Super Effective

Джисон разглядывает стену, сидя на больничной койке. Толстые одеяла укутывают его с головы до ног, а в левой руке дымится горячий напиток. Он в порядке. И он не понимает, зачем его здесь держат. Правое запястье болезненно пульсирует, будто напоминая. Дверь распахивается, и в палату штормом влетает Минхо. Его глаза опасно мерцают над шарфом, который он срывает с лица. — Чем ты, блять, думал? — рычит он. Джисон тупо смотрит на него. Он только что упал с долбаной горы. Ему не страшен Минхо. — В такую бурю?! — Минхо вскидывает обе руки к окну, — Ты скорость ветра вообще видел? Ни один, блять, ледяной покемон не рискнёт спускаться с горы в такую погоду, Джисон. — Тут всегда такая погода, — раздражённо отвечает он. Минхо закатывает глаза в самый череп. — Со мной всё в порядке, — настаивает Джисон, — Наверное, просто растянул запястье. Я не ожидал, что буря начнётся раньше, чем под ночь. Он пытается звучать максимально равнодушно. Будто это не он сбежал из Гласеадо в эмоциональном раздрае. — Поверить не могу, что ты припёрся в этот город без единого летающего покемона, — усмехается Минхо, потирая ладонями глаза, — Ты самый безбашенный человек, которого я только видел в своей жизни. — Спасибо, — невозмутимо отвечает Джисон, отпивая свой чай. — Ты так и умрёшь из-за своей упрямости и нежелания что-то менять. — А ты бы и порадовался, нет разве? Брови Минхо сходятся на переносице. В его взгляде нет ни намёка на веселье. — Что ты несёшь? Джисон опускает глаза, разглядывая дымящийся напиток и пытаясь не обращать внимание на то, как бешено колотится сердце. — А что? Мы ведь всегда говорим друг другу гадости. — И поэтому я должен хотеть, чтобы ты умер? Я что, сумасшедший? Или это ты сумасшедший? — голос Минхо срывается посреди предложения. — Нет, — раздражённо ворчит Джисон себе под нос, ёрзая на простыни, — Но, думаю, ты хочешь, чтобы я облажался. Минхо присаживается на край кровати. От его внезапной близости по позвоночнику Джисона пробегают мурашки, и он ненавидит себя за это. Он упрямо разглядывает свою правую руку, опухшую и покрытую уродливыми гематомами, а затем переводит взгляд на левую. — Джисон, — зовёт Минхо, — Посмотри на меня. Джисон цепляется за остатки своей гордости, запрокидывая голову и поднимая глаза к потолку. — Оставь меня в покое, Минхо. — Нет. Тебя вообще надо в одиночной камере закрыть после такого. В покое оставить, ага. На мгновение между ними повисает пауза, а затем Джисон шумно вздыхает, закрывая глаза. — Детка, — говорит Минхо, и у Джисона в груди что-то сжимается, — Посмотри на меня. Он бросает на Минхо такой острый взгляд, что тот вздрагивает. — Что ещё за "детка"? Минхо отвечает на удар с привычным спокойствием. — Прошлой ночью ты был не против. — Прошлой ночью... — Джисон осекается и делает глубокий вдох в попытках успокоить нервы. Он ведёт себя как ребёнок и прекрасно это понимает. Он просто... Они с Минхо дошли до чего-то слишком интимного, показали друг другу свои уязвимые стороны. Ему стыдно. — Ты в порядке? — спрашивает Минхо, осторожно укладывая ладонь на пострадавшую руку Джисона. Его прикосновения плавят кожу и разом отнимают все силы. — Жду рентген, — опустошённо говорит Джисон, откидываясь на подушку, — Прости, что... сорвался на тебя. Минхо качает головой. Меж его бровей всё ещё виднеется маленькая складка. — Ничего страшного. — Я.. — Джисон замолкает, кусая губы и глядя на свою руку, которую всё ещё держит Минхо, — Сделал тебе больно? — а затем поднимает взгляд, — Прошлой ночью. Минхо гладит внутреннюю часть его локтя большим пальцем. — Нет, — говорит он с тенью улыбки, — Так вот в чём всё дело? Джисон неловко чешет затылок. — Мне понравилось, — уверенно говорит Минхо, — Очень понравилось, честно. Я думал об этом весь день. К щекам Джисона приливает жар. — Правда? — Да. Пока я не получил известие о том, что Алтария подобрал твоё скрюченное тело со склона горы. Более эффективного способа убить стояк и не придумаешь. Джисон слабо усмехается. — А. Но ты... — Ушёл? — заканчивает за него Минхо. Джисон кивает. От неловкости хочется спрятаться и накрыться одеялом, но Минхо мягко сжимает его плечо, — Прости за это. Мы были... посреди крайне нестандартного занятия, и я бы тоже задумался, если бы кто-то резко убежал, ничего не сказав. Я должен был объяснить тебе, что происходит. — Если тебе что-то не понравилось, — начинает Джисон, — Ты мог бы просто... — Как я уже и сказал, мне очень понравилось, Джисон, — Минхо накрывает его щёку ладонью, побуждая посмотреть на себя. Его взгляд излучает честную, непоколебимую уверенность, но затем Минхо растягивается в игривой улыбке. — А ты, оказывается, милашка в глубине души, не так ли? Щёки Джисона уже чуть ли не пылают пожаром. Он скулит, роняя голову вниз, но накрывает руку Минхо своей. — Заткнись, — бормочет он, — То же самое могу сказать и о тебе. — Это не секрет. Все здесь знают, что я милашка. Джисон бросает на него испепеляющий взгляд, на что Минхо хихикает, щипая его за щеку. — Подожди здесь, Джисони. Я попытаюсь договориться и ускорить процесс с рентгеном, чтобы ты смог уйти отсюда как можно быстрее. — Правда? — оживляется Джисон, наблюдая за Минхо, который уже направляется к двери. — Ага, — ухмыляется тот, — Я хочу показать тебе, куда мне нужно было уйти.

