Под солнцем прерий

Когда Какаши Хатаке и Наруто Узумаки отъехали от Саске и Сакуры, они мчались примерно минут пятнадцать, пока не показались головы человек двадцати, скачущих им навстречу. - Ого! – широко скалился Наруто, ничуть не испугавшись. – А мы не безделушки, раз против троих послали такой отряд. - Еще бы! – хмыкнул Какаши. – Наруто, наготове. Вполне возможно, что они не за нами. Сначала поговорим. - Потеряем время, - заворчал Наруто. – Пока языками чесать будем с одними, другие прорвутся. - А ты им дашь? – усмехнулся Какаши. - Вот еще! Ни одна гнида не прорвется через меня! – растянул зловещую улыбку светловолосый парень, который в этот момент был так же похож на идиота, как тот же Саске – то есть абсолютно нет. Наруто Узумаки вошел в свою стихию и стал словно иным человеком; как рыба в воде, он мог с закрытыми глазами ехать на лошади, мог даже не держать поводья, а подсказывая скакуну как двигаться только движением ног, часто едва заметным со стороны. Какаши в такие моменты частенько испытывал нечто похожее на мандраж, хотя скорее дежавю, вспоминая учителя – отца Наруто, который едва ли подержал в руках своего сына. Как был велик, хотя и молод Минато Намикадзе, так и его сын не отстает, а такими темпами и перегонит отца в славе и мастерстве. Хотя Наруто все еще нужно сдерживать, но его большое сердце готовилось поглотить весь мир. От жадности ли или от борзости? Хатаке пришпорил коня и один взгляд с учеником и они увидели два десятка человек едущих к ним. Многовато для двоих. Если бы эти двое были обычными людьми. Мужчины остановились метров в тридцати друг от друга. Достаточно, чтобы слышать и чтобы достать пулей. Какаши краем глаза посмотрел на Наруто – парнишка готов к любому развитию событий, может даже перестрелки ему хочется больше. И отчего-то Наруто совсем не пугало количество врагов: слишком самоуверенный. Пожалуй, в этом с отцом они похожи, но Минато был еще и умный, а Наруто, как бы сказать, от случая к случаю поражал всех мудрыми высказываниями. У него превосходно работала соображалка в таких вот моментах, а в жизни, как например с этой девушкой Сакурой – он нещадно тупил. Какаши мог бы сказать Узумаки, что перед ним совсем не малец и не парень уж точно, но отчего-то сама Сакура не сильно спешила разуверить его. Хатаке даже подумал, что она полагает, что всех обманула, но ведь прямо обратилась к нему за помощью, когда Наруто в очередной раз обсуждал ее внешность… Не такого клиента ждал Хатаке. Он был раздосадован тем, что с виду простое задание в письме - найти человека, разрослось такими неясностями как не тот наниматель – письмо точно писала мужская рука, а тут приехала девчонка, которая что-то недоговаривает. Вот и сейчас ему следовало бы сначала у нее все разузнать, а потом уже спешить подчистить следы, оставленные ей. Только Хатаке решил, что и сама Сакура не все знает. Скорее тут наследила Цунаде Сенджу. Он немало знал о клане Сенджу – их деревню основали два брата и дальний родственник Саске. Но все же это было уже лет сто назад… Только высеченные лица в скале над городком напоминали, что эти люди существовали. Сильнейший Хаширама и умнейший Тобирама Сенджу… Какаши знал, что у Хаширамы есть потомки, но они давно уже не жили в Конохе. И теперь вот такая встреча. А еще Хатаке смущало то, что как бы мимоходом сказала милая нанимательница: именно потому, что Сенджу она и попросила их команду взяться за дело… Это сказано не просто так, но пока четких уверенностей нет, надо сосредоточиться на том, чтобы обойтись без стрельбы. Преследователи напротив переглядывались. В них угадывалась ясная разница между командой Какаши и ими - в основе своей это были не убийцы, несколько вообще выглядели так, будто их попросили поехать для массовки, для устрашения количеством людей. И возраст большинства семейный: исключая двоих-троих эти люди не воины. Хатаке сразу обратился к лидеру - хмурому мужчине лет пятидесяти, с усталым лицом и тяжелым взглядом, на