Тень Блэка. Наследие тьмы

      Илития проснулась от того, что Магистр решил походить по хозяйке. Мягкие лапки осторожно ступали по животу и плечам, а его хвост периодически касался её лица.       — Ты, конечно, большой молодец, но утро ещё слишком раннее, — пробормотала Илития, отодвигая кота. Но он не собирался отступать, и ей пришлось всё же подняться с постели, потискав перед этим маленького друга.       Собравшись, девушка отправилась на завтрак в Большой зал. Едва она успела усесться за стол, как к ней стремительно подбежала Джизел. Ещё вчера вечером девочки встретились в женском туалете на третьем этаже, где Илития рассказала о планах на субботу. Джизел взяла на себя роль стилиста, визажиста и духовного наставника.       — Быстро доедай и за мной! — с энтузиазмом скомандовала она, не оставляя Илитии шанса на побег.       — Что значит доедай? Я ещё даже не начала!       — Отстань от неё Ливи, дай девочке прийти в себя, она только проснулась, — вяло сказал Блейз, который и сам встал ни свет, ни заря.       — Ты сама то позавтракала, — спросил у когтевранки Тео, приподнимая одну бровь. — Садись с нами, если хочешь. Ваши, я смотрю, ещё спят.       — Конечно спят! Кто ещё, кроме этой ненормальной, встанет в такую рань… — буркнул Драко, отпивая глоток бодрящего чая.       После завтрака девушки направились в Выручай-комнату, которая преобразилась для их целей. Стены были окутаны мягким светом, в углу стояло большое зеркало, а столики были уставлены косметикой и аксессуарами.       Джизел тут же взялась за дело. Она аккуратно закрутила волосы подруги, нанесла лёгкий макияж, подчеркнув глаза и слегка оттенив губы бордовым цветом. Потом принялась рыться в своих вещах, которые заранее сложила в сумку, и отобрала тёплый тёмно-синий свитер.       — Вот, этот тебе пойдёт. И синий шарф тоже бери. Хотя нет, лучше серый — будет контрастнее. — Она придирчиво осмотрела Илитию, добавив тёплую чёрную мантию и уютную вязаную шапочку синего цвета. — Ну всё, готово! Если бы я не знала, с какого ты факультета, то решила бы, что ты когтевранка!       — Я бы хотела попасть на Когтевран, — призналась Илития, задумчиво глядя на себя в зеркало. — Мне нравится ваш факультет, да и вы мне нравитесь. На Когтевране ко мне было бы обращено меньше внимания…       — Когтевран действительно хороший факультет, — согласилась Ливи. — И ребята у нас хорошие, но и они не без греха… — Джизел прищурилась, но тут же смягчилась. — Ладно, вся лирика после.       Разговор плавно сменился на тему свидания. Илития, заметно нервничая, чувствовала, как её сердце стучит всё быстрее. Лицо заливалось румянцем, дыхание сбивалось.       — Ты чего это? — встревожилась Джизел, доставая со столика старый выпуск «Ежедневного Пророка» и обмахивая им лицо подруги.       — Я… я просто… Это моё первое свидание, — смущённо пробормотала Илития.       — Не гони! — округлила глаза Джизел. — Чтобы у тебя, и первое… Тогда я начинаю переживать… Девочка, как тебя угораздило то? Хотя погоди, а как же с Диггори на Хэллоуин?       — Седрик мой друг. Близкий и дорогой, прям как ты. Но романтические отношения? Не-е-ет, у нас с ним любовь платоническая.       Джизел только рассмеялась, прошептав: «Ах этот Диггори, ах этот Седрик!» и начала делиться советами: как вести себя, о чём говорить, и как не теряться в неожиданных ситуациях. Когда сборы были окончательно завершены, Джизел, довольная своим трудом, вдруг вытащила откуда-то фотоаппарат.       — Ну-ка, встань на фоне этих штор! — скомандовала она. Щёлк! Илития осталась на колдографии в синем свитере и с лёгкой, слегка неловкой улыбкой.

