Пагубное влияние

Шэнь Юань очнулся, по ощущениям, через несколько минут — однако на самом деле не знал, сколько пролежал без сознания. С выражением осторожности и робости он пробежал глазами по пещере — ничего нового. Как будто что-то могло измениться. Еле перебирая конечностями, Шэнь Юань добрался до платформы в центре грота. Сел и уронил лицо на раскрытые ладони. Может, вернуться к Лю Цингэ? Не посчитает ли тот брата одержимым, а затем прирежет на месте? Может, Шэнь Цинцю и не хватило сил изгнать его сразу, но Лю Цингэ был более сильным заклинателем, чем Лорд Цинцзин. Он мог не заметить духа сразу после искажения Ци, но какова вероятность, что не заметит сейчас? Шэнь Цинцю до сих пор не появлялся и никак не давал о себе знать. Шэнь Юань отчего-то был уверен, что очнись Шэнь Цинцю раньше, он бы не присматривал или выжидал, а сразу выдворил бы захватчика. Шэнь Цинцю чересчур остро прореагировал даже тогда, когда Шэнь Юань просто оказался чуть ближе, чем стоило. А это даже близко не захват тела! И куда главгад подевался? Может, Шэнь Юаню стоит просто оставить тело Шэнь Цинцю? А если Шэнь Цинцю будет расспрашивать, то он будет всё отрицать. Нельзя. На Цанцюн, вероятно, скоро нападут, а узнай Шэнь Цинцю, что его тело захватили, он не выйдет из этих Пещер Единства Душ ровно до того момента, пока не изведёт Шэнь Юаня из своего тела окончательно, на что может уйти всё время мира. Нет, выход оставался один — надо выбираться отсюда. Только научиться бы пользоваться мечом… Шэнь Юань достал Сюя с пояса и взмахнул им, пытаясь повторить атаку Шэнь Цинцю, которую видел немногим ранее. У Шэнь Юаня не получилось. Меч просто-напросто выскользнул из его пальцев и с оглушающим лязгом упал на каменный пол. — Наверное, стоит начать с медитации… Шэнь Юань поднял Сюя с пола и в знак извинения сдул с острия пыль и каменную крошку, словно меч и вправду был живым. С третьей попытки Шэнь Юаню удалось вложить меч в ножны. Он тяжело вздохнул и сел в позу лотоса, пытаясь вспомнить всё, что когда-либо читал об этом удивительном занятии.

***

Прошло несколько дней, а Шэнь Цинцю всё не появлялся, позволяя Шэнь Юаню творить с его телом, что только вздумается. Шэнь Юань понемногу приспосабливался к такой жизни: через раз у него получались изящные выпады с мечом, не как у Лорда Цинцзин, но всё ещё неплохо. У Шэнь Юаня даже получилось взлететь. Правда, в гроте не полетать, однако это всё равно был большой успех. Раны понемногу закрывались, а Шэнь Юань привыкал к иному телосложению: выше привычного и куда более ладному. Он умылся в ближайшем источнике и в нём же постирал (чего никогда собственными руками прежде не делал) одежду. С волосами было несколько сложней. У него никак не выходило закрепить заколку ровно — то она была правее нужного, то левее, то вовсе не держала волосы и падала. Где-то на десятой попытке у Шэнь Юаня наконец получилось. Он был почти горд собой. Собирая вещи, Шэнь Юань вспомнил о Лю Цингэ. Наверное, стоило сказать, что он уходит, как-нибудь намекнуть ему выходить из медитации поскорее. Конечно, угроза быть обнаруженным оставалась и была слишком серьёзной, чтобы ею пренебрегать. Но пара слов через стену ничего не изменят, а совесть Шэнь Юаня будет чиста, верно? Так что, выходя из пещер, Шэнь Юань легко постучал костяшками о каменную стену грота Лю Цингэ и позвал: — Брат Лю, — Шэнь Юань откашлялся, прочищая горло, — мой тебе совет: не затягивай с медитацией сейчас. «Жопу отсидишь», — добавил он про себя. Сказав всё, что хотел, Шэнь Юань последний раз посмотрел на ветви пещер и вышел. Первым он увидел ослепительно яркое солнце и поморщился, прикрывая глаза ладонью, но тело заклинателя быстро приспособилось к новым условиям. Немного отошёл от выхода и обогнул гору. Пещеры Единства Душ может и находились на Цюндин, но далеко от его центра, так что, только прислушавшись, Шэнь Юань уловил тревожный звон колоколов. Он пробежал чуть дальше по тропе и увидел склон, объятый огнём. В этот момент к Шэнь Юаню подбежал какой-то мальчик лет шестнадцати в пыльных одеждах. — Мастер Шэнь! Мастер Шэнь! На школу напали демоны! Эти твари собираются уничтожить Радужный мост! Необходима ваша помощь! Так хорошо, что вы вернулись из уединённой медитации прямо сейчас! Шэнь Юань усилием воли сдержал постыдное желание вздрогнуть от неожиданности и спросил: — Где остальные Владыки? Шэнь Юань, конечно, догадывался где: «где-то». Очередная дыра, бессовестно оставленная Самолётом, — все взрослые и мало-мальски способные заклинатели, кроме главного злодея, внезапно куда-то подевались. — Глава школы покинул Цюндин, чтобы обсудить предстоящее Собрание Союза бессмертных. Если бы не это, демоны бы не посмели напасть на Цанцюн! Остальные Владыки отрезаны от центра и сражаются на своих пиках. Но замечательно, что Лорд Шэнь сейчас здесь! «Он-то как раз не здесь», — усмехнулся Шэнь Юань. — Пострадавшие? — спросил он вслух. — Нам точно неизвестно… Наверное, много. — Доложи обстановку. Мальчик начал очень спешно и непоследовательно объяснять произошедшее. Так, что Шэнь Юань, не выдержав этой трескотни, оборвал его на середине и приказал помочь другим адептам. — … подальше отсюда, — закончил Шэнь Юань. — Конечно, мастер Шэнь! Будет сделано! — Демонам не место в нашей школе. Тебе не стоит волноваться, они непременно ответят за свои злодеяния. Ученик воодушевлённо закивал, размахивая мягкими волосами по ветру, и посмотрел на Шэнь Юаня такими полными наивного обожания глазами, какие бывают только у совсем маленьких щенят. — Иди помоги другим, — строго произнёс Шэнь Юань. — Хорошо, мастер Шэнь! — радостно воскликнул юноша и, встав на меч, улетел прочь. «Типичный NPC, коих в романе, как сестриц в гареме Ло Бинхэ», — безжалостно подытожил Шэнь Юань. Но всё равно будет жаль, если с ребёнком что-нибудь случится. Шэнь Юань в общих чертах знал, что должно было произойти, хоть и в новелле этому выделили примерно на треть меньше строк, чем описанию «тонкого стана и пылающего взгляда» священной демонессы Ша Хуалин. Шэнь Юань достал Сюя из ножен и, помолившись всем, кому только умел, встал на меч. Он пролетел несколько чжанов, но не удержал равновесия и грохнулся в траву. Шэнь Юань упал ровно на левый бок, потревожив недавно зажившее ребро, и скорчился от острой боли в груди. Шэнь Юань попытался перелечь на спину, чтобы хоть как-нибудь облегчить нагрузку на тело, но на полпути свалился лицом в землю. «Прекрасно! Неужели этот ребёнок лучше меня?» Ну, конечно, лучше. Шэнь Юань не был Шэнь Цинцю. А этот ребёнок обучался заклинательству несколько лет. Не что Шэнь Юань, возомнивший себя неясно кем. «Я настолько ничтожен?» Шэнь Юань обречённо простонал, поджав под себя ноги. Он провалялся так ещё несколько минут, проклиная Шэнь Цинцю, Самолёта и самого себя. — Ну и куда этот ублюдок подевался?! Шэнь Юань