Хочу стать твоей

В груди будто буря бушует, но на лице ни одной эмоции. Я тихонечко плетусь за Захаровой с опущенной головой опущенной, как я. Все таки это был просто спор. Я ей безразлична. Просто игрушка. Секс-игрушка. Теперь ещё и униженная… Те слова.. те объятья.. тот поцелуй.. это просто манипуляция. Чертов обман. Снова больно. Снова ранило. Почему мне не похуй? Мы заходим в дом, я решаюсь поднять голову, посмотреть на неё, может в этих глазах найдётся ответ. Но вопросов теперь только больше.. Почему она смотрит на меня с сочувствием, если минуту назад ее взгляд был таким жестоким и холодным?… Я помню это «Она смотрит, почему она смотрит на меня как на маленького котёночка? Почему я чувствую себя рядом с с ней котёночком?» , сейчас также. Почему-то хочу обнять ее… Или этот взгляд — очередная манипуляция? Я уже ничего не понимаю. — Спасибо,— будто обязанная, говорю я, стараясь показать отстранённостью и холодность к ней. — У меня не было выбора,— отвечает кратко и сухо, теперь смотрит на меня с каким-то отвращением(?) Мерзко от моего внешнего вида? Противно от того, какая же я жалкая и опущенная? Неприятно стоять рядом? Понимаю, Крис, мне от самой себя отвратно. — Шум, кого там принесло? — отдаленно слышен чей-то женский голос. И теперь становиться понятно, почему я не вовремя.. Но это не должно меня никак касаться, она может спать с кем хочет. Мы никто друг другу. Блять. Внутри что-то неприятно саднит от осознания этого.. — Ошиблись домом, никого, Миш. Никого… «Я — никто» и она мне — никто. Все ведь просто, как 2+2. Она неосознанно надавливает на нож, который только недавно так безжалостно воткнула в меня. Господи, почему не плевать… — Значит так,—максимально тихо, чтобы нас не услышали, начинает распоряжаться Кристина,— идёшь на второй этаж, в комнату, в которой была. Никуда не выходишь и не шумишь, иначе.. — сердито смотрит, а потом уходит внутрь дома, задевая меня плечом. Снова больно. Снова обидно. Снова, снова, снова… Я плетусь на второй этаж в ту комнату, теперь полностью убитая. Со всех нахуй сторон расстрелянная. Пуля от подруги, пуля от мамы, пуля от Кристины, пуля от себя… Почему я ещё не мертва? Как изъять все пули, не пролив ещё больше крови? Если уберу их, дыры останутся, если ещё раз нажму на курок — ничего не останется… Станет легче всем.. и мне тоже.. Я стараюсь отогнать такие мысли, но, честно говоря, получается не очень. Зайдя в комнату, смотрю на своё отражение в зеркале: Индиго — разбитая, сломленная, изувеченная. Отворачиваюсь, потому что противно на саму себя смотреть, противно… хочется в душ, под кипяток, смыть с себя все это.. содрать кожу, освободить душу.. хочется заснуть, избавить себя от мыслей.. очистить разум, забыть обо всем.. хочется опять в те объятья.. хотя бы на мгновенье почувствовать себя в безопасности и тепле.. хотя бы на мгновение почувствовать иллюзию любви.. опять много хочу. Меня раздирает на части от какого-то непонятного чувства внутри. Кристина сейчас снизу, с ней, говорит те же слова, что и мне, целует так же, как меня, трогает там же, где и меня.. И я не знаю, кому должно быть хуже: мне или той девушке… Ужасно болит голова, во рту пересохло, глаза сухие и уставшие, все тело в синяках и гематомах разной давности, на запястье видны дорожки засохшей крови, напоминающие о том, что я слабая и не смогла справится по-другому, режут глаза побитые кровавые костяшки на руках, не дающие забыть о недавней истерике — мне кажется никакое похмелье не сможет сравниться с моим состоянием сейчас. Я разбита и опустошена. Я в один момент потеряла все, что было мне ценно и дорого.. так почему я ещё живу, почему ценю свою отвратную жизнь, почему борюсь..? Борюсь — это идеальное слово. И надо признать, что быть борцом лучше, чем быть сдавшимся человеком. Главное, чтобы было за что бороться.. Я снимаю с себя грязную одежду грязную как я и ложусь на кровать, хочу поскорее заснуть и ни о чем не думать, не убивать себя чертовыми мыслями, не окунать раз за разом в травмирующие и болезненные события.. В конечном итоге мое тело поддаётся, усталость берет верх и погружает меня в сон… Дыхание наконец становится ровным, а мыслей нет.. … Громкий и настойчивый стук будит и ведёт полусонную меня