Безымянный город

Живая, но грустная мелодия погрузила деревню в транс. Рэз, будучи сонным, едва узнал в ней скрипку. Удивившись, тот поспешил одеться и выйти во двор, всё ещё ничего не понимая. Вокруг была толпа людей, что было непривычно видеть в этой деревне. Они веселились, общались, и сложно было найти хоть кого-то из уже знакомых. Попытавшись найти источник мелодии, Рэз не поверил тому, что увидел: посередине толпы, которая образовала кольцо, стоял Каел. Его лицо, всегда напряжённое и недовольное, выглядело как никогда спокойным и гармоничным, пока он играл на скрипке. Рэз и не знал, что здесь есть люди, склонные к творчеству, а тем более чтобы такие, как Каел, умели создавать что-то красивое. Глаза парня были закрыты, как будто он спал, солнце играло светлыми бликами на золотисто-рыжих волосах. Ранее из-за пасмурной погоды нельзя было заметить их рыжего оттенка, да и в целом его внешность не казалась такой яркой. Закончив играть, Каел открыл глаза миндального цвета и, со всей своей сдержанностью встретив аплодисменты, поспешил покинуть публику. — Вижу, тебе понравилось, — послышался неподалёку голос Айлы. — Я хотела тебя разбудить, но подумала, что это испортит впечатление о празднике. — Каком празднике? В честь чего?.. — Раз в год мы празднуем тот день, когда закончился пожар. — После её слов Рэз подумал о том, как много он ещё не знает об этом месте, но он не мог разделить веселье людей вокруг, учитывая свою утрату и проблемы, с которыми нельзя было расстаться. Взглянув на Айлу, он увидел понимание в её глазах. — Уйдём сегодня пораньше, Терос обещал нам немного помочь, вот, кстати, он. — Она указала в сторону небольшой компании. Терос что-то рассказывал одной девушке с чёрными кудрявыми волосами, а та смеялась, ни на что не отвлекаясь. — Он в своём репертуаре. Как потом объяснила Айла по дороге в лавку, помимо ювелирных изделий Терос увлекался антиквариатом и он мог бы помочь им разобраться с тем, что стало с серпом после ритуала и можно ли его ещё использовать, а также, может, у него есть какие-то предметы, которые тоже могут сойти за защиту. Уже находясь в ювелирной лавке, они стояли перед маленьким стеклянным столиком, где положили серп. По другую сторону стоял Терос. На лице парня читалось искреннее изумление. В глазах нового знакомого заплясали жёлтые огоньки, а зрачки вытянулись, став похожими на кошачьи. — Знаете, а я думал, меня уже ничем не удивишь. Та, кто его оставила, была очень напуганной, но смелой нимфой. Она явно не могла не запечатать в серп часть своей силы, вот, видите эти небольшие линии? — Он поднял серп над головой и на свету лампы начал его разглядывать. — Я точно не знаю даже, как он может сработать в следующий раз, если думаете использовать, но кое-кто в этом разбирается гораздо лучше. Так, — он снова ухмыльнулся, — надеюсь, у вас нет планов на вечер. — Без объяснений Терос, взяв оружие с собой, повёл их в неизвестном направлении. Возле деревни располагались горы. Рэз невольно вспомнил новости о том, что где-то возле них нашли его родственницу. Никогда он не думал, что будет к этому месту так близко. — А мы точно не заблудимся? — Рэз попытался отвлечься разговором. — Ты явно недооцениваешь моё знание местности, — проговорил новый знакомый. Айла держалась как можно ближе к ним, стараясь не отставать. Когда на их пути нарисовалась высокая гора, они обошли её, и с другой стороны оказался вход. — Арэта, я привёл гостей и знаю, что ты здесь, — крикнул в пустоту Терос. Из темноты послышались неторопливые шаги. К ним плавно вышла девушка, которую Рэз уже видел на празднике. В свободной одежде она была совсем не похожа на подростка. Длинное чёрное платье делало её старше. Увидев девушку, Айла кинулась к ней в объятия, что очень удивило Халстона. Они с нежностью посмотрели друг на друга, как будто были сёстрами, что воссоединились после долгой разлуки. — От тебя не спрятаться, — шутливо сказала Арэта, наконец обратив внимание на того, кто её позвал. — А ты, выходит, новенький. — Когда она посмотрела на Рэза, её выражение лица стало серьёзнее. — Сын