Die to save You

"Вот я одного понять не могу..." Уилсон ушел из лагеря, недовольно бурча. Ему было невдомек, что же именно в его прекрасных расчетах могло пойти не так, и отчего робот вышел тугодумом. "Вроде как я уже не в Британии нахожусь, а климат - словно за уши, вместе со мной, оттуда притянутый!.." Спросить у кого-нибудь не было возможности. Хотя, пожалуй, был один человек... Или не совсем человек? Ученому до сих пор было невдомек, кем был тот мужчина, которого он вскользь увидел в первые мгновения своего прибытия в этот мрачный мирок. Судя по размытому образу в памяти, внешне он походил на человека, но кто знает, что в этом мире было действительным, а что - иллюзорным? "Может, здесь все подстраивается под наихудшие ожидания человека, попадающего сюда?.." Во всяком случае, никаких особенных надежд на того парня он не возлагал: Явившись пред ним однажды, он больше никак не давал знать о себе. - А почему же я тогда о нем подумал? ,- маячившее с утра где-то внутри чувство, вновь всколыхнулось, вызывая грозивший вновь начаться мозговой штурм. Хлюп. Уилсон, часто заморгав, огляделся по сторонам, пытаясь быстро сообразить, что это только что хлюпнуло. За размышлениями брюнет и не заметил, как оказался у отвратно смердящего болота. "Черт..." Хиггсбери взглядом скользнул вниз по ноге, подметив, что носок его, лакированной некогда, обувки погряз в зеленовато-бурой вязкой жиже. Лицо ученого тут же скривилось в гримасе отвращения. Брюнет принялся аккуратно вытягивать ногу, попутно стряхивая с нее налипшую мутную слизь. Он был уже готов выблевать прямо тут, на этом болоте, сделав тому, причем, огромное одолжение: Каша, что грозилась выйти из Уилсона, как ему казалось, была куда пригляднее и ароматнее, нежели эта болотная гадость, медленно сползающая с носка. - Да уж. Задумался на свою голову. О мужчине. Да чтоб я сдо... ,- Мистеру П. не дал договорить внезапно прогремевший вблизи него рев,- Ааа? ,- Мужчина медленно обернулся в сторону рыка. В паре метров от него стоял огромный, не менее отвратный, чем его среда обитания, чешуйчатый зеленый жаб-мутант. Этот верзила незаметно, что весьма удивило Уилсона, выбрался из-за липкого зеленоватого подобия кустарника, и теперь во все свои водянистые глаза таращился на брюнета. "Наверное, он сейчас думает о том, что я ему в зубочистки гожусь..." Изобретатель обреченно вздохнул: Сегодня ему ввязываться ни во что не хотелось, максимум - погулять по лесу, слегка повандалить на могилах да нарваться на парочку неистово завывающих призраков. Вот и все. Уилсон опустил голову, словно бы в жесте покорности судьбе. Монстр, заметив это, счел жест брюнета за приглашение к трапезе, тут же кинувшись на Хиггсбери. В тот миг, когда П. уже ощущал зловонное дыхание у себя над головой, дичайший вой всколыхнул застоявшийся вокруг воздух. Жаб, отмахиваясь, отскочил от молодого человека, неистово завывая. Скользкий покров на его теле пузырился и лопался, глаза оплавлялись. Уилсон стоял напротив, тяжело дышащий, сжимая тонкими пальцами древко, с которого мелким крошками осыпался некогда пылающий алым огнем, а ныне - тускло-красный камень. Ученый развернулся, уходя туда же, откуда и пришел. За спиной все еще слышались вопли болотной твари, все затихающие, и постепенно сошедшие на "нет". - Да уж, тот, кто стоит за этим, видимо, нехило развлекается... ,- Хиггсбери отшвырнул непригодный посох, закинув руку за голову, как оказалось, очень кстати, ведь шея, уже практически онемевшая от постоянного ношения рюкзака, призывно заныла. Брюнет принялся разминать пальцами шею, изредка надавливая чуть сильнее, оставляя на бледной коже постепенно сходящие синеватые отметины, пробегался подушечками пальцев по позвонкам, слегка разминая их, и, когда ощущения были довольно приятными, потягивался, словно сытый кот. Уилсон шел вперед, не замечая на себе пристального взгляда человека, стоявшего неподалеку, прислонившегося худощавой спиной к раскидистой густо-зеленой ели, как и не заметил усмешки на, растянувшихся в тонкую полоску, губах. - Очаровательный субъект... Брюнет резко обернулся. "Видимо, показалось" Здесь, в этом Богом заброшенном месте, было неудивительно слышать какие-то странные звуки: Заунывный вой неупокоенных душ, выматывающие душу наизнанку и зажимающие в тисках сердце гулкие раскаты грома, хрюканье и бормотание, но речь... Обычная человеческая речь была чужда этому миру. Только сегодня он был шокирован тем, что услыхал слова, донесшиеся из чьих-то уст,кроме его собственных, и вот - снова. - Нет,мне определенно показалось... ,- Ученый огляделся по сторонам, так ничего и не разглядев в нависшем вокруг тумане, и, решив просто собрать немного ягод, не придаваясь радостям дедукции, отправился в сторону лагеря, где ждал его робот,- Ох,малыш!.. Я и позабыл совсем о нем,- Уилсон стукнул себя ладонью по лбу, быстрее засеменив к убежищу. В тени ели, стоявшей чуть поодаль, послышался удивленный вздох. Кукловод скрестил руки на груди, заинтересованно смотря вслед уходящему Хиггсбери. - Что там еще за малыш такой? Кролика себе что ли завел?.. Брюнет уже не слышал этого монолога, с замиранием сердца торопясь в то единственное место, которое с натяжкой можно было назвать его "домом".