Кошачья фея

Позже, после уговоров, я всё-таки поел торт. И даже начал с папой собирать корабль. Чтобы вышло, как на картинке, делать это приходилось точно по инструкции. Деталек было много, и мы не дошли даже до верхней палубы — папе кто-то позвонил, а я запутался в схеме. Можно было попросить маму помочь, но я всё ещё злился. — Ты же видишь, в каком он состоянии? — послышался за дверью взволнованный мамин голос. — Ничего, пусть привыкает, — возразил папа. Я насторожился: к чему это я должен привыкать? Родители вошли в комнату. На руках у папы сидел котёнок. А мама теребила длинную ленту. — Ты мог бы хотя бы попробовать, — сказал папа. — Подружиться с ним. Поиграть. Я смерил этот комок шерсти презрительным взглядом и неохотно согласился: — И как с ним играть? Папа поставил котёнка на пол. — Надо взять верёвочку или ленту, — оживилась мама, — привязать к концу бумажку и возить по полу. Я угрюмо кивнул и отвернулся. Игра была так себе. Вот с братом можно было бы покатать машинки. Или устроить подушечные бои. Пусть, конечно, не сразу. Другое дело — кот. Даже когда вырастет, останется всего лишь мяукающим комком шерсти. Когда мы остались вдвоём, я всё-таки привязал к ленте кусок жёванной бумаги и помахал им у котёнка перед носом. Тот только съёжился и прижал к голове уши. Я поелозил бумажкой по полу. Котёнок наконец сдвинулся с места и во мгновение ока оказался под диваном. Я попробовал выманить его игрушкой, но без результата. — Так не пойдёт, — пропыхтел я. — Сказано играть, так играй, зверюга бестолковая. Я лёг животом на пол и заглянул под диван. Щель была слишком узкой, так что даже голова не пролезала. Я протянул руку и стал шарить в темноте, пока не уцепился за что-то мягкое и тёплое. Кажется, это были лапы. — Вылезай, бестолочь, — потребовал я. Котёнок пискнул и оцарапал мне пальцы. — Ах ты так, — пригрозил я в поддиванье и совершил ещё одну попытку вытащить маленького упрямца. На этот раз я ухватил его за хвост и вдруг испытал такую боль, что не смог удержаться от крика. Только прозвучал он странно, как жалкий писк. Я чихнул от забившейся в нос пыли и попытался встать. Но что-то помешало мне. То ли собственные ноги, расползавшиеся в стороны, то ли что-то ещё. Я обернулся и внезапно обнаружил, что весь покрыт густой серой шерстью и гигантская рука удерживает меня за торчащий сзади хвостик.