___

Запястье Джисона не сломано. Только сильно растянуто. Когда он выходит из больницы, Минхо мельком оглядывает гипс на его руке. — Сейчас тебе лучше поспать. Можем встретиться завтра. От этих слов Джисон краснеет как последний дурак. Минхо хочет провести с ним время. Возможно, у него есть маленький краш на одного противного сноубордиста. — Я в порядке, — всё равно перечит он, — Ещё рано. — Ты сегодня упал с горы, — Минхо натягивает шарф на нос и щурится от резкого порыва ветра, — Вырубишься, как только голова коснётся подушки, поверь. — Я не хочу возвращаться в гостиницу, — говорит Джисон, и в ту же секунду осознаёт свою ошибку, поэтому спешно пытается объяснить: — В смысле, конечно же я вернусь, но позже, потому что сейчас- — Можешь остаться у меня, — просто говорит Минхо. Джисон чешет нос, пытаясь спрятать за кулаком смущённую улыбку. — Правда? — Да. — Хорошо, — соглашается он, — Это... мило с твоей стороны. Спасибо. Минхо подмигивает, разворачиваясь и жестом приглашая Джисона проследовать за ним. Они покидают окрестности деревушки; Минхо объясняет, что его дом находится на частной территории, намного севернее. Нервы Джисона снова натягиваются, напоминая ему, что он едва знает Минхо, и что тот бросил его в одиночестве посреди интимной близости. Его настроение стремительно омрачается смесью беспокойства и страха быть отвергнутым. Но, с другой стороны, извинения Минхо казались... искренними. Джисон задаётся вопросом, правда ли Минхо хотел продолжить начатое. Хочет ли он, чтобы его снова отшлёпали? У Джисона скручивает желудок при одном воспоминании о том, как красиво в тусклом освещении выглядела его нежная кожа, покрытая красными пятнами. Минхо сворачивает с тропы, и Джисон, пошатываясь, останавливается. Они оказываются прямо перед крутым обрывом — внизу виднеется долина со сверкающими снежными шапками на вечнозелёных деревьях, рассыпанных по склону. И Минхо уверенно шагает прямо к краю. — Эм, — говорит Джисон, — Минхо? Лидер поворачивается к нему с самодовольной улыбкой на раздражающе безупречном лице. — Что? — Ты собрался покончить с собой? Смех Минхо едва слышится сквозь ветер. — Да ладно тебе, здесь есть перила. Нам всего-то нужно спуститься. Джисон прищуривается и замечает лестницу, встроенную в скалу. Он нерешительно следует за Минхо: тупая боль в запястье напоминает о том, что это опасно. Спустившись по лестнице, они оказываются на открытом уступе, и Джисон шокированно открывает рот, понимая, что дом Минхо встроен прямо в склон горы. Дверь обрамлена чёрным металлом, как и панорамные окна, а стена в форме треугольника, полностью состоящая из стекла, составляет около тридцати метров в ширину. Её зеркальная поверхность отражает мягко падающий снег и силуэт Джисона с вытаращенными глазами. — Ты живёшь в чёртовой горе, — констатирует Джисон. Минхо хихикает себе под нос, шаркая к двери со сжатым в варежке ключом. — Не урони только, — добавляет Джисон, нервно оглядываясь на отвесный обрыв прямо за перилами. Минхо бросает на него насмешливый взгляд и тянет на себя дверь. — После вас, принцесса. Джисон увлечённо разглядывает придверный коврик, пытаясь скрыть смущение. Его встречает, кажется, самый красивый дом, в котором он вообще бывал — сводчатые потолки с балками из тёмного дерева с одной стороны контрастируют со стеной из голого кирпича с другой. В правом дальнем углу комнаты, за пухлыми диванами и бархатными коврами, виднеется камин. Кухня выглядит современно и элегантно, а ведущая вниз лестница говорит о том, что это лишь небольшая часть всей площади. — Вау, — выдыхает Джисон. Он проходит дальше, чтобы оценить вид с кухни, и останавливается перед панорамными окнами, выходящими на долину, — Вау. Вот это вид. — Ага. Вид на закат тут тоже потрясающий. — Этот дом твой? — спрашивает Джисон, пытаясь скрыть свой восторг, — Типа, весь твой? — Весь мой, — подтверждает Минхо, слабо улыбаясь, — Пришлось очень долго копить, но да. Построил год назад. — Кажется, у многолетней серии побед есть свои преимущества, — говорит Джисон. — М-м, — согласно мычит Минхо, вешая шарф и куртку на крючок у двери, и Джисон следует его примеру, — Я покажу тебе гостевую комнату. — Сколько тут ещё этажей? — Внизу ещё два, но самый нижний в основном для моих покемонов. Джисон приходит в восторг от того факта, что Минхо построил для них целый этаж, но не говорит об этом вслух, решив лишний раз не раздувать его эго. — И на каждом этаже западная стена полностью состоит из стекла? Как только они ставят ботинки сушиться на батарею, Минхо ведёт Джисона к лестнице. — Да. Если ты нервничаешь из-за этого, то не стоит. Окна пуленепробиваемые. Ракетонепробиваемые, я бы сказал. Даже Сетитан не смог бы их разбить. — Нет, — объясняет Джисон, усмехаясь, — Просто... Это правда потрясающе. — Оу, — Минхо бросает на него короткий взгляд, а затем отводит глаза, заправляя выбившуюся от ветра прядь за ухо. Джисон усмехается, когда замечает, что уши Минхо порозовели, — Спасибо. Минхо гордится своим домом. Это мило. Следующий этаж каким-то образом оказывается ещё уютнее. Они входят в гостиную с книжными полками, диваном Г-образной формы и плоским телевизором. От вида за окном у Джисона перехватывает дыхание во второй раз подряд. — Здесь, — говорит Минхо, показывая направо, — Моя комната. А здесь, — поворачивается в противоположную сторону, — Две гостевые спальни и ещё одна ванная. Выбирай, какая больше нравится, они обе хороши. — Хороши, — эхом повторяет Джисон, а затем фыркает от смеха, на что Минхо поднимает бровь, — Так говоришь, выбирай, как будто я не спал в убогих мотелях и одноместной палатке последние полгода. — А, — Минхо улыбается, мягко и по-странному вежливо, — Ну... Надеюсь, здесь тебе будет комфортно. Я пойду наверх, приготовлю поесть. Ты будешь? — Конечно, — соглашается Джисон. Ему абсолютно всё равно, что будет готовить Минхо, потому что сейчас он готов съесть всё, что угодно, — Если можно. Спасибо тебе. Правда. — Не за что, — губы Минхо изгибаются в улыбке, — Ты сегодня ведёшь себя отвратительно мило. — Только потому что ты это начал, — возражает Джисон, тут же возвращая в голос нотки дерзости. — Пф. Смотри не привыкни, — усмехается Минхо, но его глаза светятся теплом, и Джисон ничего не может поделать с желанием поцеловать его. Его губы выглядят слишком мягкими; Джисон вспоминает их вкус и понимает, что жаждет почувствовать его снова. Но ему не хватает смелости, чтобы перейти от желания к действиям, поэтому они расходятся в разные стороны. Выбрав себе комнату, Джисон сразу же ныряет под тёплое одеяло и натягивает его до самого подбородка. Он пытается вспомнить, когда в последний раз спал в настолько удобной кровати. И отключается, прежде чем успевает ответить на собственный вопрос.

___

Джисон спит весь остаток дня, весь вечер и всю ночь. Он впервые за долгое время открывает глаза, осознавая, что полностью выспался. Чувствуя приятное покалывание в теле, Джисон несколько секунд ёрзает в тепле и мягкости кровати, но затем чувствует, как правая рука начинает пульсировать. Он встаёт с кровати только ради того, чтобы выпить прописанное ему обезболивающее. Он выпускает Мяускараду, и какое-то время они просто валяются на кровати, по очереди зевая и то и дело проваливаясь в дремоту, пока рассвет запускает в комнату первые лучи солнца. Ветер свистит за стеклянными окнами, напоминая об отвратительной погоде, от чего комната ощущается ещё уютнее. Прошло много времени с тех пор, как Джисон чувствовал себя так... умиротворённо. Ему не нужно подрываться, чтобы двигаться дальше, не нужно никуда торопиться; всё, что он должен делать — это отдыхать, не тревожить больную руку и наслаждаться временем, проведённым в этом прекрасном доме. Ну и, может быть, временем, проведённым с Минхо. Сердце Джисона жалко трепещет от одной мысли об этом. Минхо ведь всё ещё может быть и его соперником — у них остался незакрытый гештальт, и Джисону интересно, захочет ли тот провести реванш прямо сегодня. Желание скорее найти Минхо и поспорить с ним на ровном месте заставляет Джисона окончательно подняться с кровати. Он одевается и плетётся наверх, конечно же прихватив пояс с покемонами, и находит Минхо суетящимся на кухне. Он выглядит измученным. Припухшие ото сна глаза едва открываются, волосы как обычно наполовину забраны в пучок, а выбившиеся пряди чёлки обрамляют лицо. Он одет в пушистый халат и тапочки. — Утречка, — хрипит Минхо, заваривая кофе. Этот момент кажется Джисону слишком интимным — он никогда бы не подумал, что первым, что он сделает с утра, будет выпить с Минхо кофе. Но он игнорирует эту мысль, самодовольно ухмыляясь. — Доброе утро, о, великий и могучий лидер спортзала Палдеи. Выглядишь как настоящий воин в своей истинной форме. Минхо фыркает, очевидно сдерживая улыбку. — Ты очень много болтаешь для такого отвратительно раннего часа. — Я всегда много болтаю, — Джисону очень хочется обвить талию Минхо сзади и сжать его в объятиях, но он прогоняет эту мысль и бодро запрыгивает на барный стул, — Я спал как младенец. Удивительно. — Ты проспал около четырнадцати часов, — усмехается Минхо, — Там в холодильнике осталось рагу, если вдруг захочешь. Или я могу сделать тебе овсянку, — он зевает, прикрывая рот пушистым рукавом, и прислоняется к холодильнику, — Ну, или, может, сам о себе позаботишься, в конце концов. Ты изрядно потрепал моих покемонов, и вообще-то это я тут должен заставлять тебя готовить. — Бедные, маленькие, беззащитные покемоны, — ухмыляется Джисон под пристальным взглядом Минхо, — Рагу? Звучит супер. Пойду разогрею. Минхо в ответ лишь фыркает и возвращается к плите. — Что у тебя сегодня по планам? — спрашивает Джисон, когда Минхо наливает им по чашке кофе и они устраиваются за столом, — Есть претенденты? — Два потенциальных, сейчас мучаются со сноубордингом, — говорит Минхо, складывая пухлые губы в трубочку и дуя на горячий кофе, — Сегодня, кстати, увидишь главную достопримечательность Гласеадо. Звучит как свидание, почти произносит Джисон. Но потом вспоминает, что они, вроде как, враги — (или врагодрузья?) — и фыркает. — Снег там присутствует? — Снег присутствует. — Тогда, пожалуй, останусь тут, — говорит Джисон, а затем отправляет в рот кусок мяса и практически стонет, впервые за долгое время почувствовав вкус домашней еды. — Чёрт. За это рагу можно и душу продать. — Пфф, думаешь, будешь лежать тут тюленем, пока я буду целый день бегать по делам? Ни за что. — У меня вообще-то растяжение запястья! — протестует Джисон, хоть ему и любопытно узнать больше о работе Минхо. Он даже не задумывался о том, что лидер спортзала может быть занят чем-то помимо битв и сноубординга. — Я буду скорее обузой, чем помощью. — Ты захочешь это увидеть, — спокойно говорит Минхо, — И тебе понравится. Поверь. Джисон недоверчиво фыркает и отправляет в рот ещё один кусок мяса.

