Маска Маньяка

После того страннючего инцидента, Скотт не высовывался лишний раз на улицу. Друзья, которых у юного учителя изо было мало, его не могли уговорить выйти. Они помогали ему: ходили в гости, приносили еду, потому что Коутон сам совсем не хотел выходить, а так он бы помер с голоду. Они понимали его, это страшно, и парень просто боится. Но вот началась учёба. Нужно было каждый день ходить в колледж. Каждый день, покидать своё защищённое место. Его это пугало. Скотт стал параноиком. Перебегал тёмные улочки быстро, оглядываясь по сторонам. По началу, ему везде мерещился этот силуэт. Хоть он его не очень сильно разглядел, однако это было запоминающимся. Скотт шел в очередной раз домой после учебы. Сегодня он без друзей. Они оба пошли на свидание. Скотт, не имеющий возлюбленного, пошел домой. Да, эти трое геи. И их всё устраивает. Шел он спокойно. На календаре третье октября, золотая осень. О том инциденте Скотт уже почти и забыл. Если бы проходя мимо детской площадки не услышал разговор. — Да, кошмар какой. А все думали, его поймали! А он затишье устроил. Вот урод… — тихо говорила одна женщина другой. — Да вообще… Действительно, почему его ещё не поймали? Приметы на лицо! Как можно не найти человека, у которого фиолетовая кожа?! — отвечала другая. «Фиолетовая кожа?» — подумал Скотт. «Как такое вообще возможно?» — Он задумался. Потом его словно током ударило: по телу пробежало стадо мурашек, в горле пересохло, а сердце чуть не остановилось. Перед глазами снова появился тот человек. Высокий, серо-голубая куртка с большим зелёным мехом, облегающие джинсы, ботинки, капюшон на голове, а на лице маска. Только теперь он стоял перед ним, днём. На улице. Где много детей. Где люди. «Почему его никто не видит???» — вопил про себя Скотт. Он начал отходить назад. Тот псих, также стоял неподвижно, в ста метрах от парня. Он просто смотрел на него. Скотт развернулся и убежал. Побежал он в кафе к своим друзьям. Майк и Джерими сидели в кафе и мило беседовали. — Я с тобой согласен, это очень вкусно… — Майк не договорил. В кафе забежал испуганный и взлохмаченный парень. Это был Скотт. Он попытался отдышаться и медленно подошëл к столику за которым сидели парни. — Хеей… р-реб-бят, м-м-можно я э-это. с в-вами побуду? Я вам не помешаю? — с надеждой спросил Коутон. Сидящие за столом переглянулись, и посмотрев на Скотта вместе сказали что не против. — С-спа-асиб-бо — парень садится. Его сердце так быстро и громко бьётся, что и Джерими и Майк это слышали. — Слушай, братан, ты в норме? Что случилось? — спросил Шмидт. Студент устало поднял на того взгляд. — Ты выглядишь так, будто призрака увидел. — Скотти, что стряслось? — Джерими подсел ближе к парню и стал того поглаживать. — Я… Я шёл домой, и тут п-прохожу мимо детской площадки. Слышу как мамаши разговаривают. Понимаю что они о «НЁМ» говорят и вижу «ЕГО» перед собой. «ОН» просто стоял и смотрел на меня. — парни внимательно посмотрели на бедолагу. — Слушай, а ты уверен, что это был он? Тогда почему никто не вызвал полицию? — Я не знаю! Его словно видел только я! Может, я схожу с ума?.. — Скотт взялся руками за голову. — Хей, Скотт, мне кажется, что тебе надо к психологу. И таблетки попить. У тебя панические атаки. — Фитжеральд заботливо смотрел на Скотта. — Да, братан, котейка прав. Ты это, давай к психологу сходи. А то ты так и умрешь от остановки сердца. Будем мы потом тебя оплакивать… Эх — МАЙК! — Джерка вскочил и упёрся руками о стол ударив по нему. Тот глянул на Котейку — Ладно, простите… Хехе, ладно. — он посмотрел на Коутона. Тот всё ещё молча сидел держась за голову. — Скотт, ты это… ну, не волнуйся так. Я тебя в обиду не дам. Мы с тобой с детства. Ты меня тогда спас, вот и я тебя. Не бойся. Давай мы тебя проводим, а то ты бледный как смерть. — Или лучше в больницу? — уточнил Джерими. — Не надо в больницу… Не надо… Парни вместе встали из-за стола, Майк оплатил счёт и они вышли на улицу. Как же там было прекрасно. Парни шли и болтали об осени, кроме Скотта. Он был в себе. И просто периодически кивал головой, когда его спрашивали. Пройдя где-то метров пятьсот, парень почувствовал на себе взгляд. Обернувшись он никого не увидел. — Ну чего такое? Померещилось? Пошли — Д-да, померещилось… Иду.