For Better or For Worse

Jm: Случилось самое худшее. Тае: О черт. Ты случайно съел морепродукт? У тебя есть твоя эпи-ручка? Jm: Нет-нет, ничего подобного. Это намного, намного хуже. Самое худшее, что могло когда-либо случиться со мной. У меня неожиданно появился сосед. Hobi: Действительно? Я думал, место рядом с тобой должно быть пустым. Jm: Я тоже так думал. Но место занято … Чон Чонгуком Тае: Печатает... Hobi: Печатает... Тае: СРАНЬ ГОСПОДНЯ, НИ ЗА ЧТО! ТОТ САМЫЙ Чон Чонгук?! Твой заклятый враг?! Единственный и неповторимый. Hobi: ВТФ?! Его брат, скорее всего, дал ему свой билет! ㅋㅋㅋㅋㅋㅋㅋㅋ Это похоже на сцену из фильма. Что ты собираешься делать? Тае: Он чертовски горяч, Чимин. Это блестящая возможность. Может быть, он поможет тебе вступить в клуб "Майл хай". Jm: Я ненавижу его, Тэ. Тае: Секс с ненавистью - это здорово, Чимин. Jm: Я собираюсь притвориться, что ты этого не говорил. А еще я собираюсь напиться. Hobi: Хорошая идея. Ненависть и алкоголь. Мое любимое сочетание

...

Табличка "Пристегнитесь" со звоном отщелкивается, и Чимин бросается к кнопке вызова. Он неловко улыбается стюардессе, когда она подходит. — Здравствуй... насчет того напитка... — Что вам принести? — спрашивает она с натянутой улыбкой. — Можно мне джин с тоником, пожалуйста? —Конечно, и мистер Чон, не хотите чего-нибудь выпить? — Она обращает свое внимание на Чонгука, который в какой-то момент достал ноутбук и печатает на нем. — Просто кофе было бы здорово, спасибо. Чимин берет свой напиток у стюардессы и снова поднимает перегородку. На этот раз Чонгук не прикасается к нему. Чимин делает вдох и чувствует, что теперь расслабляется, когда в поле его зрения нет Чонгука. Все будет хорошо. Он может выдержать семичасовой перелет. И когда они доберутся до Бали, Чимин просто закажет другую виллу в отеле. Или он заставит Чонгука заплатить за другую, потому что он может себе это позволить. Тогда Чимину не придется видеться с ним до конца своих каникул. Все будет хорошо. Он может побеспокоиться обо всем этом позже. Прямо сейчас он должен получить максимум пользы из полета первым классом. Он надевает наушники и нажимает на экран, потягивая свой напиток. Полет проходит относительно гладко с поднятой перегородкой между ними. Чимин максимально использует бесплатные напитки и заказывает изысканный ужин со всеми гарнирами, съедая столько, сколько физически возможно. Это погружает его в своего рода пищевую кому, его голова убаюкивающе прислоняется к стене, когда он засыпает. Когда он просыпается, ему требуется мгновение, чтобы понять, что он лежит. Его кресло откинуто назад, и он накрыт одеялом. Он садится, волосы встают дыбом с одной стороны, когда он щурится на время полета в нижнем углу своего экрана. Осталось чуть меньше часа полета. Чимин шарит вокруг, прежде чем опустить перегородку. — Ты опустил мое кресло? — спрашивает он хриплым со сна голосом и последствиями алкоголя, с которым он немного переборщил. Чонгук сидит и ест какой-то десерт из шоколадного торта со сливками, надув щеки, когда он смотрит на Чимина. Лицо Чимина вытягивается, когда он видит еду, и он наклоняется ближе. — Они снова подали еду? — скулит он. — Почему ты меня не разбудил? — Ты сказал мне не разговаривать с тобой. Чимин стонет от разочарования, плюхается обратно на спину и смотрит в потолок, проводя пальцами по волосам. Через минуту или две он снова садится. — Ты не ответил на мой вопрос, — огрызается он, заметив слегка растрепанный вид Чонгука. Он выглядит так, словно тоже спал, его волосы немного зачесаны назад. — На какой вопрос? — Ты опустил мое кресло? Пока я спал? — Нет. Ты сказал мне оставить тебя в покое, так что я попросил того мужчину сделать это. — Чонгук указывает на довольно жуткого вида старика, сидящего через проход. У него бегающие глаза, такие можно увидеть у кого-нибудь из настоящей криминальной