Глава II. Меняя маски
5 февраля 2023 г., 17:20
Примечания:
Приятного прочтения!
Савин замер, едва не задушив несчастного зверька. Он сбивчиво благодарил хозяйку, пока та не прервала его словами: «Но это чудо туда не тащи».
Мальчик не решался сразу выпустить кота, несмотря на то, что сам нëс его в Лес. Как сказала Фелин, среди волшебных существ не каждому место. Удивительно, как она сама с сестрой там продержалась в столь юном возрасте.
Когда эта троица дошла до порога таверны, кот начал шипеть на вездесущих ящерок. Те мигом разбежались с каменной дорожки и ступеней.
— Видите, госпожа, есть от брата меньшого польза, — мальчик растянулся в наивной улыбке.
«А ведь этих разбойников никак не прогнать», — хозяйка была права. Сколь раз она их не пугала, они возвращаются, как мëдом им тут намазано. А коли кота сторожем оставить?
— Заходи, наглец, — Фелин потрепала мальчишку по голове и протолкнула внутрь, за кованую дверь.
«Неужели я так стара стала, что жалею его? В девках ещё хожу, четверти века не прожила. Рано ещё всех обездоленных жалеть», — удивлялась колдунья своему добродушию, которое заметило привычную осторожность.
Зайдя в помещение, Фелин охнула, увидев захрапевшего мужчину. Того самого, что так испугался еë способностей. Массивное тело почти лежало на столе.
— Подожди немного, — она оставила Савина стоять у порога.
У него тут же закружилась голова, и защекотало в носу. Здешние запахи слились для него в один большой ком ароматов, который скорее был тяжёлым и резким, нежели привычным для таких заведений, пьянящим и дурманящим. Он словно окунул Савина в вязкую дрëму.
Пока мальчишка с интересом рассматривал таверну, в которой оказался в первый раз, колдунья стала распихивать задержавшегося гостя.
— Город закрыт! Есть чем платить за комнату?
Ответа не последовало — лишь мерный храп. Тогда Фелин рассеяла искрившийся магический барьер на кухоньку и вернулась с небольшим ведром воды. Освежающим потоком она окатила пьяницу.
Тот очнулся и стал в панике вертеться по сторонам. Капли стекали по усам и бороде. Должно быть, он забыл о недавнем инциденте с тряпкой, так как расплылся в улыбке, увидев подбоченившуюся хозяйку.
— Я спрашиваю: платить за комнату собираемся? До утра в Кастеллум не попасть.
— Да на кой мне туда?
Девушка устала за день, у неё не было сил спорить с тем, кто кое-как два слова связывает. Поразмыслив, хозяйка таверны решила отправить пьяницу спать с денежным долгом. Девушка не сомневалась, что обманутой она не останется: к одному рыцарю она точно сможет обратиться.
Фелин ушла убрать бутылку с остатками вина: «Утром всё равно опохмеляться будет». Она совсем забыла о мальчике. И если кот с крыльями не мяукнул бы, намекая на то, что устал сидеть на руках, то девушка отправилась бы заниматься своими делами. Савин только раскрыл рот:
— Позвольте ещё раз поблаго...
— Хэй, придержи коней. У тебя за спиной ни гроша? А, ты ведь милостыню просил... Что ж за «спасибо» ты сегодня спать не будешь, — буднично рассуждала Фелин.
— Просил. Но... никто не дал, — он стыдливо опустил глаза, и голос его совсем затих.
— Тогда завтра ты сможешь отработать свой ночлег… Отпусти уже бедное животное!
Савин разжал руки — кот спрыгнул на деревянный пол. Мальчик шагнул ближе к хозяйке да чуть было не споткнулся. Ноги становились ватными. Светлые глаза его потускнели, взгляд был рассеянный.
— Чего эт с тобой? — Изогнула бровь Фелин.
— Голова кружится… Но я всё сделаю, всё, что скажете.
По щелчку Фелин распахнулись окна, быстрый поток воздуха сквозняком пронёсся по таверне. Животное зашевелило усами, вдыхая вечернюю свежесть. Мальчику тоже стало легче дышать, разум его прояснился. Стесняющая горло духота и застоявшиеся запахи, наконец, отступили от юноши.
— Лучше? — Хозяйка прекратила колдовать.
— Да, благодарю. Не смотрите так, я работал уже в тавернах. Давно просто это было.
