Шоу только начинается.

Утро было довольно необычным. Нильсен проснулась из-за холода. В этом особняке действительно было холодно, слишком продувался ветром. На улице почти декабрь, а уже присутствуют небольшие снегопады и ледяной ветер. — Вот проклятье... Сбоку послышался сонный голос Тайлера. — Уже уходишь? — Как я пойду на уроки с такими отметинами... — Оденься так, чтоб не привлекать внимания. Замаж синяки в конце концов. — У меня вся шея болит. — Ты сама вчера просила меня об этом. На щеках девушки появились едва заметные слезы. Тайлер не выдержал и сел ближе. Хоть Беатрис и сидела к нему спиной, но чувствовала его обжигающее дыхание на себе. Нежный поцелуй в один из укусов, словно извинения за всё это. Нет, Нильсен была на седьмом небе от счастья, но болезненные укусы давали о себе знать. — Ладно... Прости, я переборщил... Ты ведь знаешь, как мне сложно себя контролировать. — Я не виню тебя. — Вот и славно. У тебя скоро уроки начнутся, тебе стоит вернутся в Невермор. — Да, ты прав.

***

Наступило долгожданное утро. Конечно не хотелось идти на два нудных урока, но придётся. Энид как специально заняла ванную комнату. — Тебе еще долго? Мне нужна ванная. — Пять минут! Синклер едва ли не вылетела из ванной, подбегая ещё раз к зеркалу с причиной поправить прическу. Аддамс снова опаздывает, но на этот раз из-за долгой Энид. Если бы она не провела в душе почти два часа, может Аддамс и собралась бы вовремя. Послышался хлопок дверью, что ж видимо она решила не ждать Уэнсдей. Ну или же за ней зашел Аякс. Тут было два варианта. Приняв по быстрому горячий душ и обмотавшись махровым полотенцем, девушка направилась к зеркалу чтобы привести в порядок волосы, но конечно кому-то приспичило придти именно сейчас. "Боже, я итак не успеваю, а тут еще и принесло кого-то с утра пораньше." — Ксавьер? — Доброе утро, слушай... Я зашел чтобы поговорить. — Оу, нет. Не сейчас. Я знаю чем закончится наше перемирие, не хочу пропустить уроки. Поговорим в классе. Он хотел что-то сказать, но дверь уже захлопнулась. Аддамс заплела косы, после чего переоделась в школьную форму. Сложив в рюкзак школьные принадлежности, направилась в класс. — Мисс Аддамс, вы прогуливали мои уроки несколько раз за этот год, а сейчас смеете опаздывать? — Простите! — Послышался голос Энид со второй парты. — Я её задержала, не вините Уэнсдей. — Что ж, проходи на своё место и побыстрее! Аддамс села рядом с Торпом. Пока что она всего лишь слушала учителя, не особо вникая в тему урока. Её больше волновало то, что между Ксавьером и ней. Пару раз он смотрел на неё, пытался дотронуться, но каждый раз отмахивался от этой мысли. — Домашнее задание у вас будет парное. Вы сделаете совместный проект в парах, кто с кем сидит, а тот кто по одиночкам, я назову сама. И да, определитесь с темой. — Извините, а можно не делать этот проект? — Вас что-то не устраивает, мисс Нильсен? Физика — это письменный предмет, а не устный. Нет, каждый должен сдать работу до следующего вторника. У вас ровно шесть дней. Если не хотите получить плохие отметки, советую начать уже сегодня. На этом урок окончен. Все разошлись на перерыв. Аддамс шла по школьному коридору, явно намереваясь побыть в одиночестве, но чья-то рука остановила её. — Что ты хочешь? — Извиниться. Я немного переборщил тогда, в мастерской, понимаешь ли ты это или нет, но я действительно волнуюсь за тебя и боюсь потерять. — Я немного подумала вчера вечером, может ты и прав. Признаю, я погорячилась, когда послала тебя. — Мир? — Это первая часть нашего перемирия, ведь так? На её лице заиграла игривая ухмылка. — Возможно...Неужели так скучала? — Ой заткнись. — Кстати, идешь на выступление близняшек? — Нет. Мне нужно работать над романом. — Ну ладно. Пойдём на химию, а то опоздаем. И да, Уэнсдей? — Что? — У меня для тебя кое-что есть. Открой как вернешься в комнату. — Хм... Еще один урок прошел так же скучно, как и первый. В основном все обсуждали что-то на свои темы. С окончанием урока большая часть учеников пошла смотреть выступление Медди и Бетти, Аддамс же решила проследить за Беатрис. Та лишь шла к себе в комнату и ничего необычного не делала. Уэнсдей Аддамс ведь привыкла говорить всё прямо? Так вот как она решила поступить... Стучит в двери комнаты Нильсен и Йоко, на что двери открываются и перед ней стоит Беатрис. — Чего тебе, Аддамс? — Пришла поговорить. Без приглашения входит внутрь и останавливается посередине комнаты. Нильсен подходит и останавливается в паре сантиметров от неё. — Ну давай, говори. — Недавно у меня случилось видение. На