Меж двух огней

Подарок он купил в последний момент. Да, это совершенно не вязалось с его обычным подходом к столь ответственному делу, но... Случай тут особый, "наиособейший", он бы даже сказал, за что Чад его по голове бы не погладил, ибо не одобрял словесных экспериментов с русским языком. Помнится, он тогда попытался выяснить причину столь резкого неодобрения. Выяснил. Именно тогда, когда решил поэкспериментировать ещё разок в компании Куросаки. В общем, у них получилось совсем уж непристойное производное от слова "дубль", и, главное, без задней же мысли ― просто тренировались в образовании множественного числа, склонении по падежам и перебирали суффиксы. Потренировались так, что потом целую неделю не могли смотреть Чаду в глаза ― стыдно... Это же до них дошло через целую вечность, что они там наозвучивали, а вот Чад понял сразу ― отличное знание языка проявило себя с блеском. Припомнив тот случай, Стрелок немного смутился ― да уж, вовремя! ― и прижал к себе подарок. Бежать и переодеваться или сразу идти к Чаду, чтобы вот сию секунду его порадовать? Или не порадовать... Кто же знает, как он будет реагировать на такой вот подарок? И поскорее бы вручить... Стрелок теперь уже с сильным сомнением осмотрел дар и вздохнул. А не покажется ли Чаду вызывающей дороговизна подарка? Все же знали, что с финансами у Стрелка проблем нет. С другой стороны, купил бы он нечто подешевле, так и тогда остался бы риск нанести обиду якобы скупостью. Честно говоря, Стрелок никогда прежде не задумывался о таких тонкостях, когда делал подарки, ― просто дарил от души то, что хотелось подарить. Но вот на этот раз... На этот раз ему было чрезвычайно важно мнение одариваемого человека, он очень хотел, чтобы Чаду подарок понравился со всех сторон абсолютно и без всяких оговорок. Топтавшегося в коридоре Стрелка в итоге обнаружил сам виновник торжества. Он слегка озадаченно уставился на друга, демонстрировавшего ныне поразительную неуверенность, слабо вязавшуюся с длинной вереницей венценосных предков... Или на Востоке представители правящих фамилий носили исключительно тюрбаны? Чад представил Стрелка в тюрбане, но тут же отогнал подальше соблазнительную мысль. ― Чай? ― кивнув на пустую ёмкость, которую держал в руках Чад, спросил Стрелок. ― Подарок? ― Чад сделал слабое движение подбородком, указав им на внушительный свёрток. Друг поправил очки, крепче стиснул свёрток в объятиях и изысканно наклонил голову в знак подтверждения. Вот и побеседовали... ― Я торт купил, ― счёл уместным сказать Чад, жестом предложил Стрелку пройти в комнату, а сам зашагал на кухню, чтобы набрать воды в чайник. Стрелок осторожно пристроил подарок в кресле и огляделся, обнаружил на столе упаковку с микрофоном и установочным диском для программы звукозаписи. Не требовалось прикладывать серьёзных умственных усилий, дабы вычислить дарителя. Ичиго, больше некому, только он всегда заморачивался на технике. Что ж с японца взять... Стрелок, немного нахмурившись, уставился на собственный подарок. Вышло всё не по плану ― он же хотел красиво упаковать эту бандуру, а тут Чад, и всё из головы вылетело в один миг... И как же теперь быть? Чад заглянул в комнату и с любопытством покосился на внушительный бесформенный свёрток. Скрыв смущение во взгляде за стёклами очков, Стрелок ухватил подарок и немного неловко вручил. Тщательно продуманные слова поздравления тоже выдуло из головы начисто, поэтому он просто величественно промолчал ― получилось не хуже, чем у самого Чада. Друг попытался добраться до подарка сквозь