III
28 января 2023 г., 23:15
— Ты сегодня со мной на пробежку? — спросил Нил, наливая вторую кружку кофе, а потом с сожалением собственноручно засыпал туда аж четыре ложки сахара. Ну и гадость, думалось ему, как Рико это пьёт? Ладно какао, но так испортить кофе…
— Да, — ответил Рико, а потом стеклянными глазами уставился на протянутый кофе.
Джостен уже привык к этому взгляду. Рико смотрел так и когда Нил, заказывая доставку, спрашивал, будет ли тот что-нибудь, и когда Нил делился своими сладостями. Он вообще довольно часто не воспринимал такие вещи, везде ища какой-то подвох.
Нил устало вздохнул и поставил кружку перед ним на стол.
— Пей. Через час выходим.
Рико потупил взгляд и всё же принялся за свой напиток.
С тех пор, как Морияма после летних каникул переехал в Пальметто, прошло уже около месяца. Его заселили в комнату к Мэтту и Нилу, туда, где раньше жил Сет, так что каждое утро начиналось с полного ненависти взгляда Мэтта и растерянного — Рико.
Он почти сразу по приезде рассказал Лисам о том, что за смертью Гордона, как и за остальными подобными выходками, стоит Тетсуи, но никто не воспринял всерьёз его слова. Нил не знал, правда это или нет, но и не был уверен, что хотел знать. Хотел просто верить. Он не хотел портить жизнь команде, и потому пообещал, что Рико изменится — в конце концов, это из-за него он теперь здесь, — а значит должен был сделать всё, чтобы это обещание сдержать.
Лисам пришлось приложить много усилий, чтобы сделать вид, будто ничего не было. Будто Рико — это не всё тот же самый Рико, который совершал омерзительные поступки. Порой им всё же не удавалось сдержать злобных комментариев в сторону бывшего Ворона, но их количество на порядок поубавилось. Все всё понимали: и что выбора в любом случае не было, и что Нил привёл его не столько по собственной воле, сколько ради сделки, но… было сложно. Не получалось с распростёртыми объятиями принять Рико Морияму в команду «Лисов». Да Джостен и не ждал от них ничего, сам понимал, насколько всё это глупо со стороны.
Нил не знал, как справляться с чужими вспышками гнева, не знал, чем помочь, когда Рико мог часами с потерянным взглядом сидеть на кровати и думать о чём-то своём. Он боялся, что взвалил на себя слишком много, но и выбора не было: Ичиро — единственный, кто был способен спасти его от Натана Веснински и его людей, — пообещал ему защиту взамен на восемьдесят процентов от всех доходов его и Рико. А Рико бы, очевидно, не приносил столько денег, как раньше, оставаясь в скандальных ныне «Воронах». Участие сборной Эдгара Аллана в будущих сезонах теперь было под вопросом — после поражения в финале и ухода Тетсуи в команде начал твориться полный хаос.
Рико отказался от посещения регулярных сеансов у Бетси, чему Джостен вовсе не удивился — разве что только был слегка раздосадован. Ему много времени приходилось проводить вместе с Мориямой, чтобы к началу сезона тот научился хотя бы элементарному общению с людьми — без привычной ему маски надменности, без постоянных выпадов в сторону всех, кто с ним не согласен. Было сложно, и Нил бы давно уже сдался, будь у него такая возможность. Но до начала сезона оставалось всего ничего, и несмотря на своё периодическое желание хорошенько двинуть Рико, он продолжал пытаться.
Несколько раз ему даже приходилось советоваться с Эндрю, который за время психотерапии обзавёлся множеством способов, как он называл это, проживания ярости. «Не подавления, идиот, ты помочь ему хочешь или что?».
На удивление, Рико ни разу не отказал Нилу в том, чтобы вместе побить кулаками подушки, вместе посчитать до десяти на всех известных им языках или с разрешения Эндрю сесть в Мазерати и уехать вдвоём за город, чтобы во весь голос покричать на поляне. Такие попытки в терапию всегда заканчивались приступами смеха, и — самое главное — это работало.
