Недетские игры

Гермиона полулежит на груди Малфоя и тихо хихикает, слушая наигранные причитания Панси. — Чертовы извращенцы, — вновь и вновь повторяет она, и Гарри хохочет, обнимая ее и целуя в макушку. — Как я теперь зайду туда, ты подумал, а? Я буду смотреть на полки и думать о том, не осквернены ли мои бесценные тома вашими жидкостями. Гермиона фыркает и показывает ей язык: — Очищающее тебе в помощь. И вообще, до полок мы не дошли. — О Мерлин, мой персидский ковер! — горестно простонала Паркинсон. Гарри шлепнул ее по руке и что-то прошептал на ухо, отчего всегда бледная, как поганка, Панси покрылась ярким румянцем. Драко лишь хмыкнул и никак не прокомментировал то, что видел. Он будет искренне рад за подругу, если у них с неубиваемым мальчиком и правда все сложится. Но всему свое время. Когда Панси захочет открыться, она откроется. Как и его Гермиона. Рассеянно перебирая кудрявые пряди, Драко думал, что он чертов счастливчик. Неужели и правда он смог убедить свою вечно сомневающуюся ведьму в серьезности своих намерений? Он покосился на нее и прижал к себе чуть сильнее, чем следовало бы. Гермиона тут же отреагировала на смену его настроения и подняла голову, глядя в глаза. Нежно улыбнулась и потерлась носом о щеку. — Вы такие милые, что тошно, — простонала Панси, прижимаясь к Гарри и удобно устраиваясь на диване. — Вы тоже. Сахаром вас облили что ли, не пойму, — парировал Драко и обнял свою ведьму за плечи. — Так, значит… — Гарри пристально смотрел в глаза Гермионе. У Драко вообще сложилось впечатление, что они вели молчаливую беседу. Кинув взгляд на Панси, он понял, что не одинок в этом мнении. — Хорошо. Драко вздохнул и поцеловал ведьму в висок, чуточку завидуя их отношениям с Поттером. — Все хорошо? — тихо спросила девушка, и Драко кивнул, накрывая ее ладонь своей. Гермиона мурлыкала себе под нос какой-то незамысловатый мотив и наблюдала за туркой на плите. — Я очень рад, что ты счастлива, червячок, — Гарри с улыбкой наблюдал за подругой. — Давно я не видел тебя такой спокойной и расслабленной. — Да, — с улыбкой согласилась ведьма, — кто бы мог подумать, а? — Между вами всегда что-то было, — хмыкнул Поттер, — ты вспомни, искры так и летали. Гермиона засмеялась и покачала головой: — В тебе наконец-то проснулся романтик? Может, перестанем обсуждать мои отношения? — О, так у вас все же отношения, — довольно улыбнулся парень. — Панси проиграла. — Кстати, Панси, — Гермиона не могла поверить своим глазам: неубиваемый и вечно сердитый Гарри смутился и покраснел. — Да ладно? Как ты вообще мог не рассказать мне об этом? — Кто бы говорил, — пробурчал Поттер. — А что я? — Гермиона поставила перед ним кружку с горячим напитком и села напротив. — Я счастлива, серьезно. Не думала, что могу испытывать такие эмоции и быть так счастлива, если честно. — Я рад за тебя, червячок, — он потянулся вперед и накрыл ее руки своими. — Ты заслуживаешь этого. — Как и ты, — вздохнула девушка. — Ты счастлив? — Да, я счастлив. У нас все…только началось, но я действительно счастлив. Гермиона лишь сжала его руки, с понимание улыбнувшись другу. Малфой про себя чертыхнулся и бросил еще один взгляд на часы. Опаздывает. Чертов новый договор. Такое чувство, что партнер вообще никуда не торопится. Конечно, он отправил Гермионе патронус с извинениями, но это все равно не то. Он планировал отвести свою ведьму на ужин в новый ресторан, где забронировал столик, и куда они уже опаздывают. Драко наколдовал еще один патронус, уже в ресторан, и продлил бронь еще на пару часов. Спустя еще двадцать минут и кучу мертвых нервных клеток Малфоя, договор наконец-таки был подписан. Блондин выдохнул и, быстро приведя себя в порядок, шагнул в камин, чтобы очутиться дома у Гермионы. И только он собрался обозначить свое присутствие, как услышал голос, который надеялся больше никогда не слышать рядом с Гермионой. — Слушай, ну подурили и хватит. Я был не прав, ты тоже. Но мы с тобой вместе чертову кучу лет, у всех бывают такие периоды. — О да, — Драко не смог сдержать улыбку, когда услышал ее голос, сочащийся пренебрежением и сарказмом, — именно поэтому