О рунах и метках

— Что? И это всё? — Я предполагал что нам окажут более… авантажный приём, — соглашается с Катариной маг. Трое магов под их оценивающими взглядами слегка тушуются, а затем вперёд выступает самый крупный из них. Магнус узнает в нём своего недавнего соперника. Вражеский маг широк в плечах и воистину огромен в талии. — Мы здесь для того, чтобы предолжить тебе присоединиться к нам, Бейн, — торжественно изрекает он, поглаживая окладистую бороду, и чуть подумав добавляет. — По-хорошему. — К вам — это к Кругу? — прикидываясь дурачком уточняет маг. Но вражеский маг словно не слышит издевки. — С Валентином мы на сильной стороне. На стороне победителей. Ты всегда умел видеть выгоду и мы верим что ты примешь правильное решение. — А почему вас только трое? — с подозрением любопытствует Катарина.- Где члены Круга? Неужели Валентин не отрядил вам никого в помощники? — Валентину необязательно знать обо всем, — с достоинством отвечает маг. Его сообщники подступают ближе. Бейну они кажутся знакомыми, но он никак не может взять в толк где он их встречал. Катарина восторженно хлопает в ладоши и звонко смеётся. — Так вы дезертиры? А я то думала, что вам нужно снадобье для Джослин. — Джослин Фэйрчайлд лучше оставаться спящей, — резко отвечает второй маг. Его раскосые глаза и хищная линия носа выдают в нем потомка североамериканских апачи. — Её влияние может сделать Валентина… непродуктивным. — А, нет, ошиблась, — разочарованно выпячивает нижнюю губу Лосс. — Вы просто мелкие интриганы. Тогда вам проще убить нас, чтобы Валентин не заполучил зелье. — Катарина! — шипит на неё Бейн. — Ты им идеи подбрасываешь? — Не будь занудой, Магнус, — беспечно отмахивается она. — Господа маги здесь не для того, чтобы предложить тебе дружбу. Думаю, что они прекрасно понимают, что будучи в союзе с нефилимами и зная рецепт зелья, способного пробудить Джослин ото сна, ты являешься для них опасным противником. Проще убить нас сейчас, а пыл Валентина направить на поиски других магов, способных укрепить позиции их жалкой шайки. Верно, господа маги? «Господа маги», не воодушевлённые прозорливостью Катарины, разгневанно сверкают глазами в ответ и глухо возятся. Мангус тяжело вздыхает, поглубже засовывает руки в карманы пальто и зарывается носом в длинный кашемировый шарф. — Ну, вот. Теперь ты их разозлила, а я рассчитывал вытащить из них немного информации. — К черту политиканство, Бейн. Я замёрзла. Давай просто возьмём одного в заложники? — И потом люди говорят, что это я эксцентричный, — жалуется Магнус опешившим врагам. — Вы горько пожалеете об этом, — неуверенно угрожает им третий маг, совсем юный ещё мальчишка с трогательными кошачьими вибриссами на носу. Он, кажется, действительно сожалеет, что ввязался в эту сомнительную авантюру. — Не мешайся и я оставлю тебя в живых, — кровожадно улыбается Лосс, по её телу, потрескивая, пробегают алые магические разряды. — Довольно прелюдий. Надеюсь, в этот раз вы привели больше пятерых Иблисов? Земля под их ногами дрожит. Когда Мангус говорил, что несколько десятков толковых магов могут обеспечить Валентина армией он не преувеличивал. Даже этих трех паршивцев хватило почти на пол сотни. Морозный воздух заполняется шелестом шипастых хвостов скребущих о гравий, пощелкиванием жучинных желваков и въедливым шипением. Демонические твари толпятся на бетонном плато перед часовней, спускаются вниз по отвесным стенам узорчатых башенок, клубятся смертоносным маревом позади вражеских магов. Здесь и упомянутые Катариной Иблисы, и знакомые магу Равенеры, и угрожающе клацающие клешнями Шаксы. — Теперь ты довольна? — кисло интересуется маг у подруги. Он замечает нескольких рослых Раумов, маячащих возле стен часовни. В отличие от мало разумных мелких тварей эти достаточно умны и, что гораздо хуже, хитры. Опасные противники. — Выглядит почти как вечеринка на моё шестнадцатилетие, — довольная Иззи с широкой улыбкой выныривает сбоку от них. Её спутники молча скидывают гламур, демонстрируя врагам полную амуницию Сумеречных Охотников. — Вы привели