которого посматривали все остальные. - Вы преследуете нас? - спокойно спросил Какаши. - Если я правильно понял – вы Какаши Хатаке из Конохи? – спросил главарь, восседая на гнедом жеребце. - Так и есть. А это мой ученик Наруто Узумаки. Вероятно, и о нем вы слышали? - Вовсе нет, - скривился лидер погони и Наруто тут же ощетинился, на что Какаши и рассчитывал – его так легко вывести из себя. - Спокойно, Наруто, - будто заботился о товарище Хатаке. – Позвольте узнать из-за чего вы нас преследуете? - Мы не за вами, а за тем, кого вы разыскиваете. Дело в том, что… И тут кто-то из людей главаря не выдержал и выстрелил под ноги лошади Наруто, которая с возмущенным ржанием тут же скакнула в сторону и теперь уже Наруто выстрелил, сбив шляпу с ковбоя. - Наруто! Джоуи! – одновременно выкрикнули Хатаке и лидер банды. Но уже было поздно. Все расчехлили свои ружья и Какаши пришлось прекратить переговоры, но для начала он выстрелил в воздух, чтобы успокоить бандитов. - У нас нет пока к вам претензий, рекомендую повернуть обратно, иначе, мне придется перестать сдерживать моего ученика. - Господин, это ведь тот самый Какаши «бесконечный выстрел»? – подал голос кто-то из приспешников главаря. - Тише ты… - Учитель, а вы известный! – хохотнул Наруто и громче закричал. – Что, в штаны уже наложили? Бегите к мамочкам под юбки, пока целые! - Наруто, - улыбнулся Какаши. В такие моменты не хватало Саске – обычно он стыдил и осаживал друга. Какаши же совсем не любил возиться с нахальным Узумаки, когда его хвастовство так несло, что потом лишь проблем добавлялось. Впрочем, парень хоть и наворачивал валун неприятностей своим зазнайством, но и подчас разбирался с ними сам. Хатаке уверен в ученике, но все же хотелось все решить мирно. Тем более нет смысла умножать неприятности, да еще и с непонятными данными, если этого можно не делать. Впрочем, сейчас это уже не их случай. Револьвер Какаши целился в лидера и он знал, что его репутация уже сделала свое - поселила сомнения и страх в сердцах преследователей. Если обойдется без кровопролития – это будет то, что надо. Но что-то подсказывало, что эта банда из сплошных новичков толком не нюхавшим пороха и потому вольно-невольно подставят главаря. С одной стороны, Какаши понимал сколько проблем будет у них, если они перестреляют этих ребят. Припугнуть их было бы в самый раз, да только что-то подсказывало, что если сейчас они уступят, потом эти парни снова где-то всплывут. Только сейчас Какаши на чужой территории и пусть у них есть разрешение действовать даже оружием, но это мало о чем говорит. Хотелось все же мирно завершить такую не кровавую миссию как поиск человека. Раз уж все пошло с самого начала не так, пришлось проявить жесткость. Какаши сразу определил слабые звенья – тут было аж трое новичков, слишком зеленые – один трусит, второй лезет на рожон, третий делает вид, что ему все нипочем. Такие люди опасны своей непредсказуемостью: не всегда догадаешься как на человеке скажется стресс. И, к сожалению, Какаши оказался прав. Молодняк не выдержал, психанул и выстрелил в Наруто. Выстрелил подло – из-за спин товарищей, закрыв обзор Узумаки и Какаши. Может это был неплохой план: оставить одного Какаши. Только он и один уложит всех, если потребуется. А кровь Наруто на плече от пули дала повод Хатаке вытащить свои пистолеты и подкосить половину преследователей быстрыми четко-выверенными выстрелами. И Наруто был бы не Наруто, если бы не присоединился к нему. Погоня пыталась отстреливаться, но они были не ровня тем, кто буквально спит с оружием, протопал половину страны, жарясь под его солнцем, замерзая холодными ночами, изнывая от голода и жажды, зарабатывая денег на мечту о спокойной старости… Какаши приблизился максимально близко и приставил пистолет к главарю, все остальные были ранены в руки и не могли сопротивляться. - Зачем вам Цунаде? – спросил Какаши. - Она… задолжала. Проиграла нам и не выплатила долг – сбежала… Я думал, что если прослежу