раздражённо ударил по траве кулаком. Пролежав дохлой тушей ещё некоторое время, он наконец собрался с силами и разогнал Ци по телу, в попытке прогнать боль и залечить раны. Кое-как смог подняться, отряхнул рукава от пыли. Пошатывало. Голова кружилась. Глаза саднило от песка и прочей дряни. Окружение было немного мутным и походило на перемешанные краски в деревянной палитре. Вот вправду, чего с главным злодеем случилось такого, чтобы тот внезапно пропал на несколько дней? Да, тело было не в лучшем состоянии, но Шэнь Цинцю же заклинатель, он мог бы управиться с этим за несколько часов медитации. Особенно в таком духовно богатом месте как Пещеры Линси! Вдруг Шэнь Юань ощутил невероятно сильное желание закрыть глаза и снова свалиться кулём в объятья травы. Шэнь Юань боролся с этим чувством несколько секунд, когда его выкинуло из тела. Вместе с этим боль как рукой сняло. Логично — раз он не в теле Шэнь Цинцю, то и чувств его не испытывал. Он смотрел на бессознательного Шэнь Цинцю и понимал, насколько бессмыслен был его порыв спасти всех и вся. Шэнь Юань видел, как небо раскрасилось чёрным дымом, чувствовал запах жжёной плоти, крови и… ещё чего-то, похожего на табачный пепел. Тем временем тело Шэнь Цинцю заворочалось. Зашевелилось и закопошилось на холодной земле. От Шэнь Цинцю послышался полный ненависти стон, и он ловко поднялся на ноги и при помощи Ци стряхнул с ханьфу налипшую грязь. — У меня даже младшие адепты лучше мечом пользуются, — бросил Шэнь Цинцю и вложил Сюя в ножны. Шэнь Юань тяжело вздохнул. Он чувствовал себя неловко. Нет, не из-за Шэнь Цинцю. До мнения ублюдка-злодея ему в принципе было мало дела. Просто… не чтобы он намеренно плохо управлялся с мечом или пытался всё испортить, изваляться в грязи и потревожить сломанные рёбра. Даже простейшие действия заклинателей были не под силу Шэнь Юаню после пары недель усердных тренировок в теле тренированного заклинателя. Шэнь Цинцю бросил на Шэнь Юаня полный злобы и неясного расстройства взгляд и, развернувшись, зашагал вверх по тропе, ведущей в центр Цюндин, с присущим ему изяществом и резвостью, будто не он только что составлял компанию червям и грязи. У Шэнь Юаня не было времени, чтобы решить, стоит ему идти за Шэнь Цинцю или нет; тем более, тот вроде и не собирается его убивать прямо сейчас. Шэнь Юань решил, что стоит. Так он сможет найти главного героя «Пути Гордого Бессмертного Демона», властителя пока-ещё-ничего, Ло Бинхэ. Посмотреть, как себя чувствует мальчик, не планирует ли он вырезать, четвертовать, сжечь, разорвать, отдать на съедение волкам, содрать кожу, влить раскалённый свинец в глотку и так далее всем, кто не готов присягнуть ему на верность. Второй, хоть и менее важной причиной была возможность увидеть одну из ключевых цветков гарема Ло Бинхэ — Ша Хуалин. Именно здесь они впервые встретятся, заметят друг друга, почувствуют особую связь между собой, что впоследствии послужит их страстным отношениям. А ещё, смог же Шэнь Юань предотвратить смерть Лю Цингэ своим присутствием — предотвратит и битву Ло Бинхэ с огромным демоном. У Шэнь Юаня, конечно, пока не было чёткого плана, но придумает на месте. По крайней мере, что-нибудь полезное он-то должен сделать перед тем, как сбежать отсюда. Как пробежать целую заклинательскую школу одной слабой душе, Шэнь Юань пока не знал, но отложил это, пока ситуация не проявит свои краски. Оставался ещё Шэнь Цинцю, который