слои бумаги. Через пару минут активного шуршания воцарилась гробовая тишина. И только небо знало, чего стоило Стрелку удержать невозмутимость на лице, когда сердце ухнуло вниз и затрепыхалось там пойманным в силки зайцем. Не понравилось? Если не понравилось, Чад ничего не скажет, и тогда... тогда... Чад задумчиво провёл пальцами по футляру, медленно опустился в кресло и слегка удивлённо посмотрел на Стрелка. ― Я подумал, что... ― Спасибо. ― Тебе не нравится... ― Нравится, хотя я ждал другого. Снова воцарилась тишина. Стрелок, как и всегда, рассчитывал на свой ум и пытался сообразить, чего же ждал Чад, а последний деловито достал из футляра гитару и принялся подробно изучать инструмент, легонько тронул струны ― этот звук вывел Стрелка из состояния задумчивости. ― Я до сих пор не понял, чего же ты ждал. А где Ичиго? ― Он забегал утром. Уже не придёт. Дела. Чад не умел врать, поэтому Стрелок сразу же понял, что Куросаки действительно сегодня не придёт, но не из-за дел, а из-за чего-то другого. Только вот из-за чего? ― Даже настроена уже... ― пробормотал Чад, взяв на пробу пару аккордов. Умно, вот только со Стрелком такие штучки не работали, так что Чад мог даже не мечтать о том, чтоб уйти от темы. ― Ты не сказал, что хотел получить в подарок. Чад устремил взгляд в окно, пару минут на что-то там любовался, потом негромко ответил, пожав плечами: ― Какая разница? Ты уже сделал подарок, и я рад. ― Может быть, мне хочется подарить тебе то, что... ― Ты подарил то, о чём подумал. И... в другой раз. Никаких проблем. Если бы Стрелок был способен впасть в панику, он сделал бы это прямо сейчас. С одной стороны, он понимал, что Чад старался успокоить его, что он действительно не огорчён, но, с другой стороны, существовало нечто, что могло порадовать его намного сильнее, чем уже выбранный подарок. Ну да... Одна только беда ― Стрелок вообще не представлял, что бы это могло быть. Несправедливо! Вряд ли кто-то ещё знал о Чаде столько, сколько знал о нём Стрелок. Он полагал, что изучил вкусы друга досконально, но, выходит, ошибался. ― Soy un hombre muy honrado, que me gusta lo mejor Las mujeres no me faltan ni al dinero, ni el amor... /Я парень отличный, и мне это по вкусу, Вниманием женщин не обделён, пусть не везёт ни в играх, ни в любви... /* ― быстро перебирая струны, напел Чад, потом перешёл на невнятное мычание, одолел почти неслышно припев и уже громко продолжил: ― Me gusta tocar guitarra, me gusta cantar el son Mariachi me acompana, quando canto my cancion. Me gustan tomar mis copas aguardiente es lo mejor Tanbien la tequilla blanca con cu sal le da sabor. Ay, ay, ay, ay, ay, ay, mi amor... / Люблю гитарных струн перебор, люблю под музыку эту петь, Найдётся всегда, кому подхватить этот мотив. И пусть кто-то пропускает один стаканчик за другим, Текила с солью ― заманчиво, но мне нужна не она. Ай-яй-яй... моя любовь... / Внезапно Чад накрыл ладонью струны, заставив гитару умолкнуть, и внимательно посмотрел на друга. ― Что-то не так? ― спросил Стрелок и поправил очки ― замаскировал растерянность. Чад мотнул головой, отставил гитару в сторону и ушёл за чайником. Стрелок озадаченно опустился на стул ― вот это сейчас что вообще было? Серенада под окном? Или как? В принципе, друг любил родные песни, но вот пел их очень редко, а тут нежданно сподобился ― да ещё и в собственный день рождения... Обычно после такого он грустил: никто бы не заметил и не догадался, ведь Чад не проявлял своих чувств открыто, но вот Стрелок такое пропустить не мог. И всё же сегодня... Чад