Порочная двойственность

      Приятная музыка разносилась по таверне. Запах алкогольных коктейлей и смех раззадоренных мужчин и молодых парней. Вполне обычный вечер, если бы только сегодня не пришёл необычный посетитель. Тяжёлая дверь захлопнулась. Стук от каблуков растворялся в задушевных разговорах и хохоте.       Наконец, добравшись до барной стойки и оперевшись на неё рукой, девушка спросила у бармена. — Доброго вечера, можно нам столик на двоих? — высокая леди с волосами цвета вина чуть согнулась, наваливаясь грудью на деревянную поверхность. На ней было вечернее чёрное платье с глубоким декольте. Оно было без рукавов, а держалось за счёт обвивки тонкой шеи, где далее за спиной проходило шнуровкой. Бёдра были открыты по бокам, лишь спереди и сзади прямоугольный формы ткань продолжала платье. — Розария, я бы очень хотел дать вам и вашему партнёру место, но сегодня полно народу. — Я понимаю, но это, так скажем, деловая встреча, и не хотелось бы расстраивать... — Ах, прошу, не слушайте её! — из-за спины вылезла светлая макушка Барбары. — волосы были распущены и непривычно было наблюдать девушку без хвостиков. На ней было голубое платье с пышными рукавами и таким же воздушным подъюбником. — Мисс Барбара? — бармен в недоумении узнал в девушке служительницу церкви.       В этот момент ближайшие люди вокруг стойки удивлённо присмотрелись и ахнули, а за ними стихла вся таверна. — Что? Сама Барбара соизволила прийти в такое место? — Глазам поверить не могу! — Видимо, сегодня снег с Драконьего хребта и до нас дойдёт.       Шёпот, в котором нельзя было различить реакцию заставлял Розарию раздражаться — А-ну заткнитесь! Барбаре и так неуютно, а вы ведёте себя так, будто зверушку увидели! — Розария обернулась к сестре и обхватила её, стараясь защитить от непрошенных взглядов. — Ох, прошу простить! — Да, мы не хотели обидеть! — Просто непривычно! Бармен обратился к девушкам — Ну, раз такое дело, то вам освободят место в качестве извенений, всё-таки церковные люди не приходят сюда так часто, если не считать Розарию.       Это замечание поставило точку в обсуждениях и все стихли. Пара молодых людей уступили место за столом. — Садись, Барбара, я возьму выпить. Тебе чего? Сока? — Ах, можешь, пожалуйста заказать мне вина? Спасибо! — не дождавшись ответа, она пошла в сторону столика. В таверне вновь поднялся шум от удивления. — Хах, она не перестаёт удивлять. Кхм, пожалуйста, дайте бутылочку одуванчикового вина.       Взяв бутылку, Розария села за стол. Барбара сидела, наклонив голову. — Что-то не так? — Ах, просто, это так странно, что я сюда пришла, да?       Розария стрельнула взглядом парней, которые глазели на Барбару. — Всё нормально, я рядом. — Розария взяла руку Барбары. — Налить тебе? — Да, пожалуйста. — голос стал звучать более уверенно.       Разлив в бокалы бордовую жидкость, Розария предложила чокнуться. Трудно было не заметить, как все повернулись, затаив дыхание. Они наблюдали, как Барбара берёт в руки бокал. Стук стекла. Она подносит его к губам. Глоток. Выдох. Радостные крики посетителей. Возгласы и свист. — Ура, Барбара! — Наша звезда! — Мы всегда хотели, чтобы вы смогли как следует отдохнуть! — Это счастье видеть, что вы осознали всю прелесть выпивки! — Ох, эти ребята. В них полно энтузиазма. — Розария со смешком глянула в сторону. — Хах, ты права, Роза. Оказывается, это весело. — Да, пожалуй. Сюда не всегда приходят за тем, чтобы запить своё несчастье. Иногда это тоже своеобразный отдых. — Думаю, это здорово. Уж я-то знаю, кому бы отдых не помешал. — Ты говоришь о Джинн? — Как ты догадалась? — Очевидно, но ты не подумай. Разве ты не знаешь, что и она сюда иногда заглядывает? — Что? Правда?! — Ага, только ты не говори ей, что я тебе сказала, хах. — Вот как, значит и моя сестрица отдыхает. Так мне спокойнее. — Видишь, даже она даёт себе время для удовольствия, поэтому тебе точно переживать не стоит. Ещё налить? — Да, пожалуйста!       Около часа в прошествии с приятными беседами о соборе, о жизни, о принципах и отдыхе. Наконец, Барбара почувствовала себя подвыпившей. — Слушай, это важно... — Барбара шёпотом приблизилась лицом к Розарии. — Слушаю, тебе нехорошо? — Нет, я просто.. Очень хочу тебя поцеловать. — прикусив губу, Барбара кокетливо подмигнула, что аж звёздочки заблестели. — Ах, ясно. Думаю, мы уже достаточно тут всех повеселили, пора и нам повеселиться. Пошли. — прошептала Розария.