***

      Ближе к массивным дверям замка Илития стала замедляться. С каждым мгновением тревога крепко обвивала сердце. Её дыхание стало сбиваться, а пальцы, сжимавшие рукава мантии, слегка дрожали. Рядом шла Джизел, болтая о чём-то лёгком, но даже она не смогла отвлечь Илитию от накатывающего волнения.       Когда Илития почти остановилась, Джизел, заметив это, крепко взяла её за плечи. Тёплый взгляд подруги внёс немного спокойствия в бурю, бушующую внутри Блэк.       — Удачи, моя дорогая, — мягко сказала она. — Всё будет хорошо. Ты только не волнуйся. В случае чего, мы уже знаем, ты можешь одним махом выбить у него палочку из рук.       Илития на это только закатила глаза, но легкая улыбка всё же появилась на губах. Джизел, добившись желаемого результата, слегка наклонилась и быстро чмокнула Илитию в лоб, затем сделала несколько шагов назад, скрывшись за поворотом. Оттуда она украдкой продолжала наблюдать, как её подруга, с усилием взяв себя в руки, направляется к Оливеру, который уже ждал у выхода.       Вуд, одетый в чёрный свитер, красный шарф с золотыми полосками и тёплую чёрную мантию, стоял подле двери, выглядя уверенно и, как всегда, собранно. Илития же не могла этим похвастаться. Казалось, она, всегда держащая всё под контролем, слишком расслабилась.       В руках Вуд держал небольшой, но красивый букет из кроваво-красных роз. Когда Илития приблизилась, Оливер, кажется, тоже слегка напрягся, но продолжал искренне улыбаться.       — Привет, — сказал он первым, чуть склонив голову.       — Привет.       — Ты выглядишь потрясающе, — добавил Оливер, внимательно оглядывая её с ног до головы.       — Спасибо, ты тоже, — ответила она, опустив взгляд, чтобы скрыть зарождающийся румянец. Вуд, резче чем хотел, протянул ей букет.       — Это для тебя, — произнёс он. — С тобой у меня ассоциируются только розы. И только красные.       — Розы — мои любимые цветы. — Илития осторожно взяла букет в руки, её губы тронула едва заметная улыбка.       — Они заколдованы. Не завянут пока будем гулять. Да и вообще… долго стоять будут. А если тебе будет неудобно их нести, просто скажи — я возьму.       — Нет-нет, всё нормально, — быстро ответила Илития, прижимая букет ближе к сердцу.       С этими словами девушка кинула ласковый взгляд на букет, и заметила, что на стеблях роз не было ни единого шипа. Эта мелочь почему-то тронула её сильнее, чем она ожидала.       Джизел, наблюдавшая за ними издалека, едва сдержала радостный смешок. Не теряя времени, она достала фотоаппарат, который взяла ещё в Выручай-комнате. В нужный момент, когда Оливер только протягивал букет, а Илития смущённо смотрела на него, Джизел поймала кадр, запечатлев их профили и неловкость первого свидания       — Отлично, — прошептала она себе, встряхивая фотографию в воздухе.       Пара направилась к выходу, а Джизел поспешила в подземелья. Её шаги были лёгкими, а настроение приподнятым. Спустившись на первый этаж, она почти сразу встретила пушистого Магистра, который мало того, что сливался с мрачной обстановкой подземелий, так ещё и куда-то спешил.       — А, вот ты где, сибиряк, — с улыбкой сказала она, присев на корточки и показав ему фотографию. — Узнаешь? Твоя хозяйка. Будь добр, отнеси это в её комнату. Поставь куда-нибудь, где она — найдёт, но никто другой — не увидит. Ты же справишься, мой хороший? Ведь так?       Кот лишь посмотрел на неё своими проницательными глазами, понимая каждое слово, и аккуратно взяв фотографию зубами. Джизел за это чмокнула его в макушку, а после наблюдая, как кот грациозно шёл обратно в гостиную. Ливи, довольная собой, выпрямилась и направилась дальше, уже обдумывая, как вечером подружками они соберутся в Выручай-комнате, где Илития во всех подробностях будет рассказывать о свидании с одним из самым завидных холостяков Хогвартса. С первым, с Седриком Диггори, Илития уже успела погулять.