— Давай-ка я тебя подлатаю, а то завтра спины не разогнёшь, — Фелин присела на узкую скамью и жестом пригласила гостя. — Ты расскажи пока о своём опыте.
Савин без утайки поведал ей о часто менявшихся хозяевах. А происходило это от того, что один не платил, а только обещал, другой бил за проступки, третий сам того прогнал.
— Ай! — Мальчишка дёрнулся.
Колдунья уже начала лечить его раны да ссадины. Сверкающие искры окружили их. На тыльной стороне детской ладони медленно исчезали повреждения.
— Да, процесс неприятный. Мы ведь ускоряем регенерацию, — в тоне девушки прослеживалась забота её приëмной матери. — Нужно немного потерпеть, зато заживëт быстрее.
* * *
Треск. Осколки разлетелись по полу. От хрупкой вазы остались лишь обломки. Маленькая девочка с тëмными, почти чёрными, прямыми волосами принялась собирать разбитое стекло. На шум прибежали. В дверном проходе показалась кудрявая головка юной леди чуть постарше, ей едва ли пошёл десятый год. — Сафира! — Шикнула девочка. — Оставь — поранишься. Она быстро опустилась на колени рядом с младшей сестрой, что сидела, как грибочек. У последней дрожали худые бледные ручки. Старшая отряхнула с них кусочки стекла. Вода из разбитой вазы лужицей растеклась по деревянному полу. Букет полевых цветов рассыпался там же. Хозяева сказали сëстрам подождать их в этой маленькой комнатке, как вдруг — такое происшествие. Сзади послышался быстрый топот. Кудрявая девочка поспешно стала собирать осколки в свой передник. Она хватала их горстями, пряча в серой ткани. У Сафиры глаза были на мокром месте, всхлипывая, она промолвила: — Я не нарочно! Я... цветочки хотела... А они упали!.. Старшая сестра не обращала на неё внимание. Сосредоточившись, она продолжала хватать осколок за осколком. — Фелин... Из-за меня нас теперь не оставят? Наконец она посмотрела на Сафиру. В желтоватых глазах застыли слëзы, зрачки казались у́же, чем обычно. У старшей сестры сердце сжалось от взгляда этого маленького ангелочка. — Сиди тихо, — буркнула она. В дверях показалась фигура полной женщины. — Душеньки, что же это? — Хозяйка развела руками, осматривая детей, сидевших на полу подле разбитой вазы. Юная Фелин сжимала в кулачках ткань передника, которая запачкалась в крови от мелких порезов. В самом фартуке уже лежала горка битого стекла. — Простите, это я разбила. Я сейчас же всё уберу и вазу Вам новую найду, — вьющиеся волосы ниспадали ей на лицо — взора она так и не подняла. Сафира застыла в изумлении. Женщина нагнулась и взяла в свои пухлые руки окровавленные кулачки девочки. — Моя дорогая, не стоит так переживать из-за этой безделушки. Знаешь, сколько стульев у нас в таверне ломали, пока мы их на скамейки не заменили? — Сколько? — Девочка слабо улыбнулась. Хозяйка пообещала ответить на все вопросы после того, как перебинтует ладони Фелин. Она сделала это довольно быстро и аккуратно. Сказав: «Нужно немного подождать, чтобы зажило», — женщина отправилась за супругом. Когда сëстры остались одни, Сафира поблагодарила старшую за то, что её прикрыла, а потом спросила: — Почему ты не попробуешь исцелить себя, как всегда это делала? — Тш. Не нужно никому знать о моих способностях. И о твоих тоже. Матушка говорила, здесь таких не принимают.* * *
— Говоришь, ещё один трактирщик тебя выгнал, потому что ты с работой не справлялся? — Фелин закончила с многочисленными мелкими ранками. — Ах, что Вы... Я не так выразился. Я неплох в этом деле. Вот, к примеру... Вы вино унесли. Разве Вы сможете продать кому открытую бутылку? — Смогу. Такой уверенный ответ огорчил Савина. Он хотел показать свою профессиональную подготовку да и тут оплошал. Речи, которые он успел приготовить, разбились вдребезги. — Так ведь испортится оно вскоре... — Тот мужчина заплатил за целую бутылку, он же и потребует её завтра с утра. В помещении заметно стемнело. Глаза Фелин опять засверкали, и несколько ламп на стенах тут же зажглись. Их тëплый свет не только рассекал тень, но и не давал воздуху в таверне стать