обмахивается веером да только и видит, как бы ещё помучить протагониста. Шэнь Юань задумался. Да, ситуация была не из лёгких, но он справится. Хоть и не в его интересах брать на себя весь груз ответственности за мир, за жизнь протагониста и уж тем более за жизнь главного злодея. За размышлениями они с Шэнь Цинцю дошли до главного зала Цюндин. Шэнь Юань даже немного порадовался, что смог пролететь хоть сколько-нибудь, сократив дорогу, ведь шли они не так уж и долго. У врат находились старшие адепты, окружившие плотным кольцом демонов. По счастливому стечению плохого сюжета все мало-мальски важные персонажи «Пути Гордого Бессмертного Демона» были здесь. Первым делом Шэнь Юань нашёл взглядом Ло Бинхэ — протагонист выделялся среди остальных детей строгостью и твёрдостью выправки: прямая спина, высоко поднятая голова с мягкими, пушистыми курчавыми волосами и вежливая улыбка в сторону своей шицзе, Нин Инъин. Когда Шэнь Цинцю взошёл в залу, все взгляды обратились в сторону прибывшего. Шэнь Юань заметил, как нервно и с настороженной, точно у сбежавшей от издевательств собаки, злобой блеснули глаза Ло Бинхэ, стоило ему увидеть наставника. Шэнь Юань читал о том, насколько двуличен может быть главный герой, что за чашкой ароматного чая он будет размышлять о том, как содрать кожу с собеседника. Но видеть подобные перемены вживую было жутко. На счастье Шэнь Юаня и подальше от плохих мыслей, Ло Бинхэ ненадолго задержался взглядом на учителе и повернулся в сторону девочки лет пятнадцати со множеством длинных тонких косичек и парой тряпок на теле, отдалённо похожих на одежду. Шэнь Юань даже немного разволновался. «Вот она! Ша Хуалин собственной персоной — какая честь!» В толпе детей все засуетились, закопошились и заоборачивались. Юные адепты поглядывали то на неприлично одетую демонессу, то на наставника Шэня, словно выбирая, на что смотреть интереснее. Шэнь Юань всё-таки пристально следил за главным злодеем, но понимал их интерес. От разглядывания злодея его отвлёк выкрик какого-то юноши: — Прибыл мой наставник. Твоему самоуправству сейчас придёт конец! Шэнь Юань окинул взглядом юного заклинателя. Раз он говорил про Шэнь Цинцю как про наставника, то значит, этот юноша с Цинцзин. Мальчику было около семнадцати лет на вид, у него был умный, но задиристый взгляд, смотрящий смело и прямо. Густые брови и немного грубые черты, делающие этого мальчика больше похожим на беспризорника. Он не был ни красавцем, ни уродом — что-то среднее. Шэнь Юань в уме перебрал всех учеников Цинцзин, совпадающих по возрасту, внешности и достаточной смелости, чтобы первым поминать горного Лорда. Вероятнее всего, это был Мин Фань — шисюн Ло Бинхэ и его извечный враг, правая рука Шэнь Цинцю и очередное пушечное мясо, чьей судьбе, хоть и однозначно лучшей, чем у его наставника, Шэнь Юань тоже не мог позавидовать. Тем временем толпа в зале всё росла. Заметив главу Цинцзин, адепты других пиков пытались оказаться к нему как можно ближе, чтобы выказать своё почтение и в случае чего помочь расправиться с демонами, при этом не оставляя места Шэнь Юаню, чтобы пройти дальше. Поэтому ему приходилось расталкивать ребятишек руками, отчего те растерянно озирались по сторонам в надежде найти того, кто их подвинул. Мечи адептов школы направились в сторону захватчиков. Те двинулись вперёд, разрывая цепь из юных заклинателей. Шэнь Цинцю сложил какую-то печать, и часть самых прытких