насчёт ангелов, похоже ты и есть мой ангел…       В этот момент Макото прижался к Саяке Майзоно.       — Да, ты прав, я и есть твой ангелочек, — ответила Саяка и рассмеялась.       Вскоре Макото задал новый вопрос. Его волновал самый первый мотив, который Монокума подсунул и из-за которого Саяка положила на кон свою жизнь.       — Скажи, ты из своей прежней группы, которая у тебя была при жизни, никого не увидела в клубе? Просто я просмотрел твоё видео…       Саяка нежно и ласково приобняла Макото. От её школьной формы шёл запах спелой вишни… Всё тот же, что и был тогда, при жизни.       — Ты смотрел его? Ох… Нет, их здесь нет… Моих близких подруг из группы нет. Макото, их нет… Нет… Всё было зря, зря… Я умерла так бессмысленно и напрасно… Хотя я заслужила это, наверное… Но что поделать, теперь мы в том месте, из которого невозможно сбежать…       На лице певички красовалась милая, но грустная улыбка. Макото же не покидал объятий Саяки.       — Ну да ладно, моя милая… Я сам хотел выбраться не один, а вместе с тобой. Узнать, как там Комару и как там мои родители… Должен же был быть иной путь, кроме всех этих смертоубийств… Но его нам как будто отсекли… Где мне теперь обрести пристанище в этой новой реинкарнации? А то мне всё так незнакомо…       Саяка вновь почувствовала себя уверенно и спокойно, из-за слов Макото. Его голос всегда казался девушке ласковым и успокаивающим. Но слова о родных её, конечно, задели, но девушка сразу нашла способ успокоиться.       — Возможно это даже хорошо, что мы смогли вновь встретиться с тобой, — усмехнулась добродушно Саяка. — Надеюсь у Кёко и остальных получится сбежать, я в них искренне верю.       — Сбежать, не сбежать, но бунт против Монокумы, я на это по крайней мере надеюсь, они устроят знатный. Он сам нарушил кучу установленных им же правил. Из каких таких закромов взялся труп Мукуро… Почему Монокума так торопился с судом, лишь бы кого поскорее казнить… Это вообще повод для мятежа.       Девушка аккуратно и легонько отпустила паренька, решив сделать ему более полную экскурсию по Бармаглоту.       — Буду надеяться на лучшее! — рассмеялась она с присущей ей добродушностью. — Ну что, хороший мой, пошли, расслабимся, я могу тебе спеть что-нибудь если ты хочешь. Вот! Здесь есть очень красивый парк неподалёку, а ближе к вечеру мы пойдём, пожалуй, в клуб.       Саяка протянула левую руку Макото, дабы тот её взял. Макото пошёл гулять вместе с Саякой по парку, дав ей свою правую руку. Он смотрел и начал думать. Вроде бы, никаких проблем. Его тело ощущает всё столь реалистично, как будто бы за час до заседания классного суда по делу об убийстве Мукуро Икусабы. Будь оно неладно, это убийство, это заседание и это дело. Боли вроде нет. Безобразно то, что Макото в такой ситуации так и не смог ни зачать, ни увидеть рождение своего первого макотёнка. Умер молодым… Но ведь должны же быть какие-то преимущества?       — Я так понимаю, что посреди рая здесь есть и дыра-проход в ад, — сказал Макото и указал на вулкан, спокойно дымивший чем-то серовато-белым.       Девушка думала о чём-то где-то минуту. Возможно об этом загадочном убийстве, а возможно об этом вулкане, о котором, как не странно, она пока ничего не знала. Саяка снова попыталась собраться со своими мыслями. Она решила ответить на вопрос Макото, впрочем, говорить ей больше не о чём. Она аккуратно заправила свои волосы за правое ухо и начала говорить.       — А, ты про вот этот вот вулкан… — задумчиво произнесла Саяка, загадочным взглядом посмотрев на вулкан, после чего наконец ответила. — Это, скорее, простая декорация, а не то, о чём ты подумал. Хотя, всё возможно…       В этот момент небольшой слабый пятисекундный порыв ветра слегка приподнял блузку Саяки. Переведя взгляд на неё, Макото заметив, что на её животе что-то явно блестело. «Похоже на серьгу-подвеску для пупа. Интересно» — подумал он. Ни на одном концерте Саяки, когда её сценический костюм подразумевал открытый животик, при той, прошлой жизни Макото такого украшения ни разу на ней не видел.       — Скажи, а это все девочки твоего возраста носят или только ты? — спросил Макото.       «Ему это так интересно… Довольно необычно, но ладно, скажу ему лучше…» — подумала немного Саяка и наконец сказала:       — Это… кхм… «украшение» носят все девушки кто ушёл из прошлой жизни в возрастных пределах от возраста сексуального согласия до возраста утраты внешней красоты.       Саяка, ждав ответа Макото, лёгким движением губ напевала какую-то песню собственного сочинения. А Макото, ничего не ответив словами, только ещё сильнее прижался к Саяке, продолжая ходить вместе с ней.       В этот миг раздался некий голос из радиомегафона поблизости. Судя по всему, мужской…       — Внимание! — громогласно объявил голос. — Всем новоприбывшим душам острова Бармаглот, просьба явиться на территорию административного здания на центральном острове для автоматического заполнения анкет! Мы проверим, насколько чисты ваши души для проживания на Бармаглоте.       — Ах, почему так неожиданно… В любом случае, пошли, новоприбывший наш! — улыбнулась Саяка, продолжая держать Макото за руку. Вместе они направились к центральному острову.