Не шло речи о том, что за два месяца Рико хоть на йоту станет эмоционально стабильнее, но начало было положено: порой у него получалось вовсе не обращать внимания на выпады Лисов в его сторону, хотя чаще он всё-таки сбегал в другую комнату, где крушил всё, что видел. Те тоже были хороши, но Нил не смел упрекать их ни в чём — они и так сделали слишком много.
Радовало только то, что Рико ни разу не притронулся ни к кому из команды. Со временем товарищи даже перестали смотреть на Нила с сочувствием, видя его в компании Мориямы. Может быть, просто привыкли.
Сегодняшняя пробежка не должна была стать частью их недотерапии, но Нил, сам того не осознавая, привёл Рико к укромному месту в парке. Месту, куда они часто приходили, когда Морияма был особенно потерян. Они обнаружили его случайно, в попытках сократить путь до Лисьей Башни. То, что обсуждалось здесь — оставалось здесь, и они никогда не касались этих тем в будущем. Нилу порядком надоело исполнять роль чужого психолога, но он признавался самому себе, что от этой игры в терапию становилось легче и ему.
— Почему мы здесь? — переводя дыхание, спросил Рико и уселся на нестриженый газон.
— Сам не знаю, — честно ответил Нил и приземлился рядом.
Хотелось пить, но плестись до ближайшего ларька было лень обоим. После трёх партий в «камень-ножницы-бумага», Рико, издав унылый стон, отправился-таки за водой, а Нил в ответ на свой ехидный смех получил неприличный жест.
Лёгкий ветер трепал взмокшие волосы, приятно обдувая покрытую испариной кожу, а шелест листвы и пение птиц разливали по телу какое-то особенное чувство умиротворения. Перебирая между пальцами невысокие стебли травы, Нил устремил взгляд на закатное небо: по оранжевому полотну нестройными рядами плыли розоватые облака, скрывая собой солнце. В голове заела песня с рингтона Рико — что-то про эгоизм, ненависть и расплату. Слишком мрачная, но Нилу почему-то нравилось.
Он и не заметил, как Морияма вскоре вернулся. Понял это только когда о бедро ударилась прохладная бутылка воды, а следом уже в грудь прилетела пачка снеков.
— Хочешь чем-то поделиться? — спросил Рико, опустившись на траву, и опёрся руками позади себя.
— Не особо. Ты? — Нил жадно припал к горлышку бутылки.
— Нет. В последнее время мне гораздо легче. Спасибо. За всё это, — Рико коротко взглянул на него.
— Я делаю то, что обещал команде, — отмахнулся Нил. Он ненавидел, когда Рико заводил подобные разговоры, по какой-то причине чувствуя себя неуютно в эти моменты. Не понимал и не хотел даже вникать, что здесь не так.
— Ты спас мне жизнь.
— Просто воспользовался возможностью заключить выгодную сделку, — сухо ответил он.
— Пусть так. Но ты в любом случае дал мне то, чего у меня никогда не было раньше — свободу.
— То, что ты купил себе голубую, а не чёрную толстовку, ещё не делает тебя свободным, — Нил усмехнулся.
— Завались, — тихо засмеялся Рико в ответ. — Мне плевать на деньги, пусть Ичиро забирает хоть всё до копейки. Разве тебе на это не всё равно?
— Всё равно, — согласился Нил. — Я играю не ради денег.
Он устало вздохнул и глянул на экран мобильника. На ужин они уже не успевают, так что и смысла торопиться нет. Придётся зайти в магазин по пути в Башню и взять чего-нибудь на перекус.