драмы. — Что? — Да. Ему это действительно понравилось. Укрыл тебя одеялом и все такое. И ты знаешь, что кнопки управления находятся с другой стороны от тебя, так что ему пришлось наклониться через тебя. Это заняло у него некоторое время. У Чимина отвисает челюсть. — Ты серьезно? Чонгук хихикает и качает головой. — Нет, я шучу. Я опустил твое кресло. Чимин хмурится на него, но никогда в жизни не чувствовал такого облегчения. Как будто читая его мысли, Чонгук ухмыляется. — Теперь когда я это сделал, не кажусь таким уж плохим, не так ли? Чимин скрещивает руки на груди. — Это еще хуже. Ты мог бы просто оставить меня в таком положении. — Я и не хотел, но твоя шея была под очень странным углом, и после того, как ты в десятый раз ударился головой об окно, я решил, что в твоих интересах вмешаться. — О, как великодушно с вашей стороны. Чимин подзывает стюардессу и заказывает немного гранолы и йогурта, а также кофе. Через некоторое время он замечает, что Чонгук в замешательстве оглядывает свое место. Он что-то бормочет, нахмурив брови, и машет рукой стюардессе. — Извините. Здесь была сумка для туалетных принадлежностей? Обычно она есть каждом на сиденье, как я помню. — Верно, сэр, когда вы прибыли, одна из них должна быть на вашем месте. — Её здесь не было, когда я садился... — Не было? На каждом сиденье определенно было по одной. Чонгук выглядит еще более смущенным. Он снова оглядывается вокруг, прежде чем бросить взгляд на Чимина, который быстро отводит взгляд, внезапно обнаружив, что вид за окном завораживает, даже несмотря на то, что время близится к полуночи, а небо черное как смоль. — Чимин-хен, ты знаешь, куда делась моя сумка с туалетными принадлежностями? Чимин-хен? Хен? — Хм? Эм? Я? — говорит Чимин, притворяясь, что не слышит. — Ты не видел мою косметичку? — Э-э... хм...— Чимин делает вид, что пытается вспомнить, одновременно пиная каблуком свою сумку, в которой хранятся украденные косметички, под сиденьем. — Все в порядке, сэр. Я сейчас принесу вам еще одну, — говорит стюардесса, прежде чем исчезнуть. Чонгук смотрит на Чимина с подозрением. — Ха. Странно, что она просто так исчезла. — Странные вещи случаются каждый день. Возможно, её забрал самый разыскиваемый преступник в Сеуле. — Чимин кивает в сторону старого мистера "жуткие глаза". Чонгук не выглядит убежденным, но, к счастью, он не настаивает дальше. Вместо этого он благодарит стюардессу, когда она возвращается с новой сумкой для него. Чимин снова игнорирует существование Чонгука, даже не глядя на него, когда встает, чтобы сходить в туалет и привести себя в порядок. Вскоре после того, как Чимин возвращается на свое место, загорается знак "пристегнуться", и пилот объявляет, что они начинают снижение в международный аэропорт Нгурах-Рай. Посадка проходит гладко, и самолет выруливает на короткое время, прежде чем остановиться у выхода. Чимин встает, как только гаснет надпись "Пристегните ремни", перекидывает сумку через плечо и практически бежит в переднюю часть самолета, прежде чем другие пассажиры первого класса успевают покинуть свои места. Чонгук зовет его по имени, но Чимин не оборачивается. Стюардесса открывает дверь кабины и желает ему приятного отдыха, и Чимин благодарно кланяется, прежде чем выскочить на дорожку. Чимин чувствует себя немного глупо, убегая вот так, но в том, чтобы первым покинуть самолет, есть свои преимущества. Он первым проходит иммиграционный контроль и первым подходит к выдаче багажа. Он так быстро вышел, что лента выдачи багажа еще даже не начала отправлять их багаж, так что Чимин вынужден ждать. Он скрещивает руки на груди, перенося вес с одной ноги на другую, в то время как другие пассажиры рейса заполняют пространство вокруг него. Теперь он чувствует себя еще более глупо из-за спешки. Его шестое чувство подсказывает ему, что Чонгук рядом, но он не сводит глаз с маленького