Пленник этого мира

Этой ночью Сюй Шену и Янь Веймину было не до сна. Они оба были слишком напряжены, размышляя, что же делать дальше. Виновник отравления Янь Цзяньпина и помощник убийцы одиннадцати генералов был известен, оставалось лишь выманить его так, чтобы тот ничего не заподозрил, и заставить платить по счетам. Янь Веймин прижался спиной к стене, сидя на кровати юноши, и не отводил взгляда от пляшущего пламени свечи, тускло освещающей комнату. Сюй Шен же сидел с другой стороны кровати, обнимая колени и уложив на них голову. Он не сводил глаз с задумчивого лица демона. Теплый свет свечи причудливо мерцал на бледной коже мужчины, создавая затейливые тени. В полумраке лицо Янь Веймина казалось ангелу ещё более привлекательным. Его не портил даже хмурый вид. Брови демона сошлись над переносицей, губы были слегка поджаты, словно мужчина закусил их изнутри, а в глазах отражался блеск пламени свечи. Сюй Шен внимательно рассматривал каждую деталь, словно впервые видел это лицо. Юношу всё не покидали слова Сяо Шоушана. «— Янь Веймин уж слишком хорошо знаком с этим демоном.» Ангел вспоминал ту единственную встречу с лисом, по которой уже можно было многое понять. Он догадывался, что за отношения связывают двух демонов, ведь Гао Ху, хоть и не говорил прямо, но его слова были весьма понятны. В груди как-то неприятно сдавливало от этой мысли. Сюй Шен не желал отводить взгляда от мужчины перед собой. Его взор то и дело падал на поджатые губы демона, хотя сам Янь Веймин, казалось, не замечал этого, будучи поглощённым вариантами мести. Сюй Шен и сам не понимал, что за странные чувства охватили его, но одна лишь мысль о том, что демон вновь встретится с лисом, напрягала и заставляла сердце болезненно сжиматься. — В прошлую нашу встречу он не выглядел настороженно, — наконец заговорил мужчина. — Возможно, если я напишу ему письмо с приглашением в резиденцию семьи Янь, что находится в Бианьюане, он ничего и не заподозрит. Во всяком случае нужно сделать всё максимально правдоподобно, словно я действительно хочу видеть его лишь по личным вопросам. Если Гао Ху заподозрит, что я знаю о том, что он сделал, боюсь, он может сорваться и просить покровительства у своего хозяина, тогда его поиски будут значительно сложнее. Я напишу письмо и завтра утром отправлюсь в Бианьюан. — Я против, — внезапно выпалил Сюй Шен. Поняв, что сказал, юноша поспешил объясниться, —в смысле… Я против, чтобы ты шёл туда один. Это может быть опасно. Он столько времени скрывал то, что отравил твоего отца. Ведь нет никаких гарантий, что с тобой он не провернёт нечто похожее. — Я не дам ему такой возможности, — возразил Янь Веймин. — Пить или есть что-то, предложенное им я не намерен, к тому же в той резиденции есть охрана. Я глаз с него не спущу. — Я пойду с тобой, — настаивал Сюй Шен. — Своего врага нужно знать в лицо. Я хочу узнать, что им двигало, когда он решил пойти против твоей семьи. — Это личное дело моей семьи, тебе не обязательно там присутствовать. Тем более ты сам сказал, что это может быть опасно. — Я не хочу здесь оставаться. Боюсь, я могу наговорить много лишнего твоим родителям. Им ведь не обязательно знать, что лекарства, которое спасёт господина Янь Цзяньпина, нет… Спустя ещё несколько минут спора Янь Веймин вздохнул и всё же согласился взять ангела с собой при условии, что тот не отойдёт далеко от демона. Сюй Шен был слишком настойчив и убедителен, а потому не оставил мужчине и шанса на отказ. Своей радости он конечно же не показал, но губы тронула едва заметная улыбка. Юноша всю ночь не сводил