— Нил, — начал Рико серьёзным тоном, направив взгляд куда-то в пустоту. Вот теперь, понял Джостен, нужно было просто слушать, не перебивая, — я рад, что ты спасся тогда. В то время я сильно злился, что ты меня бросил — сам не знаю почему. Просто привык видеть тебя рядом. На тренировках и не только, — он вдруг усмехнулся. — Мы же тогда так и не доиграли ту партию в шахматы. Когда хозяин… Тетсуи отвлёк меня, помнишь? Это было за день до… всего этого, — он неопределённо повёл рукой в воздухе. — Я ещё переживал, что пока меня не будет в комнате, ты смухлюешь. А когда вернулся, ты уже ушёл.
— Помню, — ответил Нил. На губах заиграла едва заметная улыбка. — Он увёл тебя куда-то, и пока я ждал, за мной зашла мама. Она сказала, что нам нужно успеть ещё куда-то заехать. То ли за продуктами, то ли за чем-то ещё. Ну, а на следующий день…
— Знаю, — сказал Рико, понизив голос. — Меня потом долго мучили кошмары. Да и до сих пор иногда… — Он обречённо вздохнул и потёр лицо руками. Нил знал про кошмары Рико, хотя они ни разу не обсуждали эту тему. Знал, потому что сам периодически просыпался от его всхлипов. Помолчав с минуту, тот добавил: — И мне не хватало тебя. Потом я захотел подружиться с Кевином, но всё, что я делал, было неправильным. «Ты должен быть лучшим, не позволяй никому обойти себя», — глухо произнёс Рико. Не составляло труда понять, чьи это были слова. — «В чём твоя проблема, почему у кого-то получается, а у тебя — нет?», «Не позорь семью». Будто у меня когда-то была семья, — усмехнулся он без капли веселья. — Я возненавидел его. Всё, что он делал. Он всегда был лучше, быстрее. Придумывал новые тактики, всегда знал, как обойти защитников. Потом, когда хозяин всё чаще стал применять свои… методы воспитания, я понял, что твоя мать поступила правильно, когда увезла тебя.
Нил поджал губы, сминая в пальцах ткань собственной футболки. Хотелось громко выругаться матом. Рико, не обращая на него внимания, поднял взгляд к облакам и продолжил:
— А когда я увидел тебя спустя столько лет, эта злость, она снова вспыхнула во мне. Мне стало так обидно, что мне приходится каждый день терпеть это дерьмо, а ты всё это время жил другой жизнью. Потому что у тебя, — его голос дрогнул, и он вдруг перешёл на шёпот, — у тебя была мама… которая забрала тебя оттуда.
Нил не знал, что на это сказать. Чувствовал себя мерзко от того, что молчал как полный кретин, но слова просто застряли в горле. Ужасно хотелось закурить, но сигареты под ворчание Рико он оставил в комнате. Да и к чему они — шли ведь на пробежку.
Они просидели так до тех пор, пока солнце не зашло за горизонт, и только тогда он собрался наконец с мыслями: он рассказал всё, каждую деталь своей жизни в бегах. Как страшно было засыпать, как тяжело было каждый раз привыкать к новому имени, как много сил его мать тратила на то, чтобы заметать следы.
И про то, как стало одиноко и пусто после её смерти.
