Эйва Мэйбек

/…/ — коммуникатор ~…~ — кибертронский       — Рэтчет! Как ты мог это предложить?! Ты мог нанести Джазу ущерб!       — ~Конечно~       — А что, если он воспринял предложение, как оскорбление?       — ~Аха~       — А Би? Ты подумал о его чувствах? Необходимо будет извиниться перед мехами, как только они вернутся с миссии! Рэтчет? Ты меня слышишь? ~Рэтчет?! ~       Глубокая вентиляция не помогла охладить системы, разгорячившиеся от напряжения и долгих без перезарядки дней или недель, если брать в расчет дни проведённые на Диего-Гарсия, поэтому док поставил себе напоминание: увеличить объем потребления охлаждающей жидкости, прежде чем отложить почти законченный прототип и развернуться к Эйве, чье поле ощущалось, как микровзрыв взволнованных эмоций. Но… стоит признаться, Рэтчету понравилось надутое выражение ее красивого фейса, в котором прослеживались те самые отголоски юной искры, как и в нежно-голубом свете ее оптики. Искра Рэтчета дернулась, радуясь, насколько часто малышка стала отключать линзы, скрывающие ее отличительную черту от людей. Это было прекрасным признаком: доверие Эйвы к автоботам возрастало.       — Если ты прекратила метаться из стороны в сторону, как гонщик на выхлопных газах, приготовься следующие земные циклы к бесполезной бюрократии и к утомительным двуногим с интеллектом земного аналога кофейной машины.       Сдувшись, Эйва села на край платформы, раскачивая ногой взад-вперед, как обидевшаяся сладкая искорка.       Помянув Примуса, Рэтчет шагнул вперед и присел на колено, чтобы быть взглядом наравне с малышкой.       — Что такого в моем предложении, Эйва? Ваши эмоциональные волны на удивление с этим беспринципным мехом прекрасно резонируют друг с другом.       — Джаз потрясающий, не оскорбляй его.       Рэтчет ухмыльнулся.       — У меня нет времени вселенной.       — Ты не оставляешь мне выбора, да? — тепло улыбнувшись в ответ Рэтчету, я перестала дуться и попросила доктора окутать меня своим теплым, сильным полем, заключая в кокон. Рэтчет с удовольствием пошел навстречу, даря дополнительно легкое физическое прикосновение мани к спине. Я заурчала от удовольствия, расслабляясь. — На самом деле все куда ироничнее. Джаз никогда не станет Хранителем, потому что он… боится.       Рэтчет замер, и я ощутила, как уплотнилось поле, не разрешая увидеть чувства меха.       — Прости, малыш, я позабыл, насколько молодые искры проницательны. А в совокупности с твоим развитым интеллектом… Когда ты поняла?       — Перед миссией на Сан-Диего, Джаз предложил прогуляться. Тогда впервые он услышал, как я говорю на почти утерянном языке одного племени, и попросил научить его, но я не могла нарушить данный обет племени о неразглашении чужакам их языка, и отказала. Но… мне бы хотелось научиться чему-нибудь у Джаза, — судорожно вздохнув, Рэтчет поддержал меня, возобновив утешительные жесты. — Я сказала ему об этом.       — И ты почувствовала в ответ не самое приятное и ожидаемое, не так ли?       — Не знаю, что случилось в прошлом у Джаза, да и это не мое дело. Я просто… не хочу, чтобы то, чего мы достигли… разрушилось из-за чьей-то неосторожности, слов или домыслов. Подозреваю, что тебе известна причина такой реакции, и ты хотел помочь Джазу, — док вздрогнул. — Но прошу тебя, не надо. Это задевает сильнее, чем я предполагала.       — Моя злость на твоего друга все еще не испарилась, а лишь окрепла. Он не должен был позволять разорвать так рано связь создателя и творения. Существующая база создана не просто так, Эйва. Нейронная сеть — это сложная сеть структур, которая обеспечивает взаимосвязь между множеством наших систем, в том числе энергетическим полем, нашими сенсорами, а также искрой. Ты на личном опыте чувствовала, что происходит с неокрепшей нейронной сетью. Связь создателя должна была блокировать нагрузку на сеть и не позволять другим воздействовать на тебя, пока она не окрепнет, и ты не начнёшь контролировать ее. Браймаузеры, защищающие от проникновения, передачи и многих других незаконных действий со стороны, не единственное, чему связь должна была помочь защитить и развиться. Искра и энергия поля, что позволяет кибертронцам иметь отличающий от физического прикосновения иной контакт, должны были тоже защищены той связью, позволяя окрепнуть. С манипулированием энергетического поля я не вижу проблем, а вот восприятие твоей искрой чужих эм-полей, все еще на незащищенном уровне, малыш. То, что ощущает проживавшая тысячелетие искра сильно контрастирует с трехсотлетней. Острота, глубина, чувствительность преувеличены и создают большую нагрузку на твое восприятие. Это слишком для сверкающей искры. Создатель все еще должен защищать тебя, даже если ты…       — Не кибертронец, — закончила я, заметая неприятные чувства обратно в темноту. — Да, ты прав. Но благодаря своей отличительной черте, я могу держать браймаузеры наравне с взрослым мехом.       — Не отвлекайся от темы, — фыркнул док, вставая в полный рост, но продолжил с той же заботой. — Суть состоит в том, что ты не должна чувствовать ту глубину чужих эмоций и чувств, которые не хотят быть пойманы, пока их носитель не откроет их лично тебе.       — Но тогда, — игриво улыбнувшись, встала вслед за Рэтчетом, — я бы никогда не рассказала остальным, насколько искра великого доктора армии автоботов великодушна, чиста и добра.       — ~Шлак в твоем приемнике! ~ — засмеявшись, я наблюдала, как док возвращается к работе, тихо пыхтя, как большой паровоз. — В конечном итоге, вы оба упертые болты, — смущенно поджала губы.       — Думаю, в скором времени тут станет шумнее, и у тебя будут иные заботы, — Рэтчет хмыкнул. — Сайдсвайп был так возбуждён приближением своего брата, что совершенно не мог контролировать свои эмоции. Как долго они были в разлуке?       — Полагаю, достаточно, чтобы позабыть о последних приличиях и устроить интерфейсное шоу для всех остальных. Да поможет нам Примус в первые семь земных циклов!       Стараясь сильно не смеяться, подумала, что в чем-то Рэтчет прав. Автоботы не смогут получить на этой базе личного пространства, а с активными протоколами близнецов, требующие долгой синхронизации, будет опасно оставлять их рядом даже с автоботами. Возможно, если Зантиум сможет приземлиться недалеко от их места дислокации, Джаз и Прайм придумают, как оставить близнецов на некоторое время внутри корабля.       — /Всем автоботам собраться на стоянке/ — прозвучал пинг на общем канале от Прайма.       Переглянувшись с напрягшимся Рэтчетом, в груди взволнованно все затрепетало.       Би, Джолт, Джаз и Сайдсвайп отбыли только вчера вечером, что могло произойти за это время? Десептиконы? Нет, тогда бы люди уже били тревогу.       Поспешив в зону парковки, я почувствовала напряжение, исходившее от обычно спокойного Прайма. С уходом остальных мехов, автоботов осталось всего лишь шестеро. Чувствовалась… уязвимость?       Рэтчет закрыл железную дверь, отрезая нас от шума и лишних ушей, как только мы вошли. Прайм кивнул, обводя всех присутствующих оптикой, останавливаясь на Рэтчете.       — ~Поступила секретная информация о находке инопланетного происхождения, и мне нужно, чтобы Рэтчет пошел со мной на это задание~       Шокировано замерла на месте, прокручивая и анализируя сказанное на кибертронском, что имело вескую причину такой секретности, связанную с напряжением Прайма. В голову пришла лишь одна причина этого: люди.       — ~Почему я? ~ — терпеливо и поразительно спокойно спросил Рэтчет.       — ~Ты единственный из присутствующих разбираешься в инженерных технологиях~       — ~Прайм, я не это хочу услышать~       Мистер Айронхайд подошел ближе к доктору, кладя манипулятор на плечевую секцию. Мне пришлось слегка отойти в сторону, с нежностью наблюдая за внутренним разговором между мехами. Удивительно, что даже близнецы вели себя тихо, соприкасаясь кончиками пальцев друг к другу. Взглядом я нашла Миража, привалившегося к стене, и, с замиранием искры, я заметила солидарность в его оптике, но мне пришлось быстро отвести взгляд, едва не быв пойманной. Редко можно было заметить, кроме раздражения, другие эмоции Миража.       — ~Мне тоже не нравится положение дел, старый друг~ — мягко улыбнулся Оптимус, после чего обратил свое внимание на меня, заставляя сильнее выпрямиться. — ~Мисс Эйва, мне бы не хотелось приносить вам неудобства, связанные с отсутствием Рэтчета. ~       Его слова имели двойной смысл, но в обоих присутствовала забота, что не могло не взволновать искру. Я улыбнулась в ответ, слегка кивнув.       — ~Это подозрительно, Оптимус, что два этих события происходят именно сейчас. Думаешь, они пытаются разделить нас? ~ — поле Рэтчета расширяется, задевая меня своим волнением, безмолвно спрашивая.       — ~Для людей это невыгодно, Рэтч, ~ — мистер Айронхайд высказывает мои мысли, но не только это волновало Рэтчета.       — ~Тебе не стоит беспокоиться~ — говорю, вкладывая в слова уверенность. — ~Я завершу проект и позабочусь о той договоренности с людьми.~       — /Ты не одна/.       — /Спасибо, фарихт цхак/.       — /Что это значит? / — любопытство прорвалось на поверхность, но я лишь загадочно пожала плечами, отводя взгляд.       — ~Пронырливый юнглинг~— фыркнул доктор, ловя тепло в оптике своего Прайма и насмешку Айронхайда. Ни для кого не было секретом, насколько сильно привязался к Эйве их старый друг.       — ~Объект по полученным данным находится в Чернобыле. ~       — ~Разве не опасно отправляться без подкрепления лишь вам двоим, Прайм? ~ — беспокойство Айронхайда было обоснованно. Двое офицеров высшего командования идут на задание без дополнительной защиты. Если я правильно помню уроки Фурии, то Праймы никогда не оставались одни без своих стражей, а зная, кем является мистер Айронхайд для Прайма, было бы логично взять меха с собой.       — ~Рэтчет прав, меня беспокоят люди. Перед отъездом Джаз обнаружил тревожные данные, сокрытые правительством и пока неясные нам. Это волнует меня. Поэтому, я хочу, чтобы вы оставались на базе, присматривая за нашими союзниками и… Эйва, я обеспокоен вашим положением.