взгляда с демона, словно боялся, что тот нарушит уговор и уйдёт, пока Сюй Шен будет спать. Янь Веймин написал письмо и несколько раз перепроверил его, чтобы оно выглядело как можно естественнее. Ангела немного напрягал тот факт, что он не может узнать, что же там написано, но и сам он прекрасно понимал, что влезать в чужие письма не стоит. Не сомкнув глаз даже на полчаса, они дождались утра и отправились в Бианьюан, в то время как один из слуг направился с письмом в публичный дом. Янь Веймин подготовил охранников в резиденции и стал дожидаться прихода лиса. Ничего не подозревающий Гао Ху получил приглашение и ужасно обрадовался написанному. И, хотя в письме было указано точное время встречи, он начал собираться заранее. К нужному часу юноша уже шёл к зданию прогулочным шагом, игриво виляя хвостами. На лице лиса сияла самодовольная улыбка, что была так ему свойственна. «— Наконец-то он понял, что лучше меня в любовных ласках не найти и решил провести со мной время», — думал лис на протяжении пути, гордясь собой. Гао Ху вошёл на территорию усадьбы, где его встретил один из слуг, что и проводил юношу в зал, где его уже ожидал Янь Веймин. Демон сидел в своём кресле посреди просторной комнаты и с холодным выражением лица ждал гостя. Сюй Шен сидел рядом с ним, то и дело глядя в сторону входа. В комнате повисла напряжённая атмосфера. Вокруг было так тихо, что можно было без труда услышать тихое дыхание ангела и демона. И уверенные шаги лиса, с каждой секундой становящиеся всё ближе. Вскоре дверь зала открылась и на пороге появился Гао Ху в сопровождении слуги. Лис вошёл в комнату, игриво покачивая бёдрами и продолжая всё так же улыбаться. Но, стоило ему только увидеть Сюй Шена, как улыбка сползла с лица юноши. — А он что здесь забыл? — возмутился Гао Ху, с ненавистью глядя на ангела, сидящего слишком близко к Янь Веймину. — Пришёл взглянуть на то, какими жалкими и ничтожными бывают демоны, — с холодной усмешкой ответил Янь Веймин. Гао Ху заметно напрягся, сделав несколько шагов назад. Он старался не выказывать никаких эмоций, но выходило совсем плохо. Слуга сразу же запер дверь, отрезав юноше путь к отступлению. Стражники же стояли наготове за каждой дверью, ведущей в комнату. Пусть казалось, что в помещении только четверо, за пределами комнаты было не менее двадцати демонов стражников. — Зачем ты позвал меня сюда? — с лёгкой дрожью в голосе спросил лис, сжимая в руках края своих одежд. — О, тебе прекрасно это известно, Гао Ху. Не мне рассказывать тебе о твоих же грехах. Вот только ты совершил чудовищную ошибку, решив полезть к моей семье. — Значит, ты уже знаешь… — тихо пробормотал Гао Ху, столкнувшись с полным ненависти взглядом Янь Веймина и отшатнувшись. По телу юноши прошёл холодок, словно ему заглянули в самую душу. Взгляд Янь Веймина сверкал опасными огнями, словно он был готов прямо сейчас разорвать Гао Ху на мелкие кусочки и навсегда стереть его с лица земли. Напряжение с каждой секундой росло, а атмосфера вокруг становилась всё более пугающей. Янь Веймин щёлкнул пальцами, и на полу появились несколько цепей, обвивших руки юноши и медленно тянущих его вниз. Когда лис оказался на коленях, демон встал со своего места, взяв в руки меч. — Знаешь, что бывает с теми, кто переходит мне дорогу? — спросил Янь Веймин, с презрением глядя на Гао Ху. — О, тебе прекрасно это известно. Тому доказательством твой правый глаз. Но жизнь, похоже, ничему тебя не учит. Лис молча опустил голову, издав лишь тихий смешок. Его плечи слабо задрожали. — Ты этого заслуживаешь, — подняв