Способ выжить

Ночь десятая

      К радости Вэй Усяня, лежанки Лань Ванцзи так и не раздвинул. На утро, чёрный дракон даже поставил их вплотную, но тот и слова не сказал. Эх, он бы и яйцо к ним перетащил, но не хотел совсем уж наглеть, всему своё время. Одно расстраивало, не выходило просыпаться вместе. Каждый раз, когда Вэй Усянь открывал глаза, Лань Ванцзи был уже на ногах. Он даже подумывал не спать всю ночь, только всё никак не выходило. Но сегодня ему повезло.       Этой ночью ему снова снился странный сон. Это было в самые первые дни переселения, тогда младших драконов собрали в одно место, оставив присматривать за ними парочку дракониц. Ему повезло, его маме выпало дежурить в тот день и он висел на ней большую часть времени, остальное препирался с Цзян Чэном и помогал Яньли с готовкой, пока его не выгнали. Перцу он тогда насыпать успел, чихали все, кроме мамы. Всё было как тогда, кроме одного. Весь сон его обуревали странные эмоции.       Когда он обнимался с мамой и вис на её шее, сердце щемило от умиления, но это ладно, маму он любит, но вторым была лёгкая зависть. К кому? К самому себе?       А вот с Цзян Чэном вообще было непонятно. Внутри кипела непонятная злость и ещё что-то, колючее, будто в груди дикобраз свернулся. Да и с Яньли было не ладно, раздражение и какая-то обречённость.       Открывая глаза, Вэй Усянь тихо вздохнул. Казалось, что он видит не свои сны, а чужие. Что за бред? А внутри снова будто колет ледяными иголочками.       Осторожно сев, он покосился на мирно лежащего на своей половине Лань Ванцзи. Вот у того точно всё по полочкам разложено и никакого беспорядка в голове. Он даже спит так, что волосок к волоску и маска на лице ни разу не дрогнет. Правда… во сне он всё же казался мягче, спокойнее. Вэй Усянь чуть наклонился, разглядывая смягчившиеся черты.       Ресницы длинные, от них пляшут тени создаваемые потрескивающим в очаге огнём. Кожа чуть розоватая от его всполохов. Чёткая граница губ и подбородка. Как заворожённый он склонялся всё ниже. Чуть дрогнули ресницы, Вэй Усянь облизнул губы и взвыл, когда Лань Ванцзи резко сел, проснувшись.       — Боно… — проныл чёрный дракон, касаясь губы.       Лань Ванцзи растерянно смотрел на него, прикрывая рот ладонью.       — Добое уто, — промычал Вэй Усянь, утирая кровь и тут же слизывая её с пальцев. — Ты чего так резко вскочил? Я тебя разбудил?       — Мгм… — Лань Ванцзи отнял ладонь от губ, ошарашенно моргнул, разглядывая кровавые разводы.       — Извини, я сейчас, — Вэй Усянь засуетился, подтянул брошенную рядом одежду и сунул ему под нос. — Вытирай, на тёмном не видно.       Глянув на него, как на идиота, Лань Ванцзи покачал головой и, поднявшись, направился к очагу, где стоял таз для умывания. Вэй Усянь снова облизнулся и осторожно потрогал треснувшую губу.       — Оно меняется, — внезапно, заговорил Лань Ванцзи.       — Кто? — Вэй Усянь обернулся.       Лань Ванцзи стоял около яйца, видимо, решил не дать крови пропасть зазря, а Вэй Усянь и не догадался. Краем полотенца протирая поверхность, он склонил голову, разглядывая что-то на скорлупе.       — Иду, — и не подумав натянуть верхнюю одежду, Вэй Усянь подлетел к треноге. — Это значит… что всё получается?       Они видели яйцо каждый день, поэтому привыкли, так что, возможно, изменения начались раньше. Вэй Усянь помнил этот слабый красноватый оттенок внизу, но вчера списал это на пляску огня. А голубоватый отблеск на верхушке? Вроде бы тоже был, но это так легко списать на изначальную окраску, просто чуть посветлевшую.       Лань Ванцзи обтёр скорлупу с одного бока. Белые пятна почти исчезли, растворившись в других цветах. Проплешины стального оттенка оставались в середине но потемнели. Верхушка выглядела так, будто на неё шлепнули медузу: полупрозрачная в центре с расходящимися голубоватыми щупальцами. А снизу тянулись вверх пока ещё бледные, но явно наливающиеся краской красноватые ручейки.       — Мгм… — Лань Ванцзи едва заметно дёрнул плечом.       — А давай он будет спать с нами? — радостно заявил Вэй Усянь, забирая полотенце и начиная оттирать скорлупу со своей стороны.       — Что?       Всё же удивлённый Лань Ванцзи это нечто. Широко распахнутые глаза, вскинутые брови, чуть приоткрытый рот. У Вэй Усяня аж губы зазудели, хотя трещинка уже должна была зарасти. Он проверил, всё было в порядке, а вот у Лань Ванцзи вспыхнули уши.       — Ну, моя мама клала яйцо в кровать, — пояснил Вэй Усянь, потерев переносицу. — Что такого-то.       — Ничего, — Лань Ванцзи отошёл к тазу с водой и, склонившись, начал умываться.       — Мыть его теперь точно надо, — уверенно кивнул Вэй Усянь, присаживаясь на корточки и проходясь полотенцем понизу. — А раз чистенький, почему нет? Ты ж не думаешь, что я его уроню?       «Он может».       — Да как ты мог такое подумать? — возмутился Вэй Усянь и снова получил от Лань Ванцзи удивлённый взгляд. — Да ну тебя.       Обиженно запыхтев, он обхватил яйцо и потащил его к лежанкам.       — Мало места, — вытирая руки, заметил Лань Ванцзи.       — Ну… — Вэй Усянь «усадил» яйцо на край лежанки и задумался. — Тогда хотя бы треногу ближе?       — Здесь очаг, ему будет теплее, — как ребёнку, терпеливо пояснил ледяной дракон.       — Не хочу соглашаться, но ты прав, — Вэй Усянь уселся рядом, обнимая яйцо. — Вот не могли они нормальную кровать тут поставить?       — Мгм, — Лань Ванцзи сложил верхние одежды и вернулся под одеяло. — Возвращай его на место и ложись спать.       Вздыхая, Вэй Усянь посидел ещё немного в обнимку с яйцом, жалуясь и поглаживая по шершавому боку и только после этого, оттащил его на место и улёгся около Лань Ванцзи.       — Значит он будет владеть и огнём, и льдом, и тьмой? — пробормотал он, подкладывая руку под щёку и глядя в спину ледяного дракона.       — Мгм… возможно.