***

      Под серым небом, слегка скрытым остатками дождевых облаков, Илития и Оливер шагали по тропе, ведущей в Хогсмид. Лёгкий ветерок играл складками их мантий, а на фоне слегка промокшей листвы их разговор звучал особенно тепло, скрашивая осеннюю прохладу.       Их беседа началась неспешно. Оливер, не зная, с чего начать, поинтересовался её жизнью во Франции:       — Ты скучаешь по дому? Часто вспоминаешь, как жила там?       — По началу часто вспоминала. Летом было тяжело свыкнуться со… всем. Но теперь Хогвартс стал для меня домом, — с лёгкой улыбкой покачала она головой. — Хотя я люблю иногда говорить на французском.       — Я заметил, в разговоре ты иногда переключаешься на него, — подхватил Вуд. — Тебе легче на нём разговаривать или ты забываешь английские слова?       — Не то что бы легче… — засмеялась она звонко и непринужденно. — Я с детства разговариваю как на английском, так и на французском. Дома со мной разговаривали на английском, потому что и мама, и крёстный, который с нами жил, сами с Англии. Временами я перехожу на французский, но это получается автоматически, язык порой работает быстрее мозга.       — А до переезда ты бывала в Англии? — спросил немногим позже Вуд.       — Я часто приезжала. На рождество и пасху. На летние каникулы. Хотя, были года, когда Драко с родителями приезжали к нам. Это мне нравилось даже больше, — они наконец дошли до Хогсмида. Первыми в поле зрения появились старинные вывески деревни.       — Думаю, стоит зайти в «Три метлы», чтобы перекусить, — предложил Оливер.       В таверне они устроились за угловым столиком. Оливер заказал жареный хлеб с сыром и густым луговым мёдом, подаваемый с горячими кусочками тыквы, обжаренной в специях. Это блюдо оказалось для Илитии новым, но она не отказалась попробовать, удивившись его необычайному вкусу. Оливер радостно поддразнил её:       — Такие закуски точно убедят меня в будущем остаться в Англии.       — Если так, то Франция лишиться своей лучшей волшебницы, — подмигнула Илития. Чуть позже Оливер заказал два сливочных пива, и они, согреваясь напитком, снова заговорили о жизни.       — А правда, что у вас во Франции совсем другие сладости? — вдруг спросил Вуд.       — Правда. Там больше любят тонкие шоколадные плитки и трюфели, — ответила девушка. — И круассаны, конечно.       Эта новость побудила Оливера завести девушку в «Сладкое королевство». Улыбка заиграла на лице Илитии, когда она увидела шоколадную корзинку, выставленную на витрине. Белая плетёная корзина была наполнена ассорти из шоколада: молочные плитки с орехами, чёрные конфеты с шипучками, белый шоколад с кусочками желе, а также несколько шоколадных лягушек, и конечно, одинокая плитка горького шоколада.       — Тебе нравится? — заметил Вуд её заинтересованный взгляд.       — Очень. Мой крёстный просто обожает шоколад, и думаю, точно бы купил эту корзинку. Наверное, из-за него и я полюбила шоколад. Особенно молочный, с орехами.       — Сладости — это не моё, — рассмеялся гриффиндорец. — Хотя печенья… Бывают неплохие. — Несмотря на собственную нелюбовь к сладостям, Вуд купил для Илитии корзинку. — Это тебе, — сказал он, протягивая покупку. — Хотя, если ты не против, я её понесу пока. Тебе и так приходится цветы нести.       — Чтож… Если ты так настаиваешь, — смущённо покачала она головой.