слишком холодным. Невольно Савин засмотрелся на колдунью. Не каждый день увидишь, как темноту карих глаз рассекает золотая вспышка, придавая им цвет янтаря. При этом сей процесс подтверждает, что в жилах того человека течëт магия, многим недоступная, созидательная и разрушительная. Управляться с бытовыми делами при помощи волшебных способностей было куда легче, чем без них. Хозяйке не приходилось каждый раз зажигать факела или тратиться на уйму свечей с дровяным камином. Она одна заправляла всем в заведении. Колдунья отправила мальчика наверх, в гостевую комнату: всё равно почти все пустуют. Она медленно обошла помещение, проходя между столами. Сумерки совсем сгустились. С улицы слышалась песня сверчка. Луг засыпáл, а магический Лес, наоборот, казалось, только просыпался. В огромной пелене тумана то тут, то там появлялись редкие вспышки белого или светло-сиреневого цвета. Раньше Фелин часто ими любовалась, даже ночью на улицу выходила для этого. А сейчас... Единственное окошечко на первом этаже, из которого можно лицезреть это чудо природы, не выходя за порог таверны, находилось у неё в комнате. Савина же пугал Туманный лес. Если бы мальчишка не вымотался за день, он глаз бы не сомкнул. Сейчас же он мерно посапывал, хоть иногда и бывало его мышцам нервно дëрнуться. Медленно и естественно грациозно хозяйка осматривала свои скромные владения, взглядом ища то, что можно было бы прибрать на своё место или привести в должный вид. Фелин заперла входную дверь, а затем отправилась к себе в комнату. Жила она тут же, в таверне. Вход в каморку находился между прилавком и столами у окон. Дверь повторяла фактуру стены, поэтому сильно не выделялась. Провернув замысловатый ключ в замке, девушка открыла её. В комнате с одним маленьким, и то занавешенным, окошком, она тут же зажгла ещё одну волшебную лампу. Желтоватый свет озарил пространство: высокую кровать, стол рядом, заваленный книгами, бумагами и прочей мелочью, приоткрытую дверцу широкого шкафа. Вот, где не помешала бы уборка: разобрать бы эти завалы. Фелин лишь бросила в плетëную корзину пару книг со стола. Её маленькое убежище, куда прочим был вход воспрещён, оберегало её беспокойный, полный старых переживаний сон. На утро ей пришлось даже будить временного работника — так сладко он спал. Усталость, очевидно, всё-таки взяла своё. Русые волосы рассыпались на подушке, в руках он сжимал покрывало. Савин даже вздрогнул, когда открыл глаза. Спускаясь со второго этажа вместе со своим помощником, Фелин пришлось прервать свой рассказ о сегодняшних планах, так как она увидела пушистого гостя, который осторожно подбирался к тарелкам с едой. Хозяйка мигом сбежала со скрипучей лестницы и замахала на кота: — Ах, ты, негодник! Брысь отсюда! Животное стрелой слетело с широкого стола. Зверëк испуганно обернулся пару раз, а затем спрятался в углу. Фелин выдохнула, присаживаясь на скамью. — Я тебя к завтраку пригласить хотела, — не оборачиваясь, произнесла она холодным тоном. — Вчера поди голодным лëг. Савин снова горячо поблагодарил её, и они приступили к трапезе: каше и хлебной лепëшке. После этого Фелин давала распоряжения мальчику, тот безоговорочно исполнял их. Ей пришлось подключить всю свою фантазию: завалявшихся в долгом ящике дел не было. Таким образом, Савин должен был начистить всю посуду до блеска. К счастью, вскоре прибыл купец с партией продукции для нужд таверны, чем обрадовал Фелин. Хозяйка заполнила бумаги и заплатила за товар. Пока обе стороны решали юридические вопросы, Савин молча вызвался дотащить мешки с овощами до кладовой. Мальчику хотелось показать всю свою пользу, ведь он уже успел пригреться на этом месте, хоть солнце встало не так давно. Размером мешки были с него да и весу немалого. Но юноша упорно старался сдвинуть ношу дальше чем на дюйм. Совсем скоро он начал пыхтеть, а на лбу показались капельки пота. Когда Фелин и купец разошлись, девушка заметила, как слуга сам себя истязает. Лёгким движением руки она заставила