молча вернулся с чайником, поставил на стол две чашки и полез за тортом. Стрелок вскочил со стула, задвинул предмет мебели на место и торопливо пробормотал: ― Знаешь, у тебя сегодня занятий было много, наверное, отдохнуть хочешь, а тут все лезут с поздравлениями, гости всякие... да и я тоже... Лучше, вероятно, не беспокоить тебе совсем и... Отдыхай, в общем. И он стартовал с места к двери. Нет, он не испугался, не запаниковал, не сделал из мухи слона, просто Ичиго оказался прав. Когда дело доходило до Чада, Стрелок переставал соображать адекватно: в голову лезли всякие мысли, практичность и рациональность делали хозяину ручкой, так что ему оставалось ехать дальше на одних голых эмоциях. Но на голых эмоциях далеко не уехать... Хотя нет, уехать можно ― и весьма-весьма далеко, но в таком направлении, что потом чрезвычайно трудно будет отыскать путь обратно. Если вообще возможно... Отступление провалилось. Едва Стрелок собрался выйти, как перед глазами на деревянную поверхность легла крупная смуглая ладонь. Можно, конечно, ещё подёргать за ручку двери из чистого упрямства, но Стрелок не любил выставлять себя дураком ― ясно же, что дверь открыть он не сможет. Вздохнув, он повернул голову и внезапно застыл на месте, осознав вдруг, насколько близко стоял Чад. Нет, он всегда знал, что Чада природа ростом и телосложением не обидела, но вот прямо сейчас, когда ему пришлось посмотреть на друга снизу вверх, Чад показался ему настоящим великаном, только почему-то было совсем не страшно... *** Устроившись боком на сидении автомобиля, Грим курил и одновременно пролистывал бумаги, проверяя подписи и печати. Ичиго упрямо глазел в окно ― в строго противоположном направлении ― и терялся в догадках. Грим вёл себя необычно, и уже не первый день, а это тревожило Ичиго. Как показала практика, за необычным поведением непременно следовала какая-нибудь совершенно неожиданная пакость. Получить такой "удар под дых" ему не хотелось, тем более ― от Грима Хансэна. Не говоря уж о том, что в их отношениях не просто чёрт ногу сломит, а сам Эмма-о и все Судьи Преисподней дружно повесятся на ближайшей иве... Или берёзе, чтоб без плагиата обошлось. Мысли Ичиго внезапно заложили крутой вираж: а что там у скандинавов за преисподняя? Припомнив не так давно прочитанную у того же Грима литературу, он выцепил откуда-то название "Валгалла". Там ещё триллер какой-то был с уклоном в садизм и мазохизм на фоне чёрного юмора, кажется... Ага, какой-то там бог, вроде даже самый главный, выколол себе глаз ― мазохизм чистой воды, а потом заставил всех стихи сочинять, причём отнюдь не хокку, садюга. Чёрный юмор там организовывал бог огня, но как-то остальные шуток не поняли, а триллер, потому что в конце все умерли. Но это так, Ичиго же интересовал иной вопрос: попал бы Грим в Валгаллу, если б жил не сейчас, а вот тогда? ― Куросаки, чем мучиться и так изворачивать шею, просто смотри уж открыто, ― проворчал Хансэн, отложив в сторону ещё один проверенный документ. И ведь даже не взглянул на спутника, как же понял, что на него уставились с любопытством? ― Это правда про Валгаллу? Грим едва не выронил бумажки, услыхав столь нелепый вопрос, а вот Ичиго мрачно порадовался про себя. Выходит, Грима тоже можно выбить из колеи, если захотеть и подойти к вопросу со знанием дела. ― В смысле? ― Ну, что туда только воинов брали, а остальных ― в Хэль... ― Правда. Откуда вдруг такой интерес? Там высокими технологиями не пахнет. Он рассеянно провёл пятернёй по рыжим прядям, собираясь с мыслями. ― Просто мне кажется, что