~       Удивление и смущение пронзило мою искру, когда Оптимус Прайм выразил свою заботу, заставляя неловко прикусить губу от сдерживаемых радостных эмоций, но в конце концов я смущенно улыбнулась в знак благодарности. Но, впрочем, ему не стоило ради меня оставлять мехов для защиты…       — ~Систер под защитой, ОП! Не волнуйся! ~ — переглянувшись, близнецы одновременно сказали, ударяя себя по нагрудникам, что выглядело немного в их исполнении смешно и нелепо. Док и специалист по вооружению покачали шлемами, бурча сквернословия про идиотов. Я осуждающе задела их своим полем, защищая Скида и Мадфлэпа. Близнецы были милейшими и веселыми ботами, как их можно было не любить и не уважать?       — ~Конечно~ — искры нежности плескались в окулярах Оптимуса. — ~Рэтчет, выезжаем через час. Полковник Леннокс присоединится к нам в аэропорту ~       На этом собрание было окончено. Рэтчет ушел вместе с мистером Айронхайдом в медотсек, и я думала последовать за ними, но внезапно сам Прайм окликнул меня.       — Можно ли с вами поговорить, Эйва?       Его ладонь появилась перед моими ногами, заставляя бешено пульсировать собственную искру. Прайм еще ни разу не просил меня о таком, и как я могла подумать даже отказать?       Сглотнув, я взволнованно кивнула, вставая на ладонь. Нервозность охватила мое тело, но спокойное прикосновение слегка облегчило ее.       Об уединение на этой базе не было и речи, поэтому мы просто отошли в самый дальний угол парковки.       — Полагаю, это впервые, когда мы разговариваем с вами наедине. Вас это беспокоит?       — О, нет-нет, Прайм. Для меня честь общаться с вами, — поспешила успокоить.       — Тогда чем ты обеспокоена, Эйва? — его вокалайзер был мягким и нежным, как и оптика, смотрящая на мою фигуру. — Если вам не комфортно и волнительно оставаться одной без Рэтчета, то…       — Ох, нет, конечно! Как я и говорила ранее, я в состоянии позаботиться о себе, но отрицать не стану, что к поддержке и присутствию доктора эгоистично быстро привыкла. Просто… возможно, я слегка взволнованна другими вещами, но ничего такого непреодолимого.       — У тебя сильная искра, Эйва, но не стоит брать на себя слишком много переживаний. Любой из нас выслушает и поможет тебе.       — Я знаю, — тепло улыбаюсь лидеру автоботов. — Джаз, Сайдсвайп, Би и Рэтчет уже чересчур оберегают. Так… вы об этом хотели поговорить?       — Мне бы хотелось больше светских бесед с тобой. Я знаю, что ты приятный собеседник, но к сожалению, есть один вопрос, требующий твоего внимания.       Конечно я быстро кивнула, не в силах отказать Прайму. Для меня было честью помочь автоботам и быть полезной! Это приносило счастье и радость.       — Ситуация, произошедшая на Диего-Гарсия, связанная с попыткой украсть ваши наниты, до сих пор не достигла окончательного завершения. Спасенные вами люди, по медицинским данным, останутся на всю оставшуюся жизнь инвалидами. От их лица приходят прошения о суде и принятия ряда мер. По данным нашей разведки, — «полагаю в лице Джаза», подумала я, — сами пострадавшие никак не причастны к данным заявлениям, кроме одного соучастника.       — Коннор Паоло, полагаю? Этот мужчина был агрессивно настроен с самого начала после попытки украсть наниты, но я предполагала, что Леннокс перевел данного солдата на другую базу.       — Не совсем, — сказал Прайм, заставляя меня нахмуриться. — После нападения десептиконов данный человек исчез и среди погибших он не числится, но в прошениях стоит его имя и подпись. Джаз проанализировал ее, и на подделку это не похоже, однако, нам также не удается засечь данного человека. В совокупности с твоими данными о неизвестном отправителе тех сообщений, которые невозможно отследить, мы обеспокоены твоей безопасностью.       — Я не думаю, что эти два события связаны. Первый, слишком очевиден: кто-то желает устранить меня от автоботов, и у нас есть предположения, но второй…       — Вопрос в том, кто мог знать о нападении десептиконов, кроме, как самих десептиконов. Ты сообщила Джазу, что о данном контактном номере знают лишь трое кибертронцев и один человек.       — Я понимаю ваши домыслы, но уверяю вас, — серьезность и твердость появилась в моем голосе и глазах, — никто из них никак не связан с десептиконами, и никто не мог передать этот контакт. Но в ваших словах есть доля правды, кто-то очень близкий к десептиконам мог узнать о нападении. Вопрос лишь в том, зачем этот кто-то делает это? Поэтому, прошу вас, оставьте данное расследование мне и моему другу.       — Извини, Эйва, если я оскорбил тебя, но некоторые личности, как ты и сказала, «беспокойные». Ты не разрешила подключиться к твоему устройству связи.       — Полагаю, Джаз пробовал удаленно, — добродушно усмехнулась в ответ, на что Прайм виновато прогудел.       — Он бывает… настойчивым.       — Нахальный более подходяще, но я понимаю, что это часть его работы.       Мы улыбнулись друг другу.       — Очень жаль заканчивать разговор, но меня уже ждут, Эйва.       — Что вы, мне было очень приятно. Надеюсь, после вашего возвращения, нам удастся побеседовать о более простых вещах.       — Буду с нетерпением этого ждать.