***
С ликующими воплями Лисы ворвались в комнату отдыха — домашний матч прошёл на ура. На лицах сияли улыбки несмотря на то, что общая усталость валила с ног. Одну за другой опустошая бутылки с водой, они стискивали друг друга в объятиях. В этот раз даже Эндрю выглядел, если не радостным, то точно удовлетворённым. — Поздравляю с первой победой в сезоне, вице-капитан! — Дэн похлопала Нила по плечу, и он ответно улыбнулся ей. — Вот так это делают «Лисы», сучки! — воскликнула Элисон и подхватила на руки взвизгнувшую Рене. Нил обернулся к стоящему в стороне Рико и коснулся его плеча, ловя намёк на ответную улыбку. Это была его первая игра в «Лисах», и он, выйдя на замену Нила и в первом, и в конце второго таймах, выложился по полной, принеся команде отрыв ещё в несколько очков, хотя с «Шакалами» они бы управились и без Мориямы. — Господи, этот их нападающий, — устало заныл Ники, опускаясь на скамейку. — Видели, как он прижал меня к борту? Он, конечно, горяч, но… — Ники, завались уже, — с отвращением на лице бросил Аарон. — Да фу, блять! — Джек показательно отстранился от Хэммика и направился к Рико, чтобы сказать пару слов о его игре. Взгляд его полон был восхищения, и Нил, закатив глаза, отвернулся. Фанатик. Брук и Лиззи шептались о чём-то своём, изредка бросая взгляды на бывшего Ворона, благо, что пальцем не показывали, а Эндрю, злобно сверкнув глазами в сторону Джека, о чём-то задумался. Дверь в комнату распахнулась, и в проёме показался Ваймак. Его лицо выражало безмятежное спокойствие, однако глаза сияли гордостью за свою команду. — Ну что, засранцы, вы были хороши сегодня, надрали зад этим чертям! Поздравляю! — Спасибо! — ответила Дэн, и все подхватили. — Спасибо, тренер, — улыбнулся Ники. — Нет, ну вы видели, что они устроили в начале?! Мы с Мэттом даже в себя прийти не успели, как они бросились к воротам! — Видел-видел. Эндрю с Рене сегодня пришлось не сладко, — кивнул Ваймак, коротко глянув на голкиперов. — Но вы все сегодня молодцы, ни одной жёлтой карточки. Мне стоит отметить этот день в календаре? — Ну что вы, тренер, — притворно оскорбился Эндрю, бросив насмешливый взгляд. — Вы как, новенькие? — спросил Ваймак. — Держитесь? — Супер! — восторженно воскликнула Лиззи. — Меня до сих пор трясёт! — Она подняла руку, показывая дрожащие пальцы. — Мне очень понравилось. Устала только — жуть, — улыбнулась Брук. — Вы лучше спросите у Рико, — усмехнулся Джек. — Он, вообще-то, тоже новенький. — Да, кстати, Рико, — Ваймак повёл бровью и спросил: — Ну как оно — играть за отбросов? И Ваймак туда же, — подумал Нил, вздыхая. Рико будто бы и не заметил саркастического тона тренера и ответил серьёзно: — Я пересмотрел своё мнение. Кевин постарался, они играют гораздо лучше, чем год назад. Спасибо, тренер Ваймак, что приняли в команду, я не подведу. Возможно, линии защиты стоило бы больше, — начал он, но дальше слушать никто не стал. Аарон бросил короткое «завали», а Ваймак громко оповестил: — Так, ладно, обсудим в автобусе, у меня уже глаза режет от вашей вони. Быстро все в душ! Через полчаса чтобы сидели по своим местам. У Эбби полный холодильник бухла, так что поторопитесь. — А мы не будем разбирать ошибки? — Морияма бросил озадаченный взгляд на Кевина, но тот, как и всегда, проигнорировал его. Дэй не сказал Рико ни слова вне тренировок с тех пор, как они впервые встретились в Лисьей Башне этим летом. — Нормальные команды сначала празднуют победу, — закатила глаза Элисон. — Ты можешь хотя бы иногда не быть занудой? — О-у-у, спасибо, тренер Ваймак, я не подведу, — передразнил Аарон, повысив голос. — Идите уже отсюда, — с нажимом сказал Ваймак, потирая виски. — Разбор полётов устроим в понедельник. Нил краем глаза заметил, как Рико