Поймай меня над пропастью

Вечер

      — Давно я себя так стыдливо не чувствовала, — подвернув кремовые брюки, Лукерья шагала по кристально чистой воде, попивая дешевое вино прямо из бутылки, — какая гадость, — скривилась она, и все равно продолжила пить.       — Давно? — Анжела выгнула бровь.       — А кто думал, что сосед - красавчик оставляет ей цветы на лобовом стекле, пошел разбираться, и познакомился с его бойфрендом? — стоя на одной ноге, она пыталась вытряхнуть песок, застрявший между пальцами ног, перед тем как надеть босоножки на высоком каблуке.       — Анжел, кто -то на протяжении целого месяца оставлял мне красную розу с шипами на лобовом стекле, не попадая под камеры. Что мне оставалось делать, если мужу все равно? Ждать пока псих — романтик трахнет меня на парковке или перережет горло? — русоволосая села на здоровенный валун на берегу, уставившись на бескрайнюю водную глядь, которая простиралась до самого горизонта.       — Они все так смотрели, будто на мне клейма ставить негде, — девушка с силой потёрла ладонями виски, надеясь таким способом привести мысли в порядок, — ладно Боря, я никогда ему не нравилась, но с Егором мы хорошо общались, у нас было много общих тем для разговоров.       — Зато Киса так, будто бы взял тебя прямо там, на траве за остановкой, — брюнетка лукаво улыбнулась уголками губ, и забрала из рук подруги полупустую бутылку с алкогольным напитком, — мать, предупреждаю, что не понесу тебя пьяную на спине к твоим родителям, будем здесь ночевать.       — Не дрейфь, мне чтобы накидаться, нужно минимум две бутылки, — засмеялась Лукерья, и нащупав в кармане пачку любимых ментоловых сигарет и зажигалку, закурила, — будешь? — она предложила подруге сигарету.       — Нет, — скрипя зубами ответила Бабич, подавив желание сделать затяжку, — Медвежонку не нравится, когда от девушек пахнет табачным дымом, — объяснила она.       — Вы снова вместе? Он же хлестал тебя ремнем по спине, и давал подзатыльник за любую оплошность, — нахмурилась русоволосая, стряхивая пепел тонкими пальцами.       — Медвежонок изменился, — брюнетка цокнула языком, — денег мне на карту скинул, и обещал устроить в театр, — спрыгнув с булыжника, она обняла подругу за шею.       — Лу, я теперь буду не просто актрисой, а актрисой кино и театра, — мечтательно проговорила та, смотря вдаль.       — Ну все, пора менять статус в социальных сетях, — хмыкнула девушка.       — Еще слово, и я не приглашу тебя на свой первый спектакль, — буркнула брюнетка, и стала фотографировать морской закат, который окрасил небо и облака в цвета спелой вишни и апельсинов.       — Анжел, а как тебе Мария? Она лучше смотрится с Кисей, чем я? — вдруг спросила Лукерья, потемнев от злости.       — Ладно, не отвечай, я задала глупый вопрос, мне все равно, пусть будут счастливы вместе, — боясь правдивого ответа, отмахнулась Лукерья, и застегнув пиджак в гусиную лапку, потому что под вечер стало холодно, направилась к родительскому дому.       — Как вас можно сравнивать, если она обычная провинциальная девчонка, для которой Киса это потолок, а ты владелица успешного бизнеса, жена лучшего нападающего страны и светская львица, — ускорив шаг, брюнетка с трудом, на высоких каблуках, догнала подругу.       — И что мне дают эти громкие регалии? Желание просыпаться утром? А может физическое или эмоциональное удовлетворение? Нет, потому что хуйня на постном масле все это, — мысленно произнесла девушка.       — Пока еще, — тяжело вздохнула она, проверяя непрочитанные сообщения и пропущенные звонки, в надежде увидеть извинения от Антона.       — Даже не начинай, — Анжела недовольно сморщила нос, — не сегодня, так завтра помиритесь.       — Если бы Антон соизволил для начала позвонить и извиниться, показав тем самым, что я дорога ему, то возможно, но как ты видишь на улице ночь, а от него ни слуху, ни духу, поэтому развод, — закусив нижнюю губу, холодно сказала русоволосая.       — С хуя ты такая категоричная стала? Два года ведь все нормально было, — выгнув бровь, Бабич покосилась на девушку, — появился кто — то? Или за Кису бороться решила?       — Не неси бред, я второй раз разлучницей не стану, — перед входом в дом Лукерья вкинула в рот жвачку, чтобы скрыть запах сигарет и алкоголя.

***

      Девушка ожидала такой холодный прием — Наташа даже не поздоровалась и ушла наверх, потащив за собой Илью, а мать с порога стала строить догадки, почему приехала дочь.

      — Антон изменил? Оставил тебя без ничего? А я говорила!

      — Ты сделала стоящее дело, что помогла добраться Гене к отцу спустя два года,— когда все уже давно спали, русоволосая сидела с проповедником на качели на заднем дворе.       — Мне приятно это слышать от тебя, — Лукерья улыбнулась краешком рта.       — Пап, я все еще противна тебе?— она нарушила затянувшееся молчание, и перевела взгляд с полной луны на мужчину.       — Лукерья, я по прежнему уверен, что ты не имела никакого морального права принимать такое решение, не посоветовавшись с отцом, — дрожащим голосом ответил проповедник, — как ты могла убить ваш с Кисой плод любви?       — Опять двадцать пять! — фыркнула девушка, — ему было восемнадцать, а мне двадцать, кому нужен был этот плод любви? Неужели ты хотел, чтобы я превратилась в жалкую мать одиночку, живущую за счет родителей?