удивление в нем присутствовала ты. Нильсен заметно напряглась и уже более внимательно слушала Уэнсдей. — Надо же. И что я там делала? — Проводила с кем-то ночь. Я не видела лица и в основном там были лишь синяки и укусы на твоем теле. Так, не хочешь рассказать кто тебя так? Потому что у меня есть подозрения, кто может стоять за всеми этими убийствами. — Далеко ты забралась. Считаешь, что это я убийца? — Не отводи тему, я не считаю тебя виноватой. Аддамс неожиданно хватает за воротник рубашки и отдергивает, что открывает вид на недавние глубокие укусы, еще не успевшие зажить. Слишком ярко они выделялись. — Кто это сделал? — Не твоё дело! Проваливай отсюда! — Я уйду. Но когда тот, кто это сделал надумает убить тебя, на твоих похоронах вспомню эти слова и с радостью посмеюсь. — Психичка! Аддамс покидает их комнату и возвращается к себе. Энид ушла на представление близняшек, поэтому комната пустовала. Переодевшись в черные свободные джинсы и топ, Уэнсдей принялась за свой роман. Машинка снова пошла в ход. Прошел уже час, а у неё ни одной строчки не получается писать. Видимо сегодня нет вдохновенья. Энид уже даже успела вернуться с представления Бетти и Медди. — Как выступление? — Отлично. Девочки идеально станцевали. Еще так эффектно исчезли за кулисы! Жаль, ты не пошла со мной. — В следующий раз как-нибудь. Не видела Ксавьера? — Нет, странно, что его не было на представлении, обычно он всегда приходит. — Может занят. Да, скорее всего он у себя. Сегодня я точно не настроена, чтобы писать. Пойду проветрюсь. — Не броди долго! Дверь за Аддамс захлопнулась. На улице как обычно валил снег, напоминающий о наступлении Рождества. Конечно Уэнсдей Аддамс обычно в такие праздники ничего необычного не делала, пока остальные носились в попыхах, скупая в торговом центре всё, что связано с этим праздником. Мастерская была пуста, даже свет в ней не горел. Уэнсдей решила поглядеть на новые картины Ксавьера. Каждая его работа цепляла её. — Снова ищешь что-то в моих вещах? Голос сзади заставил обернуться. — Я лишь смотрела рисунки, а вообще надеялась найти тебя тут. — Ну, я здесь. Зачем искала? — Думала, провести время вместе. Она стремительно приближается к нему, слегка поднимая голову, из-за разницы в росте. Ксавьер ожидал от неё подобное, но не ждет. С нескрываемым желанием целует в алые губы, придерживая за острый подбородок. Аддамс не противится. Лишь ближе жмётся, от нахлынувшего возбуждения. Всего-то поцелуй и она уже хочет большего. — Я хочу тебя. — Надо же, мне хватило поцелуя, чтобы пробудить в тебе бешеное желание... Они меняются местами и теперь, Аддамс оказывается прижатой к стене, Ксавьер наклоняется и шепчет ей прямо в ухо. — Так сильно хочешь меня? После чего слегка прикусывает мочку уха, спускаясь языком к бледной шее. Уэнсдей сжимает его плечи, пытаясь держать себя в руках, хотя бы раз не потерять контроль над своим телом, но увы она ломается уже, когда Торп несильно сжимает её грудь сквозь ткань свитера. С губ срывается едва слышный стон, подталкивающий художника на взаимодействие с более интимными участками тела Аддамс. На улице неподалеку слышится выстрел. Он был настолько неожиданным, что даже Уэнсдей вздрогнула. Ксавьер отстранился от неё. Мгновенье и они выбегают на улицу. — Что это было? — Может, полиция? — Возможно, но лучше проверить. Аддамс движется вперед, а Торп за ней, потому что понимает, одна оплошность Тайлера или Беатрис и плану конец. Если Уэнсдей заподозрит неладное, все полетит к чертям примяком в ад. — Это...Один из Невермора. На земле, покрытой тонким слоем снега лежал парень, одетый в форму Невермора. Было очевидно, что это один из учеников. На его одежде в зоне груди расплывалось кровавое пятно. Юноша умирал прямо здесь. — Эй, что произошло?! Твою мать, Ксавьер вызывай скорую! — Они уже в пути. Держись. С каждой секундой ему становилось хуже. По телу бежала крупная дрожь, его трясло. Парень и слова не мог вымолвить. У него просто не саладывались нужные слова. Глаза были расширены от ужаса, судя по всему его что-то напугало. Совсем скоро послышались звуки воющих сирен, а в дали были заметны мигалки полицейских машин и скорой помощи. Спустя какое-то время место обследовала полиция, а беднягу увезли в больницу. В этот момент Ксавьера и Уэнсдей допрашивал шириф. — Значит, вы услышали звук выстрела и решили посмотреть, а потом увидели того паренька с простреленной грудью? — Всё верно. — Что ж, мы еще раз всё осмотрим и проверим. Пока что, причин подозревать вас у нас нет, поэтому можете быть свободны.