Ливьи. — Что?.. Откуда вы знаете её? — Я отвечу на всё по порядку, а то вижу, у вас много вопросов накопилось, — в спокойной манере ответила Арэта и позвала наверх, чтобы расположиться на траве у горы. — Ты можешь рассказать что-нибудь про этот серп? — Терос положил его перед собой. — Да, только сперва я поговорю о том, что волнует Рэза, чтобы дальнейшая информация его не пугала, — она проницательно посмотрела на Халстона и продолжила: — Как ты уже знаешь, очень давно случился пожар. Очень много нимф тогда погибло, но некоторые, включая меня, выжили. Одной из них была Ливья, но, утратив свои способности, она не смогла больше вернуться к нам. — То есть, где-то ещё нимфы остались и живут до сих пор? — Я уверена, что да. Просто их пока не нашли, но это не значит, что они исчезли. Так вот, до пришествия проклятого Адониса, — грубо выразилась нимфа, чьи чёрные, как ночь, глаза приобрели глубокий аметистовый цвет, — а также до прихода новой веры люди хорошо ладили с нашим народом. Мы не вредили им без причины, никогда такого не было. Только если люди охотились на животных ради забавы или смели срубать деревья. Но, к счастью, таких находилось мало. В основном, жители стремились дружить с нами, а мы с ними ещё до того, как их маленькие общины переросли в большой город. Люди сажали нам цветы, очищали реки от мусора, сочиняли для нас разные песни. Нельзя сказать, что все нимфы интересовались их миром. Скорее, многие относились к ним как к соседям. Но были и исключения. Некоторым хотелось принадлежать к человеческому обществу, иметь с ними семью, воспитывать детей и делиться с ними своей силой. Это считалось нормальным. Каждый человек знал, что, беря в жёны нимфу, он обязан будет жить рядом с источником, к которому она привязана, будь то дерево, луг или озеро. Потому что, покидая пристанище, в котором росла нимфа, она теряла всю свою силу и энергию, из-за чего могла заболеть и в скором времени умереть. Затем, не знаю в какой день или месяц, к людям пришла новая вера. То ли они нашли иные легенды, которые им нравились больше, то ли причины были глубже. Мы не следили за этим, нам довелось лишь наблюдать войну за правильность убеждений. Тогда нимфы впервые увидели, насколько человечество бывает агрессивно ко всему живому, если дело касается того, во что они хотят верить. Это значительно отдалило людей от нас. Всё больше и больше они строили высокие дома, сторонясь леса и его богатств. Всё больше люди отдавали предпочтение игнорированию природы. Конечно, всегда будет оставаться какая-то пара человек, которые всё ещё сохраняли в себе старые традиции, но их легко устраняли. Нам казалось, что настали самые тёмные времена, но, возможно, потому, что их было не с чем сравнить. Когда пришёл Адонис, нимфы не хотели принимать его. Несмотря на его речь, можно было легко уловить, что он такой же и вряд ли искренне заботится о нас. — в последних словах можно было уловить горечь Арэты, как будто она хотела сказать что-то ещё, но не решилась. — Когда город застыл, лес уже горел. Единственные, у кого был шанс выжить, это ореады — нимфы гор и ауры — нимфы лёгкого воздуха. Хотя их изначально было очень мало, а после пожара я не смогла найти ни одну. Только когда увидела уже мёртвую Ливью в наших горах, мне довелось наконец встретить хоть кого-то. Как же я жалела, что мы не смогли поговорить тогда, не смогли обменяться опытом. — Закончив свой рассказ, она не сводила глаз с Рэза. — Я рада, что ты нашёл это место, что бы тебя ни привело сюда, здесь твой дом. — На этих словах Арэта мягко улыбнулась материнской улыбкой. Халстон впервые почувствовал, что кто-то принял и разделил его потерю. А также ему было непривычно чувствовать себя не взрослее тех, кто его окружает. Он не знал, что ответить, потому что было видно, что нимфе не нужны были ни слова благодарности, ни утешения. Терос и Айла, слушающие её рассказ, не произнесли ни слова. Возможно, больше из уважения, нежели из-за того, что тоже могли чего-то не знать. — А теперь поговорим про серп, с которым вы пришли, — перевела Арэта тему. — Его нашли на том месте, где