за вами, смогу отбить свои деньги… - Мне дела нет, что она вам должна, но мы могли поговорить и без этой суеты… - Не скрывая разочарования спокойно сообщил Какаши. - В следующий раз не промахнусь. Все поняли, что Какаши и не промахивался. Рискованно было оставлять их в живых: оклемаются и решат отомстить. Но куда более рискованно убивать без причины и надежных свидетелей – так и за решетку угодить недолго. - Наруто, ты в порядке? – Какаши глянул на парня, на его рукаве на плече расползлось алое пятно. - Царапина, учитель, - с бравадой высказался Узумаки, сверкая на закатном солнце белизной зубного ряда. - На вашем месте я бы скакал в город за медиком, - Хатаке повернулся к главарю, убирая дуло револьвера с его виска. – И повторюсь: не советую следовать за нами. Дальше я буду совсем не добрый. Наруто, догоняем. Какаши едва заметно повел плечом под пончо и, пришпорив своего Паккуна, поскакал влево от того пути, куда направились Саске и Сакура. - Нужно будет сделать крюк, - подсказал Какаши поравнявшемуся с ним ученику и беспокойно посмотрел на рану Наруто, которую тот хоть и обмотал каким-то лоскутом, но кровь все равно просочилась, распускаясь по ткани как алая роза. - Учитель, это ерунда: плюну и заживет, - лыбился самоуверенный Узумаки. - Всем бы так… - Несколько мечтательно заявил сероволосый и подняв взгляд на темнеющее небо, отметил, что они может часа на два уведут возможную погоню, прежде чем догонят Учиху и милую нанимательницу. Саске пытался считать эхо от выстрелов, уже давно далекое и едва уловимое, но его сбивала с толку эта непонятная девчонка, руки которой обхватили его талию, пока он гнал лошадь вперед. Есть вероятность засады и двойной погони. Но сейчас в его голове лишь предположения что там могло быть на самом деле. Как бы его лицо не говорило о равнодушии, сердце тревожилось. Он никогда не скажет об этом ни Наруто, ни Какаши, но за эти годы они стали его второй семьей. Потерять первую стало для него гранью, которая едва удержала его в здравом рассудке, второй раз не станет для него таким разрушающим, но, пожалуй, что-то в нем умрет навсегда, что-то вроде веры в свое право на счастье. Небо сгущало темные краски и стало хоть чуть прохладнее, им стоило остановиться и устроить привал, но впереди была лишь равнина из камней и песка и редкой поросли травы. Не хотелось в таких условиях останавливаться у всех на виду, только и ехать дальше бессмысленно. - Привал, - Саске осмотрелся, пока еще его зоркие глаза видели местность – открытое пространство как преимущество, что они сразу обнаружат врагов, но и как недостаток, что они с Сакурой как бельмо на глазу видны будут сразу. Он спешился и еще раз осмотрелся, а тут рядом, чуть ли не под ноги, как мешок картошки, рухнула эта девчонка. Или мальчишка… Или кто-то с весьма аппетитным задом – одна эта мысль ввела Учиху в стыдливый ступор: Саске никогда так не думал и тем более не говорил. Придурок, Наруто - это из-за него! Но вот Сакура валяется лицом на земле, сидя на коленях, оттопырив попку в какой-то нелепой позе и держится за свою задницу. Саске привык с детства ездить на лошадях, но не раз видел эту картину неопытных ездоков – без сноровки всё, особенно пятая точка и ляжки, от быстрой езды почти полдня на лошади будут болеть и гореть так, словно их нещадно отшлепали. Учиха усмехнулся и вдруг понял: ни одна девушка не будет лежать перед мужчиной в такой позе… Все же мальчишка? Однако оторвать взгляд от этой округлой попки стало испытанием. Смущаясь, пугаясь, Саске резко прекратил гляделки, даже не подумав помочь неуклюжему Харуно. Лучше просто оставить его в покое, не слушать как он там бормочет, что теперь в жизни не сможет сидеть, что сейчас сдохнет, осторожно поглаживая онемевшую задницу и прижавшись щекой к земле, как к спасителю. Саске не раз предлагали жениться: при всей трагедии семьи и ее таинственности, исчезновения брата, которого считают убийцей клана Учиха, в Конохе парень слыл завидным