***

Уже в комнате Энид и Уэнсдей они обсуждали случившееся. — Не понимаю, кто мог его подстрелить? А главное, зачем? — Успокойся, сейчас он в больнице и скорее всего поправится. В разговор вмешался Аякс, до этого обнимавший Энид за талию. — Известно кем являлся тот бедолага? — Пока нет. Возможно позже станет известно. Дверь в комнату открылась и на пороге показалась директриса академии. — Советую вам разойтись по комнатам, с этого дня в академии будет проходить проверка. Вечером после закрытия ворот, каждая комната будет осмотрена. Если кого-то не будет, поиски на этот раз начнут сразу. — Тогда до завтра, Уэнсдей. На прощанье они обнялись. Как только Аякс и Ксавьер покинули комнату девочек, Синклер тут же подскочила к Уэнсдей. — Ты знала того парня? Как всё произошло? Как он выглядит? Было что-то подозрительное? Как себя чувствуешь? — Энид, давай без этих вопросов. Я сегодня достаточно вымоталась. — Да-да, конечно, прости. Может, тебе чаю заварить? — Разве что без сахара. — Сходи пока в душ, а я приготовлю чай. Аддамс действительно не помешает горячая ванная. Помогает снять напряжение и расслабиться. После отрезвляющего душа, подруги молча пили горячий чай и каждая думала о своём. Энид знала, что у Уэнсдей бывают такие моменты, когда лучше просто помолчать.

***

На улице давно глубокая ночь, а в двери раздается стук. Оба просыпаются, но сонный голос Аякса точно дает понять, что двери на этот раз открывает он, дальше проваливаясь в сон. На пороге стоит Нильсен. Заметив девушку около своей комнаты, Торп тут же выскакивает в коридор, прикрывая за собой дверь. Отходит вместе с ней немного дальше. Во всей школе давно погасили свет и тут слишком темно, но благо у девушки был с собой смартфон, на котором горел фонарик. — Что ты здесь делаешь? Два часа ночи, мать твою! Шепотом они начинают переговариваться, продолжая оглядываться по сторонам. — Я убила того парня! Это один из сирен! — Спешу тебя разочаровать. Ты промазала, скорее всего он выживет. Какого хрена ты вообще выстрелила? — Он заметил нас с Тайлером и явно что-то замышлял. — Боже, остается лишь надежда на то, что этот парень не доживет до утра. Иначе нам конец. — Я вообще не умею пользоваться этим гребаным пистолетом. Тайлер мне сказал стрелять! — Успокойся уже. Иди в свою комнату, завтра поговорим. Не думаю, что лучшаяя идея разговаривать тут посреди ночи. — До завтра.