Детективное агентство "Анна и её духи". История Восьмая. Счастливое детство.

— Только надо поторопиться! — следующую часть своей речи парень почти проглотил, так он спешил все высказать побыстрее. Штольману даже показалось, что он сейчас схватит его за руку и потащит за собой. — Только вы можете помочь. То есть не вы, а ваша жена! Это ведь она доктор? Петра сказала, что никто другой сейчас не возьмется! Пожалуйста, пойдёмте скорее! — Постойте, постойте, молодой человек! — Яков не собирался беспокоить Аню до тех пор, покуда не поймет, что тут вообще творится. То, что дело срочное, он видел, но Ане сегодня и так досталось. — Куда нужно идти? Кому нужна помощь? Вы поясните, а потом уже будем решать, что делать дальше! — Что? Ах да! — спохватился юноша. — Простите! Я совсем голову потерял! Нужно идти ко мне домой! А помощь нужна Сабине! — Что?! — хором спросили Штольман и Анна, которая конечно не выдержала и пришла посмотреть, кто пришел к ним домой. Яков обернулся и укоризненно посмотрел на жену. Ну и зачем опять волноваться? Нет бы поберечься и лишний раз о себе подумать! — Вы мадам Штольман? — оживился молодой человек. Яков отметил, что глаза у него были совсем отчаянные, а руки тряслись. Нет, его и близко к Ане подпускать нельзя! Слишком уж он возбужденный. — Та докторша, что за прием денег не берет? Вы поможете Сабине? — Помогу, помогу, не волнуйтесь! — тут же ответила Аня, моментально превращаясь из измученной женщины во врача. — Сабина у вас? Что с ней? — У меня! — кивнул паренек, заметно приободряясь, но волноваться не переставая. — Я весь день на работе, я же не знал, что сегодня… Мы думали, что через неделю… Я уже и сумму нужную лакею этому мерзкому сунул. Он сказал, что через неделю все сделает. Кто же знал. Я как пришел, так старуху Петру позвал, но она сказала, что она не сдюжит. Нужен доктор, а деньги я все отдал. Нет ничего. Только на вас вся надежда! Продираясь через бессвязную речь юноши, Аня поняла только то, что ситуация сложная. И что девочка не на улице, а в доме, что уже радовало. — Что с ней случилось? — перебила она молодого человека. — Разродиться она не может, — чуть не плача проговорил он. Мари и мадам Агнес, которые стояли в дверях кухни, дружно ахнули. Штольман оторопел. Кто не может разродиться? Сабина? Да ей сколько лет? Двенадцать — тринадцать? И потом, они же её видели, она не была похожа на женщину на сносях. Яков вдруг еще выше поднял брови. Девочка была низенькая, полная, неловкая вся, угловатая. Очень может быть, что беременность её никто и не заметил. Но Бог ты мой, она же совсем ребенок! — Уже шесть часов мучается! — продолжал парень, сжимая кепку до побелевших костяшек. — Старая Петра сказала, что ребеночек не идет и она ничего сделать не может! А Сабина твердит, что так ей и надо. Это за её грех! Да какой грех? — закричал вдруг юноша. — Я на ней женюсь, я так и хотел, как её вытащил бы из этого дома. Только спасите её! Аня решительно поджала губы. Плач в её голове она утихомирила, мысленно сказав, что сейчас приедет. Младенец утих, видно, поняв, что помощь близка. Она отдала Алекса мадам Агнес, и мальчик даже не пикнул, расставшись с матерью. Судя по всему, он умел отличить важное от неважного и капризничал только тогда, когда можно это было делать. — Мари, — сказала Анна, поворачиваясь к девушке. — Принеси мой докторский саквояж, положи туда две лишние бутылки спирта и чистые полотенца, что ты утром гладила. Горничная исчезла в мгновение ока, понимая, что время дорого. Мадам Агнес, покачивая Алекса, сказала, что присмотрит за детьми, втайне гордясь, что служит у такой замечательной хозяйки, и страшно жалея малышку, про которую Мари ей рассказала. Вот уж судьба — не позавидуешь! Когда ж успела ребеночка заиметь, если в приюте её все это время держали? И этот парнишка тоже хорош! Ладно, это она зря. Вон ведь как волнуется, вызволить её хотел, сюда опять же пришел. Дай Бог всё будет хорошо! Да, так и будет! Её мадам Анна так просто не сдастся! — Поехали! — сказала Аня, когда Мари вернулась с её сумкой. Штольманы и молодой человек, представившийся наконец и оказавшийся Андре, вышли из дома, чтобы поспешить на помощь Сабине и новой жизни, которая никак не могла увидеть свет Божий.