тяжеленный мешок воспарить и, тот, ведомый магией, улетел в кладовую. То же колдунья проделала и с остальным товаром. Савину оставалось с открытым ртом сожалеть о зря потраченных силах. — Госпожа Фелин, я могу задать вопрос? — Валяй. Если он уместен и я пожелаю на него ответить, — через плечо бросила девушка, прибирая бумаги. День обещал быть таким же жарким, как вчера. Из Леса доносились удивительно мелодичные песни птичек, крохотных и неуловимых. Савин, обдумав решение, начал медленно, но постепенно ускоряя темп, излагать свой вопрос: — Вы так ловко управляетесь со своим даром... Вы этому учились? Долго? Или с рождения владеете им в совершенстве? Извините, меня всегда завораживала магия и мне так интересно было узнать её природу. «Не дар, а проклятье», — про себя подумала Фелин, но вслух произнесла: — Да, магия была дана мне по праву рождения, но всему в этом мире нужно учиться. Я не исключение. Многие маги мечтают, чтобы их дар шëл на пользу обществу, пытаются занять приличное место среди прочих. Такие личности нужны на государственной службе, Фелин же сравнивала свои способности с, например, тем, что рыцари учатся держаться в седле и орудовать мечом, чем-то обыденным. Это скорее инструмент для достижения целей, но и ему не все желания подвластны. — А Вы могли бы... меня также в воздух поднять? Девушка со вздохом отвечала таким тоном, будто задаваясь вопросом, как Савин может не знать таких элементарных вещей? — Тебя нет. Нельзя действовать против воли кого бы то ни было. Любыми другими средствами, пускай даже поднять скамью с тобой, добиться полëта возможно. Что, птенчик, полетать захотелось? — А можно? — И глаза у мальчика засверкали надеждой. — Прекрати эти глупости, — отрезала Фелин. Со второго этажа спустился вчерашний клиент. Вид у него был не лучше прежнего. Хозяйка тут же достала его вино и со стуком поставила на ближайший стол. Дальше мужчина сам знал, что делать. Днëм обычно было мало посетителей: все работали. А ежели и приходили после, старались успеть вернуться до комендантского часа, то бишь пока врата не закрыли на ночь. Часто Фелин была предоставлена самой себе. Хоть и не любила она откровенничать с посторонними, но перетереться парами фраз было бы неплохо. Иначе мысли разного рода приходили и терзали её душу, словно с наступлением ночи, когда рядом никого, выползали злые духи и глумились над её сознанием. Кованая дверь не сразу, но открылась, впуская летний жар. Вошёл молодой фея, не старше Фелин. Свободная рубашка скрывала его худощавое тело, покрытое веснушками. Оно как будто могло сломаться под невесомыми длинными крыльями, как у пчелы. — Здравствуй, Нил! — Когда хозяйка окликнула его по имени, его унылое выражение лица тут же пропало. — Учитель дал погулять твоей молодецкой душе? Савина посетитель словно не замечал. Мальчишка же отчётливо признал в нём виновника в участи несчастного кота. Фея подошёл к прилавку, за которым хозяйничала колдунья. — Можно и так рассудить, — Нил улыбнулся своими сиреневыми глазами, сверкающими, как два аметиста. — Будь добра, эля мне подать. Фелин кивнула в знак согласия и отправилась исполнять заказ. Расплатившись, рыжий фея, с волосами, заплетëнными в тугую косу, сел за стол к первому пьянице. Его взор пал на крылатого кота, который с опаской выходил из своего укрытия, и лицо юноши исказилось. Нил, кивком головы указывав на животное, спросил хозяйку, откуда оно тут взялось. Та же вкратце рассказала историю её знакомства с Савином, на которого лишь сейчас соизволил поднять глаза фея. Нил тем временем молчал, нервно постукивая худым пальцем по стакану. — Эге! — Заядлый пьяница приблизился к юноше, хорошенько рассматривая того. — Помню-помню, как давеча наш старик-алхимик тебя за шкирку выкинул, — тут он разразился басистым хохотом. Фелин едва сдержала смех, Савин вовсе отвернулся ото всех. Веснушки на лице несчастного подмастерья слились с красным от стыда лицом. — Я бы послушала эту историю, — оперевшись подбородком на