демонов отлетела обратно к ногам своей предводительницы. Ша Хуалин ахнула, прикрыв рот тоненькой ладошкой. Но её трогательное выражение тотчас же переменилось: она в отвращении скривила губы и насупила аккуратный носик. Впрочем, настолько же быстро её лицо вновь стало учтивым и приятным. Чуть опущенные веки и лёгкая улыбка делали её взгляд глубоким и загадочным. Она, рассудив, на чьей стороне преимущество, начала ласковым голосом: — Глава Цинцзин, Мастер Сюя, Шэнь Цинцю, для этой недостойной большая честь увидеть вас вживую. Люди не врали, говоря о вашей красоте и невероятном таланте… «Боги, о каком она таланте? Он же просто пнул её слугу», — возмутился Шэнь Юань. — … о нём известно всей Поднебесной и много дальше. Но нам также стали интересны юные таланты, воспитываемые в Цанцюн вами в том числе. Мы преодолели десятки тысяч ли, чтобы сравнить таланты моей семьи и вашей школы. Шэнь Цинцю раскрыл веер и начал им обмахиваться. — Похвально, что ваша семья досовершенствовалась в демоническом пути настолько, чтобы посоревноваться с нашей духовной школой вне прочих желающих. Но жаль, что ваша семья лишний раз поскромничала и не доставила главе школы или мне, как второму лицу в ордене, удовольствия засвидетельствовать ваши успехи лично. Также, — Шэнь Цинцю обмахнулся веером ещё раз и положил ладонь на рукоять Сюя, — очень странно, что мы не знакомы с такими достойными людьми, как… — Леди Ша. Священная демонесса Ша Хуалин приветствует главу Цинцзин повторно. Эта Хуалин очень юна и только вступила во власть, так что она не смогла дать укорот своим подчинённым, чтобы те сделали всё как полагается. Вы, конечно же, можете засвидетельствовать наши победы. И если это успокоит ваш гнев, то за ошибку моих подчинённых им будет выдано соответствующее наказание… — Успокоить мой гнев, — сказал Шэнь Цинцю, — вы не сможете, наказав своих подчинённых самостоятельно. Многим власть имущим свойственно смягчать наказания для своих подчинённых. Шэнь Юань резко перевёл взгляд на Ло Бинхэ и застал, как тот прожёг спину учителю настолько горящим от ненависти взглядом, что Шэнь Юаню стало неуютно. Как на таком по-детски нежном лице могут быть подобные эмоции! — Что же предлагает мастер Шэнь? — неуверенно спросила Ша Хуалин. Шэнь Цинцю перестал обмахиваться веером, завёл руки за спину, спрятав ладони в рукавах ханьфу, и внимательно посмотрел на демоницу, сощурив глаза. — Те демоны рядом с вами — ваши самые верные подчинённые? Получив положительный ответ, Шэнь Цинцю понятливо кивнул, и в одно мгновение Сюя вылетел из ножен и отрезал головы сразу троим демонам! Не ожидавшие подобного, те не успели среагировать и обезглавленными трупами повалились наземь каким-то совершенно неестественным и мерзким образом. Шэнь Юань пугливо взвизгнул и отшатнулся, прижимая ладони ко рту, чтобы побороть тошноту. «Какого чёрта он творит?! Это же сделает ситуацию только хуже!» Шэнь Цинцю, как и исходило из романа, бьёт со спины сразу после милой беседы! Конечно! Он же главный, мать его, злодей! Ша Хуалин сразу не поняла, что произошло, глупо разинув рот и выпучив глаза. Но когда на её лице начал прорезаться безумный оскал, Шэнь Цинцю легко ухмыльнулся и, раскрыв свой веер до конца, покачал головой. — Боюсь, после такого нам уже не договориться «сравнить силы вашей семьи и нашей школы». Как жаль, как жаль. Яростные голоса послышались с обеих сторон. Демоны, и без этого