___

Джисон раньше никогда не боялся покемона. Хотя нет, боялся; когда он ловил Гарчомпа, оставшись с ним наедине в лабиринте пещеры, ему было страшно. Но после того дня Джисон уверовал в то, что если он может спать рядом с драконом, ему больше ничего не может быть страшно. Когда он оказывается лицом к лицу с Сетитаном Минхо, он вспоминает, что такое первобытный страх. Сетитан — это гигантский кит высотой почти в пять метров. Это существо просто огромно. Оно машет хвостом из стороны в сторону, клацая зубами, когда они с Минхо направляются в его сторону. Его маленькие глаза следят за Джисоном, которого начинает потряхивать уже издалека. Джисону интересно, помнит ли Сетитан его Серуледжа. Минхо уверенно шагает вперёд, поднимая руку в знак приветствия. — Привет, дружочек. Как спалось? Огромный рот Сетитана широко раскрывается. Он издаёт громкий рёв, чуть не сбивая Джисона с ног потоком воздуха и дурным запахом рыбы, а затем подгибает лапы и плюхается вниз, удобно устраиваясь в снегу. Минхо поглаживает перчаткой часть его широкого лба, между двумя шипами, которые находятся на более широком расстоянии, чем два торса Минхо. — Он меня помнит? — неуверенно спрашивает Джисон. — Конечно, — отвечает Минхо, обхватывая рукой один из шипов покемона и тепло обнимая его, а затем смотрит на Джисона с насмешливой улыбкой, — СеСе, это Джисон. Помнишь его? Сетитан рычит. Его хвост дёргается, ударяясь о землю и поднимая в воздух волну снега. — Нам нравится Джисон, — объясняет Минхо покемону, пока сердце Джисона падает в пятки, — Знаю, мы с тобой уже давно не проигрывали, но спорт должен быть честным. Помнишь? Сетитан закрывает глаза и тычется своим огромным лицом в бок Минхо, что-то тихо вереща. Умилённая улыбка Минхо в этот момент ослепительна. — Привет, — обращается Джисон к покемону, — Рад с тобой познакомиться... официально. Сетитан недоверчиво оглядывает Джисона, но затем кивает, склоняя вперёд огромное морщинистое тело. Джисон гордо улыбается Минхо. — Ну что за прелесть. — Да-да, — отвечает тот ласковым голосом, припадая к щеке Сетитана своей и прикрывая глаза. Это зрелище оказывается настолько милым, что Джисон практически произносит побеждённое "оооу" вслух. — Сегодня он доставит нас в любую точку, в которую захотим. Да, СеСе? — Подожди, — прерывает его Джисон, чем зарабатывает тяжёлый взгляд кита, — Мы поедем на нём?! — Ну, только если ты не слишком боишься, — усмехается Минхо. Джисон фыркает, гордо поднимая подбородок. — Ещё чего. Минхо провожает Джисона к боку Сетитана. Между его шипов виднеется седло, тяжёлое и крепкое на вид. Даже когда Сетитан находится в лежачем положении, седло находится слишком высоко, по крайней мере на высоте трёх метров. Джисон понимает, что не взберётся на него с одной рукой. Прежде чем он успевает озвучить свои опасения, Минхо ставит ногу на один из шипов покемона, а затем ловко отталкивается от него, запрыгивая Сетитану на спину и вытаскивая из-под седла верёвочную лестницу. Он пристёгивает свой рюкзак к седлу, а затем спрыгивает вниз (грациозно, как и всегда) и с ухмылкой сцепляет руки за спиной. — Идём, запрыгивай мне на спину. — С-Серьёзно? — Джисон слишком занят мыслями о том, насколько сейчас горяч Минхо, так что едва осознаёт его слова. — Ага. Я подниму нас наверх, прыгай. С одной рукой не заберёшься. Джисон, краснея, запрыгивает на спину Минхо, обвивая его всеми здоровыми конечностями подобно коале. Минхо начинает подниматься вверх по верёвочной лестнице, и Джисон чувствует, как под его руками напрягаются мышцы. Через несколько секунд они оказываются на спине огромного покемона, который нетерпеливо ёрзает в снегу, размахивая хвостом. Минхо упирается коленями в основание седла и тянется одной рукой за спину, перехватывая Джисона под бедро. — Так, отсюда сможешь залезть? Я тебя держу, ты не упадёшь. Джисон тяжко выдыхает и отпускает плечи Минхо, переставляя ногу на верхнюю ступень лестницы. — Ага. Минхо не опускает руки, готовясь в любой момент поймать Джисона, пока тот устраивается в седле, а затем забирается сам, намного более грациозно, скользя на спину Сетитана подобно сёрферу на волнах и одним движением поднимая лестницу обратно. Минхо устраивается в седле, и Джисон чувствует, как тёплые и сильные бёдра прижимаются сзади к его собственным. — Отлично, — говорит Минхо, — Держись за ручки. Ноги засунь в стремена. Джисон кивает. Сетитан выпрямляется в полный рост, и они оказываются в воздухе примерно на высоте шести метров. Слева от них — только заснеженный обрыв, за которым простираются долины и горы вдали, сияющие под солнечным светом. — Это потрясающе, — охает Джисон. Руки Минхо обвивают его талию сзади. — Осторожнее, Хан Джисон. Звучит так, как будто ты наслаждаешься, — хмыкает он. — Я вообще-то способен наслаждаться! — шипит Джисон. Минхо смеётся, похлопывая Сетитана по боку рядом с коленом Джисона, — СеСе, давай в лагерь. Это всё, что слышит Джисон, прежде чем покемон трогается с места. Сетитан бредёт к склону, раскачиваясь, как лодка посреди шторма. Джисон вскрикивает, крепче хватаясь за ручку и невольно вспоминая тяжёлую походку Гарчомпа, но затем покемон отталкивается от земли и плюхается всем весом в снег. Он как будто плывёт. Или съезжает на сноуборде. Он грациозно скользит вниз по горе, разрезая плавниками снег, и быстро набирает скорость. Они мчатся по горе так быстро, будто летят. Сетитан скользит по снегу плавно,словно ничего не весит, и огибает гору как запрограммированная машина, без особых усилий спускаясь по спирали. Джисон заливается смехом — ветер пощипывает лицо, а желудок сжимается от ощущения скорости, прямо как при спуске на сноуборде. Он восторженно оглядывается по сторонам, разглядывая горы Гласеадо, впадины и долины ледяной местности со всех ракурсов. Солнце отражается от гладких снежных полотен, подсвечивая их, словно листы хрусталя. — Охренеть, — раскрывает рот Джисон, вдыхая свежий морозный воздух. Всё, что он может видеть вокруг — это снег и деревья на бесконечной земле, похожей на пёструю карту из скал, льда и жизни. — Вау. — Знаю, — обыденно хмыкает Минхо, уложив голову на плечо Джисона. — Это невероятно, — шепчет Джисон. Он боится даже моргать, потому что не хочет упустить ни одной секунды вида, от которого захватывает дух, — Сетитан невероятный. Покемон под ними издаёт довольный вопль. Минхо хихикает, крепче сжимая руками талию Джисона. Они добираются до места назначения в считанные минуты. Сетитан чуть замедляется у подножия горы, а затем поднимает все конечности разом, чтобы остановить свой вес. Минхо сжимает Джисона в каменной хватке, когда тот практически вылетает из