Daddy’s Boy 2: The Beginning

— Почему ты не звонил мне раньше? — в голосе Эбигейл Хоббс звучал праведный гнев. — Мне так жаль, Эбигейл, — извинился Ганнибал. — Моё турне не оставило мне ни минуты свободной… — У тебя было время поговорить с доктором Блум, — возразила она. Ганнибал помолчал. — Да, у меня было. Нам нужно было обсудить кое-какие важные вещи. — Насчет Уилла? — Да, насчет Уилла. — И ты подумал, что поговорить со мной не так уж важно? — её голос немного дрогнул, как будто она пыталась сдержать слёзы. — Конечно нет, ты очень важна. — Как ты думаешь, они когда-нибудь найдут его? — спросила Эбигейл, сбивая Ганнибала с толку резкой сменой темы. Он надеялся, что однажды она простит его за то, что он не связывался с ней больше месяца. Очевидно, в данный момент она позволила ему небольшую передышку, так как хотела поговорить об Уилле. — Да, я надеюсь на это, — ответил Ганнибал. — Знаешь, это… немного забавно, что он исчезает за ночь до того, как ты уезжаешь в Европу на неопределенный срок. — На что ты намекаешь, Эбигейл? — спросил Лектер с легким предупреждением в голосе. — Ни на что! — быстро ответила девушка, но Ганнибал уже знал, что она установила связь между исчезновением Уилла и его турне. — Просто… делаю наблюдение, вот и все, — это была расплата. Она была готова шантажировать его из злости за то, что он не поддерживал связь. — Тебе снились кошмары в последнее время? — спросил Ганнибал, казалось бы, ни с того ни с сего. В эту игру могли бы играть двое. — Николас Бойл не возвращался, чтобы преследовать тебя? — он услышал, как она сглотнула, и улыбнулся про себя. — Я… я просто хотела бы снова увидеть тебя и Уилла, — сказала она дрожащим голосом, отступая от предыдущей угрозы. — Доктор Блум милая, но… но я ненавижу это место, Портхейвен. Они обращаются со мной как с ребенком, а ты и Уилл никогда не делали этого, не делаете этого. — Когда я вернусь из Европы, мы сможем навестить тебя и наверстать упущенное. Сейчас ты должна подумать о выборе колледжей. Я бы очень хотел, чтобы ты продолжала получать хорошее образование. Эбигейл прочистила горло. — Эм, да-а. У м-меня сейчас нет на это денег. Мисс Лаундс объяснила мне, что все деньги от продажи имущества моих родителей пойдут жертвам моего отца. Она… Она предложила мне написать книгу. Сказала, что мы могли бы заработать миллионы. Хотя я ещё не решила. — Эбигейл, я бы серьезно посоветовал тебе не подписывать с ней никаких контрактов. Конечно, это твой выбор, но это означало бы выставить себя, меня и всех в твоей жизни в центр внимания гораздо больше, чем ты уже сделала, — предупредил Ганнибал. — Я-я знаю, именно поэтому я не подписала… пока. Я должна больше подумать об этом. — Ты умная девочка, Эбигейл. Я уверен, что ты примешь правильное решение. — Где ты сейчас находишься? — спросила она прямо. — Который у тебя час? — Я во Флоренции, Италия, — ответил Лектер, — в милой маленькой квартирке с видом на Кафедральный собор. Уже почти полдень. Хотел бы я показать его тебе, — он надеялся, что она не уловит лжи в его голосе. — Мне прислать тебе несколько фотографий? — Да, — выдохнула она, — да, пожалуйста. Слушай, мне нужно идти. Уже почти время завтракать, — сказала Эбигейл. Она вдруг снова звучала разозлившейся. — Было приятно поговорить с тобой, Эбигейл. — Мне тоже. — До свидания. — Пока. Ганнибал повесил трубку и задумчиво постучал телефоном по подбородку. Он попросит Чийо прислать Эбигейл несколько фотографий со всей Флоренции. А пока ему придется подумать о том, как справиться с подозрениями Эбигейл. На данный момент угрозы разоблачения трупа Николаса Бойла было достаточно, чтобы удержать её от того, чтобы рассказать о них Алане