руки, выдала хозяйка таверны. — Да рассказывать нечего, — отмахнулся фея. — Пришли к нам некая мадам. Просит: «Мехá мои от вредителей страдают. Спасите, люди добрые». Вот зачем ей это богатство в такую-то жару? Учитель уж почти закончил, а я ему лишь подсобить хотел! Тут он рассказал о том, в какую бурлящую пену превратилось средство от моли после того, как Нил «хотел слегка улучшить его», и о том, как ему пришлось избавиться от этого. За это и отругал его наставник. Фелин прекрасно знала, что такие истории не редкость у рыжего друга. — И вон чтó вышло! — Не сдержался и прошипел Савин, думая о коте, но, увидев суровый взгляд колдуньи, опомнился: — Ой, простите, госпожа. Такого более не повторится. — Фелин, послушай-ка, — фамильярно, с презрением глядя на паренька, начал Нил, — коли я был на твоём месте, то выбирал бы слуг получше. Мальчишка побежал усерднее натирать посуду. Дыра всё скорее и скорее была готова появиться на какой-нибудь тарелке. — Твоему учителю я бы то же самое посоветовала. Али реже выдворять стали? — Фелин, выйдя из-за прилавка, элегантно присела на узкую скамью, за стол к гостям, и уставилась в упор на знакомого фею. Пьяница рядом снова захохотал. Его хрюканье прервал Нил, чьи длинные острые уши заливала краска. Фея со всей силой, на которую был способен, ударил по прочному столу. Его лицо выразило то, что боль всë-таки он почувствовал. — У Вас положение ничуть не лучше, — злость засверкала в аметистовых глазах. Затем он с обидой добавил: — даже хуже. — Он ещё и дерзит! Я — честный человек, а не вор, как ты. Старик-то наш с рыцарями заодно. А значит и ты тоже. Фелин резко встала и обрушила на разговорчивого пьяницу огненный взгляд. Лёгким движением руки она перевернула в воздухе бутылку — пустая. — А не задержались ли Вы тут слишком долго, сударь? — Колдунья практически выплюнула последнее слово и вернула безвинный сосуд на стол. — Дело говорит. Выметайся! — Фея вошёл в азарт и стал нагло поддакивать. Затем он, словно и не повышал голос на клиента, обратился к хозяйке заведения: — Ты же сама не жалуешь рыцарей, Фелин. Так чего теперь заступаешься? — Слова потекли развязнее, когда юноша решил воспользоваться преимуществом знакомства с такой девушкой. К тому же алкоголь ударил в голову. Пивная кружка понемногу пустела. — Ты ведь первый доносить побежишь, ежели чего, — наклонившись чрезмерно близко к Нилу, холодно ответила она. Фея поджал губы и, не допив пиво, неуклюже встал и направился к выходу со словами: — Да, мне и вправду пора. Нужно... усерднее работать. Худой рукой он уже коснулся большого кольца на двери, как резкий голос Фелин остановил его: — Нил! Прозрачные крылья, свисающие почти до колен, быстро встрепенулись. Фея и всем телом вздрогнул. — Скажешь сестре, чтоб заходила почаще? Без неё даже цветы вянут, — она указала на стоявшую на прилавке вазу с цветами, которые когда-то источали чудесный аромат. В глубоких сиреневых глазах пропал испуг. Но веснушчатое лицо оставалось таким же мрачным и ещё немного красным. Нил хотел было дëрнуть ручку, но человек снаружи опередил его. Дверь отворилась и потянула за собой фею. Он влетел в нового посетителя и, хоть тот поздоровался с ним, молча поспешил вон. Солнце заиграло в волосах молодого человека, делая брюнета рыжеватым. Юноша имел хорошую физическую подготовку, хоть и был стройным. Фелин только развела руками, мол, и не спрашивай, что с Нилом, сам знаешь, ничего нового. — Решила обзавестись прислугой? — Спросил он, заметив Савина, который как раз убирал со стола за феей по приказу госпожи. Хозяйка ловко вернулась на своё обычное рабочее место, несмотря на то, что подозревала: сейчас её услуги не понадобятся. — Да вот ты ко мне не заходишь — нашла с кем словечком обмолвиться, — Фелин по-хитрому улыбнулась. — Вчера был больно занят, что не зашёл ко мне, Вэриан? Юноша расположился у прилавка. Молодые люди оба на него опирались — расстояние между их лицами значительно сократилось. А мальчик лишь с изумлением