***

      Улицы Хогсмида встречали Илитию и Оливера тишиной. Волшебники неспешно шли, погружённые в разговор. Девушка украдкой оглядывалась, заметив на краю улицы что-то, напоминающее силуэт чёрного пса. Он появился лишь на мгновение, после чего также быстро исчез.       — Знаешь, я бы хотела кое-что взять. Может, зайдём в лавку? — предложила Илития, словно в оправдание своего взгляда.       Первая попавшаяся мясная лавка встретила их густым ароматом копчёностей. Девушка быстро выбрала две копчёные куриные ножки, попросила завернуть их в фольгу и, спрятав покупки в карманы мантии, вернулась к Оливеру.       Он не стал задавать лишних вопросов, и они продолжили прогулку, вскоре добравшись до окрестностей Воющей хижины. Дом выглядел мрачным, но его загадочность только подогревала интерес.       — Хочешь подойти поближе? — спросил Оливер, уловивший изучающий девичий взгляд. Илития кивнула с лёгкой улыбкой. Они начали обходить хижину. Дверей не было, а все окна оказались заколочены изнутри. — Что думаешь? — поинтересовался Оливер, оглядывая здание.       — Ничего особенного. Уверена, там живут только крысы, — равнодушно сказала Илития, делая вид, что её совершенно не впечатлило это место.       Но прежде, чем Оливер успел возразить, к ним подкрался большой, истощённый голодном чёрный пёс. Он рычал, направив взгляд на Оливера, но подошёл к Илитии, встав перед ней, словно на защиту.       Девушка медленно протянула руку, погладила его морду и, с лёгкой улыбкой, достала из кармана куриные ножки, положив их на землю перед псом. Однако он не сразу обратил на еду внимание.       — Откуда он? — удивился Оливер, наблюдая за зверем.       — Это мой друг, — спокойно ответила Илития. — Я частенько встречала его в Хогсмиде, и со временем начала подкармливать, — не краснее лгала она. Нечего Вуду знать подробности.       — Кажется, я видел этого пса, когда мы встретились в Косом переулке. Ты ведь тогда подошла ко мне, как раз из-за него…       — Нет-нет, ты ошибся, — отмахнулась девушка, хотя прекрасно знала, что это был тот же самый пёс. — Этот живёт здесь. А тот должно быть просто ждал своего хозяина.       — Удивительно, что вокруг тебя столько собак. Они наверняка чуют твою доброту. Я, например, животных не очень люблю. Может только птиц.       Услышав это, пёс будто специально клацнул зубами в воздух, и, всё ещё поглядывая на парня, принялся за еду. Оливер и Илития устроились у стены хижины, наблюдая за природой и незаметно перейдя на более серьёзные темы.       — Ты никогда не рассказывала про свою маму, — осторожно заметил Оливер. — Если не хочешь, можешь не говорить, но я был бы рад узнать. — Илития чуть задумалась, а пёс, словно уловив смену темы, поднял голову от еды и тихо зарычал.       — Успокойся, Vagabond, — произнесла она спокойно. — Ничего страшного, если я расскажу. Это случилось, когда я заканчивала второй курс. Мне пришло письмо о том, что мама умерла. Мой крёстный тогда был в отъезде, но вернувшись, нашёл её на полу, уже как несколько дней мертвой. Палочка лежала далеко от неё. Последнее заклинание — непростительное. Работники Министерства ничего не нашли: ни улик, ни следов. Словно призрак прошлого пришел поквитаться с ней… — Девушка на мгновение замолчала, прежде чем продолжить. — Похороны были здесь, в Англии. Дядя старался сделать всё скрытно, чтобы о нас с мамой не вспоминали. Но Рита Скитер всё равно пробралась на похороны и сделала из этого громкий репортаж. — Илития молча гладила пса, думая о чем-то своем, о чем-то столь далёком, словно из другого мира. Ей понадобилось время, чтобы привести голос в порядок, и вновь заговорить. — Иногда хочется спрятаться в этой хижине. Никто не знает, где я, не говорит, какая я плохая. Всё, что я слышу, — это слова о моём отце. Преступник, убийца, псих, сбежавший из Азкабана. Но я его никогда не знала. А раз так, стоит ли верить всему тому, что о нём говорят?       — Но ведь были свидетели… — тихо сказал Оливер, но быстро замолчал, заметив, как поникла Илития.

