Тëмная сторона

      По сравнению с огромным телом маленькая голова смотрелась смешно. Чёрные, словно смоль, волосы сзади удерживались бантом. Бледное лицо гостя озарилось тёплым светом ламп. Такими же жёлтыми были его глаза с кошачьими зрачками. Обычный человек не будет обладать такими чертами, но ими обладала Сафира. Только у девочки они не так сильно выделялись.       Если Фелин и вправду приходилась дочерью незнакомцу, то ему должно быть как минимум за сорок. Но он выглядел на порядок моложе.       — Вы считаете можно вот так заявиться и сообщить, будто Вы мой отец? — Девушке не верилось, но факты говорили об обратном.       — Коли мог, я бы пришёл раньше, — мягко ответил тот. — Но Аделинда наложила мощное заклинание, которое не позволяло вычислить ваше местоположение.       — Матушка бежала из-за Вас! Если бы ни Вы… — Гневную тираду колдуньи прервали.       — Я виноват, я обо всём поведаю тебе позже, в безопасном месте, — он протянул когтистые руки. — Где Сафира? Нам нужно уходить.       Хозяйка крикнула, наклонившись вперёд:       — Нет Сафиры! Она давно мертва!       На лице мужчины отразилось сожаление. Он прикрыл рот ладонью, опуская взор.       — Ах, если б я знал… Но переживать не стóит. Я знаю, как это изменить.       Фелин так и застыла. Сколько она не искала, не нашла ни одного способа воскресить мёртвого. Колдунья смотрела на гостя, как на умалишённого.       — Вы мне лжёте, — взгляд карих глаз потускнел. — И я… не могу прямо сейчас отправиться в путь.       Её отец улыбнулся, невольно обнажая белые клыки:       — Можешь. Иначе твоему дружку не поздоровится.       — Что?       Ответом стали сияние шара на верхушке посоха и звуки со второго этажа. Колдунья тут же сорвалась с места и поднялась по лестнице, перешагивая за раз две ступеньки. Окружение смазалось, превратившись в неразборчивые пятна.       Оказавшись у постели больного, Фелин увидела, как тот корчится от боли.       — Прекрати немедленно! Перестань!!! — Кричала она магу.       — Я не хотел этого делать, но я не могу больше ждать, — донеслось снизу.       — Ладно, ладно! Я пойду с тобой, только остановись!       В ту же секунду тело Вэриана расслабилось, издав слабый вздох. Девушка подбежала к нему — жив.       Колдунья медленно спустилась вниз, прожигая взглядом гостя. Одновременно с ней показался Руди. Кот пошевелил усами и зашипел на мужчину, распушив хвост. Тот даже не обратил на это внимания.       — Клянусь честью, я не хотел идти на крайние меры, — жалобно произнёс он. — Но моя цель — вернуть тебя домой.       У Фелин не было много вещей, которые необходимо было взять с собой. Во время коротких сборов, ей даже Савин на глаза не попался. «Испугался поди, в комнате заперся. Ну и молодец», — решила та. В ту же поясную сумку, с какой она ходила за макуфлосисом, девушка положила маленький семейный портрет и книжечку, где сама же делала записи.       Хозяйка вырвала листок. Она адресовала записку Фрэе, наскоро написав в ней: «Позаботься о моих мальчиках». Послание осталось лежать на одном из широких столов.       Колдунья надела плащ, готовая к пути. Отец остановил её.       — Нужно избавиться от свидетелей, — заботливо сказал он.       — У нас же договор!       — И я прекрасно помню о нём. Я всегда сдерживаю своё обещание. Но какую ценность несут слуги? Тот бродяжка тебе больше ни к чему, а он видел меня и знает о моём визите.       Мужчина рассуждал, кивая на каждое своё умозаключение.       — Н-нет, — отрицательно замотала головой Фелин. — Я не позволю…       — Ладно, — невозмутимо перебил он её, встряхивая плечами. — Ай, что ни сделаешь для своей любимой дочурки! Я сегодня в хорошем расположении духа, — гость учтиво открыл дверь, приглашая девушку наружу.       