глядел на посетителя, пытаясь вспомнить, где же он мог его видеть. Всё же бродя по крупному городу в поисках пропитания кого только не встретишь. — Поверь, я хотел, но сослуживцы не пустили. Пришлось выпить в другом заведении. Но твоё безусловно лучше всех! — Его мягкий голос лился, словно река. — Рассказывай, чьë повышение отмечали? — Фелин расплылась в хитром оскале. — Слухи хоть и быстрее дошли, чем я, да не передали главного, — юноша отошёл от стойки и упëрся руками в бока. — Моё. Я теперь капитан. Колдунья изумилась. Её друг, рыцарь, в таком возрасте, двадцать два года, уже стал капитаном кавалерии. Он всегда отличался исполнительностью, храбрость и верностью, но кто знает... Его род, род Лаффитов, принадлежал к уважаемым и влиятельным в Кастеллуме. Каждый из его предков, так или иначе, всю жизнь трудился на пользу Отечеству. Например, его отец в былые времена сослужил добрую службу Аргцисскому королю в роле военного мага. Род Лаффитов не отличался чистокровностью, да за неё и не боролись. Их ценностями, передававшимися из поколения в поколения, являлись верность семье и Родине. Таким образом, Лаффит-младший, не имея магического дара, отправился в рыцари. Грузный мужчина поднял суровый взгляд на юного стража порядка. Фелин не успела выразить своей признательности другу, как пьяница поднялся со своего места. Тучей он направился к выходу, по пути не забыв с рычанием, подобным звериному, толкнуть Вэриана. Не ожидая подобного удара, рыцарь легко поддался и отлетел к глухой стене. Бормоча в пьяном бреду что-то себе под нос, мужчина захлопнул за собой дверь. Молодой человек сильно не пострадал, беря в расчёт все его военные подвиги. Он замер больше от неожиданности и нахальства, чем от физической боли. Но ситуация всё равно переполошила всех. Фелин выбежала из-за прилавка, не зная: догонять ей бунтаря для чего-нибудь или так отпустить. Савин подпрыгнул, и сердце у него забилось чаще. Даже кот с шипением спрятался обратно. — И чего он такой буйный? — Произнёс юноша, почëсывая затылок, которым только что ударился о бревенчатую стену. — Нескладно получается... — Что с него взять? С дурня этого. — Останавливала друга Фелин, несмотря на то, что сама чуть так не поступила. — Уж не бежать ли ты за ним намереваешься? Вэриан не нашёл, что ответить, ведь положение-то вышло смешное. У него сегодня выходной, а если он захочет притащить этого бунтаря коллегам... Не желал юноша столько сил и времени попусту тратить: за другим пришëл. — Фелин, сегодня я намерен получить от тебя решение. Девушка, понимая основную цель визитëра, жестом попросила его помолчать, а сама обратилась к слуге: — Савин, сходи пока... проветрись. И друга возьми с собой, чтоб не скучно было. Мальчик молчаливо подобрал кота и вышел на улицу, с усилием открыв массивную дверь. Когда молодые люди остались наедине, хозяйка отошла к одинокому окну, через которое пригревало дневное солнце. — Я всё сказала в прошлый раз. Да и ведь не поздравила я тебя с новой должностью! Фелин хотела переменить тему разговора, чтобы не дать Вэриану возразить ей. Сейчас девушка не собиралась повторять свою ошибку. После их прошлой встречи юноша ушёл с каплей надежды и убеждал её, что у неё цвет лица изменился да глазки рассеянно забегали. Фелин давно научилась этой стратегии: не дать противнику увидеть еë слабость, показать, что ей всё безразлично. От столь жгучей девицы повеяло холодом. Вся её весёлость улетучилась. То состояние, в котором она всегда представала перед публикой, оказалось нечастым гостем её души. Чем-то Фелин походила на актрису. Она с ловкостью кошки меняла маски на своём лице. И каждый раз, когда после заразительного смеха девушка становилась спокойнее камня, люди гадали: какая из двух реакций всë-таки была правдивой. — Если ты думаешь, что я не серьёзен в своих намерениях, — юноша был довольно пылок в своих речах: он мерил помещение большими шагами, то и дело останавливаясь и размашисто жестикулируя рукой, — то я теперь