седла при резком торможении. — Ты в порядке? — проверяет он. — Д-да, — заикается Джисон. Он осматривается вокруг и снова восхищённо роняет челюсть. Подножие горы покрыто множеством пещер; покемоны выглядывают из-за камней, и, когда Джисон смотрит в их сторону, с громкими вскриками устремляются обратно в тёмную глубину. Среди ледяных скал простирается целая снежная тундра, усеянная жесткой растительностью, по которой снуёт столько снежных покемонов, что Джисон не может сосчитать. Впереди них виднеется полузамёрзшее озеро, обрамлённое вечнозелёными деревьями. С края горы вдали низвергаются водопады, свисающие огромными ледяными пластами и врезающиеся в озеро, в котором плавают десятки покемонов, в том числе и несколько Сетитанов, как у Минхо. Джисон раньше никогда не видел столько покемонов в одном месте. Никогда за всю свою жизнь. — Что это за место? — выдыхает он. Минхо выбирается из седла, сбрасывая лестницу и вставая на самую верхнюю ступеньку, а затем поворачивается к Джисону, щурясь поверх шарфа. — Иди сюда, покажу. Они спускаются на землю, и Джисон ожидает, что Минхо затянет Сетитана обратно в покебол, но вместо этого он достаёт оставшиеся четыре мяча и подбрасывает их в воздух. Джисон не может сдержать смех, наблюдая за тем, как вырвавшаяся на волю команда Минхо бросается в снежную тундру — Вивайл чёрной тенью взмывает на дерево, а Фросмот устремляется в сторону пещер, радостно жужжа, когда замечает одну из представительниц её вида. — Можешь выпустить и своих, если хочешь, — говорит Минхо, показывая в сторону озера, где вечнозелёные деревья располагаются кучнее, и где совсем нет снега, — Там намного теплее, поэтому в том лесу тусуются все другие типы. Сердце Джисона бешено колотится в груди. Он очень хочет поцеловать Минхо. — Хорошо, — говорит он, и тут же выпускает всю свою команду. Рёв Гарчомпа эхом раздаётся по всей местности, и дракон срывается с места в сторону деревьев, как и все остальные покемоны Джисона, за исключением Мяускарады, которая на мгновение останавливается, бросая на него знающий взгляд и переводя большие розовые зрачки на Минхо. — Привет, — говорит Минхо, кланяясь ей. — Привет, Мяуски, — улыбается Джисон, — Это Минхо. Она мяукает, бросаясь к Минхо с такой ошеломляющей скоростью, что тот отшатывается, но лишь тычется носом в его шарф, а затем довольно фыркает и срывается с места в сторону озера. — Надеюсь, наши покемоны не загрызут друг друга на свободе, — говорит Джисон, усмехаясь, — Как ты собираешь их обратно? — Приходят сами, когда я их зову, — просто отвечает Минхо, а затем улыбается, когда Сетитан снова плюхается в снег, счастливо вереща, — И твои придут. Не привык выпускать их на свободу, да? — Да, — признаёт Джисон, немного смущаясь, — Обычно мы просто... Минхо наблюдает за его неловкими попытками подобрать слова. — Двигаетесь в следующий зал? — подсказывает он. Джисон ловит его взгляд, сверкая глазами и сразу же ощетиниваясь. — За этим ты меня сюда привёл? — резко бросает он, — Чтобы доказать, почему ты прав, а я нет? Минхо качает головой; в его глазах мелькает веселье. — Эх, Джисони. Джисон пристально смотрит на него, готовясь начать спор в любой момент. — Я просто хотел показать тебе это место, — говорит Минхо, — Не из-за неприязни или неуважения. Оно многому меня научило, и я хотел показать его тебе, потому что оно правда важно для меня. Джисон тут же смягчается, чувствуя, как к щекам приливает жар. Что ты за мудак, ругает он себя. — Оу, — бормочет он, — П-прости. — Ничего. Я уже говорил, какой ты милый, когда злишься? Джисон едва сдерживает улыбку. Минхо кивает в сторону озера. — Пойдём прогуляемся. Они бродят по краю леса, наблюдая за покемонами всех типов — наслаждающимися жизнью, собирающими еду, строящими снежные крепости и играющими друг с другом. На этой высоте кожу обдаёт приятным теплом, и Джисон чувствует укол вины. Возможно, он и правда был слишком плохого мнения о Минхо. — Я никогда раньше не видел столько покемонов в одном месте, — тихо говорит он, — Они такие счастливые. — Так и есть, — соглашается Минхо, — Чтобы создать для них такое место, потребовалось много лет и усилий. — Его создал ты? — предполагает Джисон. — Чанбин очень помог, — отвечает Минхо, — И многие другие жители деревни. Но... да, начал это я. Джисон кивает. Невероятно. Минхо невероятен. — Прошлой ночью, — вновь подаёт голос Минхо, указывая вдаль, — С той горы сошла лавина. Изменение климата влияет на ледяных покемонов больше, чем на остальные типы. — Логично, — тихо отвечает Джисон, затаив дыхание. — В этой горе образуются трещины, она буквально разваливается. На планете становится всё жарче, и ледяным покемонам становится всё сложнее найти себе убежище, когда камни вперемешку со снегом падают с высоты в тысячи метров и разрушают их дома, — он разворачивается в противоположную сторону, показывая на лес, за которым виднеются скалы, — Поэтому я отвёл их туда. — Так ты прошлой ночью спас их.... от лавины? Минхо, кивая, мычит. — Это буквально моя работа. Тогда я получил сигнал тревоги от метеорологов Гласеадо, вот что это был за... — усмехается он, — убивающий всё настроение писк. Последствия не были разрушительными, но несколько маленьких покемонов всё же были ранены. Сейчас они в центре. — Прости, — бубнит Джисон, — Чувствую себя идиотом. — Откуда тебе было знать? — легко отвечает Минхо. Его рука в перчатке находит руку Джисона, переплетая их пальцы, и сердце Джисона замирает, — Это не так просто объяснить, и тогда на это не было времени. Но я определённо не хотел отправлять тебя на суицидальную миссию вниз по склону горы. — Я... решил уйти по многим причинам, — Джисон пытается не зацикливаться на том, что они держатся за руки. Он не может вспомнить, держал ли вообще кого-то за руку за пределами спальни, — Мне сложно находиться на одном месте. Я сразу начинаю бояться, что если где-то задержусь, то просто не смогу двигаться дальше. — Если хочешь уйти, я могу помочь, — в словах Минхо сквозит нерешительность, — Сетитан может спустить тебя вниз. Южная сторона горы опасна, но он справится, если погода будет подходящей. А Алтария потом вернёт меня наверх. — Не стоит, — говорит Джисон, — Я всё равно сейчас не могу продолжить свой путь. Не с больной рукой. Одной я не удержусь на Гарчомпе. — Но ты можешь отдохнуть где-то, где потеплее. Джисон переводит на него взгляд, пытаясь прочитать эмоции на лице, спрятанном за шарфом, — Ты хочешь, чтобы я ушёл? — Нет, — уверенно говорит Минхо, — Ты ещё даже не разложил меня ни на одной поверхности. Конечно же нет. Джисон хихикает, сжимая его руку. — Хорошо. Спасибо, что разрешил остаться