или Джеку. *** Несмотря на прохладный воздух, Уиллу, казалось, нравилось проводить время во внутреннем дворике. Он был пристегнут к инвалидному креслу за нижнюю часть туловища, и его лодыжки были скованы вместе, но Ганнибал оставил Уиллу руки свободными, чтобы он мог держать Мистера Фрака. Он указал пальцем с тихим «Птичка!» на нескольких чаек, летевших недалеко от утёса. — Да, сладкий, это чайки. Тебе нравятся птицы, правда? — нежно сказал Ганнибал и сжал плечо Уилла. — Да. Они красивые, — ответил Грэм. Его голос не менял своего более высокого регистра более недели, и Ганнибал был безмерно доволен успехом регрессионной терапии. Конечно, всё ещё оставались препятствия, которые нужно было преодолеть, но в конце концов Уилл чаще казался довольным, чем нет, что облегчало им обоим жизнь. Ранее Ганнибалу пришлось приложить немало усилий, чтобы оторвать Уилла от его игр на одеяле. Казалось, как только Уилл дал себе разрешение расслабиться и свободно использовать воображение, время игр стало его любимой частью дня. Он был полностью погружен в тот воображаемый мир, который создавал с помощью кубиков, грузовичков и животных из ящиков с игрушками. Ганнибал пообещал, что вернет его к игре сразу после того, как они совершат свою ежедневную «прогулку». Он одел Уилла в более теплую уличную одежду: пижамные штаны, осеннюю куртку и флисовое одеяло, которое сложил ему на колени, а затем пристегнул Уилла к инвалидной коляске и вытолкал во внутренний дворик. Кресло, несмотря на все его удобства, не было оснащено колесами для передвижения по бездорожью, о чем Ганнибал глубоко сожалел. Он хотел бы провести Уилла по некоторым тропинкам за домом, через поля и лес, которые окружали этот район. Увы, они были ограничены внутренним двориком. Но его мальчик, казалось, не возражал. Ему нравилось проводить время на свежем воздухе. Прохладный ветерок рисовал румянец на бледных щеках, а местная флора и фауна, делившая с ними их маленький уголок, вызвала улыбку на губах Уилла. Он часто в восторге указывал на что-то Папе, разделявшему его восхищение природой. Иногда Ганнибал приводил его на утёс ночью, чтобы Уилл мог беспрепятственно посмотреть на маяк Коув-Пойнт. — Видишь их, Мистер Фрак? — прошептал Грэм своему плюшевому пингвину и снова указал на чаек: — Это чайки. Так сказал мне Папа, — Ганнибал просто ухмыльнулся от уха до уха и подтолкнул Уилла чуть ближе к краю обрыва, остановив всё же на достаточно безопасном расстоянии. — Воу! — благоговейно прошептал мальчик, увидев, каким высоким был утёс. Затем он немного съёжился и посмотрел на Ганнибала. — Я не хочу падать, Папочка. — Не волнуйся, mylimasis, Папа не даст тебе упасть, — ответил Лектер и крепко сжал руки на ручках инвалидной кресла. Он заметил, как Уилл слегка вздрогнул, и спросил: — Тебе холодно, милый? Уилл покачал головой и преувеличенно громко сглотнул, вглядываясь в пропасть. — Слишком высоко! — пискнул он. — Ты боишься высоты, Уилл? Он кивнул. — Хорошо, тогда мы отойдём от края, — сказал Ганнибал и отодвинул кресло на добрых полтора ярда. Его мальчик снова расслабился и больше оглядывался по сторонам теперь, когда они были вне «опасности». — Смотри, Папочка! Парусные лодки! — воскликнул Уилл, увидев несколько лодок, приближающихся к берегу при попутном ветре. — Так и есть, — ответил мужчина. — Какое у тебя хорошее зрение, моя птичка, — лодки казались крошечными и находились далеко от их утёса. — Ах… — начал Уилл и остановился. Он прочистил горло. — Я собирался когда-нибудь построить лодку, — продолжил он голосом на октаву ниже, чем минуту назад. Ганнибал замер. Неужели взрослый Уилл снова вышел из забытья? Ганнибал на мгновение задумался, а