океан моей любви

Наутро к 5 уроку им нужно было пойти на пробник. Встали они с трудом. Завтрак прошёл в молчании, и после они пошли собираться в школу. Они вышли из дома за час до начала. Попрощались друзья у подъезда, так как Диме нужно было заскочить к бабушке. Антон, достав наушники, пошёл в сторону школы. Идти около 20 минут. Антон больше всего переживал за свой блокнот со стихами. Ему казалось, что химик всё-таки открыл его вещь и прочёл всё, что только было там написано. Он не был уверен во всех своих знакомых и тем более друзей. Как бы это странно на данный момент не прозвучало. Нет, он любил Димку, Серёжу, но доверия так такового не было. Как со своим блокнотом. Он никому не открывался так, как открывался блокноту со стихами. Только он видел нутро Антона и что у того происходило на душе. А так как блокнота сейчас нет, он записывает все стихи, которые он только придумал за отсутствие блокнота, в заметки телефона. Подходя к воротам школы, он оглянулся и вошёл на территорию. Зайдя в здание и дав пропуск вахтёрше, двинулся на 2 этаж в кабинет, где должен проходит их долгожданный пробник по математике. Подойдя к двери, Антон, тяжело вздохнув, открыл дверь и прошёл внутрь. Услышав звук открывающейся двери, все, кто были в классе, обернулись. Ему не нравилось излишнее внимание одноклассников, которое перетекало в последствии в катастрофический конфликт. Год назад Антон расстался со своей бывшей девушкой. Такой скандал Антон запомнит на всю жизнь. Антон в тот вечер возвращался с работы домой. Так получилось, что его отпустили раньше. Ничего не ожидая увидеть, он с осторожностью открыл дверь квартиры и прошёл внутрь. У него всегда была привычка тихо заходить в какие-либо помещения. Этот раз не стал исключением. Антон услышал несколько голосов, когда вошёл в квартиру. Но, как он понял, их было два. Распознать он второй голос не мог. А свою девушку узнал. Спустя некоторое время он услышал диалог с мужчиной и стал прислушиваться, аккуратно подходя ближе к их комнате с Антоном. — Он точно не придет раньше, чем должен прийти? — слышал он взволнованный мужской голос. — Точно. — ласково сказала девушка тому парню и начала гладить по волосам. В комнату Антон заглянул через щёлочку. Он пытался рассмотреть человека, что лежит на коленях у девушки, но попытки были тщетны. Он разглядел, что парень потянулся к лицу девушки и с нежным трепетом поцеловал её, ему ответили взаимностью. Антону стало противно на это смотреть, и он в паршивом состоянии развернулся и ушёл, громко хлопая дверью в прихожей. Ему на тот момент было плевать, что подумают эти голубки, услышав громкий стук дверью и никого не найдя потом в квартире.

Один — Вектор А

Город опять наполнен фальшью

И те дома, те мосты

Мысли: «Что будет дальше?»

А я опять один

И этот сухой кашель

И что-то давит изнутри

Но я не знаю даже

Ну что-то давит изнутри опять так Иду промокший под дождём на своих старых найках В башке одна любовь и чувства такты Испариться бы по факту