у тебя, правда. Я всегда могу вернуться в гостиницу, если буду обузой. — Ты — маленький говнюк, — говорит Минхо, — Но никак не обуза, — его глаза вспыхивают чем-то тёплым, когда находят взгляд Джисона. Они разжигают небольшой костёр на краю леса. Облака на небе сгущаются, и с заходом солнца температура начинает стремительно падать. Минхо устанавливает треногу над огнём и достаёт из рюкзака несколько гамбургеров с чёрной фасолью, сразу же раскладывая их на гриле. Пока Минхо готовит, что-то тихо напевая себе под нос, Джисон лежит рядом, наблюдая за покемонами вокруг и поднимая глаза на бескрайнее небо над головой. Он уже давно не чувствовал себя так комфортно на природе — просто глядя на звёзды и наслаждаясь теплом костра. Он скучал по этому ощущению. Минхо собирает бургеры, укладывая котлеты из фасоли на булки, и смотрит на Джисона с улыбкой, которую уже не скрывает шарф, свободно висящий на плечах. — Я хотел взять лук, но забыл положить. Прости. — Они и так идеальны, — говорит Джисон, присаживаясь и доставая пластиковые тарелки, — Спасибо. — М-м. Пока они заняты едой, их покемоны потихоньку собираются вокруг. Довольная Мяускарада плюхается под бок Джисону, и, к его удивлению, Вивайл садится рядом с ней, игриво шлёпая по щеке, на что та бьёт его в ответ. Гарчомп расхаживает по лагерю, скрипя зубами и охраняя их, но заметно смягчается, когда мимо вальяжно проплывает Алтария, приветствуя его привычным ликующим криком и уносясь прочь. — Нет, ну ты посмотри на них, — говорит Минхо, указывая на Мяускараду и Вивайла, которые то ли дерутся, то ли липнут друг к другу рядом с Джисоном, — Тёмные типы, а такие милашки. — Они напоминают мне нас, — посмеиваясь, отвечает Джисон. — О-оу, — говорит Минхо, ухмыляясь, — Нам стоит оставить их наедине? Джисон фыркает. Ветер усиливается, и, прежде, чем Минхо успевает подняться на ноги, чтобы подложить дрова, Серуледж выпускает поток пламени, на что Минхо довольно усмехается. Джисона распирает от гордости за то, что его покемон может обеспечить Минхо какой-никакой, но комфорт. Он как будто на свидании. На очень, очень хорошем свидании. Минхо приваливается к боку Джисона, когда все покемоны устраиваются на местах, и Джисон задерживает дыхание, осторожно обвивая рукой его плечо. — М-м, — мычит Минхо, — Удобно. Сердце Джисона снова начинает колотиться в груди. Ветер продолжает усиливаться, и небо стремительно темнеет. Начинает падать снег — сначала мягко, а затем усиливаясь с каждой минутой. Минхо выпрямляется, стряхивая снег с волос. — Нужно возвращаться, пока погода совсем не испортилась. — И как нам вернуться? — спрашивает Джисон, глядя на Сетитана. Его тело выглядит не особо подходящим для движения вверх. — Обычно меня забирает Алтария, но нас обоих он не поднимет. Эм... — этот момент Минхо, кажется, не продумал, — Можно попросить Сетитана, но он очень неустойчив, когда карабкается наверх. — Плевать, — соглашается Джисон, — Звучит как приключение. Минхо улыбается, качая головой, а затем подаётся вперёд, прижимаясь к губам Джисона своими. Джисон давится воздухом, чувствуя тепло и мягкость, по которым уже успел соскучиться. Он скользит языком по губе Минхо, и тот тихо выдыхает в поцелуй, обвивая талию Джисона руками и притягивая к себе. Гарчомп рычит на них, и Минхо отстраняется с неловким смехом, махая покемону в извиняющемся жесте. — А это для чего было? — выдыхает Джисон, опуская глаза на влажные, припухшие губы напротив. — Не знаю, — смущённо улыбается Минхо, избегая его взгляда, — Пойдём, нужно выбираться отсюда. К тому времени, как они заканчивают уборку, запускают покемонов обратно в покеболы, и Минхо благополучно затаскивает Джисона на спину Сетитана, ветер и снег становятся такими же суровыми, как и в тот день, когда Джисон упал с горы. Сетитан ковыляет к склону с удивительной для своих габаритов скоростью, яростно размахивая хвостом. Минхо не шутил, когда говорил "неустойчив". Подъем получается очень неуклюжим и даже небезопасным. Минхо, сидя за Джисоном, просовывает руки под его локти, хватаясь за ручку и изо всех сил напрягая мышцы, но риск падения всё ещё кажется неимоверно высоким. Сетитан взбирается на гору довольно быстро. Он почти полностью тонет в снегу, разрезая его хвостом и плавниками так, будто рассекает воду, и в то же время поднимаясь по склону мощными ногами. Джисон не может сдержать маниакальный смех, зажмуривая слезящиеся от ветра глаза. Покемон в мгновение ока проделывает весь путь до Гласеадо, а затем съезжает по лестнице вниз к дому Минхо, едва успевая затормозить и чуть не улетая с обрыва. Джисон вскрикивает и крепче хватается за ручку на седле, пока вся жизнь пролетает перед глазами, и на какое-то мгновение они оказываются в полной тишине, пытаясь отдышаться. А затем Сетитан начинает верещать так, будто ещё не набегался. В голове Джисона пустеет. Он разворачивается, неуклюже перекидывая ногу через ручку и оказываясь лицом к Минхо, а затем дёргает его шарф вниз и отчаянно целует. Минхо удивлённо охает, но отвечает, придвигаясь ближе и устраивая колени под бёдрами Джисона. Джисон сжимает ладонями его талию, на что тот, кое-как отстранившись, бормочет: — Давай зайдём внутрь. По ощущениям это длится целую вечность. Минхо запускает Сетитана обратно, открывает дверь трясущимися руками, и, в тот же момент, когда она закрывается за Джисоном, они набрасываются друг на друга снова. Джисон жадно вгрызается в Минхо, облизывая его губы. Это сводит с ума — Минхо отвечает с таким же рвением, стаскивая с Джисона одежду слой за слоем и откидывая её на пол. Джисон посасывает его язык, целует еще глубже, и от тихого всхлипа в собственные губы у него подгибаются колени. — Джисон, — шепчет Минхо, прижимая его спиной к стене и пробегаясь холодными пальцами по горячей коже живота под свитером. От ледяных прикосновений у Джисона перехватывает дыхание. — Да? — шепчет он, слабо дрожа. — Я хочу, чтобы ты трахнул меня в рот, — совершенно обыденно сообщает Минхо, — Сможешь это организовать? — Оу, — Джисон вздыхает, но этот вздох тут же перерастает в стон. Минхо хихикает, и от его смеха теплеет в груди, — Я сделаю всё, что захочешь, милый. Минхо стягивает с Джисона свитер, стараясь не касаться больной руки. На мгновение он, приоткрыв рот, задерживает пристальный взгляд на теле Джисона, проводя маленькими пальцами по его груди и кубикам пресса. Джисон гордо усмехается. — Закрой, муха влетит. Минхо поднимает на него острый взгляд, хоть его щёки и заливаются румянцем. — Не знал, что ты занимаешься. — Ты что, прослушал ту часть, где я говорил, что залез на эту гору сам? Минхо наклоняется вперёд, целуя Джисона