***

      Возвращались Илития и Оливер в тишине. Однако Оливер вдруг нарушил её вопросом. Вопросом, который уже давно мучал его. Вуд, чуть опустив голову, и, как бы невзначай, поинтересовался:       — А что у тебя с Диггори?       — С Седриком то? Он мой лучший друг. И… Всё?       — Правда? — уточнил Оливер, остановившись и глядя на неё с некоторой неуверенностью. — Знаешь, с начала года про тебя ходят всякие слухи, но… Недавно начали говорить про тебя и него, мол вы… Встречаетесь. — Илития на это лишь звонко рассмеялась.       — И кто тебе этот бред сказал? Седрик и я? Никогда. Он замечательный друг, и я могу доверить ему всё, даже свою жизнь, если придётся. Но мы не пара и не будем ею.       — Так значит… просто друг? — вздохнул Оливер с облегчением, и наконец улыбнулся.       — Друг. — Илития резко замолчала, и, кинув на Оливера хитрый взгляд, приучила губу. — Ты думал, он мне интересен? Не-е-ет. Мне уже нравится кое-кто другой.       — Кто? — замер Оливер на мгновение. Сердце, казалось, билось не в груди, а в горле. Но прежде чем он успел получить ответ, их путь подошёл к концу. Впереди замаячили величественные ворота Хогвартса. Илития, словно не замечая вопроса, легко взяла свою шоколадную корзинку, чуть привстала на носочки и оставила лёгкий поцелуй на щеке Гриффиндорца.       — Спасибо, за этот день, — коротко сказала она и, прежде чем Оливер успел что-то сказать, побежала в сторону Большого зала, добавив: — Поторапливайся, ужин вот-вот начнётся!       Вуд остался стоять у ворот, ощущая на щеке лёгкое тепло. На его губах заиграла улыбка. Сегодняшний день подарил ему не только приятные моменты, но и надежду.

***

      После долгого ужина, наполненного бесконечными вопросами от сплетниц Драко и Блейза, а после и от подружек в Выручай-комнате, Илития наконец вернулась в свою спальню. Гестия, Флора и Джема ещё не вернулись из гостиной, и тишина спальни встретила её, как желанное убежище.       Поставив корзинку с шоколадом на тумбочку у кровати, Илития взяла цветы, подаренные Оливером, и аккуратно опустила их в вазу с водой, которую заранее ей приготовила Джема. Как знала! Закончив, Илития повернулась и резко застыла, заметив пушистую чёрную шерсть на покрывале.       На кровати, свернувшись клубком, мирно спал Магистр. В последнее время он приходит в пыли и паутине, вот даже сейчас! Девушка никак не могла понять, по каким таким закоулкам бродит маленький друг, раз возвращается в таком виде. Но не успев об этом подумать, Илития заметила, что Магистр лежит на чем-то. Взгляд зацепился за край блестящего пергамента, выглядывающего из-под кошачьего тела.       — Что ты там прячешь, сладкий? — прошептала она с улыбкой.       Осторожно подняв Магистра, Илития вытащила колдографию. На снимке были она и Оливер, снятые у ворот школы.       — Джизел, — догадалась девушка, и её губы растянулись в широкой улыбке. Колдография явно была её рук делом.       Илития присела на кровать, разглядывая снимок. В её голове промелькнул весь день: от прогулки с Оливером до ужина и шуток подруг. Она аккуратно убрала колдографию в свою шкатулку, чтобы позже найти для неё подходящее место.       Смотревший на неё Магистр потянулся и сладко зевнул, будто был полностью доволен её реакцией, и, конечно, проделанной им же работой.       — Спасибо, мой маленький почтальон! Справляешься лучше любых сов! — тихо произнесла Илития, потрепав кота за ушком, прежде чем начать готовиться ко сну.