люка, где появится багаж, желая, чтобы его чемодан появился первым, когда ремень оживает и начинает поворачиваться. К сожалению, его багаж появляется не первым. Вместо этого появляется гладкий матовый черный корпус. Чимин вздрагивает, резко поворачивая голову, когда Чонгук наклоняется мимо него, чтобы снять с ленты свой чемодан. — О боже мой, тебе обязательно быть везде? — Если ты продолжишь говорить подобные вещи, я буду думать, что тебе не нравлюсь, — ворчит Чонгук, поднимая чемодан и ставя его рядом со своей ручной кладью. — Тебе не нужно думать, — ворчит Чимин, — и как получилось, что твой багаж вышел первым? Ты задержал весь самолет. Преференциальный режим, да? — Последний пришел - первым вышел, я думаю, — пожимает плечами Чонгук. — Этот твой? Чимин поворачивается и видит, как его раскрашенный, покрытый наклейками чемодан спускается по ремню к нему. — Как ты узнал? — спрашивает он, с подозрением глядя на Чонгука. Чонгук пожимает плечами. — Соответствует твоей индивидуальности. Чимин тянется за своим чемоданом, но прежде чем он успевает схватить его, Чонгук снимает с конвейерной ленты и ставит рядом с собой. — Спасибо, — бормочет Чимин, прежде чем повернуться, чтобы уйти. Чонгук бежит, чтобы догнать его, катя рядом с собой свой гладкий черный чемодан с той плавностью, которая присуща только очень дорогому багажу. Тем временем чемодан Чимина гремит и скрипит позади него, когда он тащит его за собой. Они входят в зал прибытия, и их встречает табличка, которая безошибочно предназначена для них. Мужчина держит в руках листок бумаги с надписью "Мистер и миссис Чон". Очевидно, что он по-прежнему предназначен для будущих молодоженов. — А, похоже, это мы, — говорит Чонгук, указывая на водителя. Однако Чимин идет в другом направлении, направляясь прямиком к выходу. — Воу, воу. Куда ты идешь? — спрашивает Чонгук, догоняя его. — Я беру такси. — Что? Почему? У нас есть бесплатная поездка. — Я не хочу ехать с тобой, — говорит Чимин, подходя к выходу, закидывая сумку на плечо и осматривая переднюю часть терминала. Несмотря на то, что сейчас почти час ночи, воздух влажный, и Чимин жалеет, что надел свои узкие джинсы. Он вдруг становится очень благодарен за все эти наряды, которые Тэхен и Хосок упаковали для него. — Хен, давай, — говорит Чонгук с ноткой веселья в голосе, — тот водитель ждет нас. Мы просто собираемся бросить его? — Мы не бросаем. Я бросаю его. Ты можешь поехать с ним, — говорит Чимин через плечо, направляясь к такси. Люди перед ним садятся в свое такси, и они отъезжают, освобождая место для следующего, который останавливается перед Чимином. Он приветствует таксиста, который выходит, чтобы забрать его чемодан, и показывает ему название курорта в своем телефоне. Чимин демонстративно игнорирует Чонгука, который все еще парит в нескольких метрах от него. Он чувствует на себе его взгляд, и это его раздражает. Почему Чонгука вообще волнует, в какую машину он сядет? Почему он не может просто притвориться, что Чимина не существует, как он и остальная часть его чебола делали всю свою жизнь? — Ты действительно собираешься платить за такси всю дорогу до отеля, когда тебя ждет бесплатная поездка? Просто чтобы избегать меня? — зовет Чонгук. — Ага, — говорит Чимин, проскальзывая на заднее сиденье такси и закрывая дверь. — Добро пожаловать на Бали, — говорит таксист с переднего сиденья. — Спасибо, — отвечает Чимин на английском, благодаря тому, что его родители заставляли его брать продвинутые уроки английского в детстве. Водитель отъезжает от тротуара, по радио тихо играет музыка. Чимин устал. Его мозг функционирует неправильно. Это единственное объяснение того, почему он ловит себя на том, что смотрит в заднее окно на Чонгука. Он ловит момент, когда Чонгук посмеивается про себя, качая головой и проводя рукой по волосам, когда поворачивается и идет обратно к терминалу.