женихом. Но до сих пор все его отношения были с женщинами, продающими любовь. Как-то, когда ему было лет шестнадцать, добрый Какаши Хатаке без предупреждения привел его и Наруто в один дом порока и разврата. Он оставил там оробевших парней среди дам в весьма откровенных нарядах, которые смотрели на них как оголодавшие хищники на добычу – так смотрят падальщики на умирающую жертву – с предвкушением. Саске приучил себя не показывать страха ни перед чем, но тогда знатно струхнул, хотя и привычно показательно храбрился. Одно дело, когда тебя донимают сверстницы, другое – вот эти опытные женщины, знающие о мужском теле больше нужного. Саске видел не мало зависимых от женской ласки мужчин. Кто-то шел простым путем и женился, кто-то более свободный или же незадачливый в любовных отношениях находил легкую, пусть и не для кошелька, любовь в объятьях подобных продажных дам. Саске мог про себя сказать, что не зависел от близости с женщиной, он, впрочем, даже первых шагов никогда не делал – может потому, что ему не давали. Его смазливая внешность делала процентов восемьдесят, если не больше, того, что обыкновенно другие завоевывают речами, подарками, уговорами, угрозами. Саске мог посмотреть на девушку и знать, что попроси он ее убежать с ним – она даже раздумывать не будет. Или его приучили так думать постоянное внимание, охи и ахи вокруг, девушки и женщины разных возрастов, для которых он был лакомой добычей? Какаши легко жил такой свободной, не обязывающей, не связывающей ни с кем жизнью. Саске думал, что и он будет таким-же. Стукнет ему тридцать, сорок, если повезет – пятьдесят, а он так и будет одиноким воином, засыпающим в объятьях очередной красотки, которая готова будет для него на все, а парень на утро не вспомнит не то что ее имени, а даже блондинка она была или брюнетка. Есть шансы, что такая замкнутая и одновременно опасная жизнь испортит его внешность и ему перестанут отдаваться бесплатно как сейчас происходит в половине случаев. Его и это не сильно беспокоило – потому что никогда не было целью жизни. Все чего хотел Саске – найти брата, установить истину и вернуть его в деревню. Частицу своей прошлой жизни. Парень достаточно повзрослел, чтобы понимать, что чем больше проходит времени, тем меньше у него шанса на счастье. И потому разные красотки, вещающиеся ему на шею – всего лишь зарядка для молодого тела, которому не чужды разные проявления возбуждения. Наруто в этом смысле проще: что удивляло Саске – от Узумаки девушки уходили довольные и даже порой смущенные. Учихе было любопытно что же такого делал Наруто, чтобы сначала разочарованные девушки, которых не выбрал Саске, потом сверкали глазами от близости с блондином. Но как бы и чтобы не делали парни в объятьях продажных красоток, им обоим далеко до мастера – Какаши знал что делать с женщиной так, чтобы остаться в ее мыслях куда дольше красавчика Учихи и знающего какой-то особенный секрет Наруто. Саске помотал головой, сердясь тому, что вообще думает об этой чуши, когда Наруто и Какаши уже часа два с ними нет. Они должны были нагнать их, теперь придется не спать. - Ой-ой! Ой-ой! – пищал Харуно, попытавшись сесть, но видно натерпевшееся седалище предпочло последнюю позу – навстречу ветру… - Тц! – раздраженно цокнул языком Саске и достал из сумки спрессованный брикет соломы, который чуть смочил из фляги и он стал набухать и оживать. Кабуто тут же ухватился за добычу, став жевать. Запасов хватит еще на пару дней, если они не встретят нормальную поросль травы. На бархатно-синем небе четче проявились звезды. Саске вздохнул, вспомнив что-то приятное из детства, как он и Итачи спали под открытым небом. А может он выдумал это? Впрочем, надо бы постараться подготовить лагерь получше. Учиха стал сооружать очаг, проверил почву и достал небольшую лопату из сумки у седла лошади, став копать две ямки, связанные друг с другом небольшим туннелем. Сил пришлось приложить, почва твердая, неразработанная – но уже привычно справился