ты бы в Валгаллу не попал. ― Почему? ― внезапно заинтересовался Грим и, закончив с проверкой, забрался в салон с ногами. Захлопнулась дверца, а затем Грим перегнулся через спинку сидения, чтобы положить стопку бумаг назад. Он слегка задел Ичиго, и тот ощутил слабый хищный аромат, напоминавший о лесах. Что-то такое терпкое и смелое, смешанное с лёгким запахом хвои и стойким дымным запахом табака, и Ичиго вдруг поймал себя на мысли, что ему это понравилось. ― Ну... не знаю... Просто ты... ― Он умолк, окончательно потеряв нить собственных рассуждений. Кроме того, он всё равно не смог бы сказать в лицо Гриму, что тот слишком свободолюбив, чтобы подчиняться какому-то дураку, выколовшему себе глаз. Не смог бы сказать, потому что это правда, а признавать несгибаемую волю Грима ему совершенно не хотелось. ― В Валгаллу я не попал бы, ― кивнул Грим. Ичиго уставился на него ошарашенно. ― А ты... почему? ― Скорее всего, Один бы меня "благословил" своей милостью, а такие "благословенные" редко погибали в бою и уж точно не в собственной постели от старости, а от яда или умело воткнутого в самый неподходящий момент ножа: втыкали обычно в спину и обычно дружеской рукой. Ну или ещё какой несчастный случай устраивали, в бою тоже могли устроить, но это ничего не меняло: смерть от рук врага на поле боя ― в Валгаллу, смерть от иных рук или предметов ― в Хэль. Тебя на такую тему потянуло, потому что закупил для меня мышьяк? Хотя мышьяк всё же лучше крысиной отравы... ― Иди ты к чёрту... ― отвернувшись к окну, буркнул Ичиго. Он понял, о каком "благословении" говорил Грим. Что ж, это походило на правду... ― Предлагаю слегка отпраздновать завершившуюся успешно бумажную авантюру, что скажешь? "Да ни за что!" ― тут же подумал Ичиго, но вслух спросил: ― Слегка ― это как? Грим немного поморщился, смерил его внимательным взглядом и чуть пожал плечами. ― Бутылку шампанского? Ну и всё равно надо ехать ко мне ― твои документы всё ещё там. Услыхав про шампанское, Ичиго мысленно просиял ― отличная возможность для тренировки в прицельной стрельбе пробками по мишеням. Хотя... Чёрт, а если Грим сам решит открывать? Впрочем, через несколько секунд Ичиго намного сильнее взволновала иная проблема: доедут ли они живыми до дома Грима? Доехали ― вопреки всем ожиданиям. В знакомой уже квартире Ичиго осмотрелся, привычно скинул обувь и направился в "рабочую" комнату с компьютером. Там ничего не изменилось, всё осталось по-прежнему. В этом ли было дело или же в чём-то другом, но у него возникло странное необъяснимое чувство, точнее, неописуемое чувство: и не страх, и не гнев, и не отторжение, и не притяжение... Непонятное нечто. Разобраться в себе он даже толком не успел, потому что в комнату зашёл Грим, старательно мучивший шампанское. Ичиго даже невольно улыбнулся. Ему следовало догадаться, что Грим вряд ли искусен в обращении с шампанским ― да у него прямо на лице написано, что крепкими напитками он считает исключительно те, что горят. ― Я открою, ― предложил он свою помощь и с некоторым усилием отнял бутылку у Грима. Тот по-прежнему терпеть не мог, когда ему навязывали помощь. Ничего, потерпит. Заодно и... Пробка отлично вписалась в лоб Грима. Он зашипел от неожиданности и прижал ладонь к месту ушиба. ― Pule! Какого чёрта? ― Прости, случайно вышло, ― пожал плечами Ичиго. Пробки оказалось мало, так что из бутылки полезло само шампанское. Яростно ругаясь, Грим отобрал тару у Ичиго и пошёл на кухню за полотенцем и бокалами. ― Умеет он открывать... Да я уж вижу, чёрт бы тебя побрал... ― ворчал