в шею и скользя губами к ключицам, — Ты сумасшедший, — выдыхает он, прикусывая тёплую кожу и слегка засасывая, — Это так сексуально. Джисон чувствует, как в животе начинает собираться жар. — Думаешь? — немного смущённо бормочет он. — Ага. Почему Минхо всегда настолько невозмутимый? Он накрывает Джисона ладонью через спортивные штаны, ощущая, как тот дёргает бёдрами навстречу. — Хотел встать перед тобой на колени ещё с тех пор, как увидел в первый раз. Джисон стонет, запуская пальцы в волосы Минхо, пока тот спускается поцелуями по его груди и обхватывает губами сосок, поднимая потемневший взгляд, когда проводит языком по чувствительному месту, — Чёрт, Минхо, ты серьёзно? — шипит Джисон сквозь зубы. Минхо улыбается, отстраняясь с влажным чмоком, и опускается на колени, укладывая руки на бёдра Джисона и оказываясь в считанных сантиметрах от его члена. — Да, — непринуждённо говорит он, — Ты определённо мой типаж. — И какой же у тебя типаж? — хрипит Джисон, откидывая голову на стену, когда Минхо накрывает его губами через ткань штанов. — Хмм, — руки Минхо плавно обводят его бёдра, — Дерзкие. Талантливые. Маленькие. — Я не... такой уж и маленький, — выдыхает Джисон, когда Минхо сжимает его длину. — Ты прав, — смеётся Минхо, поглаживая Джисона до полной твёрдости одной рукой и цепляя резинку штанов второй, — Совсем нет. Он стягивает штаны Джисона на бёдра вместе с нижним бельём, и Джисон чувствует вспышку неуверенности — он уже почти обнажён, а Минхо всё ещё полностью одет. Но вся неуверенность пропадает, когда глаза Минхо расширяются, и он высовывает язык, прежде чем скользнуть им вверх по всей длине, облизывая головку с таким энтузиазмом, будто он вот-вот умрёт, если не попробует его на вкус. Джисон стонет одновременно с ним. Минхо накрывает его губами и опускается вниз, вбирая в себя полностью. Джисон шипит, когда Минхо отстраняется и размашисто проводит языком по всей длине. — Ты прекрасен, — выдыхает Джисон, и сам удивляется тому, как мягко звучит его голос, — Мне так хорошо. Минхо отстраняется полностью, глядя на Джисона снизу вверх из-под ресниц, на которые падают растрёпанные пряди, и приглашающе высовывая язык. Джисон проводит пальцами по его волосам, слегка сжимая их на затылке, а затем направляет головку вперёд, проскальзывая внутрь и упираясь в заднюю поверхность горла. Минхо хнычет, сжимая пальцами его бёдра, и выжидающе моргает. Он начинает с ленивого темпа, погружаясь в рот Минхо медленно и глубоко, наслаждаясь ощущением того, как чувствительная головка касается чужого языка. Разум тут же затуманивается. Джисон крепче сжимает волосы Минхо, толкаясь в его рот с нарастающим желанием. Он скользит по гладкому нёбу, упираясь в горло с каждым движением, и Минхо стонет, посылая по телу Джисона приятные вибрации. — Ох, чёрт, — шипит он, сжимая волосы Минхо и как никогда жалея, что может задействовать только одну руку. Он толкается бёдрами вперёд, проникая ещё глубже, и вздрагивает, чувствуя, что Минхо едва не давится, — Ты так хорошо справляешься, малыш. Минхо смаргивает слёзы, пока с его растянутых губ капает слюна. Он легко хлопает Джисона по бедру, и тот отстраняется, тяжело дыша. — Ох, — усмехается Минхо, скривив губы в дерзкой ухмылке, от которой у Джисона внутри пульсирует всё, что только может, — Я мог бы кончить только от этого, клянусь. — Нн-не... — Джисон закусывает губу, глядя, как Минхо слизывает каплю предэякулята, — Не ври. — Я бы никогда, — сладко пропевает Минхо, скользя влажными губами вверх по длине и выдыхая, — Твои тихие стоны, то как напрягается твоё тело. Только из-за меня. Слишком возбуждает. Джисон вдыхает так резко, что сводит живот. — Минхо, — стонет он, когда тот снова берёт его в рот, — Я так хочу тебя, детка, пожалуйста... Слова слетают с губ прежде, чем он успевает осознать, и взгляд Минхо темнеет. Он отстраняется и медленно поглаживает член Джисона, растягиваясь в дразнящей улыбке, — Готов умолять, Джисони? — Нет, — бормочет Джисон себе под нос, слегка надуваясь, — Просто не хочу кончить, пока не отдеру тебя так, как ты того заслуживаешь. Минхо хихикает и поднимается на ноги. Его джинсы спереди заметно натянуты, и Джисон чувствует острую потребность упасть на колени, чтобы отплатить Минхо тем же, но лидер берёт его за руку и ведёт вниз по лестнице. Джисон оказывается на диване, голый и до нелепого твёрдый, пока Минхо, стоя перед ним, стаскивает с себя свитер и джинсы. Джисон громко сглатывает, наблюдая за тем, как волосы Минхо рассыпаются по широким плечам, которые плавно перетекают в узкую талию и подтянутый живот. Соски на его широкой груди тут же реагируют на прохладный воздух; он твёрд как камень, и на белье, где-то в районе головки, виднеется влажное пятно. Минхо проводит пятернёй по волосам, тихо посмеиваясь, будто пытается скрыть волнение. — Что? — Не знаю, — честно говорит Джисон. В его голове уже не осталось ничего, кроме помех, — Хочу, чтобы ты задушил меня каждой частью своего тела. Минхо поджимает губы, пытаясь сдержать ухмылку. — Оу, правда? — Типа... Я хочу умереть, зарывшись носом в твою грудь. — Та-ак. — Или, может быть, когда ты сядешь мне на лицо. Твои бёдра могут послужить мне гробом. — Это как-то жестоко. — Ты так прекрасен, — продолжает Джисон, — Так красив, что я готов умереть прямо здесь. Минхо краснеет до самой груди, закрывая лицо ладонью. — Господи, замолчи уже. — Иди сюда. Минхо не спорит. Он забирается на бёдра Джисона, и теперь их обнажённые тела разделяет только один слой ткани. Здоровая рука Джисона скользит вверх по его бедру, подцепляя нижнее бельё так, что оно исчезает в складке между бедром и поясницей. Он натягивает ткань сзади, обнажая ягодицы и сжимая свободной рукой одну из них, — Блять, — выдыхает Джисон, выцеловывая грудь Минхо и чувствуя непреодолимое желание оставить метку на гладкой коже — Никогда так не хотел, чтобы у меня была ещё парочка рук. — Ударь меня, — шепчет Минхо, — Хотя бы раз. Джисон обводит языком его сосок, слегка прикусывая, и шлёпает со всей силой, на которую только способна его левая рука. Минхо резко дёргается вперёд, не сдержав приглушённый стон; его колени слегка разъезжаются в стороны. — Можно снять? — с трудом выдавливает Джисон, царапая пальцами по резинке белья, — У тебя есть смазка? Минхо молча встаёт с Джисона и направляется в свою комнату; все его изгибы выставлены напоказ, трусы натянуты вокруг ягодиц, и Джисон сдерживается из последних сил, чтобы не сорваться за ним и не отшлёпать до красных пятен на коже. Спустя несколько мгновений Минхо вновь появляется в дверном проёме. — Идём. Джисон, как безвольный робот, следует за ним.