отвёл руки за спину, с силой сжимая их в кулаки. Не в силах помочь чем-то ещё, он положил ладонь на его плечо и заставил сосредоточить всё внимание на своём лице. Не отводил взгляда до тех пор, пока буря в глазах напротив не стихла, а когда дыхание Рико выровнялось, вопросительно приподнял брови, на что тот кивнул, показывая, что всё в порядке. Нил кивнул в ответ и, похлопав по плечу, направился в душевую. Наскоро приняв душ, Лисы торопились уложить экипировку в шкафчики, чтобы быстрее покинуть стадион. Теперь, кроме предстоящего празднования в доме у Эбби, их уже не интересовало ничего. Нил бросил короткий взгляд на Морияму — тот всё ещё складывал свою одежду, — и, не став дожидаться его, вышел вслед за Ники. Хотелось курить, и несмотря на то, что недавно он пообещал себе бросить, в кармане ещё лежала начатая в прошлом месяце пачка, и руки сами потянулись за ней, едва он ступил за дверь стадиона. Нил с сожалением взглянул на упаковку и выбросил в стоящую неподалёку урну. Так будет лучше. Да и воспоминания о матери приносили слишком много боли. Вскоре, когда в автобусе собрались все, и не хватало только Рико, Ваймак попросил Мэтта вернуться за ним, а Нил, не усидев на месте, спустя минуту подорвался с сиденья. Поймал на себе насмешливый взгляд Эндрю, но на шутку о курице-наседке ничего не ответил. Миньярд, между прочим, ещё год назад выглядел не лучше. Под угрозы тренера, что они втроём останутся на стадионе, если не объявятся через минуту, Нил вышел из автобуса. Подходя ближе к двери раздевалки, он вдруг услышал пропитанные напряжением голоса и остановился, чтобы прислушаться. — Да ты что? — язвительно пробасил Мэтт. — Тебе особое приглашение нужно? — Я не собираюсь праздновать с вами, — бросил Рико. — Разве вы не считаете меня лишним звеном в своей команде? Уезжайте, до Башни я сам доберусь. Раздалась пара грубых шагов и тяжёлый удар в стену. Нил напрягся: он поверил Морияме, когда тот сказал, что и пальцем не тронет никого из Лисов. Поверил, но не был уверен, что тот и впрямь научился контролировать собственный гнев. Хотя с чего бы Рико сейчас… — Послушай, ты, — процедил Бойд. Видимо, это он был инициатором грохота, раздавшегося из-за стены. Нилу пришлось подойти ближе к двери, чтобы услышать, что он говорил дальше. — Моя бы воля, тебя бы уже давно здесь не было. Ты тут никому нахер не сдался, но, если Нил таскается с тобой, значит так нужно. Он — мой лучший друг, и я не собираюсь ссориться с ним из-за такого куска дерьма, как ты. Нил больше не мог слушать это. Если сейчас он не остановит Мэтта, то Рико точно сорвётся, и кто знает, во что выльется его гнев. В конце концов, Бойд только что, очевидно, перешёл черту. Это уже слишком, — думал Нил. Он дёрнул на себя ручку двери и ворвался в раздевалку. Мэтт, за грудки держа Рико у стены, возвышался над ним и глядел со смесью злости и отвращения. — Отпусти его, — бросил Нил, с трудом унимая вспыхнувшее раздражение. Мэтт послушно отпрянул от Рико, показательно поднимая руки, и коротко хмыкнул. Подхватил со скамейки свой рюкзак и напоследок, бросив на Нила взгляд, задел его плечом, когда проходил мимо. — Езжайте без нас, — сказал Джостен перед тем, как тот вышел за дверь. Чувство обиды наполняло его до краёв. Он столько сделал — и продолжал делать — для того, чтобы Рико научился сдерживать себя, а Лисы будто бы не понимали, что своими провокациями разрушали все его труды. Он знал, почему так происходит, знал, что им нелегко уживаться с Рико на одной территории, у них были на то серьёзные причины. Но уголёк разочарования медленно разгорался где-то в груди, и Нил ничего не мог с этим поделать. — Эй, — осторожно позвал он, подходя к Рико. Тот всё ещё стоял у стены, глядя куда-то