себе под нос Грим. Он водрузил бутылку на стол, достал два бокала и замер в шаге от стола. Видимо, угодившая в лоб пробка хорошо так поспособствовала мыслительному процессу. Грим запустил пальцы в голубую взлохмаченную шевелюру и взлохматил её ещё больше. Наркотой он, честно говоря, не увлекался вовсе, разве что мог иногда "забить косячок". А какой студент ни разу не "забивал косячок"? Только Куросаки Ичиго если... Но не в том суть. Ещё в начале учебного года Грим завёл кучу полезных знакомств. И вот одно из этих знакомств, помнится, преподнесло ему чудный "винт" **. Разумеется, сам он никогда такими вещами не пользовался, потому сунул это "счастье" в один из ящиков на кухне да забыл благополучно. Пока не вспомнил сейчас вот. Ему-то "винт" без надобности, а вот кое-кому другому... Вещь вполне себе безобидная, мозги у Ичиго останутся на месте, правда, эмоции зашкалит, но против этого Грим ничего не имел. Через минуту Грим лихорадочно копался в ящиках, выворачивая их содержимое на стол. "Винт" найти удалось, хоть и не сразу. Он ловко добавил своеобразную приправу в шампанское, предназначенное Ичиго, осторожно размешал, взял в руки оба бокала и только сделал шаг к двери... Взревел раненым носорогом телефон, небрежно оставленный на столе. Грим прикрыл глаза и тихо, очень низко зарычал. Он обернулся и взглянул на дисплей. ― Fаеn ta deg! Пришлось поставить бокалы на стол и ответить. ― Какого чёрта? У тебя что-то горит? ― И тебе добрый день, ― отозвалась тётка. ― Тут Халли звонила, все собираются летом нанести общий визит твоему... ― Пускай собираются дальше. Я тут при чём? ― Халли хочет, чтобы ты тоже был. ― Хотеть не вредно. ― Порадуешь отца и мать, почему бы и нет? ― Ага, "порадую", ― с сарказмом согласился Грим. ― Кстати, как твои дела? ― Ikke sаеrlig godt... *** ― прикрыв ладонью глаза, признал он. ― Что уже случилось? ― Я забыл, где какой бокал. ― Ну и? ― тут же заинтересовалась Рун. ― Помощь специалиста по всяким паранормальным штучкам нужна? А что такого с этими бокалами, что нужно помнить ― где да какой? ― Помощь не нужна, а что с бокалами ― это моё личное дело. Можно даже сказать, интимное... ― Ого, как интересно! ― радостно завопила по телефону тётка. Грим обречённо опустился на стул. ― Ладно, правый или левый? ― Правый для тебя или для меня? ― А давай не будем усложнять? ― хмуро бросил он. ― Левый тебе, а правый... Кстати, кому правый-то? И что это ты пьёшь из бокала? ― Рун, а ты, случайно, работу не меняла? Министерство здравоохранения на министерство юстиции, скажем. Ладно, у меня дела. ― А Халли что сказать? ― Как обычно. Просто скажи, что я занят. ― Летом? ― Да. У меня работа, вроде как. Грим отключил телефон и потянулся. Чёрт, и как он умудрился забыть, какой из бокалов предназначался Куросаки? Получится обидно, если он сам вылакает "винт"... Впрочем, кто сказал, что пришла пора сдаваться? Он с невозмутимым видом зашёл в комнату, где собирал свои документы Ичиго, и протянул ему правый бокал. Оставалось надеяться на то, что у тётки и впрямь отменная интуиция. Ичиго слегка озадаченно посмотрел на него, а потом негромко спросил: ― У тебя всё в порядке? ― Ещё раз задашь этот вопрос ― и тебе его повторит сиделка в больнице! ― вспылил Грим, которого уже изрядно достало отвечать всем желающим, что у него и впрямь всё в порядке. ― Тогда тост? ― закусив губу и немного подумав, предложил Ичиго. Грим неожиданно довольно прищурился, в глазах заплясали безумные искры, словно перед дракой. ― Отличная идея. И я даже знаю, какой тут нужен тост...