нужно идти и трахать кого-то еще, кроме своего партнера. — Вот видишь, ты сама все понимаешь, — иногда Малфой поражался, как с его простодушием и простотой Рональд Уизли вообще может хоть что-то делать и добиваться в жизни. — Ответь мне на один вопрос, Рональд, — пропела ведьма, и Драко приготовился к шоу, — а мне позволено искать утешение на стороне, в других объятиях? Ну если ты меня не удовлетворяешь. Три… Два… Раз… И тут же Рональд Уизли разразился отборной бранью, смысл которой, как всегда, сводился к тому, что Гермиона — шалава и вообще должна молиться, что на нее до сих пор обращает внимание великолепный Рональд. Драко удержал себя на месте лишь усилием воли и обещанием, данным своей ведьме: если однажды Уизли снова объявится, она сама с ним разберется. Это ее гештальт, и только ей его закрывать. Конечно, Малфой был в корне не согласен, но принял ее условия. Правда, он не обещал, что потом не набьет рожу Уизли. Случайно как-нибудь. И сейчас, слушая оскорбительные слова, вылетающие изо рта рыжего, Драко мысленно прикидывал, сколько раз он ему врежет и куда именно. Наконец поток грязи иссяк, и послышался тяжелый вздох Гермионы. — Проваливай, Рон. Серьезно. Забудь сюда дорогу, просто забудь. Вернись под теплый бочок к Лаванде и заделай ей малыша. Изменяй, ври, ругайся. Но меня не трогай. Мы с тобой расстались несколько месяцев назад. И без тебя я счастлива. Я счастлива с другим мужчиной. Тебе нет места в моей жизни. — С другим мужчиной… — рыжий не верил. По голосу было слышно, что он в шоке. — Ты серьезно? Герм, ты серьезно? — Серьезнее некуда, Рон. Я говорила правду тогда, повторю ее и сейчас: все давно кончено. Прекрати преследовать меня. Живи своей жизнью. И ради Мерлина и своего же счастья, сходи к психологу, твоих тараканов давно пора вытравить. — Герм, я… — Будь счастлив, Рон. Пока, — Драко понял, что задержал дыхание, пока Гермиона говорила. И сейчас он устало прислонился к стене и прикрыл глаза. Его потрясающая ведьма. Тихий вздох разрезал тишину, и Малфой, скинув с себя наваждение, бросился к ней. — Котенок, — он обхватил ее лицо ладонями и поцеловал в лоб, — я прошу тебя, больше никогда, никогда не запрещай мне отстаивать тебя. Я твоя защита. Я так хочу, чтобы ты могла опереться на меня и, если нужно, спрятаться. Я решу все проблемы, я сделаю все, чтобы ты была счастлива. Ясные карие глаза подозрительно блестели, но на ее губах расцветала робкая улыбка. — Эй, я думал, ты плачешь, — Малфой почувствовал неловкость от своих откровений. — Я не буду больше из-за него плакать, Драко, — прошептала девушка и прижалась к парню, обнимая его за талию. — Так…наш поход в ресторан в силе? — Ну конечно же, — улыбнулся Малфой. — Разве я могу нарушить слово, данное тебе, котенок? Гермиона вздохнула. — Ты не хочешь никуда идти? — проницательности Драко не занимать. Ведьма пожала плечами и отвела глаза. — Ты не должна делать что-то, если не хочешь. — Я ужасно хотела пойти с тобой в этот чертов ресторан, — проворчала девушка, — приготовила платье, туфли. Но теперь настроение на нуле. — Чем хочешь заняться? — Драко убрал кудрявые пряди ей за уши. — Ленивый вечер? Ты, я, диван, еда навынос и что-нибудь выпить? — Я все устрою, — поцеловал он ее в лоб. — Иди устрой нам на диване что-нибудь уютное. А я схожу за ужином, идет? — Спасибо, Драко, — улыбается она и целует его, — спасибо. Много позже он обнимает ее за плечи, лениво скользя пальцами по обнаженным рукам. Гермиона вздрагивает от щекотки, но не просит прекратить. Как она и хотела, чудесный ленивый вечер. То, что надо. Собираясь спать, Драко и Гермиона наводят быстрый порядок: блондин убирает остатки еды в холодильник, а ведьма собирает его вещи, чтобы развесить в гардеробной, но короткий приглушенный стук привлекает ее внимание. Опустив глаза, девушка застывает: на полу лежит маленькая черная бархатная коробочка. Гермиона облизывает внезапно пересохшие губы и смотрит на застывшего в дверном проеме Драко. — Драко? — ее голос звучит до странного тонко и высоко. И Малфой с решительным лицом идет к ней, застывшей посреди комнаты с его пиджаком в руках.