перед собой. Он стискивал челюсти и тяжело дышал, а руки его были сжаты в кулаки. Рико, очевидно, боролся с желанием хорошенько врезать кому-нибудь, но Нил был уверен, что его он не тронет. Не зная, чем помочь, Джостен невесомо коснулся его предплечья, обращая на себя внимание. Рико наконец перевёл взгляд, и злость в его глазах постепенно начала отступать. — Нил, — едва слышно произнёс он, и после слабого кивка крепко вжался в объятия. Джостен из сотен его взглядов научился отличать безмолвное «могу я обнять тебя?». С того самого раза, как он впервые позволил это Рико, тот просил снова и снова: взглядами, жестами, иногда вслух. Это всегда были отчаянные объятия, он прижимался так сильно, будто каждый раз боялся, что Нил оттолкнёт. Он никогда не просил о чём-то большем, только смотрел каждый раз с такой благодарностью, что у Нила сердце кровью обливалось: не должен человек так реагировать на простые объятия, не должен. У него самого было не так много прикосновений в жизни, но он, находясь в бегах, всегда спал спиной к спине с матерью. Она — как могла — всё же заботилась о нём, проявляла ласку, хоть и изредка. А потом появились Лисы — и их сдержанные объятия. Морияма же в эти моменты всегда выглядел чересчур взволнованно. Джостен относился с пониманием: прикосновения для Рико были новым горизонтом, который Нил открыл для него, и он был тем единственным, кто разрешал себя так касаться. Они никогда это не обсуждали, Нил просто позволял ему это. Почему нет, если это поможет Рико бороться с хаосом внутри? Почему нет, если это поможет ему самому бороться с чувством одиночества? Телефон дважды зазвонил, но Нил так и не взял трубку. «Я вправлю им мозги», — прочитал он позже сообщение от Эндрю.***
В один из вечеров, возвращаясь после пробежки, Нил обнаружил, что у входной двери в их комнате стояла только одна пара обуви, а значит Мэтт как обычно упорхнул к девушкам, не желая оставаться наедине с Рико. Не придав этому значения, Нил прошёл на кухню, чтобы утолить жажду, а после направился в ванную. Всё, чего ему хотелось — смыть с себя липкий слой пота. Когда с водными процедурами было покончено, а пропахшая телом футболка была выброшена на стирку, Нил заметил, что дверь в спальню была закрыта. — Рико? — постучался он. — Я войду? С той стороны послышался лишь сдавленный всхлип, и Нил, почувствовав что-то неладное, всё же толкнул дверь. Хотя бы не за замок, подумал он, вздыхая с облегчением. Рико сидел на кровати и, обхватив колени, смотрел перед собой. Его губы тряслись, а по щекам стекали слёзы. По комнате были разбросаны вещи: одежда, карандаши, тетради. Привычная картина, но в чём на этот раз дело? Нил обошёл осколки от разбитого циферблата будильника и медленно прошёл к кровати, присаживаясь на самый край. — Рико, что случилось? — осторожно спросил он. Тот лишь перевёл на него пустой взгляд и сжал губы в тонкую ниточку. — Уйди, — прошептал он едва слышно. Джостен не сдвинулся с места, всем своим видом показывая, что не собирается оставлять его в таком состоянии одного. Взгляд упал на руки, в кровь истерзанные короткими ногтями. — Рико, скажи мне, что происходит, — медленно произнёс Нил. — От меня одни проблемы, вот что происходит! — прокричал Рико, не сумев сдержать ещё одного всхлипа. Он выглядел беззащитным, в очередной раз обнажая душу перед Джостеном и показывая свою слабость, все эти годы скрывавшуюся за маской хладнокровия. Нил ценил эту искренность, предназначенную только ему одному, однако совсем не понимал, чем помочь. — Я — ничтожество! Грёбаный ублюдок! Команда меня ненавидит! Кевин и Жан никогда не простят меня. Вороны присылают мне сообщения о том, как они разочарованы. Каждый день мне приходится бороться с самим собой, чтобы