и в обществе не последний человек, и родители мои благословение дадут. — Не знаю, кого легче уговорить: их или меня, — отрезала Фелин без тени прежней кокетливой улыбки. — Должно быть, никого, ведь и они, и я непреклонны. Обеими руками она опиралась на подоконник. Яркие лучи не могли согреть ледяные кончики пальцев. Ладони также начали потеть. — Они сразу изменят своё решение насчёт брака, как только познакомятся с тобой лично! — Пытался оправдаться рыцарь, поскольку знал: его подруга права. — Даже ежели чудо случится, и они изменят своё решение... Его не изменю я! — Девушка резко обернулась, и её юбка, не поспевая за ней, завертелась у ног. — Мы никак не можем... Это неправильно! Я тебе не по чину. Подумай, в какую сторону тогда изменится твоя репутация. Ты считаешь, я не знаю, кто я такая в лицах горожан? Фелин словно в душу смотрела своими глубокими карими глазами. Вэриан ответил, чуть переходя на взволнованный хохот: — Это п-пустые бредни... — Он попытался дотронуться до подруги, но та увернулась. — Имеют ли вес их осуждения? Я хочу всего лишь услышать... — Рыцарь перевёл дыхание, стараясь унять бешеный стук в груди. — Фелин, если бы существовали только мы с тобой, без всех этих предрассудков... Что бы было тогда? — Я бы всё равно не смогла стать твоей женой, — она вложила в эти слова всю свою твёрдость. Вэриан сдался: даже при отсутствии любых препятствий, в несуществующем идеальном Фелин отказывает ему. Он легче пережил это, если бы она продолжала сноситься к прочим обстоятельствам. А ведь девушка никогда не говорила «я не люблю тебя»! Юноша был уверен в положительном исходе, а это подкосило его самоуверенность. Колдунья смотрела прямо в блестящие глаза собеседнику, сцепив за спиной дрожащие руки. После решающего момента наступило облегчение — она всё сделала. Фелин выдержала молчаливую паузу и эти многозначительные гляделки. — Ладно, прости, — поник Вэриан. Само светлое лицо его омрачилось печалью. Хозяйка присела на скамью, положив руки на деревянный стол. — У меня осталось только двое по-настоящему близких мне людей: ты и Фрэя. Я не хочу терять ни одного из вас, — не поднимая кудрявой головы, проговорила она. — Я понимаю, — Вэриан унял тоску в сердце. — Но прошу тебя: сделай мне одолжение, пожалуйста. Послезавтра я приглашён на бал к дочери нашего судьи, Мери. Я сказал, что приду с дамой, — юноша поспешил унять разгневанный взгляд подруги, — нет-нет, это ничего не значит! всего лишь сопровождение. Да и ты могла бы покинуть эти четыре стены, — он втянул шею, ожидая будто его ударят. Фелин фыркнула. То, что ей первое пришло на ум, она решила не озвучивать. Несколько раз девушка открывала и закрывала рот, так и не найдя, что ответить. — Мои слова для тебя ничего не стóят? — Звонкий голос разрезал душный воздух. — Ещё и куда зовёшь! В высшее общество! — Ежели я тебя представлю, не посмеют они слухи далее распускать, — тихо продолжал уговаривать ту Вэриан. — Да и сплетни такого рода — удел людей иного достатка. Если такое заявление имело цель ободрить девушку, то своë задание оно провалило хуже ученика, не выучившего урок. Означают ли слова рыцаря то, что знатные богачи и духом не ведают о какой-то мелкой хозяйке таверны? Её скудная, но полная подозрительных ситуаций, жизнь интересна лишь местному отребью? Не сказать, что сама Фелин относилась к бедному слою населения. Дела она научилась вести отлично, доход охотно приходил в её трудолюбивые руки. Колдунья хмурилась сильнее, чем обычно: на переносице давно появились две неизгладимые морщинки. — Ты заводишь меня в тупик!.. Один вечер. Я готова побыть твоим украшением, — тут Вэриан сконфузился, — а разговоры, манеры — всё за тобой. И больше ты не пожелаешь вытаскивать меня с моей работы? — С ноткой коварства выдала та, и вопрос больше прозвучал как утверждение. — Ты меня очень выручишь! — юноша сложил руки в молитвенном жесте, а сам в тот момент думал: неужто он вот так эгоистично захотел воспользоваться своей подругой?