открыть дверь, быстро накинув что-то из вещей, и наверное убить этого человека. Я ведь только заснула. Кристина… С законченной бутылкой пива в руке, опухшими глазами и растрёпанными волосами. Еле стоит. Ее тело дрожит, дыхание тяжелое, состояние — словно после истерики. Кристина разбита… тоже… но чем? — Прости меня..,— ее голос дрожит, глаза умоляюще на меня смотрят, поблескивая, вот-вот расплачется. А у меня от такого ее вида мурашки прошлись по коже и сердце чаще забилось, я стою в полнейшем шоке и растерянности… не понимаю, что сказать и что делать. Кристина не понимает, как до меня достучаться, она тихонько становится передо мной на колени, так же как я перед ней… Сердце больно сжимается, мне очень хочется поднять ее, нежно обнять и успокоить, но я просто стою.. смотрю.. пустым взглядом.. — Блять, пожалуйста выслушай,— она закрывает руками лицо, всхлипывая, не хочет чтобы я увидела ее слёзы,— это важно..— она поднимает свои заплаканные, пьяные глаза, видом своим умоляет простить, послушать, обнять. У меня душа раздирается и уже самой хочется заплакать. Но я держусь равнодушной и не двигаюсь с места. — Захарова, хватит,— говорю твёрдо и разборчиво, но мое волнение выдаёт мелкая дрожь в голосе,— К чему этот цирк? К чему эти манипуляции?— чувствую, что слёзы подступают к глазам, а пульс учащается, — Ебаный спор?— я повышаю голос, потому что уже не в силах себя контролировать,— Черт, тогда трахни меня сейчас, — уже почти кричу, разбрасывая руки в разные стороны, а потом замолкаю, вглядываюсь в глаза напротив, они полны слез, полны испуга, она не верит в то, что я говорю, не верит, что я могла так подумать про неё,— … но перестань так ласково прикасаться и нежно смотреть, перестань давать мне надежду, перестань влюблять в себя… — я опускаю глаза и отворачиваюсь, я боюсь найти в ней подтверждение своим словам, боюсь услышать о том, что я действительно права, что те моменты ничего не значат, а я — маленькая наивная девочка, которая не знает во что ввязывается.. — прошу, сделай то, что хотела и не своди с ума. — Хорошо. … Лиза, а чего ты ожидала? Что она должна была сказать? На что ты вечно надеешься? Ты не в сопливом сериальчике, так что заткни свой рот и чувства и принимай чёртово поражение. Наивная дура. «Но знай, ты сама предложила.». Теперь эта угроза оправдана, Кристин. Ты ведь сама предложила, а теперь сама и страдай. Такая участь, такая жизнь. Просто прими это, Лиза. Поднявшись с колен, она тихонечко подошла и встала прямо за моей спиной. Интересно, как она теперь смотрит? Разочарованно? С насмешкой? Как победитель? Как на жалкую игрушку? Похотливо? Я поворачиваюсь. Ласково. С сочувствием. С трепетом… Мои руки дрожат, а сердце отбивает чечетку. Я запуталась… это очередная манипуляция или искренно? Это ещё одно издевательство или правда? Но все вопросы быстро отпадаю, когда на меня смотрят эти бездонные глаза, аж дыхание перехватывает. Я тону в них, как в затягивающей бездне. А вокруг лишь тишина.. Обнимаю. Прижимаюсь так, словно это наша последняя встреча; так, будто больше никогда ее не увижу; так — как никогда и никого. И она тоже обнимает, словно боясь, что я испарюсь; будто я — последний глоток воздуха; будто никогда не отпустит. Я утыкаюсь подбородком в её волосы, упиваясь её присутствием. Она всегда была такой маленькой и хрупкой? Кристина поглаживает меня по голове, а из глаз обеих текут слёзы.. Но ни одна не отходит, ведь боится потерять вторую, боится потерять все тепло, боится испортить все.. ещё больше… — Нам нужно поговорить..— шепчет мне на ухо, а легонько киваю головой, в знак согласия. Поговорим, но не сейчас. Кристине хорошо в этих объятьях, и мне тоже, стараюсь вложить все свои чувства в них, в каждое касание, она тоже.. Кристина — источник моего душевного спокойствия, с ней я забываю обо всем и всех, с ней тепло и хорошо… Кристина — невероятная, ее красота обезоруживает и завораживает, я готова ей любоваться круглые сутки, тонуть в чертовом омуте прекрасных глаз… Ее появление – это словно глоток крепкого кофе с коньяком, бодрит и пьянит одновременно. Рядом с Кристиной, весь остальной мир перестаёт существовать, а на спине словно появляются крылья. Крис, я хочу стать твоей, но когда все решится…