День двенадцатый

      За всё время, что Лань Ванцзи и Вэй Усянь готовили вместе, они выработали определённые правила. Например, мясом занимался только чёрный дракон и то даже перестало подгорать, потому что теперь он начал использовать огненную магию для помощи. Приправами заведовал ледяной. Конечно, в свою тарелку Вэй Усянь мог потом насыпать чего угодно, но даже так, исходное блюдо получалось уже вполне приличным. По крайней мере если сравнивать их первый совместный опыт.       После завтрака, и кормёжки яйца, они сражались на мечах. Это предложил сам Лань Ванцзи, когда Вэй Усянь пожаловался на скуку. О, он ни за что бы не отказался. Жаль, что истинный облик был недоступен, да и летать они не могли, ведь магия полёта, как оказалось, была довольно «тяжеловесной». Но даже на земле противостоять Лань Ванцзи оказалось интересно.       Обычно, если выпадала возможность «позвенеть железом», противником выступал Цзян Чэн. Но вот беда, хоть тот и был довольно силён, всё портила его «деревянность». Он плохо воспринимал новое, вместо меча предпочитал использовать магию, как его учила мама, а от отца получил некоторую неповоротливость присущую драконам земли. Так что бои с ним были скорее на выносливость. Вэй Усянь, который отличался скоростью, верткостью и местами воистину лисьей хитростью, очень быстро начинал скучать. В этих боях он не мог выложиться полностью и почерпнуть нового. Даже с «павлином» в своё время было намного интереснее. А вот с Лань Ванцзи они сталкивались редко и это были по большей части учебные бои, под присмотром Лань Цижэня, который не переставая ворчал и везде выискивал недостатки. Ни о каких отклонениях в движениях или хитроумных ловушках и речи не шло, всё приходилось делать правильно, как учили.       И только здесь, в их собственном мирке, пусть и ненадолго, Вэй Усянь, наконец, увидел, на что способен его напарник по вынужденному заточению. Даже без магии полёта, тот буквально парил над землёй. Его скорость передвижения и выпадов была настолько высока, что с Вэй Усяня к концу тренировки ручьями тёк пот. Лань Ванцзи менял техники, молниеносно подстраивался под ситуацию, быстро учил новые связки и показывал свои. И при этом даже края одежд умудрялся не запачкать. Было даже немного обидно, сам Вэй Усянь не раз оказывался в озере и даже приобрёл пару порезов, а ледяной при этом ещё и не потел!       Зато после обеда отыгрывался уже он. Прощупав границы использования магии, Вэй Усянь, вспомнив увлечение Не Хуайсана эльфийской магией, начал пробовать работать со своей силой напрямую. Этот способ был распространён среди взрослых драконов, но почти не использовался среди молодёжи. Слишком импульсивные, плохо контролирующие потоки, неусидчивые и вечно куда-то торопящиеся. Сейчас же, раз уж выдался такой шанс, Вэй Усянь твёрдо решил научиться хоть чему-то.       Первые пробы были отвратительны, вызванный огонёк то тух, то подпаливал волосы, сыпал искрами, а порой почему-то начинал вонять. Вэй Усянь подозревал, что в этом виновата магия тьмы, которой он пользовался очень редко, так что контролировал довольно слабо. Дело было не в том, что он не хотел её развивать, просто спектр применения был довольно мал. Да и последствия без присмотра матери были порой кошмарные.       Конечно, Вэй Усянь попробовал, хорошо, что реакция Лань Ванцзи была на высоте. Небольшой клочок тьмы попал на край стола и тот быстро его отрезал, не дав расползтись дальше. На пол упала уже одна труха и, подумав, Вэй Усянь решил пока обойтись огнём.       И вот, спустя пару дней, у него получилось создать крохотное огненное колечко. А у Лань Ванцзи всё никак не выходило. Вэй Усянь гордился собой и не мог понять. Ведь тот так спокоен, сосредоточен, почему же его пробы рассыпались холодными снежинками? И спросить было некого.       — Получилось, — Лань Ванцзи кивнул, разглядывая довольного Вэй Усяня, уголок губ пополз вверх. — Ты молодец.       — А? — тот вскинул голову, расцветая в счастливой улыбке и тут же его лицо вытянулось, а глаза стали почти круглыми. — Ты улыбаешься?       — Пора заниматься ужином, — плавно поднявшись, Лань Ванцзи быстрым шагом направился к дому, в последние дни они предпочитали заниматься тренировками у водопада, там было меньше шансов что-то сломать.       — Лань Чжань! — возмутился Вэй Усянь и зашипел, обжигаясь, колечко полыхнуло жарким пламенем и рассыпалось искрами. — Я же видел!       «Нет!»       Впервые, наверное, чёрный дракон подумал о том, что ледышка не такой уж холодный, а ещё довольно милый. Если улыбается. А вот как его заставить это делать он так и не понял.