сам. И когда бросил в ямку несколько найденных веточек и ветошей, а потом разжег – даже Харуно оживился. - Что это? – простонал он. - Огонь. - А почему он в яме? - Чтобы дольше горел. Тут так-то деревьев не видно. Харуно будто обиделся и едва отлепился от земли и подполз на коленях к дакотскому очагу Саске, в котором ярко, и все же незаметно на дальних расстояниях горел небольшой костер. Мальчишка смотрел на огонь и Саске невольно залюбовался отсветами пламени из земли в его зеленых глазах, чувствуя неясное стеснение в груди. - У меня есть сухари, - еще суше, чем это надоевшее питательное спасение сказал хмурый Учиха, понимая, что с ним что-то не так. А мальчишка все еще стоял на коленях и ладонями упираясь в землю – совсем дитя, наивный и открытый. Кажется, Харуно и хотел встать нормально, но будто не мог разогнуться и сам страдал от своего унижения – в его больших кукольных глазах блестели слезы. Вот же нежная… попка… - Тц! – раздражение Саске усилилось, даже хотелось прокричать свое негодование в небо. Но он достал флягу и пару сухарей из сумки, протянув их розоволосому – конь, не дождавшись продолжения угощения, пытался что-то пожевать, елозя мордой по земле. – Ешь. Другого нет. Харуно слезно кивнул и все еще в этой нелепой позе, дрожащей рукой, опираясь на другую о землю, взял сухарь и вгрызся в него. Пока они ели эту скудную пищу, оба смотрели на костер. Конь сонно бродил рядом, все еще в надежде отыскать что пожевать. Пока не наткнулся на застывшую как черепаха на спине Сакуру. И тут началось. - Ай-я-я-яй! – слезно запищал как девчонка Харуно. С него упала шляпа, а лошадь Саске нашла аппетитными розовые волосы мальчишки и уже ухватила локон, собираясь пожевать. – Убери его! Убери! – молил мальчишка и Учиха тут же оказался у своего коня. - Кабуто, фу. Брось, я сказал! Они горькие как полынь! Прекрати жевать! Фу! - Убери! Убери его! - рыдал мальчишка. - Черт возьми! – Саске схватил волосы Харуно из пасти своей будто обезумевшей лошади – всегда такого послушного, но сейчас будто одурманенного, как кот, унюхавший валерьянку. Саске пришлось больно щелкнуть по морде лошади, чтобы он разжал свои зубы и обслюнявленные волосы с правой стороны были спасены. Но ненадолго – Кабуто полез снова и даже когда сердитый Саске плотнее нахлобучил шляпу на голову хныкающего нанимателя, лошадь не оставляла попытки опять распробовать его волосы. Харуно в слезах на коленях и ладонях отползал от коня, прося оставить его в покое, а потом уткнулся в единственное спасение, которым, к своему неудовольствию, стал снова усевшийся у костра Саске. Мальчишка ухватил его за талию и чуть ли не прокричал: - Спаси меня! - Эй! Отпусти! – Учиха пытался отлепить несчастного, но тот вцепился как утопающий в соломинку. Само собой Саске понимал в чем дело: он уже подготовил себе плед и сейчас просто укрыл им с головой мальчишку, который хныкал на его коленях, видно испытывая жуткий стресс. Харуно понадобилось не мало времени, чтобы успокоиться, хотя Саске ощущал напряжение в каждой клетке своего тела. Происходит что-то неправильное, что-то дикое, ненормальное... - Странно, что нас еще не перестреляли – шуму на всю степь подняли, - проворчал он, когда понял, что Харуно чуть сполз и теперь его голова была прижата к груди Учихи, в котором отбивало бешенную пляску проснувшееся сердце. - …Прости… Харуно произнес так мягко, будто выдохнул это слово, которое теплым ветерком оказалось на лице озадаченного своей повышенной чувствительностью Саске. - Значит, поэтому лошадей боишься? – неохотно спросил Учиха. Розоволосый не торопился рассказывать и Саске бы не услышал этот тихий мягкий голос у своей груди, если бы не был так близко к нему. - Еще в детстве мне лошадь вырвала клок волос. С ними всегда так: думают я какой-то цветок и всегда жуют мои волосы. Я даже мою их с горькими запахами трав, но не помогает! Предсказуемо… Страх на всю жизнь. И вот почему от него так горько пахнет. Едва ли девушка будет