взвинченные до крайности, ухватились за оружие. Ученики Цанцюн загомонили. И верно, Шэнь Цинцю только что отверг «дружеский поединок», начав прямую вражду! Шэнь Юань-то знал, что тремя сражениями Ша Хуалин не ограничится, но Шэнь Цинцю нет! Откуда такая самонадеянность? Неужто он считает, что одно его присутствие спасёт школу? — Шэнь Цинцю, ты что творишь, безумец?! — не выдержав, крикнул Шэнь Юань. — Тебе так не терпится положить жизни детей на этот бессмыленный бой с демонами?! «Такого не было в новелле!» В зале перекрикивались и ругались, но Шэнь Цинцю каким-то образом всё-таки услышал Шэнь Юаня и скосил на него осуждающий взгляд, который так и говорил «ничего ты не понимаешь, идиот». Но заклинатели и демоны не спешили бросаться в бой. Демоны не знали, что ещё ждать от главы Цинцзин. Заклинатели внимательно смотрели на Шэнь Цинцю, готовясь к любым указаниям, однако тот просто продолжал лениво обмахиваться веером. Шэнь Юаню показалось, или тот вправду сдерживался от язвительной фразочки вроде: «Хорошая погодка, не правда ли?» Ша Хуалин вдруг запрокинула голову и громко рассмеялась. — В таком случае, мастер Шэнь, простите эту Хуалин за дерзость! Она встала в стойку, но ничего не успело произойти. По зале внезапно разошлась ужасающая аура. Десятки призрачных подобий мечей разрезали воздух, заставив всех отшатнуться на несколько шагов в сторону. Иначе бы они просто не пережили той невероятной силы! — Наставник Лю! Мастер Лю! Прибыл глава Байчжань! Лю Цингэ спрыгнул с Чэнлуаня в семи шагах от Шэнь Цинцю и бросил на брата сложный взгляд, полный вопросов и подозрительности, который тот сразу же вернул. Десятки подобий меча стали сотнями. Они взвились в небо и обрушились на демонов. Ша Хуалин не успела ещё дать клич об отступлении, как демоны опрометью кинулись прочь с Цюндин через открывающиеся порталы. Заполучив поддержку Лю Цингэ, оставшиеся в стороне адепты Цанцюн кинулись на наименее расторопных демонов. Лю Цингэ, даже не успев толком вступить в бой, вложил меч в ножны и вместо того, чтобы гнаться за недобитыми демонами, обернулся к Шэнь Цинцю. Шэнь Цинцю опередил его фразой: — Слишком медленно. Лю Цингэ, наверное, хотел ответить что-нибудь в духе того, что он расправился с демонами куда быстрее своего нерасторопного и вальяжного брата, но внезапно нахмурился, словно вспомнив что-то странное или вопиющее. — Ты хочешь спросить, не тронулся ли я умом, брат Лю? — внезапно произнёс Шэнь Цинцю, смотря куда-то вверх и вбок. — Нет, не тронулся. Как бы не посчитали тебя больным, если будешь слишком много говорить о случившемся. Шэнь Юаню отчего-то показалось, что Шэнь Цинцю сказал это ему. — Я верну долг, — выдавил из себя Лю Цингэ, сжав кулаки до отчётливого хруста. — Хорошо. Как ты мне понадобишься, я позвоню в колокольчик, — сказал Шэнь Цинцю и ручной печатью призвал Сюя. Ублюдок незаметно, но с недюжинной силой дёрнул Шэнь Юаня за шиворот и взмыл вверх. Шэнь Юань вцепился в Шэнь Цинцю крепче, чем зелёные сливы к ветке. Вдруг главгад хотел взлететь повыше, чтобы затем скинуть свой прицеп одним умелым пинком! Тем временем под ногами мелькали волнистые горы, молодая зелень и остатки того, что раньше называлось Радужным мостом. Лились прозрачные реки, и внизу бегали прочие адепты Цанцюн, сражаясь с теми, кто ещё не успел сбежать из школы. Вскоре перед глазами появилась огромная бамбуковая роща, простирающаяся на столько, на