просто быть! Я даже представить не мог, что всё это… это… — Рико снова с ненавистью впился ногтями в свои запястья и тихо проскулил сквозь зубы. — Прекрати, — процедил Нил, схватив его за подбородок. Он дернул его за руку, заставляя перестать наносить себе увечья. — Посмотри на меня. Ты видишь в моих глазах ненависть? Ты сделал много дерьма, это правда. И да, Кевин вряд ли простит, у него есть на то причины, и тебе придётся с этим жить. Но он позволяет находиться рядом, он согласился принять тебя в команду, и это уже что-то значит: несмотря на всё, что с ним сделал, ты был единственным его близким человеком, кроме Жана, — Нил сильнее сжал пальцы, когда Морияма отвёл взгляд в сторону. — Я сказал, смотри на меня! Команда ненавидит тебя не просто так. Прошлое нельзя изменить, но ты можешь доказать им, что настоящий ты — другой. Понял меня? Ты уже делаешь это, и делаешь правильно. В следующий раз, когда захочешь распустить нюни по этому поводу, подойди ко мне, и я выбью эту дурь из твоей головы. Ты не один, ясно? Рико ещё какое-то время с потерянным выражением лица наблюдал за Нилом, когда тот разжал хватку. Он выглядел точно так же, как тогда, в Эверморе, когда Нил впервые протянул ему руку. Нил знал, что где-то там, под слоем горечи и отчаяния, в тёмных глазах скрывается благодарность, и этого было достаточно. Прерывисто вздохнув, Рико прижался к его груди и тут же получил ответные объятия. Они просидели так, пока дыхание Рико не вернулось в норму, и только тогда тот заговорил: — Почему ты всегда рядом? — прошептал он, лбом упираясь в чужой висок. — Почему ты всё это терпишь? Ради них? Нил отодвинулся, чтобы обхватить чужое лицо руками и устремить взгляд в тёмные глаза. — Потому что хочу, — не колеблясь, произнёс он. — Потому что мне не нужно объяснение для всего, что я делаю. Если ты думаешь, что я «терплю» это, то ты сильно ошибаешься. Я хочу помочь тебе и не задаюсь вопросом «почему?» — Но… — Замолчи. Рико долго смотрел на него в ответ, так и не сказав больше ни слова. Какое-то чувство, которому Нил до этой минуты отказывался давать название, медленно застилало его, и он, не в силах больше сопротивляться, сдался — наклонился и почти невесомо коснулся губ Рико. Тот вздрогнул, но не стал отталкивать, только выдохнул резко. По телу Нила пробежали мурашки, когда он почувствовал, как дрожащие пальцы легли на его затылок, притягивая сильнее, и на секунду он забыл как дышать: Рико целовал в ответ. Осторожно, но так жадно, словно упивался этим мгновением. Ладонями хватался за Нила так сильно, будто в поцелуе нашёл спасение от собственных демонов, будто весь его смысл вмиг сосредоточился на его губах. Обвивая руками шею и прижимаясь сильнее, насколько возможно, Нил чувствовал, как быстро бьётся сердце Рико, как мелко дрожит его тело и как вздымается грудь от участившегося дыхания. Стало плевать на все запреты, поставленные когда-то матерью: сейчас не могло быть ничего важнее нежных касаний губ и языка, ничего важнее шёлковых волос под пальцами и рук, обнимающих слишком крепко. Ни на что бы он не променял тот момент, когда Рико, медленно отстранившись, такой красивый с покрасневшими губами и едва заметным румянцем на щеках, неверяще взглянул на него. — Нил, — прошептал он, пытаясь перевести дыхание. Нил склонился к его лицу и носом провёл по щеке, медленно покрывая высохшие дорожки слёз короткими поцелуями. В груди его разливался приятный трепет. — Поспи немного. Скоро ночная тренировка, — сказал он и, оставив последний поцелуй на носу, вышел из комнаты, пока последние крохи сознания окончательно не покинули его. На кухне, дрожащей рукой удерживая стакан с водой, Нил всё ещё чувствовал обжигающие касания Рико на своих губах.