раньше был луг, он принадлежал Лиосе, — коротко объяснил Халстон. — В прошлом ритуале произошло кое-что странное, и это оружие совсем не защитило нас, — добавила Айла и затем рассказала обо всём, что произошло. — Вы всё правильно сделали, в самом ритуал ошибки не было, но, — она аккуратно взяла оружие в свои руки, — кто-то на время заблокировал действие серпа, кто-то, чья магия сильнее. — Ты могла бы прочувствовать его? — подключился Терос. — Вроде как раньше тебе удавалось узнавать, какая магия кому принадлежит. — Увы, этот кто-то сильно закрыл свой разум от меня. — Его зовут Лэйн, — без колебаний ответил Рэз. — И это точно его рук дело. Он похитил Нэссу, он был с самого начала странным и постоянно приходил к ней, когда она была одна, и не знаю, как и чем, но ему удалось внушить доверие Лише. — Лэйн… — Арэта покачала головой. — Если это призрак, то он может несколько раз менять имена, особенно если застрял между мирами. — На их немой вопрос она ответила: — Призраки приходят в этот мир как гости, которые давно потеряли свой дом, своё имя и происхождение, они не могут начать новую жизнь, но запросто могут притвориться кем-то другим. — В таком случае, он точно может быть связан с Адонисом, может даже похожим образом, как и Лиша, — задумался парень. — Жалею, что пропустил вашу вечеринку, — вмешался Терос. — В качестве извинений предлагаю план. Нужно попытаться проникнуть не в сознание Лэйна, а в сознание Нэссы, тогда и всё выясним. — Мне нравится идея, — поддержала Айла. — Тем более узнаем, насколько её мысли охраняемы, только, — она посмотрела на Халстона, — это должен сделать тот, кто к ней больше всего привязан. — Замечательно, я как раз давно практикую чтение мыслей, — саркастически ответил Рэз. — Да ладно, всё не так сложно, — ответил новый приятель. — Правда голова болеть будет месяца три, но ничего страшного. — Вы можете прийти сюда, если что-то не получится, и вот, на всякий случай. — Арэта сняла свой браслет, на который прежде никто не обращал внимания, и протянула его Рэзу. Браслет был похож на ветку дерева, изогнутую в кольцо. Халстон осторожно взял подарок. Браслет был мягким и тёплым на ощупь. Тот хотел что-то сказать, но нимфа жестом остановила его и улыбнулась. Возвращаясь в деревню, они снова направились к Теросу. — Итак, если ты не хочешь превратиться в спящую красавицу, — начал он, подходя к шкафчику, — тогда вот, это должно помочь не уснуть. — Он вытащил маленький флакон с жидкостью оранжевого цвета. — То есть я ещё и могу впасть в кому? — Теоретически, да, — как ни в чём не бывало ответил Терос. — Только попробуй, мне одной подкалывать Кайла неинтересно, — подбадривающе сказала Айла. Рэз почувствовал себя в той тёплой компании, о которой раньше всегда мечтал, но у него не получалось. Нет, компания Лиши и Нэссы совсем не была плохой, просто это была другая дружба, в которой он чувствовал себя наставником, учителем, спасателем, и никак не мог позволить себе быть просто обычным студентом со своими проблемами. Ему было привычнее заботиться о других и отдавать им больше, чем он мог получить. Здесь же ему помогают люди, которые мало что о нём знали, а ему приходится больше учиться у них, чем наоборот. Сев на небольшой диван у стены возле входа в лавку, тот закрыл глаза. — Попробуй сосредоточиться и представить Нэссу и не обращать внимания на внешние звуки, — начала объяснять девушка. Проще сказать, чем сделать. В первые минуты Рэза раздражало буквально всё: ветер, скрип двери, настенные часы, которые тот раньше не замечал. Всё это отвлекало и легко сбивало с мысли. Нэссу было не сложно представить, другое дело удержать её образ в своей голове. Каштановые ровные волосы, голубые глаза и тонкие чёрные брови, высокий лоб, мягкие скулы, слегка сутулые плечи. Вечно беспокойный взгляд, грустное выражение лица, либо слишком задумчивое. Халстон словил себя на мысли, что редко видел, чтобы Нэлисса улыбалась. Внутри неё как будто всё время шёл нескончаемый конфликт, о котором она никому не говорила. Постепенно все звуки пропали и Рэз почувствовал, словно летит во тьме в иное место.