***

      Холодно. С уходом Рэтчета и Прайма, я так и не смогла перезарядиться, предпочитая вторые сутки прятаться от всех в медотсеке, занимаясь, как и говорил доктор, бесполезной бюрократией и подготовкой к разговору с утомительными двуногими.       Прототип новой коммуникации для людей с высокой степенью безопасности был готов и ждал сегодняшней презентации, на которой мне придется выступать перед кучкой людей, жаждущих куда большего, чем это.       Шлак! Если бы не мое назначение в команду автоботов, они бы не получили даже этого! Нет-нет, успокойся, Эйва. Сегодня необходим трезвый и спокойный разум. Но…       Оглядев рабочее пространство дока, грустно вздохнула.       … скучаю. За такой короткий период уже сильно привязалась, да? Ах… Но в груди так приятно тепло, Минхоп. Интересно, насколько миллион световых лет ты от Земли? У тебя появились друзья? Ты… уже изменился?       Тряхнув головой, отложила в сторону планшет, взглянув на свое отражение на потухшем экране. До встречи осталось часа три, и я даже привела себя в порядок, как и при первой торжественной встрече с автоботами: вплела в косу свои белые и бирюзовые бусины, черный топ без лямок открывал вид на прекрасное и великолепное «менди» от Сайдсвайпа, а под длинными черными лоскутками прозрачного шифона, одеты черные шорты. Ах, опять меня назовут дикаркой, но это праздничное одеяние племени. Впрочем, люди никогда не поймут, оказанное им уважение.       Улыбка расцвела, когда кончиками пальцев, я провела по линиям «менди», а искра в ответ затрепетала от восторга и счастья. Интересно, как продвигается миссия Джаза, Би, Джолта и Сайдсвайпа? И что там с кораблем Зантиум? Так любопытно. Возможно, стоит попросить Фурию просканировать космическое пространство… Нет, не нужно лишний раз беспокоить друга, ведь он сейчас сосредоточен на другом деле.       — /Эй, систер, ты должна это увидеть! /, — нетерпение и веселье пролились по коммуникатору. Должно быть близнецы что-то вновь задумали или уже воплотили свои коварные планы. Ум… Это же не принесет проблем?       — /Сейчас подойду/, — послала усмешку, спрыгивая с платформы вниз.       Проходя сквозь основной зал, где тренируются солдаты, невольно оглядела второй этаж, замечая большое количество людей, снующихся туда-сюда, с кучей бумажной волокитой в руках. Похоже директор Мирингтон наводит шороху перед приездом важных людей.       Едва зайдя на стоянку автоботов, успела только пригнуться и отскочить в сторону, от прилетевшей, как снаряд… банки краски?       — Примус… — с облегчением выдохнула, заметив, что она пустая, но стояло мне только повернуться в сторону траектории полета, схватилась за лицо, сдерживая то ли истерический смех, то ли панический ужас.       Айронхайд превратит их в металлолом.       — Что скажешь, систер? Это же настоящее произведение искусства!       — Конечно, бро! Систер в восторге! Ты только посмотри на ее маленький, но миленький фейс. Это означает…       — …что наша приветственная открытка, — Мадфлэп поднял мани, чтобы в следующую секунду, они с братом соединили ладони.       — …имеет оглушительный успех!       Мои глаза заболели от ядовитости всеразличных цветов, грубости и небрежности линий и… О, Примус. Это что… шип и… клапан? А это подобие капель от шипа… ЭТО ЧТО! ЧЕЙ-ТО ФЕЙС?! А те… личности, точно обнимаются? ПОЧЕМУ ЧЕРНЫЙ КВАДРАТ ЕСТ САЛАТОВЫЙ ПОМЕНЬШЕ?!       — Малая?       Искра дернулась от ужаса, когда дверь позади начала издавать скрип, а за ней появился Айронхайд, позади которого стоял Мираж, с опаской прищурившись, обводя взглядом парковку. Ой. Щиток дернулся. Заметил.       Мурашки пробежались по коже от убийственно-тяжелого поля, вздувшегося, как почки на деревьях.       — Эй, старпер, как тебе приветственный рисунок для наших прибывающих…       «Скидс! Вы совершенно не умеете чувствовать окружающее настроение!» — мысленно проливая слезы, делая пару шажков в сторону, я панически прикусила губу, гадая, как предотвратить ущерб близнецам, который исправлять придется мне! Кажется, я начинаю понимать злость и ярость Рэтчета, когда мехи приходят к нему за исправлением внешних дефектов, появившихся из-за их собственной глупости.       — Ваше стремление… — настороженно скосила взгляд на потемневшую оптику специалиста по оружию, — … благородно, но, почему вы изобразили, — Примус, назовём это абстракцией, — то, что изобразили, — фуф, выпуталась!       — Конечно в знак любви, систер!       — Мы выразили восторг от встречи, придурок!       — Чё? — нелепо и пусто Мадфлэп окинул оптикой своего брата, пока я натянуто улыбалась, сдаваясь понять и осознать…       Мистер Айронхайд медленно шагнул вперед.       — /Скидс, Мадфлэп! Сделайте то, что я прошу, быстро! /. — пытаясь спасти их кормы, умоляюще попросила.       — /Что? /, — любопытство загорелось в их оптике и я позволила себе облегченно вздохнуть.       — /Встаньте на правое колено, положив левое мани на искру, а правое заведите назад, чуть ниже нейронного ствола. Шлемы склоните вниз, чтобы их нижний край касался грудной пластины! И просите прощения за свои грехи! Быстро! / — Айронхайд замахивается кулаком. — /ПРЯМО СЕЙЧАС! /       Мех дрогнул. Застыл, широко раскрыв оптические датчики. Поле окрасилось удивлением, когда двое беспроцессорных, надоедливых в корме гаек, открыли самое уязвимое клятвенное место, склонив шлемы, как истинные войны, непоколебимо и твердо, с едва видимым, но видимым раскаянием, произнося:       — Нам очень стыдно.       Первый акт — сожаление.       — Мы поступили неправильно, это полностью наша ошибка.       Второй акт — осознание ошибки.       — Мы страшно сожалеем, что наши действия обидели вас.       Раскаяние на половину, но и это сошло бы за этикет третьего акта.       — Извините нас.       Просьба о прощении.       