голову ответил Гао Ху, глянув в глаза Янь Веймина. — Что ты сказал? — Янь Веймин сперва был заметно поражён подобным ответом, но спустя несколько мгновений пришёл в ярость, вынув меч из ножен и приставив его к горлу Гао Ху. — Осмелишься повторить это, никчёмный прохвост? Загубил собственных родителей и решил загубить и чужих? — Родителей? — Гао Ху вновь тихо рассмеялся, опуская голову. — Как думаешь, господин Янь, достойны ли эти нелюди называться родителями? Ах да, ты ведь не знаешь. У тебя всегда были прекрасные отношения с отцом и матерью. Так как смеешь ты меня осуждать? Моя мать умерла почти сразу после моего рождения. Отец же, если его можно таковым назвать, плевать на меня хотел, я не был ему нужен. Скажи, о благородный господин Янь, что смеет судить других, ничего о них не зная, разве достоин зваться отцом тот, кто подкладывал собственного сына под клиентов борделя?! Разве тот, кто заставлял собственного сына с детства самостоятельно разыскивать пропитание и деньги на жизнь, не заслуживает ненависти?! Две сотни лет я выживал как мог, пока мой прекрасный отец жил в роскоши, вечно выпивая с друзьями и развлекаясь с сестрёнками из борделей. Да если бы не сестрицы, я бы умер ещё ребёнком. До первой сотни лет я был словно выброшенной вещью, до которой даже моему родному человеку не было дела. А стоило только мне достичь первой сотни и отрастить свой первый хвост, как он придумал для себя новое развлечение, — на глазах Гао Ху выступили слёзы, тело задрожало. Он поднял голову и посмотрел на Сюй Шена полным боли и страдания взглядом. — Он решил, что раз уж я достиг подходящего возраста, то могу зарабатывать деньги собственным телом. Ему казалось это прекрасной идеей. Ему казалось это чем-то забавным! С того момента он практически никогда не выпускал меня за порог борделя одного и большую часть моего заработка забирал себе, оставляя мне лишь жалкие гроши. Моя одежда, украшения, еда — всё это у меня было лишь благодаря некоторым особо щедрым клиентам, которые не желали видеть рядом с собой исхудавшего мальчишку в старых одеждах. Я жил так до двух сотен лет. Я был вынужден каждый раз терпеть грубость со стороны своего отца и клиентов, вынужден принимать всё, не смея даже возразить. Так скажи, Янь Веймин, как смеешь ты обвинять меня в том, что я погубил своих родителей?! Сердце Сюй Шена сжалось от криков Гао Ху. Ему было достаточно нескольких слов, чтобы проникнуться состраданием к юноше, который явно не лгал сейчас. Ангел вспоминал слова Сяо Шоушана, что заставляло его ещё внимательнее слушать рассказ юноши. «Лишь слёзы покажут истинную душу демона.» Слёзы медленно катились из глаз лиса. Он болезненно прикусил губу, переводя взгляд на Янь Веймина. Демона же, впрочем, речь Гао Ху совершенно не тронула. Его лицо всё так же выражало холодную ненависть к юноше. — Меня не волнует то, как ты жил или что случилось с твоей семьёй. Но ты посмел вмешаться в жизнь и благополучие моей семьи и отравить моего отца, обрекая его на смерть. Думаешь, я спущу тебе это с рук? — произнёс Янь Веймин, надавив мечом на шею лиса так, что по его бледной коже заструилась тонкая струйка крови. — Что ж, давай, убей меня, — равнодушно отозвался Гао Ху. — Я понимал, что однажды должен буду отвечать за это. Давай, убей меня, отомсти за своего папашу! — О нет, лисёнок, смерть была бы для тебя слишком лёгким выходом из ситуации. Ты должен страдать. Страдать даже сильнее, чем мой отец. Он ничего тебе не сделал, но ты обошёлся с ним подобным образом. Ты заслуживаешь вечных пыток. Поверь, я сделаю всё