Детективное агентство "Анна и её духи". История Восьмая. Счастливое детство.

— Мы придем, разумеется! — ответила Аня, широко улыбаясь. Новости Граф принес прекрасные. Она встретилась взглядом с мужем. Он тоже был рад. Анна многозначительно приподняла бровь. Теперь вопрос о том, что именно, когда и как сказать Альберам стоял особенно остро. Яков глазами ответил, не говоря ни слова, что они это обсудят, когда уйдёт их неожиданный посетитель. — Это прекрасно, прекрасно, — чуть ли не потёр рукой об руку Граф. — Я непременно это передам молодожёнам. — У вас ведь было три вопроса! — заметил Яков, видя, что мужчина замолчал и о чём-то думает. — Да, да, несомненно, несомненно, — закивал Граф. — Я, так сказать, набираюсь наглости, если можно так сказать. Штольман поднял брови. Неожиданный поворот. — Нет ли у вас знакомого законника, который возьмет недорого за свои услуги? Не такого, которые у нас промышляют и любую бумагу составят за пару франков, а настоящего, толкового, чтобы всё было, чтобы не придраться. — А позвольте поинтересоваться, зачем вам это? — спросил Яков, который начал получать настоящее удовольствие от беседы. Речь Графа была выстроена, как у человека, получившего хорошее образование и галантное воспитание, но перемежалась выражениями и интонациями, полученными в течение не слишком благополучной жизни. Получалось забавно, но при этом немного грустно. — Видите ли, я имею намерение сделать бенефициаром своего скромного состояния Анну Лестье, коль уж мне оказана честь стать ей пусть и духовным, но все же родителем, — объяснил Граф и вопросительно и напряжённо принялся ожидать ответа. Возникла пауза. Штольман ничего не понял. Судя по виду Ани, ей было понятно не больше. — Кто такая Анна Лестье? — спросил Яков, решив докопаться до истины. Это был самый очевидный вопрос, с которого следовало начать. — Новорожденная дочь не менее новенького семейства Лестье, — пояснил Граф, посматривая на Штольманов, как на тугодумов. — Они назвали её Анной? — изумилась Аня. — Ну конечно! — воодушевленно воздел руки мужчина. — Ну как же её ещё назвать, как не в честь женщины, без которой малышка никогда бы не появилась не свет? Не Старой же Петрой! — Действительно, — пробормотал Яков, улыбаясь про себя. Ну вот, теперь в соседнем квартале будет жить маленькая Анна, которую назвали в честь его Анечки! — Так вот, я хотел бы оставить ей то, что составляет мои скромные накопления, — снова начал Граф. — И мне нужен настоящий нотариус, чтобы составить необходимые документы. Я, видите ли, вследствие определённых обстоятельств растерял подобные знакомства. — А у вас есть, что оставить? — удивилась Анна и тут же покраснела, осознав неуместность подобного вопроса. — Простите! — Понимаю необходимость этого замечания, — совершенно не смутился Граф, — но совершенно не о чем беспокоиться. Я сохранил некоторую сумму, которая осталась после продажи моего дома. Он не был мне по средствам, поэтому жить там я не мог. Комнаты мадам Гюзель гораздо практичнее с точки зрения отопления зимой. Накопления однако у меня имеются, потому хотел бы передать их Анне, когда она достигнет определенного возраста. — Но как же?.. — спросила было Аня, но прикусила язык, снова отругав себя за несдержанность. — И вновь справедливый вопрос, — согласился Граф. — С детства воспитан так, что мужчина не может сидеть на месте и не иметь способа прокормить себя. Потому поддерживаю форму, если можно так выразиться. Штольман поднял брови. Любопытный способ заработка. — Да, — подтвердил Граф, — но это лучше, чем воровство или разбой. Карты — дело благородное. На жизнь мне хватает. Детей у меня нет, — тут он сделал паузу и задумался, — нет, точно нет, и вряд ли предвидятся, родные умерли давно, самому мне много не нужно, а девочке деньги явно нужнее. Пусть будет вот такой подарок. Просто так. Должна же эта девочка, не маленькая, а большая, понять, что иногда в жизни что-то хорошее случается просто так. Без повода и без страданий. Жизнь вряд ли по головке её гладила. Так что имею желание передать маленькой Анне свои деньги. Есть ли у вас законник на примете, который согласится помочь и не обманет? — Есть, — уже по-настоящему улыбнулся Штольман и поглядел на радостную Анну, у которой выступили на глазах слезы. — У нас есть на примете очень хороший и очень честный законник.