Рай на Бармаглоте

Живой! Скажи своё имя, герой! Ты непокорённый судьбой, С победой вернулся домой, Живой! Живой! Живой! Не прятался ты за спиной! Здесь каждое сердце с тобой! И даже на небе, Остался навечно — Живой! Ярослав Дронов — «Живой»

      Увидев выходивших из административного здания Аой и Кёко, Макото спросил:       — Ну что, девочки, как у вас дела?       — У меня девяносто семь процентов чистоты души! — радостно кричала смуглокожая любительница пончиков. Видимо, настолько она была рада, что у неё душа всяко чище Селес, Мукуро или Джунко.       — Рад за тебя, Аой! — подпрыгнул Макото.       — А какая у тебя чистота души, Макотик? — спросила фиолетововолосая, смотря на Макото с интересом. — Хотя, можешь не отвечать. Сто процентов, я полагаю?       — Откуда ты знаешь? — улыбнулся Макото.       — Ну что ж, к команде «Абсолютные Чистые Души» присоединился ещё один человек, а именно девушка, которая имеет стопроцентную душу. Впору целый клуб создавать. Угадай, кто, — кивнула Кёко, подойдя максимально ближе к Макото.       Шатен немного засмущался, но догадался о многом. В подтверждение догадок Макото, спустя небольшой промежуток времени показала Макото свою карточку. На ней было чётко написано:

Прижизненное имя: Кёко Киригири Годы жизни: 1994-2013 по актуальному летоисчислению от предполагаемой даты рождения Иисуса Христа Чистота души: 100%

      У Макото заблестели глаза.       — Так что, нашего полку прибыло? — рассмеялся он, смотря на Кёко, которая так же, как и сам Макото, была внутри на седьмом небе от счастья, что она, Чихиро, Юи и Макото имеют душу стопроцентной чистоты. — Ого! Поздравляю! Кстати, а откуда у тебя информация о чистоте моей души?       — От верблюда. Я просто тоже смогла задать несколько правильных вопросов, — усмехнулась Кёко. — Как и тебе, мне отец сказал, сколько у всех проценты с душой. Ну, мы какое-то время просто пообщались, разговаривали о том, как была жизнь, как умерли, каких достижений достигли в этой жизни. И я всё-таки простила его. Он всё-таки любит меня, ведь я у него единственная дочь. А я — его, как долго бы я на него ни дулась. Бывает, и отцы совершают ошибки, и дети… Поэтому мы так долго просидели.       — Ну вот и хорошо, что простили друг друга, — улыбнулся Макото, а сам повернулся к Аой. — Слушай, Аой, а почему у тебя-то девяносто семь?       — А, ну, — задумалась Аой, на какое-то время замолчав, но потом всё-таки ответила. — Ну, он начал пересчитывать, сколько добрых и плохих дел я сделала за жизнь, и я тоже спросила, сколько у всех проценты души, особенно у Сакуры. Жаль, что у неё не так много, как у меня, а насчёт того, почему у меня девяносто семь, то…       — Ты подвергла опасности несколько жизней: мою, Макотика, свою, Бьякуи, Токо и Ясухиро, ты чуть не попала в ловушку кукловода и все мы могли бы быть казнены, — перебив, сказала лиловоглазка, смотря на Аой серьёзным взглядом. — По этой причине у Аой девяносто семь процентов чистой души. Мой отец счёл, что это отсутствие благоразумия. Такими темпами, выиграл бы только кукловод.       — Эй! Не хорошо перебивать! А ещё, как ты узнала? Подслушивала? — спросила пловчиха сначала непонимающим голосом, а потом уже серьёзным, как у въедливового детектива, хотя перед ней всё это время стояла Абсолютный Детектив.       — Детективные навыки, конечно же, а что же ещё? — снова ответила Кёко, всё ещё улыбаясь своей улыбкой, что она уже, кажется, становится страшнее, что вся орда демонов преисподней глубоко под вулканом испугалась бы этой улыбке.       — Ну, я же уже извинилась, и мне нужно было как-то до вас донести, что Сакура не виновата в том, что она была шпионом, — сказала Аой.       — Вы меня тоже извините, что вмешиваюсь и встреваю, — наконец заговорил Макото. — Аой права. Если бы Сакура действительно была сильно виновата, ей бы вообще за сотрудничество с кукловодом урезали бы чистоту души как минимум до уровня Мукуро. Более того, её сотрудничество с кукловодом продлилось где-то пару недель, но она смогла найти в себе силы дать ему прикурить, выломав дверь в кабинет мистера Киригири, чтобы Кёко смогла нарыть какую-то часть компромата на фальшивую Джунко, которую мы теперь знаем как Мукуро Икусабу. И ты тоже не виновата. Повторюсь, виноват кукловод. Он же — Монокума. Он же — настоящая Джунко. И эта тварь просто потопталась на наших страхах. Но ничего, она ещё на вулкане узнает, что такое настоящий страх.       — Возможно, я реально сглупила и подставила других, и себя в том числе, мне реально очень жаль, что я подвергла ваши жизни опасности, — после Аой опустила голову вниз и о чём-то задумалась.       — Девчонки, выше нос, — произнёс Макото. — Давайте потихоньку выдвинемся к клубу.       — Конечно же, — ответили Аой и Кёко так, что их голоса буквально слились в унисон, и, развернувшись, немного посмеялись.       — Ну, вы понимаете, сколько тут всякой всячины! Давайте вместе порадуемся… жизни после жизни! — подмигнул Макото и внезапно наткнулся на Чихиро. — Чихиро? Что ты тут делаешь в столь поздний час?       — Просто гуляю! — пожал плечами Чихиро.       — Ч-Чихиро, — снова заикнулась пловчиха, когда заметила Чихиро, который был одет не в женскую одежду, а в мужскую, что Аой и Кёко, конечно же, видели впервые.       — Ну как я вам? — спросил Чихиро. — Кстати, а как вы тут оказались, на Бармаглоте?       — В смысле «как мы сюда попали»? Ну, это долгая история, но если вкратце, то я узнала, кто кукловод, и мы убили её, но мы вместе с ней и умерли, — взяла слово Кёко, делая главный акцент на слове «её». Это серьёзно насторожило Фуджисаки.       — Её? Кукловодом, скрывавшимся за Монокумой, всё это время была девушка? И кто она? — спросил Чихиро.       — Джунко Эношима собственной персоной, которую уже ведут на вулкан, — на этот раз ответила Аой, явно вспоминая, как умерла, судя по тому, что, когда она отвечала, она смотрела в пол.       — Джунко? Эношима? В смысле — настоящая Джунко? Киётака тут всем говорил по патрульной радиоволне, что поймал какую-то самозванку, которая прикидывалась Джунко и была её какой-то подельницей. Кто бы мог подумать, что такая красивая девочка — и вдруг способна так жестоко навредить всему миру?       Внезапно заговорила подошедшая сзади Сакура и обратилась сперва к Чихиро.       — Чихиро, не волнуйся. Джунко уже отправили на вулкан, и теперь она никому не навредит. Послушай, Аой, — положила Сакура руку на плечо Аой, из-за чего пловчиха повернула голову и заплакала. — Я тут подслушала ваш разговор. Хочу кое-что сказать. Мне не стоило быть шпионом Монокумы, ведь из-за меня постра…       Но не успела Сакура договорить, как её сразу обняли.       — С-Сакура! — сказала Аой. Хоть заикаясь из-за слёз, можно было отчётливо услышать её крик. — Т-ты н-не виновата, я-я ч-чуть не п-погубила с-своих одноклассников, н-но н-не вини с-себя. Я-я так р-рада тебя видеть здесь, — ещё крепче обняв Сакуру, девушка немного перестала плакать и упёрлась в свою подругу, на что Сакура не стала отходить и тоже обняла Аой.       — Я тоже рада тебя видеть, и извини ещё раз за весь этот шпионаж, — с явной грустью сказала Абсолютный Мастер Боевых Искусств. — И извини, что я тебе тогда ничего не сказала. Боялась, что, возможно, ты злишься на меня.       — Я лучше отрекусь от пончиков на всё посмертие, чем скажу, что злюсь на тебя! — явным огнём на глазах сказала Аой. — И ты тоже перестань себя винить, единственный, кто виноват — это кукловод.       