возможное, чтобы не дать тебе так просто умереть. — А что мне оставалось?! — вскрикнул Гао Ху. Его алый глаз засиял и наполнился новыми слезами. Юноша поспешно сорвал с себя бинты, с трудом открыв второй глаз. Зрачок в нём был абсолютно белым, а над глазом красовался старый поперечный шрам. Гао Ху смотрел на демона взглядом, наполненным боли. — Взгляни на меня! Чья, по-твоему, это вина?! Увиденное зрелище ужаснуло Сюй Шена. Он не мог отвести взгляд от искалеченного лица юноши. Ангел с уверенностью мог сказать, что когда-то это лицо было очень красивым и даже бинты не так уж портили внешний вид Гао Ху. Но без них облик юноши выглядел пугающим и вызывал лёгкое отвращение. Сюй Шен молча перевёл взгляд на Янь Веймина. Он в свою очередь даже не изменился в лице, безразлично глядя на шрам и невидящий глаз юноши. Гао Ху же продолжал всё также кричать на демона, то и дело всхлипывая и не сводя взгляда с Янь Веймина, будто и вовсе позабыл о третьем человеке в комнате. — Ты невыносим, Янь Веймин! Даже после убийства отца моя душа не обрела покоя, ведь угораздило же познакомиться с тобой! Знал бы ты, как тяжело любить ледышку вроде тебя! Глаза Сюй Шена изумлённо округлились. Он смотрел то на Янь Веймина, то на Гао Ху. И хотя юноша прекрасно понимал, в каких отношениях они были, сердце почему-то сжималось ещё больнее, чем раньше. Слова застряли в горле, и ангел предпочёл молчаливо наблюдать за ситуацией. Янь Веймин же остался всё так же безразличен к столь неожиданному признанию. Его глаза опасно сияли, от чего даже Сюй Шену становилось некомфортно. Он никогда не видел эту сторону демона и не мог совладать с лёгким страхом. Гао Ху же продолжал, уже ни на что не обращая внимания. — Ты никогда не воспринимал меня всерьёз, никогда не считался с моими чувствами и желаниями! Ты никогда не желал даже остаться со мной на всю ночь! Не желал хоть раз поцеловать меня! За всё время, ты никогда не был со мной нежен! Но я терпел всё это до последнего. Ты не принимал меня за равного себе и всегда смотрел на меня сверху вниз. Но я всё понимал и принимал. Я всегда молчал и надеялся на лучший исход, хоть и прекрасно осознавал, что не достоин большего. У меня нет ни высокого положения, ни выдающихся способностей. В сравнении с тобой, я пустое место. Но что я мог с собой поделать?! Я просто хотел быть любим! Однако, среди множества моих клиентов, что были в разы добрее и щедрее, сердце выбрало именно тебя! Я бы продолжал молчать и бездействовать, как и раньше, если бы ты не сделал со мной это! — юноша показал на свой раненый глаз и до боли сцепил зубы, глядя на демона и ожидая хоть какой-нибудь реакции, но всё безрезультатно. Не получив желаемого, Гао Ху перевёл взор на Сюй Шена, уловив в его взгляде капли сочувствия и жалости. На лице лиса проскользнуло отвращение, и он быстро отвернулся. — Если бы всё было как тогда, я бы и пальцем не пошевелил, чтобы навредить тебе или твоей семье! Но ты… — Гао Ху всхлипнул и перестал кричать, его голос наполнился отчаянием. — Стоило мне только неосторожно упомянуть имя того ангелочка, что бросил тебя много лет назад, как ты лишил меня самого дорогого, что у меня было — моей красоты. Ты лишил меня огромной части дохода, ведь таких, как я, выбирают по лицу. Многие клиенты отвернулись от меня, даже ты… Я надеялся, что ты возьмёшь ответственность за мою травму, но я ошибался. С тех пор ты вообще перестал посещать меня. Что мне ещё оставалось?! Конечно, я хотел отомстить за всю ту несправедливость, что мне пришлось пережить. Но действовать напрямую я не мог, мне бы не