Айронхайд опустил кулак. Шлак, что это за ямой созданная чертовщина?! Как эти мелкие фраггеры узнали о манерах?! Мираж?       Специалист по оружию оглянулся, но уловил от бывшего аристократа растерянность. Нет, он бы никогда даже не взглянул на этот металлолом. Остается лишь…       — Эй, малая. Они даже не понимают значимость этого.       Расслабившись, мягко улыбнулась в ответ, поднимая пустую банку краски, брошенную пару мгновений назад.       — Учиться никогда не поздно.       Близнецы, до сих пор стояли в указанной позе молча, обнажая перед всеми, в знак высочайшего раскаяния, один из главных личных портов, спрятанных в затылочной части шлема. Скидс и Мадфлэп в этот момент выглядели благородно. Не так, как Сайдсвайп или Джаз, но все же, эти зачатки присутствовали.       Айронхайд рассмеялся. Громко и надрывно.       — Шлак, малая! Что ты увидела в этих двоих известно лишь Примусу. В знак признательности я не стану портить их обшивку… сегодня. Но это… — ненужно было никаких слов, чтобы описать данную порнографию, — необходимо убрать.       «Силикатная краска» — прочитав этикетку на банке, схватилась за переносицу пальцами, прикрыв глаза. Да, они выбрали именно ту, которую достаточно трудно отмыть. С ядреной химией можно оттереть, но запах на всю базу будет невыносимый для людей, и максимум неделю будет выветриваться.       — А что, если, — привлекла внимание ботов, — мы это исправим.       — Но… это же идеально! — возразил Скидс, получив моментально по шлему тяжелым кулаком Айронхайда, склоняя голову еще ниже.       — Скидс, это… не совсем этично, — мягко улыбнулась в ответ. — Отношения других не должны быть исковерканы таким образом. Это неуважение к их чувствам. Почему бы вам не иметь для таких развлечений собственный альбом?       — Прости… — переглянувшись, близнецы опустили взгляд в пол. — Мы не знали.       — Шлак ваши приемники! — фыркнул Айронхайд. — Я бил вас тысячу раз за такие глупости!       Бил?       Мое поле вопросительно задело край поля меха, который оглянулся и задумчиво просканировал меня своей оптикой. Спустя минуты тишины, старший мех не произнес ни слова. Пришлось подтолкнуть к ответу. Я все больше и больше начинаю понимать Рэтчета.       — Вы не объясняли им, мистер Айронхайд?       — Объяснять чт…? О!       Краем глаза заметила, как красная вспышка исчезла за дверью, и я невольно закусила губу, ощущая грусть. Ему настолько претит находиться рядом?       — В любом случае, это необходимо закрасить. У вас есть черная краска?       — Конечно, систер!       — Мы сделаем это в мгновенье ока!       — Я прослежу за ними, малая, — кивнул специалист по оружию. — Тебе необходимо идти. Люди нетерпеливые существа.       Благодарно кивнула в ответ, но сморщилась. Мистер Айронхайд был прав, стоит поторопиться. Всего несколько часов терпения, и я закончу этот фарс.       Поспешив обратно в медотсек за документами и прототипом, войдя, вздрогнула, заметив холодную оптику, смотрящую прямо на меня. Мираж стоял у рабочей поверхности доктора, держа необходимый мне предмет между пальцами мани.       Искра в груди дернулась, слегка паникуя. Слова как-то запутались и застряли в горле. В молчании мы смотрели друг на друга: мех с расчетливым взглядом, а я с ожидающим… взволнованным.       — Ты боишься?       Вновь вздрогнула, но ответила честно.       — Нет. Я… — по правде говоря, я не знала, что еще сказать, поэтому просто опустила взгляд, расширяя свое поле. Было бы проще показать, что я чувствую, хотя, боязно, вот так открываться этому механоиду.       Печаль. Волнение. Любопытство. Надежда.       Знаю, Мираж считает меня отвратительным существом, но он также не настроен агрессивно против. Во мне тлеет интерес к нему: молодая искра чувствует нечто большее в мехе, чем кажется на первый взгляд. А надежда… Она не отпускает: хочу узнать его поближе.       Мираж отпускает из рук прототип на прежнее место, отводя оптику.       — Ваш друг научил вас этикету высшей касты?       — Да, — едва ли видимо улыбаюсь, сдерживая угольки надежды в искре. — Хотя с войной многие позабыли, а многие и не были обучены. Фурия говорил, что это часть кибертронской культуры, к которой было бы неплохо проявить уважение, но также, относиться к ней проще.       — Проще? — мех напрягся.       — Не навязывать и не ожидать от других того же, — поспешила разъяснить.       — Тогда почему ты применяла нормы этикеты по отношению ко мне? — послышался тонкий рычащий звук в бархатистом, глубоком вокалайзере.       Он заметил.       Поле слегка украсилось смущением и теплотой.       — По твоим движениям, Мираж. Я… сомневалась, но трудно скрыть то, чему обучали с самой активации, полагаю. И… я подумала, что тебе будет приятно, если я проявлю уважение. Извини, если беспокоила этим, но мне было приятно соблюдать этикет. В нем есть благородство, уважение, изящество, — с восторгом объяснила. — Мне нравятся элементы приветствия Башен и Праксуса; проявления уважения — Иакона и Кристального Города; сочувствия — Полигекса. В каждом имеется нечто… особенное.       Мираж пристально посмотрел на человеческую самку. В нем разразились… смешанные чувства. Форма сверкающей искры до сей поры вызывала отвращение, а оптика и ощущения братского энергетического поля, вводило в ступор, но где-то глубоко в искре, в глубинном коду, Мираж знал, что был невежествен по отношению к сверкающему, проявившему куда больше уважение к нему, как к члену высшей касты, чем любой другой автобот.       Все правила и инстинкты требовали извиниться перед самкой. Но… он не мог. Фыркнув, Мираж неучтиво вышел из медотсека, поглощенный виной и гневом одновременно, не желая признавать тревогу, вызванную едва заметной дрожью и грустью, отразившемся в поле женщины.       Вернувшись на стоянку, он трансформировался и укрылся в темном углу, абстрагируясь от шумных близнецов и криков Айронхайда, который незаметно бросил хмурый взгляд в его сторону, но оставил в покое.       