сколько Шэнь Юань мог видеть. Он не сдержал восхищённого вздоха. Внезапно у Шэнь Юаня появилось нехорошее предчувствие. Сюя приблизился к земле и неравномерно наклонился в правую сторону, будто появилась неведомая тяжесть в сотню цзиней. Шэнь Цинцю успел аккуратно соскокнуть прямо на тропинку, а Шэнь Юань опять упал на землю и покатился с тропинки прямо в траву, собрав на себе дорожную пыль, пару кусков земли и несколько маленьких веточек. — Отвратительный полёт, — не удержался от комментария Шэнь Юань. Шэнь Цинцю выразительно фыркнул и обернулся к нему. — Галлюцинации не нравится, как этот мастер летает? По мне, Видение наслаждалось полётом, словно для него это было впервые. Ты настолько загляделся, что один лёгкий пинок — и ты бы свалился. Шэнь Юань понял, что Шэнь Цинцю заставил его поглотать пыли не от того, что сильно устал или замучился с демонами. Напротив, тот, кажется, лишь повеселел, отрубив кому-то голову. Шэнь Цинцю это сделал лишь ради того, чтобы поглумиться! Настоящий злодей! Впрочем, сейчас Шэнь Юань разглядел, что Шэнь Цинцю был неестественно бледным, и ходил менее резво, нежели обычно. Но в остальном Шэнь Юань не видел, чтобы после того, как он сам достаточно (в своё оправдание, нечаянно) навредил телу Шэнь Цинцю, сам Шэнь Цинцю испытывал какие-нибудь неудобства. Шэнь Юань повторно пригляделся к мирно идущему в сторону бамбуковой хижины главгаду. Но не увидев ничего такого, он начал неспешно подниматься с земли, отряхивая с себя грязь и песок, когда заметил, что Шэнь Цинцю закачался на месте и грохнулся лицом на траву в паре шагов от своего дома! — … Шэнь Юань глубоко вздохнул, не зная, посмеяться ему или всё-таки испугаться за ублюдка. — Да что же такое! Всем заклинателям, что ли, нравится землю своей бессмертной тушей греть? — простонал Шэнь Юань, горько посмотрел на безоблачное небо и только затем подбежал к Шэнь Цинцю. До бамбуковой хижины оставалось немного, но снова «заселяться» в тело Шэнь Цинцю Шэнь Юань не хотел, особенно зная, сколько травм оно получило. Он не был уверен, что выдержит это. Шэнь Юань огляделся по сторонам, надеясь, никого здесь не увидеть. И только убедившись, что он тут один, присел рядом с горным Лордом и подхватил того за руки. Перехватил его запястья покрепче и прямо по земле поволок Шэнь Цинцю до бамбуковой хижины, не думая ни о дорогой одежде, ни о вымученной им причёске. Бросил его лишь единожды, потому что ногой дверь открыть не удавалось, втащил злодея в дом и без сил упал прямо в гостиной. Шэнь Юань был готов заплакать прям там: почему он занимается этим? Может, он и хотел отыгрывать «совесть» Шэнь Цинцю. И у него это даже неплохо выходило. Но волочить главгада по траве — это явно не то, на что он надеялся. Шэнь Юань подумывал бросить Шэнь Цинцю прямо на полу в гостиной, но взыграла уже собственная совесть, и он дотащил главу пика до спальни, с не вполне понятным волнением снял с него верхние одеяния, отстегнул меч с пояса, стянул ботинки и положил его на кровать. Шэнь Юань поборол в себе желание подбить подушки или подмять края одеяла под Шэнь Цинцю — главгад не принцесса, не развалится. Но всё равно спустя пару минут сделал это. Шэнь Юань сел рядом на стул и долго смотрел в безмятежное лицо ублюдка. «Интересно, призраки спят?» Шэнь Юань зевнул. Подпёр щёку ладонью и прикрыл глаза. Спать он не собирался, нет, просто отдохнуть часик-другой, пока Шэнь Цинцю не проснётся.