нефилимов, — разгневанно кричит бородатый маг. — Не жмись, веселья хватит на всех, — задорно вопит в ответ Лосс. Первым уничтожают одного из Раумов. Магнус запускает в него магическим залпом, заставляя вскинуть длинные щупальца вверх, а Джейс эффектно проезжается на коленях по траве и вспарывает брюхо демона косым ударом снизу. Алек снимает пятерых Дахаков разом и пригибается, пропуская над собой обжигающую лавину огня Катарины. Лосс развлекается от души, её встрёпанная белоснежная шевелюра мелькает то там, то тут. — Пентаграмма питает демонов, — выкрикивает она между пассами. — Магнус, пробей их щит. А я присмотрю за остальными. Маг отрывисто кивает, минует Клэри, яростно отбивающуюся от стаи Иблисов, и бросается ко входу в часовню. Алек прикрывает его на каждом шагу. Бейн технично уклоняется от вражеских атак, перескакивает через тело убитого мага-апачи, попутно уничтожая двух Равенеров насевших на Вэйланда. Тот браво салютует клинком в ответ. Строй противника неумолимо прогибается под их натиском. Бейн наносит серию ударов по щиту. Магический полог тускло вспыхивает и трещит давая узкую брешь. Этого вполне достаточно для него. — БЕЙН! — грозно рычит его давнишний соперник, встречая мага у самой кромки пульсирующего рисунка пентаграммы. Магия завихряется призрачными воронками у их ног, поднимая с земли мелкие камешки. — Я вспомнил тебя, Назия. Не стоило тебе покидать Бангладеш. — Значит, ты знаешь за что сегодня умрёшь. — Мстительность тебя не украшает. Обычно схватки магов выглядят впечатляющие, но у Магнуса значительно истрачен резерв. Лишь попав под защитный купол он осознает, что маги не просто удерживают заклинание. Они образовали магическую циклически замкнутую конфигурацию. Один из магов в роли живой батарейки подпитывает другого, приумножая его силы и удваивая отток маги к пентаграмме. Существуя в подобного рода экосистеме они становятся фактически неуязвимыми извне. Извне, но не изнутри. Магнус бросается вперёд, лишь чудом избежав сокрушительного удара в грудь, и в одном отчаянном рывке дотягивается до края пентаграммы. Он вливает в свой импульс все оставшиеся силы, расходует резерв подчистую, вплетая в канву чужого заклинания свою волю. Ему не нужно трасфигурировать его полностью, лишь изменить вектор. — Нет! — Назия бросается к Магнусу, хватает за шиворот и тянет. Но слишком поздно. Поврежденное ядро заклинания коллапсирует на мгновение, сжимаясь в ослепительную сферу, а затем взрывается. Отдача такой силы визуально напоминает взрыв сверхновой. Магнуса с силой швыряет на землю, его менее удачливые враги сгорают, враз высушенные обратившейся против них магией. Ударная волна, расходятся от центра к периферии, стирает, сминает и корежит демонических тварей. Маг изменил вектор на уничтожение демонов. — Нихрена себе! — сипло выдыхает Джейс, с трудом устоявший на ногах. В его ушах стоит тонкий противный писк. Несколько секунд в воздухе, точно ртутные капли, висит ихор, а затем отпадает на землю кислотным дождём. Его мелкие сияющие крупицы кружатся, словно искусственный снег в стеклянном рождественском шаре, и оседают на плечи и головы Охотников. — Ангел, как ему удалось? Иззи с гримасой ужаса и отвращения разглядывает обезображенные туши демонов. Некоторые из них сгорают, другие корчатся и визжат от увечий, утопая в собственной крови. Кладбищенская земля усеяна ошметками плоти и конечностей на несколько ярдов от них. Алек же смотрит туда, где, посреди потрескавшейся от мощи магического удара бетонной площадки, сидит и ошалело трясёт головой Верховный Маг Бруклина. Грудную клетку разрывает от облегчения. Ж и в о й. Внезапно, за спиной мага вырастает искорёженная фигура Раума. Заклятие основательно потрепало его, но не убило. — Магнус! — срывая голос, кричит Алек. Он далеко, непростительно далеко от Магнуса. Каким то чудом Бейн слышит его. Плечи мага вздрагивают, он медленно поднимает голову и удивлённо смотрит на нефилима. Его губы трогает робкая, светлая улыбка. Щупальце Раума причудливо изгибается в воздухе и наносит мощный удар. — МАГНУС!