Энергия тяжело проходила по шлангам оперативника, связанная с отсутствием недельной перезарядки и постоянной слежкой за людьми. Его сенсоры работали круглосуточно, улавливаю всю информацию, приходящую на базу.       Мираж знал, что через час состоится встреча высших чинов, и Эйва Мэйбек будет выполнять условия договоренности…       Мех провентилировал своим системы. Прайм и Джаз знали о разведывательных данных, касаемых о желании некоторых людей отстранить женщину от автоботов, так почему они оставили ее одну бороться с этими низшими органическими существами? Люди подлые и коварные. Как они могут навредить сверкающему?       Он замер.       Вот в чем дело. Мираж наблюдал за человеческой женщиной с момента прибытия, и видел ее отношение к представителям своего вида: отстраненное и безразличное. Все это отличалось от отношения самки к автоботам: мягкое, нерешительное… желанное?       Самка была полноценным взрослым человеком, но с искрой сверкающего. Тут-то и крылся стержень нарушении гармонии, обман, который сбивал с толку Миража. Прайм доверился самке, потому что увидел нечто большее?       Доверие — это нечто ценное для Миража. Он доверяет только себе, и возможно Джазу. Прайм имеет власть, и Мираж уважает его звание, но доверяет ли он главнокомандующему? Одна сторона конфликта разрушила его дом, другая не сумела защитить и растоптала остатки, совершив так много ошибок, что доверять стало невозможно.       Мираж присоединился к автоботам, чтобы выжить. Джаз знал это, потому что был таким же. Оперативники не особо верили в благородное дело автоботов, так как за спинами товарищей совершали темные поступки, без которых война была бы проиграна куда быстрее: до гибели их планеты. На манипуляторах оперативного отдела было куда больше энергона, чем другие могли вообразить. Они совершали ужаснейшие поступки с их братьями. Впрочем, исключения из правил существовали. Санстрикер и Сайдсвайп терзали десептиконов в порыве ярости, как монстры, звери, следовавшие лишь одному инстинкту — убить. Но Джаз не считал их таковыми. Существовало лишь два настоящих монстра в рядах автоботах, и серебряный оперативник считал себя одним из них. А второй…       Мираж рыкнул, ловя непрошенное внимание троих автоботов, которые косо взглянули в его сторону.       Это было не его дело. Он всего лишь любовник, извлекающий только полезное от общения с Джазом. Как и сам Джаз.       — «Прошу, присаживайтесь» — едва не пропустив начало собрания, мех усилил сенсоры, направляя их в одну точку, чтобы не пропустить не единого бита информации. Поле плотно прижалось корпусу, а искра занизила свой ритм, инстинктивно не давая и шанса врагу поймать шпиона. — «Перед вами выступит Эйва Мэйбек, доктор и ученый, работающий с автоботами. Прошу вас, мисс Эйва».

***

      Их было шестеро. Люди в возрасте от сорока до шестидесяти, в строгих деловых костюмах, преимущественно мужчины. Некоторые были мне знакомы по специальному собеседованию, в момент принятия моей персоны на секретную базу: министр внутренней безопасности Рэнд Бирс и член совета национальной безопасности глава президентской администрации Джеймс Джон. Остальных я видела впервые.       — Позвольте представить вам так же, — любезно предложила директор Мирингтон. — Представитель научной деятельности, а также член научного фонда США, Чед Келли, — темно-русый мужчина сорока лет кивнул в знак приветствия, заинтересованно посматривая на прототип, лежащий передо мной. — Главу госбезопасности Даниэля Хокинса, — суровый мужчина на вид пятидесяти пяти лет, прищурился недобрым взглядом, на который я позволила себе дернуть уголком рта на подобии ухмылки. Я знаю эту фамилию. Джаз передал данные, которые получил Мираж на разведывательной миссии, о неком разговоре, в котором упоминалось о желании устранении меня из команды автоботов. Это лицо присутствовало там. Ах, я не должна позволять себе ухмылку, но так приятно иной раз потешить эго и позлорадствовать. — Глава НАСА, генерал-майор морской пехоты в отставке, бывшей астронавт, Чарльз Болден, а также член совета директоров американской транснациональной информационных технологий и консалтинговой компании Cognizant Technology Solutions Corporation…       — Дилан Гулд, — красивый мужчина, с черными, слегка вьющими волосами, встал из-за стола и протянул руку для рукопожатия, доброжелательно улыбаясь. В его зеленого оттенка глазах, отражалось дружелюбие и любопытство. Ради приличия пришлось пожать мужчине руку, чье рукопожатие было хоть и мягким, но с нотками твердости. — Я рад возможности здесь присутствовать благодаря рекомендации Чарльза, но я представляю не только часть сферы IT, но и так же являюсь директором пары собственных компаний, например, автомобильной компании Hotchkiss Gould Investments, возможно вы слышали?       — Прошу прощения, но нет, — отстранившись, едва не вздрогнула, когда мужчина, заняв свое место, не оторвал своего, горящего от любопытства, взгляда. — Полагаю, вы бизнесмен, мистер Гулд. Почему вы присутствуйте на этом собрании?       — Ох, зовите меня просто Дилан, мисс Эйва, — обаятельно улыбнулся он.       — Компания мистера Гулда поставляет некоторые секретные технологии по заказу правительства, — пояснила директор Мирингтон. — Он здесь, как консультант, который даст оценку вашей работе.       Холодно посмотрев на женщину, мысленно вздохнула. Бессонные ночи и беспокойство за автоботов оказывали не самый лучший эффект на мое состояние, делая меня более раздражительной.       — Прошу, начинайте, мисс Мэйбек, — поторопил министр внутренней безопасности.       — Как вы знаете, кибертронцы согласились поделиться некоторыми технологиями усовершенствования человеческой инфраструктуры связи и ее безопасности. Именно данный прототип способствует заявленным характеристикам.       