Удаляю все контакты прочь

Люди не могут ужиться по сути Мы вроде вместе Но друг другу лишь ломаем судьбы

В поганом настроении он пошёл к Диме и рассказав ему всю ситуацию, они решили, что Антон переночует у друга и на следующий день пойдет к Алисе и решит эту проблему. Желания общаться у него не было даже завтра. Было херово, так, что ничего не хотелось делать. Его убили морально. Они встречались три года. Антон жалел. Жалел, что увидел это своими глазами. Но лучше так, чем тебе расскажут с точности да наоборот. — Шасту-у-ун — вывел его из мыслей максимально раздражительный голос одногруппника. — Чё надо? — он не хотел говорить. Особенно с ними. — У-у-у, как мы запели… — тот ухмыльнувшись подошёл к Шастуну. — Папочка не научил, как нужно общаться. Где же воспитание? А, Шастун? — с ехидной улыбкой спросил тот. Антона задели за больное. Еле сдержавшись, он произнёс: — Уйди. — Антон закипал. Он был готов ударить его по лицу кулаком. Но держался. — Чё? — Чё слышал. — совсем просто отозвался Антон, отведя свой взгляд в телефон. Показывая этим действием, что разговори закончен. В этот момент зашла учительница и начала раздавать бланки. Антон получил свой бланк и начал подписывать. Дойдя до части, где говорят про то, как заполнять первый и второй бланк ответов, он окончательно офигел. «После того, как основные сведения внесены, можно приступать к решению и записи ответов в бланк №1 и №2 по химии… Стоп! Что? Химия? Какого чёрта!» — думал Антон. — Ребят, тихо! Администрация решила сейчас написать пробник по химии, — сказала учительница, заметив, что ученики не оценили этого быстрого перепада на другой предмет. Шастун начинал уже волноваться. — а математику они решили перенести на другой день и другое время. — проговорила учительница. — Поэтому, ребят, очень прошу постараться. Этот пробник будет влиять на отношения учителей к вам. Всем удачи! — договорила та шепотом, сделав вид, что сказала это по большому-большому секрету, поставила указательный палец перед своими губами и села за стол. «Какое нахуй отношение учителей? Какого чёрта блять?! Я пришёл на пробник по математике, какая химия блять.»

***

— Да блять, нахер я приходил ваще?! — возмущённо взмахивая руками, аккуратно, чтоб никого не задеть, паниковал Шастун. Шёл он с Димой по набережной. Они решили отдышаться после пробника. Говорить о заданиях после таких вещей он особо не горел. Боялся. Боялся, что узнает ответ, который действительно был верным, а в свой бланк ответов он написал совсем другое… Этого он боялся больше всего. Поэтому предпочитал дождаться самих результатов по пробнику и обматерить всю вселенную за то, что ему не хватило, например, один-два бала до какой-нибудь хорошей оценки. Заметив, что друг скудно опустил голову, решил перевести тему. — Слышишь, может в бар? — быстро произнес тот, боясь, что Дима пошлёт его куда подальше, и они в тишине пойдут домой. Однако ответ пришёл совсем быстро. — Может в клуб? Потом ещё на набережную придём. — О-о-о, а давай! Он, довольный, как кот, пошёл за Димой. Он не знал, в какое место его ведёт друг, но было очень даже интересно. Поэтому последовал молча за ним. — Ша-а-аст! — окликнул его Дима, когда они переходили дорогу. Вспышка. Слышит он крик своего друга. Вспышка. Антон видит перед собой машину, которая ехала почему-то километров 100 в час. В зоне частных домов. Вспышка. Ему становится не по себе. Ему страшно. Он боится. Боялся умереть от чужих рук, а не от своих. Вспышка. Боль пронзила ему рёбра. Вспышка. Он задыхается. Ему становится трудно дышать. Он не может ничего контролировать. Паническая атака подкралась совсем нежданно. Он в шоке. Он ничего не понимает. Ничего не помнит. Ему трудно. Трудно дышать. Всë, что он сейчас реально чувствовал. Боль в рёбрах, в позвоночнике. Вспышка. К нему кто-то подбегает. Он не видит. Туманная пелена закрыла вид на происходящее и отгородила его от этого. Вспышка. Его кто-то берёт на руки. А дальше все как в тумане. Он не помнил, как доехал до больницы. Как Дима за него сильно переживал.Они ведь просто шли по маленькой дорожке и свернули к светофору. Ничего не подозревая, он пошёл на зелёный. Всё как и должно быть. Но не в этот день. Не в это время. Он никогда не попадал в такие ситуации. Запомнит это он на всю жизнь. Ничего не соображая, он дёрнул рукой. В миг руку пронзило тягучей болью. Тихо простонав, он аккуратно положил руку на своё прежнее место. Боль чувствовалась по всему телу. Бледная кожа сильно уж бросалась в глаза остальным. Что уже не говоря о его худощавом телосложении. Взгляд не фокусировался. Он не мог сосредоточиться на происходящем. Веки были как камень, который бесконечно летел вниз и только вниз, не давая открыть глаза хоть на чуть-чуть. Он чувствовал чьё-то присутствие, но не мог даже посмотреть. Не говоря уж про движение тела. «Походу химию придётся отложить на потом…» — думал Шастун.