___

Посреди спальни Минхо с видом на долину располагается огромная кровать, а на стенах развешано множество декораций, связанных со сноубордингом. Джисон, конечно же, благополучно игнорирует всё вышесказанное — кроме парня, растянувшегося перед ним на простынях. Минхо стоит на коленях, задом к нему, уперевшись руками в спинку кровати. Теперь он окончательно обнажён. — Что? — невинно хлопает глазами Минхо, глядя на Джисона. Джисон выходит из транса и подходит к нему, забираясь на кровать. Его сердце трепещет от нервозности и волнения. Минхо такой... голый, такой красивый. — Ничего, — говорит он, разумно переждав нахлынувший момент сентиментальности, — Просто слишком хочу, чтобы тебе было хорошо. Одной нежной улыбки Минхо достаточно, чтобы у Джисона сбилось дыхание. — Я немного позабочусь о тебе, — отвечает он, выгибая спину, — Твоя правая рука сейчас малость непригодна, поэтому я подготовлю себя сам, пока ты смотришь. У Джисона пересыхает во рту от одного образа в голове. — Правда? — Ага, — Минхо находит бутылочку со смазкой среди простыней, а затем лениво ухмыляется, — Посидишь спокойно, детка? — Я не могу прикасаться к тебе? — возмущённо отвечает Джисон, вытаращив глаза на обнажённое тело Минхо. — Прикасаться можешь, — выдыхает он, — Но ничего внутри. Пока. Джисон приходит к выводу, что это справедливый компромисс, и соглашается, прикусывая губу. Минхо тщательно смазывает руку — от всего его вида, начиная с распущенных тёмных волос и заканчивая рельефными мышцами на ногах, у Джисона текут слюни. Минхо опускается грудью на кровать и прогибается, выставляя ягодицы напоказ. Член Джисона резко дёргается. — Блять, — это всё, что он может сказать в данный момент. Минхо тихо всхлипывает, обводя пальцами вход и достаточно смазывая, прежде чем ввести в себя первый палец. Член Джисона вздрагивает, когда он наблюдает за тем, как палец Минхо медленно погружается внутрь. — Тебе хорошо? — бормочет он, проводя ладонью по бедру Минхо. Минхо выдыхает, толкаясь пальцем глубже, а затем возвращая его обратно с непристойным звуком, — Да, — хнычет он, быстро добавляя второй, — Очень. Джисон прикусывает губу так сильно, что та начинает пульсировать, как только он отпускает её. Он поглаживает бедро Минхо, а затем шлёпает его по ягодице, наслаждаясь тем, как он дёргается, издавая сдавленный стон. — Вот так, — пропевает он, сжимая ягодицу Минхо и оттягивая её в сторону, — Покажи мне, как ты растягиваешь себя. Минхо выдыхает, слабо подрагивая. Он сгибает руку под другим углом и вновь вводит в себя два пальца. — Я хорошо выгляжу, Джисони? — хнычет он, покачивая бёдрами навстречу собственному запястью. — Хорошо — это слабо сказано, — хмыкает Джисон, шлёпая Минхо снова и наблюдая за тем, как он заметно сжимается вокруг пальцев, — Давай же. Ты можешь принять больше, — он наносит ещё один шлепок по бедру, грубо сминая его, и облизывает губы, наблюдая за тем, как Минхо двигает пальцами быстрее, — Добавь третий. Минхо слушается; его бёдра подрагивают от проникновения, когда он скользит внутрь уже тремя пальцами. Джисон держит его раскрытым, не желая упускать ни секунды этого зрелища. От возбуждения начинает кружиться голова. — Минхо, — говорит он, сжимая его ягодицу и слегка шлёпая по ней, просто чтобы посмотреть на то, как дрожат упругие мышцы, — Ты можешь больше. Давай же, глубже. Быстрее. Минхо отвечает хриплым сдавленным стоном, хватаясь свободной рукой за спинку кровати и ускоряясь. — Джисони, — вскрикивает он, когда мышцы начинают трястись от напряжения, — Хочу тебя, я готов... Джисон мог бы растянуть этот момент, раздразнить Минхо ещё больше, но он и сам чувствует, что задохнётся, если не окажется внутри него прямо сейчас. Он хватает Минхо за запястье, замедляя его движения. — У тебя есть презервативы? Минхо нащупывает блестящую упаковку под матрасом и вслепую кидает её Джисону, который, в свою очередь, открывает её зубами, зажмурив один глаз, пока вторым неотрывно наблюдает за Минхо. Рот за секунду наполняется слюной при одной мысли о том, что ему предстоит испытать. — Давай же, — скулит Минхо, нетерпеливо выгибая спину. — Эй, — Джисон с силой шлёпает Минхо по заднице, хихикая, когда тот вскрикивает, — Открывать презерватив одной рукой вообще-то сложно. — Оу. Извини, я должен был помочь. — М-м, — Джисон склоняется над Минхо, целуя его между лопаток, а затем пристраивается меж его ягодиц и надавливает всем телом, вжимаясь внутрь. Джисон с силой зажмуривается, напрягаясь всем телом от накатившей волны удовольствия. Минхо принимает его полностью, сжимаясь вокруг, и гортанный стон Джисона сливается с высоким, дрожащим стоном Минхо. — О боже, — шепчет Минхо, впечатываясь щекой в подушку и прикрывая глаза. Он такой чертовски красивый. Всегда. — Господи, ты такой большой. — Расслабься, малыш, — успокаивает его Джисон, скользя здоровой рукой по груди и сжимая чувствительный сосок. Минхо втягивает воздух сквозь зубы, дрожа от стимуляции, — Ты в порядке? — Да, — скулит Минхо, — Только чувствую себя так, будто вот-вот кончу. Эго Джисона тут же раздувается. — Правда? — М-м.. нет, ну, наверное, не совсем, но... блять, похоже на то, — Минхо делает глубокий прерывистый вдох, а затем усмехается, — Ладно, продолжай. Всё в порядке. Джисон укладывает руку на бедро Минхо и входит до упора, выбивая из них обоих сдавленный стон. Он шипит, пытаясь преодолеть желание сорваться на бешенный темп, и проверяет: — Порядок? — М-мх, — выдыхает Минхо, прогибаясь в спине, а затем поднимая бёдра и начиная раскачиваться взад-вперёд, скользя по члену Джисона с громким, влажным звуком, — Чёрт. Джисон оттягивает ягодицу Минхо в сторону, слегка шлёпая по ней. — Я могу уже взять тебя, детка? — Пожалуйста, — стонет Минхо. Джисон не теряет ни секунды. Он цепляется здоровой рукой за волосы Минхо, наматывая шёлковые локоны вокруг пальцев, и снова подаётся бёдрами вперёд. Он берёт его жестко и быстро, компенсируя отсутствие правой руки резкими глубокими движениями. Чувство того, как Минхо расслабляется под ним всё больше с каждой секундой, поистине невероятно. Стоны Минхо то и дело прерываются от силы толчков, дыхание сбивается. — О боже, — хрипит он, дрожа, — Джисон. Джисон тихо стонет, когда Минхо произносит его имя. — Да? — пропевает он, ослабляя хватку на волосах и шлёпая его снова, — Ты любишь пожёстче, так ведь? Минхо выгибается, зарываясь рукой в собственные волосы и встречая каждое движение Джисона на полпути, — Так хорошо, — бормочет он, когда волосы выпадают из завязанного на макушке пучка, чувствуя, как упругие мышцы сотрясаются при каждом толчке. — Боже, — усмехается Джисон. Кожа Минхо уже ярко красная и горячая на ощупь, он принимает Джисона вновь и вновь, каждый раз, когда он практически выходит, а потом снова толкается обратно до самого основания. — Пожалуйста, — болезненно хрипит