Колдунья свела брови и покинула таверну в сопровождении мужчины. Она подумала, что её отец говорил несерьёзно об устранении свидетелей, раз так легко передумал. Обернувшись напоследок, Фелин скрылась в Туманном лесу, окаймлённым светом солнца.       Когда кованая дверь захлопнулась, Савин вылез из своего укрытия. Дрожа всем телом, он старался вспомнить каждую деталь произошедшего, пока дожидался прихода Фрэи.       Дождь почти закончился, уже просыпались неуловимые певцы. Лес наполнялся звуками, а двое путников молчали.       — Я жду объяснений, — вскоре напомнила девушка. — Хотя бы назовите своё имя.       — Дома поговорим, — его голос звучал, как птичья утренняя песня. — Ты сама всё поймёшь. А вот твою историю я бы сейчас послушал.       Она вздохнула.       — Тогда… мы можем задержаться в одном месте? Вдруг я сюда больше не вернусь, — с грустью заметила Фелин.       Мужчина обернулся. В его взгляде читался немой вопрос.       — Оно недалеко, — заверила девушка.       Свернув с тропинки, отец следовал за дочерью. Колдунья пробиралась сквозь заросли, отлично ориентируясь в этой местности. Через некоторое время они вышли к открытому пространству — небольшой части Леса, не заросшей деревьями. Там стояла ветхая хижина. Ветер гулял в дырах, мох порос на сгнивших деревяшках, крыша совсем уехала в бок. В это разрушенное строение и зашла Фелин.       Сев на пол, а вернее, на то, что от него осталось, девушка провела в раздумьях некоторое время. «Если этот человек говорит правду, то… Сафира, матушка, мы снова будем вместе и всё будет как раньше. Ну почти», — мысленно обратилась она.       В этой хижине Фелин проводила время не только в детстве. После трагедии с сестрой она приходила сюда, чтобы почтить её память. В глубине Туманного леса, где никто не потревожит её. Часто в этом месте девушка вспоминала и о супругах Митчелл, и об Аделинде, что пропала без вести. Всё же самым дорогим человеком в жизни колдуньи была именно Сафира, наивная девочка, которую нужно было оберегать от всего мира. Кладбище Фелин посещать не любила.       — Здесь мы жили. Примерно когда мне было десять, мы покинули эту хижину, — вслух рассказала она отцу. — Однажды матушка ушла в город и больше не вернулась. Спустя пару месяцев нас с сестрой подобрала бездетная семья, когда мы бродили у края Леса, и приютила у себя. Когда мне было пятнадцать-шестнадцать лет их убили, — девушка говорила монотонно и печально, взгляд её не был направлен ни на что конкретно, если только в прошлое. — А в мои восемнадцать не стало Сафиры… — голос окончательно сломался.       — О-у, — протянул мужчина. — Что же случилось с ней? — Разволновался он.       — Тоже убили. Случайно, — Фелин дёрнула плечами и горько усмехнулась.       — Моя бедная девочка, что же ты пережила… — Мужчина обнял дочь, поглаживая кудрявую голову когтистой рукой.       Вскоре они продолжили путь. Вдруг колдунья заметила, что дальше по дороге кто-то находился. Источник шороха был в недосягаемости поля зрения.       — Не волнуйся, милая. Это за нами.       «Кем-то» оказался тёмно-серый дракон с серебристой чешуёй. Размером он был меньше того белого из Долины. Он спокойно сидел, будто ожидая их прихода. «Совсем, как ручной», — подумала девушка.       — Не самое удобное средство передвижения, но быстрое и малотрудоёмкое, — с улыбкой рассказывал мужчина. — Только держись крепче, седла на этот раз не прихватили.       Фелин выпучила глаза на отца. В её взгляде читалось: «Я? На этом? Да ни за что!». Допустим, Сафира бралась её катать, но это была Сафира и от земли они не отрывались. Колдунья так и замерла на месте.       — Все с чего-то начинают, — не называвший своего имени человек подвёл свою дочь к зверю. — Я помогу.       И всё же Фелин, подозрительная по натуре, доверяла отцу. Её инстинкт самосохранения будто притупился. Мужчина был родным ей по крови, но не по духу. Что-то подсознательное, необъяснимое, иррациональное заставляло её поступать так.       Вместо того, чтобы думать о потенциальной опасности, девушка думала: «Так изжили драконов со свету или нет?». Занятая этими мыслями, она как-то уже оказалась на спине животного. Инстинктивно она вцепилась руками в шипы на шее или за что тут вообще держатся? В тот же миг ей захотелось отпрянуть от животного, но слезть с него та ещё задачка. Размерами дракона можно было бы сравнить с большой лошадью или даже быком, не считая исполинских крыльев и длинного хвоста.       — Летите вперёд, — спокойно скомандовал мужчина.       Фелин, будто вспомнив, что умеет говорить, замотала кудрявой головой:       — Я одна?! Я не умею им управлять! А Вы как… — собственный визг оборвал её вопрос — дракон взмыл вверх.       Когда они воспарили над деревьями, девушка оглянулась назад — её отец был окутан чёрно-фиолетовым дымом. Разглядеть дальше она не успела.       Зато во всей красе предстал перед ней Лес. Изумрудная крона, тонувшая в сиреневатом тумане, излучала свою атмосферу пугающего спокойствия. Отсюда виднелись белокаменные стены Кастеллума, хоть они и были маленькими с такого расстояния, и Драконья Долина.       Осматривая окрестности, Фелин увидела, как их догнало другое существо. Размерами больше этого, тёмно-серого, но сопоставимо с прошлым, белым, рядом летел пурпурно-чёрный дракон. Колдунья за сутки встретила больше этих хищников, чем за всю жизнь!       «Ну не разочаровывай меня, дочка. Ты ведь догадалась, что это я?» — вдруг раздался в её голове певучий голос.       Как же непривычно было вновь слышать чужого человека в своих мыслях спустя столько лет. Ещё когда они были детьми, Сафире удалось наладить ментальный контакт со старшей сестрой. В облике дракона она молчала, но «говорила» в чужой голове. Фелин же отвечала ей как обычно.       — Ну конечно! Матушка ведь твердила, что дар Сафиры — это отцово проклятье, — язвительно крикнула та, чтобы ветер не заглушал её слова.       «Ха-ха, — услышав подобный тяжёлый смех в своей голове, колдунья подумала не сходит ли она с ума, — во-от как... А что ещё Аделинда про меня рассказывала?».       — Мало чего толкового. Прошу, давайте продолжим разговор на земле.       Парить в небесах да ещё и разговаривать практически с самим собой! Немудрено, что у Фелин закружилась голова.       Девушка не знала, сколько времени они летели, но ей показалось, что прошла вечность.       Твёрдая земля. Наконец.       Мужчина вернул себе человеческую форму и помог дочери спуститься. Перед глазами всё поплыло, случился приступ тошноты. Благо, воздух был прохладный — небо затянуто тучами. Спустя пару минут мир пришёл в норму. Тогда Фелин подумала, что в этих краях тоже идут дожди.       Они стояли посреди просторного парка. Прогулочные дорожки, выложенные из мелкого камня, разделялись ровно подстриженными кустарниками и деревьями. Вдалеке виднелась круглая беседка, в другой стороне — фонтан со сложной системой проведения воды. Она струилась из разных уровней замысловатой скульптуры в общую чашу.       — Где мы? — Нахмурилась Фелин.       Её отец сначала молча улыбался, невольно демонстрируя белоснежный клыки. Затем с тем же выражением лица ответил:       — Пришло время вывести тебя из неведения. Не сочти за грубость, я должен был убедиться, что ты не передумаешь после услышанного. Знаешь, — он сделал паузу, — правда порой может шокировать.       — А у меня был выбор? — Девушка упёрла руку в бок.       Мужчина усмехнулся и добродушно сказал:       — Разумеется. Я никого не лишаю этого священного права, тем более родную дочь. Если тебе не нравятся определённые последствия, это не значит, что выбора нет.       Колдунья фыркнула.       — Ну не гневайся… Моё имя — Драко Лачéрти. О-о-о, погляжу, для тебя это не пустой звук. Тогда, надеюсь, тебя не сильно удивит то, что ты наследница престола. Наш род правит Нейвией не первый век… Постой, я вижу на твоём лице недоумение!       Фелин, и вправду, недоверчиво свела брови. Между ними появилась глубокая морщина.       — Коли это правда, отчего матушка бежала от самого короля?       — Ах, до чего же обидно, — его лицо изображало печаль, — ведь Аделинда и этого мне не сказала!       — Зато мне было сказано, что Вы деспот, — девушка посмотрела на отца сверкающими злостью глазами.       — Не в настроении женщины любят всё приукрашивать! — Словно пропел он. — Фелин Лачерти, вскоре ты убедишься в правдивости моих слов. А пока… — Драко указал рукой в сторону серого дракона, который всё это время смирно сидел рядом. — Позволь познакомить тебя кое с кем.       Вокруг зверя появился сизый дым. Спустя мгновенье пред ними возник человек, который тут же, параллельно согнув руки в локтях за спиной и на животе, поклонился со словами: «Здравствуйте, Ваше Высочество».       Когда тот выпрямился, Фелин увидела, что он вовсе не относился к расе людей. Слуга был высокий и бледный. Из густых медных волос торчали заострённые уши. Часть прядей была собрана на затылке, поэтому одна из отличительных черт эльфов сильно выделялась, не скрывала её и длинная чёлка. Его причёска походила на львиную гриву.       Но это не единственное, что привлекало внимание. Левый глаз был ярко-зелёный, а правый — абсолютно белый. У него отсутствовал и зрачок, и радужка. В совокупности с каменным выражением лица это было жутко.       — Это Карай Афáсси. Герцог, глава Сумеречных змеев и моя правая рука, — рассыпался в рекомендациях Драко. — Между прочим, самый надёжный и верный мне человек во всём Рэньюме… Да что там в столице? Во всей стране!       Колдунья учтиво кивнула в ответ. Карай с виду был не сильно старше неё самой. Но на то эльфы и выглядят молодо!       Чёрная накидка на одно — левое — плечо свисала до пола. Из-за неё выглядывали того же цвета камзол без рукавов рубашка с жабо. Штаны были заправлены в высокие сапоги со множеством ремешков. На поясе также находилось ножны и портупея для кинжала.       На протяжении всей дальнейшей беседы Карай не проронил ни слова.       — Однако, если Вы в самом деле король, то почему не отправили за мной доверенных подданных? — Скрестив руки на груди, твёрдым голосом спросила Фелин. — К чему рисковать монархом, отправляя его сквозь леса в чужое государство?       Она весь разговор будто на иголках была. Помимо слепой веры в слова отца, колдунье хотелось подтвердить их весомыми доказательствами.       — Мне нравится твоя рассудительность, — мягко ответил Драко. — Сколько ни пускал я по вашим следам самых проворных слуг, результата не было. Но в этот раз мне улыбнулась удача, и я не мог упустить этот шанс, положившись на других.       — Какая удача? — Вспылила колдунья. — Что такого случилось, что спустя двадцать лет, Вы наконец нашли меня?       Мужчина ухмыльнулся и посмотрел своими змеиными глазами на дочь:       — Твой друг-рыцарь несказанно помог мне. Стоило выразить ему благодарность перед уходом.       Фелин хотела переспросить, но, словно молния, в её голове пронеслись слова Вэриана: «Этот маг… мог обращаться в дракона». Это единственное, что он сумел вспомнить о напавшем на экспедицию.