хватило сил и хитрости что-то сделать с тобой. А вот твой отец стал отличной мишенью. А позже я увидел тебя с Бианьюане в сопровождении этого мальчишки. Как думаешь, что я чувствовал? Как думаешь, что я чувствую сейчас, когда теперь всякая шлюха под твоим покровительством может присутствовать на личных разговорах и смотреть на меня с отвращением и жалостью?! — здоровый глаз юноши наполнился ненавистью, направленной на шокированного ещё больше Сюй Шена. Стоило только последним словам сорваться с языка Гао Ху, как глаза Янь Веймина засияли жаждой убийства. Сжав рукоять меча так, что на тыльной стороне руки вздулись вены, демон повернул голову к Сюй Шену и как можно спокойнее сказал: — А-Шен, не мог бы ты выйти? Не хочу, чтобы ты видел меня в нынешнем состоянии. — А-Шен? Неужели это… — глаза Гао Ху наполнились неподдельным ужасом. Тело задрожало сильнее. Он постарался отползти подальше от Янь Веймина, но из-за цепей не мог сбежать или хоть как-то попытаться спастись от нависшей угрозы. Ангел же молча кивнул в ответ на слова Янь Веймина и поднялся со своего места. В сопровождении слуги он покинул комнату, проходя вглубь усадьбы по широкому коридору. Стоило только двери в комнату закрыться, как Сюй Шен услышал душераздирающий крик от боли. Юноша вздрогнул и сжался от окутавшего его страха. Обняв себя руками, ангел поспешил уйти как можно быстрее, чтобы не слышать криков Гао Ху. «Всё в порядке. Тебя это не касается. Он сам накликал на себя беду. Он заслуживает ненависти Янь Веймина. Со мной он никогда так не поступит, он мой друг», — старался успокоить себя Сюй Шен. Зайдя в другую комнату, он плюхнулся в кресло, стараясь осознать всё произошедшее. На душе было тревожно. Крики Гао Ху были всё так же слышны, хотя и куда тише, чем ранее. Ангелу было даже страшно представить, что сейчас происходило за закрытой дверью в комнате, где остались два демона. Он сжался в кресле, обняв руками колени и постарался отвлечься от ужасных мыслей, закрыв глаза. Через время крики совсем стихли и воцарилась гробовая тишина. Не дождавшись Янь Веймина, Сюй Шен сам вышел из комнаты и направился обратно к тому месту, где и состоялась их встреча с Гао Ху. Осторожно толкнув дверь, юноша зашёл в комнату, сразу же ощутив сильный запах крови и прикрыв нос рукавом. Взгляд ангела остановился в центре помещения, где стоял Янь Веймин. Меч и белоснежные одежды мужчины были перепачканы кровью, как и пол рядом. На самом полу же лежал Гао Ху. На его лице виднелась свежая рана, проходящая через ранее здоровый глаз. Глаз и тело юноши кровоточили и были сильно изранены. От увиденного становилось особенно жутко. Голова Сюй Шена пошла кругом, и он опёрся о стену, чтоб не упасть. Янь Веймин повернулся в сторону юноши. Его жестокое выражение лица тут же сменилось обеспокоенным. Мужчина убрал меч в ножны и быстрыми шагами подошёл к ангелу, подхватив того за руку. — А-Шен, зачем ты вышел? Я ведь говорил, тебе не стоит видеть всё это, — он осторожно приобнял ангела за плечи, стараясь скрыть собой жуткое зрелище позади. — Он… Мёртв? — проигнорировав слова Янь Веймина, спросил ангел. — Нет. Всего лишь потерял сознание от боли, — спокойно ответил демон. Сюй Шен лишь молча кивнул. В комнату же тем временем вошли несколько слуг, которые сразу же принялись убирать помещение после недавней кровавой сцены. — Бросьте его в темницу при дворце. Я позже позабочусь о его расплате за все свои деяния, — безразлично произнёс демон, уводя Сюй Шена за собой из комнаты. — И всё же, мне его жалко… — тихо сказал юноша.

Продолжение следует…