Минхо, сотрясаясь от тяжёлого дыхания, но Джисон знает, что Минхо бы остановил его, если бы что-то было не так. — Жёстче. — Жёстче? — Джисон входит до упора и остаётся на месте, наслаждаясь приглушённым стоном, а затем тянется рукой к его члену, плотно обхватывая и сжимая, — Вот так? — А! — Минхо начинает дрожать, бездумно толкаясь бёдрами назад, — Н-нет, я так скоро... Джисон тут же отпускает его, глубоко вдыхая через нос, когда Минхо стонет во весь голос, как обездоленный маньяк, — Дыши, — успокаивает он, проводя ладонью по горячей, вспотевшей спине Минхо, — Дыши, милый, всё хорошо. — Я не хочу, чтобы это заканчивалось, — бормочет Минхо, так уверенно и искренне, что сердце Джисона пропускает удар. — Да ты что, — Джисон нежно заправляет волосы Минхо за ухо и ловит его взгляд через плечо, самодовольно ухмыляясь, — Можем провести так хоть всю ночь. Хочешь, кстати, устроить реванш между заходами? Минхо запрокидывает голову назад, заливаясь смехом. Его щёки порозовели от жара, и в этот момент он прекрасен как никогда. — Нет, иди нахер. Поцелуй меня. Джисон моргает. — Поцелуй меня, — снова шепчет Минхо с мольбой в глазах, — Пожалуйста. Джисон притягивает его к себе, обвивая рукой талию, и вовлекает в глубокий поцелуй. Минхо тихо всхлипывает ему в губы; Джисон всё ещё внутри, но они на время останавливаются, мокро и медленно целуясь, пока Минхо спускается с грани, — Джисон, — бормочет он ему в губы. — М-м? — Джисон целомудренно целует его, — Мне нравится, когда ты произносишь моё имя. — Джисон, — повторяет Минхо, и его блестящие от слюны губы расплываются в улыбке, — Хочу, чтобы ты кончил мне на грудь. Справишься? Сердце Джисона подпрыгивает к самому горлу, когда он глотает низкий стон. — Оу. Да. Перевернёшься? Минхо шипит, когда Джисон выходит из него, и встаёт с кровати, а затем подползает к краю, устраиваясь на спине с поджатыми коленями. Они оказываются лицом к лицу. Джисон смущённо улыбается, встречаясь с ним взглядом. — Оу, приветики. — Привет, красавчик, — улыбается Минхо, расслабленно уложив руки на своей груди. Джисон краснеет и тянет его за лодыжку, перекидывая одну ногу себе через плечо, — Хватит болтать. Минхо игриво ухмыляется, но тут же открывает рот в немом стоне, когда Джисон снова проскальзывает в него. — Ох, чёрт, — шепчет Минхо, бегая по телу Джисона сверкающими глазами. Джисон чувствует прилив тепла от невербального комплимента и возобновляет быстрый ритм. Он хватает Минхо за бедро, вбиваясь в него глубоко и резко, направляя себя под таким углом, чтобы каждый толчок попадал именно туда, куда нужно. Минхо морщится и задыхается под ним, пощипывая собственные соски на тяжело вздымающейся груди и явно приближаясь к краю. Джисон не знает, куда ему смотреть — на его раскрасневшееся лицо, искажённое от удовольствия, но такое же великолепное, как и всегда; на его грудь, подскакивающую от каждого толчка; на пульсирующий вход, растянутый вокруг Джисона, блестящий от смазки и принимающий его с громкими хлюпающими звуками. Он поверить не может, что Минхо хотел от него именно этого. С тех самых пор, как они познакомились, или даже раньше. — Боже, блять, — выдавливает Джисон, впиваясь ногтями в бедро Минхо и вбиваясь в него так сильно, что кровать начинает трястись, — Видел бы ты себя, детка. Такой горячий. Минхо выгибается, и его рёбра напрягаются от резкого дыхания, пока руки беспорядочно шарят по простыням. — Я сейчас... — скулит он, с силой зажмуриваясь, — Не останавливайся, Джисон, Джисон! Голос Минхо срывается, а затем все его мышцы напрягаются, когда он изливается себе на живот. Стоны, которые слетают с его губ в этот момент, звучат как самые грешные мечты Джисона, воплощённые в жизнь; он выжимает Минхо до последней капли и спешно выходит. Джисон доводит себя рукой, вставая на колени над телом Минхо, тяжело дыша и пытаясь справиться с дрожащими пальцами. Минхо смотрит на него сквозь намокшие ресницы, с силой прикусив губу. — Ну же, Джисони. Джисон стонет, стиснув зубы до боли, и, в конце концов, изливается. Он задыхается, заворожённо наблюдая за тем, как тело Минхо раскрашивают белые полосы. Удовольствие, стягивающееся в нём плотным узлом, наконец, разливается через край — ему остаётся только ждать, когда перестанет кружиться голова, и когда в неё вернётся хоть единая мысль. Возвращаясь в реальность , Джисон видит, что Минхо улыбается ему. Вся его грудь покрыта семенем, которое он собирает пальцами и подносит к губам. — М-м, — мычит Минхо, обхватывая губами пальцы, — А ты хорошо постарался, малыш. Джисон задушенно смеётся и падает лицом в одеяло. Минхо шлёпает его по голой руке. — Джисон, принеси полотенце, пожалуйста. — Я что-то как-то устал. — Ты вчера продрых пятьсот часов! Давай, шевели колготками. Бегом, бегом! Джисон поворачивает голову в сторону Минхо, оказываясь с его лицом всего в нескольких сантиметрах. Волосы Минхо прилипают к влажным вискам, щеки горят ярко-красным, а пухлые розовые губы слегка поджаты. Его глаза сияют, скрываясь за пушистыми ресницами. Он весь — сплошная смесь мягкого и резкого, с этой чётко очерченной линией носа и скулами. Его не описать словами. Минхо молча выгибает бровь. Джисон тянется вперёд, чтобы поцеловать его. Минхо подстраивается под его ритм, довольно вздыхая. Они целуются и целуются, теряя счёт времени. В мыслях и движениях Джисона нет никаких образов или намерений — он просто наслаждается, пробуя на вкус язык Минхо и его чувствительные губы, экспериментируя и узнавая, что может сделать ему приятно. Минхо любит боль, любит, когда его губы кусают. Любит, когда Джисон погружает в него свой язык так глубоко, как только может. Дымка эйфории окончательно рассеивается — движения их губ навстречу друг другу становятся всё медленнее и ленивее. Джисон чередует глубокие поцелуи с лёгкими чмоками; их ноги переплетены на кровати, и Джисон обвивает голень Минхо своей, притягивая его ещё ближе. Минхо довольно мычит, всасывая нижнюю губу Джисона в рот, — Мне нравится твой вкус, — выдыхает он, высовывая язык и дразня Джисона. Джисон фыркает, едва сдерживая смешок. — Минхо, — шепчет он, сам того не осознавая. — Да, малыш? — отвечает Минхо, гладя его щёку. Кончики их носов соприкасаются, и Джисон улыбается, чувствуя тёплое дыхание на своих губах. — Минхо. — М-м? — костяшки пальцев Минхо спускаются ниже, поглаживая его линию челюсти. Шею. Ключицу. — Да, Джисон? Щёки Джисона горят. — Мне просто нравится произносить твоё имя, — смущённо шепчет он. Атмосфера снова становится до ужаса интимной. Джисону слишком хорошо; возможно, чуть позже он будет мечтать о том, чтобы вернуться в этот момент. Ему всё ещё нужно уйти из Гласеадо. Минхо хмурится и отстраняется, уловив то, как напряжённо сходятся у переносицы брови Джисона. — В чём дело? Джисон расплывается в улыбке. — Абсолютно ни в чём, — лжёт он. И целует Минхо снова.