Сакура согласно закивала головой.       — Так, команда! — сказал Макото. — Давайте все просто обнимемся наконец и выйдем обратно к площади перед клубом.       — Ну, давайте уж вместе, что ли, — сказала Сакура, явно не желая, чтобы её оставляли одну.       — Пойдём, Сакура! — улыбнулся Чихиро. — Я всё долго не мог заглянуть в ваш клуб. Не думал об этом. Всё проверял программное обеспечение на механизмах четвёртого острова.       — Пора обняться, конечно же, и порадоваться за то, что кукловод наконец повержен! — добавил Макото. — Было бы неплохо отпраздновать событие в клубе.       — Круто, круто, круто! — покричала Аой, снова обнимая Сакуру, на этот раз ещё сильнее, чем прежде.       Ребята уже стояли на площади перед клубом. Внезапно подъехал Киётака.       — Ребята! Джунко уже парится на вулкане! Их камеры — друг напротив дружки! — крикнул он по рации.       — Я к-конечно в-всё понимаю, н-но м-можешь т-ты не кричать в г-громкоговоритель д-дебильный? — спросила внезапно Токо Фукава, но буквально через несколько секунд её язык начал кровоточить. Сакура подбежала к ней, чтобы отправить её в направлении аптеки на второй остров. Киётака выключил рацию.       — Пусть она благодарит Джина, что я сегодня добрый, иначе бы сослал Токо тоже туда же, где сейчас Селес, Мукуро и Джунко, часика эдак на три. Надо бы сбегать в библиотеку и подарить Токо книгу законов Бармаглота. Пусть знает. Какие-то из этих законов управляются на сверхъестественном уровне, какие-то — на уровне человеческого управления. Так что слова типа «дебильный» и прочие пусть выкорчёвывает из своего лексикона, — произнёс Киётака.       Вскоре Токо и Сакура вернулись. Все были в сборе — Бьякуя, Ясухиро, Аой, Кёко, Токо, Макото, Чихиро, Сакура, Киётака. Последний начал кое-что рассказывать.       — Господа, я бы хотел вот что уяснить, — произнёс Киётака. — Мы пережили столько смертей. Только что завершилась убийственная игра, в которой была куча жертв. И жертвами в ней сегодня пал весь семьдесят восьмой класс. Но данная жертва оказалась не напрасной — в результате скоординированных действий и старания, кукловод наконец-то пал и заперт в одной из камер вулкана. Вернее, пала и заперта.       — Киётака, блин, можно уже не так пафосно? — спросил Ясухиро.       — Ладно! Короче! Это должен стать повод для объявления массового выпускного вечера, о чём мы должны будем в обязательном порядке договориться с мистером Киригири! — добавил Киётака.       — Слушай, Така, а ты не против того, чтобы наши новоприбывшие увиделись со всеми одноклассниками? — задала вопрос Сакура.       — Конечно же, рад. Надо, конечно же, договориться, ведь без этого выпускной точно не состоится. Надо же всем разослать приглашения, — добавил Киётака.       — Вот же ж кот в мешке, я и забыл! — ахнул Макото. — Завтра с утра мне самому надо будет со всеми знакомиться, Саяка пообещала продолжение экскурсии!       В это время и Саяка оказалась легка на помине. Причём вместе с Юи.       — Ребята! — крикнула Саяка. — Я слышала, что наши новоприбывшие решили встретиться с одноклассниками. Можно с нами?       — Вот ты как раз легка на помине. Все встречи со всеми организуем завтра. Надо будет распланировать всё за весь завтрашний день. А вулкан посетить повторно ближе к вечеру, — сказал Макото.       — Отлично! Плюс, я новоприбывших познакомлю с остальными, — сказала задорно Юи, попутно объясняя, что есть на острове и куда можно ходить, а куда нельзя при недостатке процентов чистоты души и достаточного количества единиц покровительства. В общем, всё то, что самому Макото уже объяснили Саяка и Чихиро.