Псина

Я смотрел на пса всё время, пока мы ехали в лифте. А он, зараза, на меня не смотрел. Просто сидел рядом и пялился в стену. Когда лифт остановился на этаже, псина широко зевнула, демонстрируя длинные острые зубы. Так, я не понял, это была угроза?! Впрочем, вёл он себя мирно. Мы с ним вышли на лестничную площадку. Я открыл дверь, и Чёрный зашёл со мной внутрь. Я включил свет в коридоре. Моя квартира представляла собой убогую однушку с крошечной прихожей. Когда мы с собакой оказались внутри, создалось ощущение, что место закончилось. — Слыш, Чёрный, — сказал я ему, — располагайся, только не особо нагло. И я не шутил про то, что нет еды, слышишь? Пока я стягивал с себя зимние шмотки, Чёрный выбрал себе место в углу и улёгся там. Чёрный. Чёрный-пречёрный. Он был как шерстяное пятно тьмы в моём коридоре. Ни единого просвета. У меня никогда в жизни не было собак, но я всё равно что-то про них слышал. Сначала подумал, что права была жалостливая девушка из подъезда, она же Варя: псина наверняка когда-то была домашней. Может быть, я был чем-то похож на её предыдущего хозяина, поэтому пёс пошёл со мной. Я всё время думал о Чёрном, как о псе, но по сути ещё не знал, какого он пола. Слишком много шерсти, чтобы я разглядел, а лезть ему под хвост специально мне пока совсем не хотелось. Но это и неважно. Пёс же тут ненадолго. Будет мужиком, пока живёт тут. Наверное. — Чёрный, — позвал я, — ты мужик или баба? Пёс посмотрел на меня, но никак не отреагировал. Я и не ждал, конечно, что он начнёт со мной болтать в ответ, но мне нравилось, что у меня появился собеседник. Внимательный, молчаливый, не возражающий. С людьми бы так. Мои вечерние ритуалы были незамысловаты: переодеться, умыться, сходить в сортир. Найти, что пожрать. И залипнуть в интернет. Или в какой-нибудь фильм. Или сериал. Выбор был огромен. Что до еды, то у меня и правда было негусто с моей супер экономией на всём, но кое-что всё-таки было. Например, целый шкаф бич-пакетов. На завтрак, обед и ужин. Ещё где-то в морозилке валялись пельмени, которые я всё берег на особый случай. Что-то более нормальное я обычно докупал вечерами и сразу съедал. На сегодня из покупок у меня была только конфетка чупа-чупс, так что я решил начать с доширака. С псом делиться не собирался, честное слово! Да и подозревал, что собаки такое не едят. Меня хватило почти на половину моего ужина. Твёрдая решимость не делиться едой сменилась на мысли о том, каково это — лежать в чужом коридоре и нюхать чужой доширак без возможности перекусить? Мне бы не понравилось! Так что я выловил длинную макаронину и отправился к Чёрному. Он всё так же лежал, когда я присел к нему на корточки, свесив лапшу прямо перед его носом. — Хочешь? — с подозрением спросил я. — Подумай хорошо, один раз предлагаю! Лапша висела. Чёрный открыл глаза и посмотрел на меня как на идиота. Даже не облизнулся. Сытая скотина он, вот кто! — Ну как хочешь, — фыркнул я. Остывшую макаронину я сожрал сам, а потом отправился доедать свой ужин. Уже без каких-либо угрызений совести. После еды я полез в интернет. Мне вдруг стало интересно, есть ли у Чёрного порода. Я не разбирался, но выглядел он не как дворняжки, которых я обычно видел на улице. Те были какие-то подпалые или вообще диковатых волчьих расцветок. А этот был монохромный. Чёррррный. Гуглить породы оказалось не так-то просто, как я полагал. По крайней мере мои запросы типа: «чёрный лохматый пёс» «шерстистый чёрный пёс» «большой чёрный вислоухий пёс» — не выдали мне желаемого результата. Собак было много, но точной копии Чёрного я не нашёл. Я попробовал пройтись по популярным породам, но и это не дало мне результата. Чёрный был словно какой-то сборкой. Его морда с ушами показалась мне похожей на лабрадора, но вот туловище было длиннее. Не говоря уже о том, что пёс был намного волосатей. Я пришёл к нему в коридор и сел рядом. Чёрный как будто бы всё время занимался тем, что спал. Я даже не знал, нормально ли столько спать? Но в любом случае поделать с этим я ничего не мог. — Ну привет, — сказал я, — я не смог найти, какой ты породы. Будешь значит чёрная зимняя борзая. Почему борзая, спросишь бы? Потому что ты оборзел, дружок, — хмыкнул я. Очередной мой дебильный каламбур и идеальный слушатель, который не мог его осудить. Вот это я понимаю! — Потрогать тебя можно? — спросил я у пса. Поскольку слов было недостаточно, а остаться без руки я не хотел, так что сначала поднёс к его морде раскрытую ладонь. Чёрный понюхал мою руку с неохотой, словно делал мне одолжение. Я осторожно коснулся его уха. Пёс не выглядел возражающим, поэтому я прикоснулся более решительно. Провёл ладонью по голове, затем пропустил между пальцев шерсть на загривке. Волосы у него были жёсткими и очень густыми. — Мне бы твою шевелюру, — сказал я. — Аж завидно. Чёрный вздохнул. Я решил не доставать его. Остаток моего вечера прошёл как обычно: я залип в интернет, сделал себе растворимый кофе три раза, раз пять сходил на балкон покурить. Ближе к ночи до меня дошло, что я не предложил Чёрному даже попить. — Да твою же мать! — с возмущением высказал я собаке. — Ты бы хоть мне сказал… как-нибудь, — пробурчал я. У меня не было мисок, поэтому я налил ему воды в одну из своих тарелок и поставил её в коридор. По крайней мере Чёрный не бросился пить сразу, так что вряд ли я слишком томил его жаждой. Я вздохнул. Было понятно, что завтра придётся чем-нибудь его покормить. Может быть, зайти в зоомагазин за самым дешёвым кормом? Или поклянчить у соседей? Чёрный был совершенно невезучей псиной. Из всех людей на земле, кто мог его приютить, ему попался именно я.