затем присел на корточки возле инвалидного кресла Уилла лицом к нему. — Возможно, ты можешь построить лодку из своих кубиков. Разве это не было бы мило? — подсказал он, пытаясь вернуть мышление Грэма к детским реалиям. Вместо того, чтобы просто согласиться, как Уилл стал склонен делать в подобных ситуациях, тот ответил мягко, но всё же своим взрослым голосом, поправляя Ганнибала: — Не ту, ту, на которой я смог бы плавать. — Ты бы хотел, чтобы Папа купил тебе лодку, на которой ты мог бы плавать? — спросил Ганнибал. Он имел в виду что-нибудь, что Уилл мог бы использовать в ванной, например, игрушечный парусник. Хотя, по правде говоря, он мог купить своему маленькому мальчику всё, что тот пожелает, так что настоящая парусная лодка не была совсем уж вне достижения. Время было, к сожалению, немного неподходящее. Он только-только заставил Уилла регрессировать настолько, что тот больше не сопротивлялся. До осуществления второй половины его плана оставались годы, и он сомневался, что малышу Уиллу хватит терпения дождаться настоящей лодки. Ему нужно было пробыть маленьким мальчиком гораздо дольше, прежде чем Ганнибал сможет повернуть время вспять и начать готовить его к роли идеального партнера для убийств. — Ты бы не купил, — сказал взрослый Уилл. — Я бы сделал это ради тебя, мой дорогой, — ответил Лектер, его глаза выражали любовь к мужчине перед ним, когда он откинул прядь волос с глаз Уилла. Его волосы теперь были довольно длинными, но у Ганнибала всё не хватало духу их подстричь. Расчесывание Уилла стало личным источником удовольствия для них обоих. Однако ему придется обрезать их, прежде чем они станут помехой. Он уже несколько раз брил Уилла, пока тот бодрствовал, и это было настоящим приключением для них обоих. — Куда бы мы поплыли? — с любопытством спросил Уилл. — Куда бы ты хотел поплыть? — Пересечь ‘Лантику, — сказал он, наклонив голову. Уилл вдруг стал выглядеть довольно кокетливо, но его голос снова окрасился детским оттенком. Ганнибал улыбнулся и нежно поцеловал Грэма в губы. Отстранившись, он увидел, как язык Уилла чуть высунулся и облизал губы. Член мужчины дернулся, но он сказал себе, что сейчас не время. — Когда-нибудь, mylimasis. А сейчас, не хочешь, чтобы Папа заказал тебе лодку, с которой ты сможешь поиграть в ванне? Уиллу не потребовалось много времени на раздумья, прежде чем он воскликнул: — Да, большую лодку! Ганнибал усмехнулся. — В таком случае, отлично, мой хороший маленький мальчик. У тебя будет большая лодка, которая будет плавать с тобой в ванне, так быстро, как только она будет доставлена. Папа закажет её сегодня вечером. — Йе-е-е! — Уилл взвизгнул и подпрыгнул на своем кресле. Затем он ахнул и опустил голову. — Все в порядке, дорогой? — обеспокоенно спросил Ганнибал. Розовый румянец окрасил щеки Уилла, и он сглотнул, прежде чем ответить. — Эм, я-я описался и… и я этого не знал. Это вроде… забавное чувство. — О, сладкий, это просто означает, что твоё тело привыкает к подгузникам, не более того. Папа очень гордится тобой за то, что ты был таким хорошим мальчиком, — Ганнибал сопроводил свою похвалу новыми поцелуями в щеки и лоб Уилла. Затем он спросил: — Тебе нужно, чтобы я проверил твой подгузник? — Грэм покачал головой. — Не-а, я совсем чуть-чуть, — сказал Уилл, ободрённый. Он сжал Мистера Фрака и прошептал пингвину: — Всё в порядке, я всего лишь описался. Ганнибал потрепал Уилла по голове, вставая. — Ты готов возвращаться домой, мой маленький ягненок? У Папы в холодильнике остались стейк и пирог с почками. Мы можем съесть их на обед. — Хорошо, конечно, — ответил Уилл. Ганнибал ухмыльнулся. Казалось, его подрастающий маленький мальчик теперь всегда был голоден.