Только живи

***

Я думала, что этот вечер ничто уже не испортит. Он был почти идеален — тихий, тёплый, словно сам Эйва благословила его. Но стоило нам с Нетейамом вернуться, как всё изменилось. — Ло’ак пропал, — произнёс отец. Ни капли лишних слов. Просто — пропал. Я не помню, чтобы сердце когда-либо сжималось так сильно. Мир будто наклонился, стал зыбким. Я сделала шаг назад, потом вперёд. Рывком бросилась к Касману — седлать, лететь, искать — но сильные руки отца остановили меня. — Папа! — почти закричала я. — Салли за своих горой! Ты не понимаешь, вдруг он потерялся? Он может быть где угодно! А я найду его! Пусти, пожалуйста! Я знала, что звучала отчаянно. В глазах — страх, в голосе — дрожь. Трезво мыслить, как бы сказал папа, я была не способна. — Нетей, успокой её. Мы уже ищем Ло’ака. Он найдётся. Но не пускай её никуда, она же тоже себе приключений найдёт. Вечереет. Я вырвалась из отцовских рук и начала метаться взад-вперёд. Руки — в волосы, взгляд — в небо. Небо уже наливалось синим, тёплым фиолетом. Ветер касался щёк, как будто тоже искал. Нетейам подошёл ко мне и осторожно взял мои руки в свои. Его пальцы были тёплыми, уверенными. Он гладил мои костяшки, словно это могло вернуть мне спокойствие. — Тирей, посмотри на меня. Я зажмурилась, опустив голову. — Ти, пожалуйста… Я подняла глаза. Во взгляде Нетейама — та же тревога, что и во мне, но он прятал её лучше. — Он найдётся, — тихо сказал он. — Это не в первый раз. Он всегда возвращался. — Но мы не дома, — прошептала я, и в голосе моём дрожала паника. — Он мог утонуть. Его могло сожрать что-то. Мы не знаем, где он. Как ты вообще можешь быть таким спокойным?! Я вырвала руки, опустилась на корточки, уткнулась лицом в ладони. — Как будто тебе всё равно… — Перебор, Ти. — Его голос стал твёрдым. — Успокойся. Ты что, считаешь, что я виноват? Он стоял передо мной, спиной к заходящему солнцу. Тени падали на лицо, делая его резким, мрачным. — Если бы не ваша ссора с Аонунгом… тебе надо было остановить его. Не всё же кулаками решать! Нетейам закатил глаза, но потом вдруг остановился. Я заметила, как в его взгляде что-то вспыхнуло. — Точно! — сказал он. — Тирей, ты гений. Нам нужно к Аонунгу! Последний раз Ло’ака видели, когда он пошёл просить у них прощения! Он схватил меня за руку и потащил вперёд. Я почти бежала за ним, не понимая, куда ведёт, но веря. Он знал. Просто знал.

***

Сын вождя стоял на скале, когда мы подошли. Его лицо осветилось насмешливой ухмылкой. Он раскинул руки, будто встречал старых друзей. — Где Ло’ак? — голос Нетейама был твёрдым. — А что, не дома ещё? — лениво протянул Аонунг. — Наверное, пятый палец мешал доплыть… — Так ты знаешь, где он?! — рявкнула я, делая шаг вперёд. — Говори, или я скормлю тебя своему икрану. И плевать, чей ты сын. Я занесла кулак, но тут же почувствовала, как тёплая ладонь Нетейама мягко, но решительно опустила мою руку. — После встречи с тобой его никто не видел. — Голос Нетейама стал стальным. — Говори. Где. Он. — Ладно… — пробормотал Аонунг. — Он был у скал Трёх Близнецов. За рифом. Мы с Нетейамом переглянулись. Мы были там. Его не было. Но могли и не заметить. Мы были… заняты. — Ты уверен? Что он там делал? Аонунг закатил глаза, но не ответил. В этот момент воздух прорезал звук морской раковины — тревожный зов. Все замерли. — Это он… — выдохнула я и бросилась в сторону звука.

***

Мама стояла среди круга На’ви, ругая Ло’ака при всех. Он опустил голову, послушно отвечая. Мы знали — это не гнев, а страх. Она боялась. Мы все боялись. — Но ты же сам сказал — подружиться с ними. Вот я и хотел… — оправдывался он, а я шла рядом с Кири. Она сжала губы, не говоря ни слова. — Свободен, — бросил отец. Ло’ак ушёл. Но взгляд Джейка теперь упал на Нетейама. — А ты почему за ним не уследил? — Да, почему? — вторила мама. Я не выдержала. — Это я виновата! — сказала я, почти выкрикнула. — Я попросила Нетейама полететь со мной. Мы вас предупредили. Икранам нужен был полёт… И он не может всё время следить за Ло’аком! Я говорила быстро, чуть сбиваясь. Нетей хотел меня остановить, но уже было поздно. Повисла пауза. Взгляды — тяжёлые, молчаливые. Но никто ничего не сказал. — Свободны, — бросил отец.

***

На следующий день мы сидели в кругу. Воздух был солоноватый, свежий. Ло’ак рассказывал. — Я встретил тулкуна. — Тебя благословил океан, — улыбнулась Кири. — Но тулкуны ещё не вернулись, — нахмурился Аонунг. — И они не бывают поодиночке. — У него не было половины плавника… — прошептала Тсирея. — Это Пайакан. Говорят, он… кровожадный. — Нет, — уверенно сказал Ло’ак. — Он совсем не такой. — Тебе повезло, что ты вообще жив… Я смотрела на него. Потом задала вопрос: — Ты был у скал Трёх Близнецов? — Да. Вы уже спрашивали. Я встретилась взглядом с Нетейамом. -Мы были там и никого не видели. — А что вы там делали? — насмешливо спросил Аунунг. Я ничего не ответила. Молчание длилось, пока Ло’ак не встал. — То есть вы мне не верите?.. — Он обвёл нас всех взглядом. — Я докажу вам. — Ло’ак, стой! — Я бросилась за ним, схватила за руку. Он вырвался. — Я докажу. И скрылся в густом заросшем свете леса, а я смотрела ему вслед, чувствуя, как будто сердце вырвали из груди — во второй раз за сутки.