носить такой отталкивающий аромат. Но… взгляд Саске сместился с темного горизонта на фигуру, прижимающуюся к нему под пледом и выделяющемся холмом прикрытой задницы. - Нам придется ехать еще может не один день. Как ты в таком положении…? - попытался мыслить логически брюнет. - Я буду в порядке! – перебил Харуно, а Саске сглотнул от того как стиснули его руки парня. Теперь Учихе впору умолять "хватит" и убегать как Сакура от лошади, но теперь от этой… этого… - Я привыкну. Я не доставлю проблем. - Упрямо повторил Харуно. - Только чуть-чуть отдохнуть... Только пока проблемы от него шли как из рога изобилия. Это задание проклято. - Саске… - Через какое-то время позвал парнишка с розовыми волосами. – А Какаши и Наруто… - Они точно заметают следы, - с каплей сомнения сказал Учиха. – Нам следует отдохнуть. Он сказал «нам», но имелось ввиду этому трусишке, Саске само собой отвечал за клиента и не мог даже помыслить о сне. Он смотрел на огонь, стараясь абстрагироваться от всего. Кажется, даже девушки не обнимали его так долго, как этот пожеванный лошадьми… - Дьявол...! – прошептал Саске, уперев взгляд в звездное небо и уплывая мыслями в воспоминания теплого уютного детства… Он все же задремал, но чуткий слух все еще при нем: он услышал тихий сигнал от Кабуто, который фыркнул и топнул копытом – чувствует приближение кого-то. Да и Саске, опустив одну ладонь на землю, слушал едва заметные вибрации – топот копыт. Двое. Может ли быть…? Саске завертел головой: они могут не увидеть его подземного костра. В таких случаях обычно следопыт Какаши спасал и потому Учиха и не думал шевелиться с подсказкой своего местоположения. Но они порядочно задержались. И вот уже слышно нетерпеливое ржание Бунты – лошади Наруто. Такой же дикий конь, как и хозяин. Саске повертел головой и усмехнулся: со спины приближаются, засранцы! - Вот он! – послышался голос Наруто. – Узнаю эту мрачную фигуру. - Не удивлен, - устало сообщил Хатаке и вот уже они приблизились достаточно, чтобы спешиться и разгрузить своих лошадей. Им отдых был необходим. - Эй, - Наруто осмотрелся, - а где малец с аппетитной задницей? - Вот же она, - хитро хихикнул Какаши, показывая на плед брюнета и проходя мимо, хлопнул Саске по плечу. – А ты молодец, времени даром не теряешь. - Заткнись, Какаши, - разочарованно, что его увидели в таком положении, надулся Учиха. Он из-за того что задремал, а потом и такое чуткое пробуждение, забыл, что у него на коленях в странной позе спит Харуно. Чтобы Саске подумал, если бы застал любого другого на своем месте? Ничего приличного. Будь неладен этот мальчишка! Наруто жадно пил воду и потом один за другим зажевал пару сухарей, не отрывая взгляда от этой странной картины. - Саске… а ты что…? Что малец там делает? Как же бесило, что надо объяснять эту тупость, но другого ему не оставили. И Саске как мог холодно рассказал "душераздирающую" историю Сакуры. - Вот оно что! – хлопнул кулаком по ладони Узумаки. - А это, я полагаю, - Какаши указал на выпирающий выше остального тела аппетитный холм, - недостатки долгой езды на лошадях новичка. - Именно. - Как скучно, - разочарованно отвел глаза учитель. Уж Какаши заметил, что Саске клюнул на розоволосую приманку даже толком не поняв кто это. Забавно. Это говорило насколько еще Учиха, хоть его руки и в крови многих врагов, но насколько он наивен и чист в любви, что не понял как она постучалась к нему и, не дождавшись ответа, с ноги вышибла дверь в его сердце. Хатаке был рад за ученика, он всегда боялся, что Саске соблазнится пойти не по той дороге, учитывая все пережитое. Но в нем еще осталась вера в лучшее. И вот, очередное доказательство, что он прав. Какаши усмехнулся, глядя на очертания фигуры девушки – тут только дурак не поймет, кто перед ним. И как же соблазнительно она устроилась… Хатаке сел поближе к костру и мечтательно унесся мыслями в недалекое будущее, где будет он и две красавицы по бокам… Может он даже попросит их принять эту роковую позу…