***

— Мы уже полгорода прошли. Куда ты меня ведёшь? — Город не такой уж большой, а я знаю одно местечко. — схватив ладонь Розы, она повела её дальше в верхнюю часть города. — Разве будет что-то более рискованное, чем собор? Хотя я думала, что ты предложишь сделать это на балконе таверны. — Хих, да ты меня слишком хорошо знаешь. Но это может как-нибудь в следующий раз. — Мы уже на месте. — Ох, неужели здесь? Ты же предлагаешь..? — Да, именно. — крепче сжав ладонь Розарии, Барбара зашла с ней внутрь здания. — Ах, я кажется пьяна, раз додумалась привести нас сюда. — Барбара захлопнула деревянную дверь, осознавая, что на ней нет замка. Она нерешительно стояла лицом к двери, держа деревянную ручку. — Это место твоего освобождения, как думаешь? — Ты тоже освобождалась, делая это в кабинете своей сестры? — С тобой я бы сделала это где угодно. — Не мону понять, меня дурманит алкоголь или твои речи. — Будет ли считаться, что я взяла тебя насильно, если сделаю это сейчас? — сзади крупное тело прижалось к спине Барбары. Через лёгкую ткань можно было ощутить, как мягко прижимается большая грудь и плавно скользит, втираясь в тонкое платье. Бёдра, вдвое больше, чем у Барбары, обхватывают худенькую девушку по бокам. Холодная рука проходится по шее, вызывая дрожь, и убирает светлые волосы с пути. Мягкие губы прислоняются к бархатной коже, слегка смачивая их, они оставляют влажный след. Рядом слышится невинный стон. — Ах, не хочу, чтобы тебя осудили. Лучше давай в этот раз сделаю всё я. — Барбара ловко выскользнула и повела Розарию к рабочему столу.       Усевшись на открытые дневники и записи, Розария облокотилась назад, раздвинув ноги — Ох, я так долго этого ждала. — она подняла чёрный слой ткани. — Ах, у тебя здесь ничего нет. —даже немного пошатываясь, Барбара сохраняла в себе остатки смущения — Неужели ты сидела так в таверне? — она возмущённо восклицала, но и была заинтригованна. — Да, моя звёздочка, когда ты стояла сзади меня или по дороге сюда, когда ветер развивал моё платье, мне было до безумия приятно. — Чем больше я рядом с тобой, тем сильнее мне хочется сделать тебе приятнее. — Барбара чмокнула в губки Розу, но та прижала ближе к себе и запустила язычок в ротик, играясь с ним, словно в вагине. — Ты последний человек, от кого я ожидала услышать подобное, то твои слова меня так заводят. — Я ещё хотела спросить, если тебя это ещё больше не шокирует. — Могу ли я потрогать твою грудь? — Ох, моя нежная, конечно. — пройдясь пальцами по краю ткани, Розария стянула верхнюю часть платья, оголив грудь. — Ну же, попробуй её.       Барбара подошла вплотную к столу, всматриваясь в сочные выпуклости, бликующие при свете ламп. Она положила свою небольшую ручку на грудь, сжимая её и проваливаясь внутрь. Барбара приблизилась лицо и кончиком языка прошлась по красноватому соску. Розария смущённо пискнула. Блондинка медленно стала растирать выступающий бугорок ртом, обводя его губами по всему периметру. Пальцами другой руки она натирала верхушку соска. Бёдра Розарии сжимались и обвились вокруг тельца Барбары, плотнее прислоняясь к её телу. Мокрое пятнышко холодком повеяло на платье Барбары. Розария растекалась, размазывая свои соки по бумагам, на которых сидела. Левой рукой Барбара протиснулась между собой и Розой и мягко прижалась к её промежности. Чувствуя поток жидкости, мягкие пальчики сами соскользнули внутрь влагалища. Она водила круги возле самого начала, запуская больше пальцев и проникая глубже. Розария извивалась, выдавливая из себя возгласы желания. Уже три пальчик в темпе проходили по Розарии, вытягивая из неё последние силы. — Ах, прости меня, звёздочка. — она надавила на плечи Барбары, усадив её на колени, и сразу же прижала её голову к своей киске. Она тёрлась о её лицо, давая время подышать. Розария встала со стола, немного согнувшись, она продолжила всем телом тереть лицо Барбары об себя. В порыве девушка начала молиться самому архонту в благодарность за такое удовольствие. Она чувствовала маленький носик и усердный язычок, который старался попасть в нужное место, несмотря на быстрый темп. Содрогаясь в бешеных конвульсиях, Розария кончила. И сразу выпустила из хватки измученную Барбару. — Ох, чёрт, прости, с тобой всё хорошо? — еле вытягивая из себя слова с тяжёлой одышкой, говорила Розария. — Хаах, ты даже не представляешь, сколько я за это время успела кончить.