***

      Если честно, то Лань Ванцзи не любил вставать рано утром. Пять утра было для него самым страшным временем. В детстве он даже боялся, ведь было очень темно. Правда, тогда рядом всегда был Сичэнь. С годами появилась привычка: рано ложиться, рано вставать. Только вот любви к подъёмам это не прибавило.       Открыв глаза, он уставился в потолок, собираясь с духом. Встать, умыться в ледяном… под водопадом, точно. Ледяного источника, как и Гусу, больше нет. А сейчас они с Вэй Усянем высиживают птенца. Они…       Под ложечкой засосало, кровь прилила к ушам и не только. Опять. Этот несносный дракон залез на него чуть ли не целиком. Сколько можно? И так каждое утро. Дышать… медленнее, не думать ни о чём. Внутри всё переворачивалось, сущность пыталась выморозить всё лишнее, но ничего не выходило. Ни разу, с самой первой встречи.       Это было ещё до войны, когда дядя Цижэнь решил устроить обучение для других кланов. Никто особо и не возмущался, всё же в Гусу, несмотря на строгие правила, хранилась память многих тысячелетий. Обучение было коротким, но запоминающимся. По крайней мере для Лань Ванцзи. Он никогда не покидал гнезда и его всё вполне устраивало, пока на пути не попался этот чёрный дракон. Наглый, шумный, развязный. Сильный, ловкий, быстрый.       Впервые заставивший пожелать что-либо.       Внутри всё затрепетало, но… Первая победа не принесла облегчения, ведь просто победить было недостаточно. Хотелось навалиться сверху, вгрызаясь клыками в горло, уткнуть мордой в снег, заставляя жалобно кричать. Это желание испугало.       Драконы, несмотря на свою разумность, всё равно оставались ближе к животным. Лань Ванцзи думал, что это результат взаимодействия с чистыми стихиями, которые не только подчиняются, но и подчиняют. Больше всего это было заметно в моменты злости и любви. Да, той самой любви, искренней, чистой, жестокой. Секс между драконами был больше похож на бой. Кровь, боль, но это было прекрасно.       Конечно, младшим на такое смотреть никто бы не позволил, но иногда получалось подглядеть одним глазком, стыдливо прячась за отрогами скал. Почему-то видя Вэй Усяня он вспоминал именно это. Но в их случае это было невозможно, они не пара и быть ею не могут, потому что… Такого просто не бывает.       Только вот никакие внушения не работали. Сердце продолжало стучать быстрее, стоило увидеть знакомый силуэт, услышать звонкий смех или просто вспомнить. И это уже не говоря про сны. И что с этим делать он до сих пор понятия не имел.       Ещё разок глубоко вздохнув, Лань Ванцзи осторожно выскользнул из-под Вэй Усяня, подкладывая вместо себя подушку. Тот недовольно заворчал, обнимая её и обхватывая ногами. Впереди ждал водопад и медитация, а ещё надежда, что в этот раз ему не придётся сидеть пару часов в ожидании, пока тело успокоится.