Включив небольшой светлый контейнер, содержащий в себе десять прочных стеклянных прямоугольных коммуникаторов, достала один из них, активировав его. Свет в конференц-зале приглушился. Перед сидящими лицами появилась четкая голографическая проекция, состоящая из множества связей, отображающих определенные функции, переплетенных друг с другом.       — Человеческие линии связи примитивно прямолинейны. Ваше средство связи передает сигнал на станцию, где этот сигнал обрабатывается контроллером, который в свою очередь передает данные на коммуникатор, и так в обратную сторону на нужный вам контроллер и средство связи. Работу спутниковой связи думаю объяснять нет необходимости. Данное устройство посылает сигнал напрямую другому пользователю, без посредников.       — Но разве такой сигнал не проще перехватить? — спросил министр внутренней безопасности.       — Примитивный сигнал, основанный на бинарной системе, да, конечно. Едва ли не все технологии человечества основаны на бинарном коде. Мы же предлагаем более сложную систему, основой которой служит квантовая система связи.       — Вы сказали квантовая? — дикий восторг отобразился на лице представителя научной деятельности. Мой взгляд заледенел. — Квантовые технологии до сей поры существуют лишь в теориях и неудачных испытаниях. Ваши инопланетные друзья готовы ими поделиться?       — На данный момент, я лишь говорю о использовании данного устройства, мистер Келли.       — Да, но…       — Мистер Чед, детали вы получите в отчете, — прервала возбужденного мужчину, директор, чему я была благодарна. Хотелось бы завершить весь этот фарс быстрее.       — Вся эта небольшая система предполагает все те функции, которые выполняют все средства связи человечества, не зависящие от оператора, спутника или местоположения. Безопасность так же представлена на особом уровне. Каждое коммуникационное устройство надежно защищает ваши данные. На странице двадцать, вы сможете изучить этот пункт более подробно.       — А что на счет разведки и взлома данных?       Внутренне я ухмыльнулась главе госбезопасности, Хокинсу.       — Если вы обладаете данным средством, вы можете получить любые данные от пользователей обычных примитивных телефонов, даже заранее узнаете, если в вашу сторону полетит ракета.       — Это… перспективно, но также и опасно, если технология попадет не в те руки, — глава безопасности президентской администрации Джеймс Джон переглянулся с остальными.       — Это не оружие, — фыркнул мистер Хокинс. — Обычный инновационный сотовый.       — О, тут я не соглашусь. Если к вам будет приближаться, ну, например, ракета зм-143, боюсь, мистер Хокинс, вам не убежать далеко, — усмехнулся мистер Дилан, подмигнув мне, чем озадачил. Он… поддерживает меня? — А вот это, стеклышко, возможно сможет перехватить и деактивировать приближающую к вам смерть. Потрясающий голографический дисплей, компактность устройства просто поражает… Великолепная и изящная работа!       — Спешу согласиться с мистером Диланом, господа. Средства информационной защиты и реагирования, в наш век очень важны.       — Но, все же, доктор Мэйбек, какие меры защиты вы предоставите, чтобы эта технология не попала в ненужные нам руки?       — Мистер Джон, это предотвратить легче, чем кажется. Только определённый человек сможет пользоваться данным устройством. Оно будет определять вашу биометрию и давать доступ. В прочем, любые способы подтверждения вашей личности, в том числе по ДНК, можно будет встроить.       Затишье стало приятным расслаблением. Мирингтон мимолетно кивнула, давая понять, что представление прошло гладко и довольно быстро.       — Господа, — мисс Шарлотта поднялась со своего места, вставая рядом. — Я думаю, что мисс Эйва Мэйбек проделала хорошую работу, сотрудничая с инопланетной расой. Это достаточно хорошее начало.       — Вы слишком спешите, директор национальной разведки. Эти… роботы, — все мое тело напряглось, — отказались делиться любым своим вооружением, что ставит все человечество в невыгодное положение.       — В невыгодное? Кажется, вы забыли, Хокинс, — со сталью в голосе, Шарлотта свысока посмотрела на мужчину. — Вас бы здесь не было, если бы автоботы позволили десептиконам захватить Землю или спалить нас всех дотла.       — Что иной раз доказывает насколько их технологии опасны, как и сами роботы. Их конфискация лишь вопрос времени. Президент уже высказывал свои опасения, не так ли, мистер Джон и Берс?       — Кхм, это правда, — неловкость проступила в поведении мистера Джона.       — Речь шла о просьбе автоботов покинуть Землю, вы знаете об этом директор Миринг?       В груди все замерло от их слов. Что?       Злость, вперемешку со страхом, запульсировала в искре, отражаясь в энергетическом поле. Люди не только заковали автоботов в цепи, они посмели еще и думать, что имеют права так подло поступать?! Вот же… шлак!       — /Успокойся, женщина/.       Бархатистый голос Миража, как снежная вуаль, накрыла ураган чувств и эмоций, мгновенно отрезвляя меня, и возвращая назад.       Крепко сжав кулак, я прикрыла веки, подавляя собственное поле и максимально прижимая его к телу.       — Прошу прощения, — твердо, с непоколебимой силой в голосе, остановила разговор этих отвратительных людей, отключая прототип, и активируя на максимум свет в зале. — Моя презентация подошла к концу. Ознакомитесь с информацией в присланных вам документах, и, если у вас еще останутся вопросы, сообщите их директору Миринг.       Не давая и шанса вставить слова, я вышла их конференц-зала, направляясь по коридору на подземную площадку, внутри пыхтя от гнева. Их слова не должны были вызывать такую бурю эмоций. Да, действия определенных членов были прозрачны с самого начала, но я и подумать не могла, что положение автоботов находится на грани! Черт!       — Мисс…. Мисс Эйва! Подождите!       Обернувшись, удивленно окинула взглядом спешащего меня догнать мистера Дилана.       — Фуф, вы довольно принципиальная девушка.       — Мне показалось, тема встречи завершена, — прищурившись, оглядела еще раз мужчину. Вся его внешность кричала о богатстве. Дорогие часы BVLGARI Diagono X-Pro стоимостью более пяти миллиардов подтверждало это.       — Да-да, простите этих недальновидных и грубых бюрократов. Порой хочется застрелить их серебряной пулей.       В удивлении приподняла бровь. Этот человек явно не боится произносить дерзкие слова в этих стенах.       — Что вы хотите, мистер Гулд?       — Прошу, просто Дилан, — обаятельно улыбнулся он. — Вообще-то, я просто хотел поблагодарить за эту замечательную презентацию, доктор… Ох, простите, вы так молодо и потрясно выглядите, но уже обладаете гениальным умом, что даже удивительно, почему никто о вас не слышал до сей поры? Простите, — он пригладил волосы, показывая свою нервозность и смущение, — вообще-то, я немножко имею корыстные цели, я все-таки бизнесмен в первую очередь.       — Так, что вы хотите?       — Через пару недель состоится званный вечер, — Дилан протягивает небольшую визитку. — Там будут присутствовать все передовые личности, гении в своих областях, не только занимающие лидерство в IT сфере. Я уверен, что вы сможете полностью раскрыть свой потенциал и завести много новых знакомств.       — Меня это не…       — Просто подумайте. Я не заставляю вас, конечно, но порой бывает не лишним иметь определенные связи. И еще раз, было приятно познакомиться с такой красивой и умной девушкой. Ваша презентация была великолепна. А теперь, прошу прощения, боюсь необходимо угомонить бюрократов, а то они убьют нас раньше, чем прилетит астероид.       Проводив странного мужчину взглядом, посмотрела на зажатую в руке визитку-билет, на которой присутствовала дата и время мероприятия.       Великолепная презентация? Ха… как иронично. Автоботы бы никогда не допустили, чтобы малая часть их настоящих технологий попала в руки людям. А это… лишь игрушка для малышей, чтобы успокоить их истерию.       — Пустая трата времени…       Вернувшись в медотсек, поместила все материалы в защищенные контейнеры, прежде чем вернуться на стоянку, с облегчением замечая, выкрашенную в черный, стену, но нигде не наблюдая ни одного меха.       — Они в патруле.       Чирикнув от испуга, резко развернулась, замечая яркую лазурную оптику в затемненном углу, задаваясь вопросом, как я не заметила и не почувствовала присутствие Миража?       — Эм, кхм, да, спасибо. И благодарю за те слова — ты очень помог мне.       Мех хмыкнул, и вышел из тени, пристально сканируя своей оптикой мою фигуру.       — Ты не знала?       Плечи опустились от грусти.       — Трудно с людьми надеяться на лучшее, — печаль отпечаталась в самой искре. — Думаю, мы все знали к чему это ведет. Просто… — дрожь прорвалась через голос. — Извини. Я знаю, что вы бы с радостью покинули Землю. Это не ваш дом.       — Прайм считает иначе.       — Признаться, — усмехнувшись, оглянулась на меха, смело взглянув прямо в его оптику, — это то, с чем я категорично не согласна. Но, по воле судьбы, множество кибертронских вещей связаны с Землей. Так говорил Фурия, но, мне бы хотелось, чтобы все кибертронцы вернулись домой, потому что человечество принесет лишь боль и страдание.       — Поэтому ты присоединилась к автоботам?       — А куда бы ты пошел Мираж, когда у тебя больше не осталось дома и тех, кто готов принять тебя?       — Твой друг мог бы…       — Он умирает! Он… — голос сорвался, а жгучая боль потекла по всему телу. Руки задрожали. Эм.поле разразилось хаосом, который я была не в силах сдержать. Искра взволнованно запульсировала, наполняя все тело слабостью, из-за чего пришлось опуститься на пол, и глубоко задышать, прикрыв веки.       Продолжительная тишина поспособствовала успокоению и взятию под контроль эмоций, но тянущее искру горе невозможно подавить.       — Извини за это, — в знак извинения, склонила кротко в бок голову.       — ~Сочувствую~       Легкое, почти призрачное прикосновение, предполагающее утешение, почти моментально исчезло, но оставило прохладный, воздушный, освежающий след.       Хоть это и было мимолетным мгновением, соответствующим жестким нормам этикета Башен, но это принесло в искру приятную легкость. Мираж не черствый и никакой не высокомерный мех, как о нем судачат. Он просто… сдержанный.       Открыв веки, слегка улыбнулась, посмотрев на черное полотно перед нами.       — ~Звёздная система Альфа Центавра, согрела бы искры остальных? ~       Мираж сложил мани на грудной секции, окинув взглядом черноту. На фейсе проскользнуло что-то горькое, но одобрительное.       «Кто знает…»

***

Чернобыль. 14:18.       — Не может быть. Рэтчет, ты видишь это?       — Это деталь двигателя давно утерянного корабля автоботов, — мрачно подтвердил док. — ~Они врали нам, Прайм! Ты и теперь будешь защищать их?! Джаз предупреждал о сокрытии данных. ~       — ~ Мы не знали их конкретики. Лишь призрачные намеки. Информационные сети людей ненадежны, а большинство из них столетие назад переносилось настолько примитивно, что узнать было бы затруднительно~ — строго, сдерживая гневные чувства, Прайм поднял двигатель, с осторожностью пометив его в свой трейлер.       — ~Это не оправдывает их поступки! ~       — ~Ты прав. Теперь, мы знаем, что Шоквейв на Земле. Сообщи Джазу, чтобы они подали сигнал кораблю приземлиться в их точке дислокации с предельной скрытностью. Мы должны выиграть им время.~       — ~А люди? ~       Оптимус пристально посмотрел в гневную оптику старого друга. Он знал, что доктор захочет услышать совсем другие слова, но он мог лишь твердо обещать одно.       — ~Они ответят за это, Рэтчет~       Продолжение следует…