Солдаты без границ

       Отхлебнув из обьёмной кружки разбавленного вина, Алиса оглядела небольшой зал деревенского трактира. Никаких следов боя. Волна прошла сильно северней, около столицы, и южный берег почти не задела. Не считать же за угрозу пару монстров на тракте. В эпицентре твари тысячами нападали. Девушка сама, несмотря на свой железный ранг, участвовала в отражении волны вместе с другими авантюристами. Бой был долгим и кровавым. Погибших даже не считали. Спас Алису отцовский подарок, артефакт со странным названием «автоматический пистолет Стечкина». Кто такой этот Стечкин и как его оружие досталось отцу, девушка не знала. Фобрейский кузнец, наверно. Они любят мастерить такие громыхалки.       — Эй, девка! — не спрашивая разрешения уселся на соседний стул бородатый крестьянин, благоухающий спиртным на пол зала, — по чём берёшь?        Рука его без спроса легла на колено и поползла в вверх, по обтянутому тканью бедру. Пьяный глупо улыбался, пока рука не наткнулась на висящий на поясе нож. На его удивлённо распахнутые глаза попался висящий на шее жетон гильдии.       — Так ты что, из авантюристов?       — Ага, — кивнула девушка, борясь с желанием познакомить лицо пьянчуги со своим кулаком. За семь дней пути это был уже пятый подобный случай.        Мужик буквально за мгновение исчез, только дверь хлопнула. А к столику, смущённо перетаптываясь, подошли ещё двое. Наверно, со стороны это выглядело забавно. Пара крестьян, повидавших многое, мнутся и смущаются как мальчишки, которых поймали за кражей яблок. Причём перед обычной молодой девушкой. Но авантюристов уважали все крестьяне. Защищают же они их от монстров. А что за деньги, так рыцари тоже на налоги живут, но чистить логова не ходят.       — Ты, это, не злись на Гартона. У него сегодня сарай сгорел, вот и напился. Так-то он и муху не обидит.       — Нууу, — Алиса сделала вид, что задумалась, — угостите девушку вином. Тогда прощу.       — Эт мы запросто.        Уже через несколько минут в мешке покоилась стеклянная бутылка в оплётке. Южный берег славился своими виноградниками, и даже у последнего землепашца в погребе был припрятан бочонок с домашним вином.        Дверь таверны со скрипом несмазанных петель открылась, впуская внутрь очередного посетителя. Слишком необычного. Высокие башмаки на шнуровке, свободные чёрные штаны с множеством карманов и щитками на коленях, бежевый толстый пояс с подсумками и висящим на левом боку небольшим мешком, одетый прямо на темно-зелёную куртку. Броня под стать одежде: кираса в бежевом чехле с какими-то петлями. Да легкий шлем-черепник с вырезами на ушах. И на нём снова бесформенный чехол, только чёрный. Дорогая одежда, но где и зачем так шьют? Сложно и крепко, как вечернее платье для герцогини, но невзрачно и даже нелепо.        Оружие гость носил скорее на фобрейский лад. Фобрейцы, в отличие от порядочных людей с мечами, предпочитают свои стрелялки. Разве что ещё крепят к ним короткие тесаки. Но у гостя и такой малости не было, только нож с зелёной рукояткой. И лопатка с полруки размером. Зачем нужна такая мелочь.        Гость, оглядел кабак цепким одноглазым взглядом (правый, или что от него осталось, закрывала пиратская повязка), уставился на отцовский подарок, и зашагал прямо к девушке. Походка у него была странная. Левая рука двигалась свободно, правая же постоянно была около короба на бедре. Короб, кстати, слегка походил на алисин.       — Подсяду? — голос у него был низкий, немного хриплый.        Авантюристка, собиравшаяся было отшить очередного хахаля, осеклась на полуслове. Спросил он на Русском. На языке, известном здесь только ей с отцом. «Язык этот из очень далекой страны,» — говорил он, — «до неё отсюда пока не добраться».       — Да, — чуть заторможено кивнула девушка.       — Хоть кто-то по-человечески говорит. А то все встречные на какой-то тарабарщине отвечали, — гость зачем-то развернул стул и сел, широко расставив ноги и сложив руки на спинке, — это у тебя АПС в кобуре?       — О чём вы говорите?       — Давай на ты, я не так стар. Зовут меня, кстати, Максимом. Но называй Змеем. Привычней. А тебя, красавица, как звать?       — Алиса. А о чём вы… ты всё-таки говорил.       — Так вот же, — Змей тыкнул в короб с пистолетом, — если мне не изменяет память, то это кобура от Стечкина.        Хоть девушке казалось, что сильнее удивить её невозможно, но у Максима это получилось. Так просто узнать артефакт, про который она ничего не нашла. Кто, он, демон его побери, такой?       — Ты знаешь, что это такое? — девушка, немного подумав, достала из короба оружие и протянула его собеседнику. Вдруг что-то новое расскажет.       — Да я почти с таким же пол-Чечни оббегал. Только у меня АПБ был, у него приклад проволочный и глушитель. В остальном же старый-добрый Стечкин.        Половину слов Алиса просто не поняла. Какая Чечня, что за глушитель? Глушит выстрел, что ли? Это что же за магия такая? Так девушка и спросила.       — Что там магического-то? Дозвуковой патрон да камеры догорания. Вот, например, — он постучал про прикреплённому к рюкзаку мушкету, который девушка сразу не заметила. Странный, похожий на рамку, приклад, подзорная труба, чуть изогнутый короб перед цевьём и толстый длинный ствол, — винтовка снайперская специальная. Не бесшумная, но тихая. Ладно, это не главное. Можешь сказать, где мы?       — На южном береге Мелромарка, в деревне Трош.       — Это где. Африка, Евразия, Америка? На Антарктиду, уж прости, не тянет.       — Не слышала раньше о таких местах.       — А я о Мелромарке не слышал, — пожал плечами собеседник, — большая хоть страна, или так, пыль под ногами?       — Одна из четырёх главных стран! — воскликнула девушка, поражаясь дремучести Змея, — такое даже дети знают! Откуда ты вообще?       — Подозреваю, что не из этого мира.        Алиса, конечно, знала про другие миры, откуда призывают героев. Но Змей точно не из них. Слишком стар, щетина полуседая, легендарного оружия не видно, да и сам призыв ещё не провели. Ритуал — дело небыстрое, даже с почти бездонной казной.       — С чего ты это решил?       — С того, что в моём про Америку и другие континенты знает каждый. Да и технологии дальше ушли, если сравнивать с тем, что я вижу.       — Если ты из другого мира, то как узнал этот артефакт? — само собой, Максиму Алиса сходу не поверила, но что-то подозревать начала. Слишком уж он чуждо выглядел.       — Артефакт? Ты так про АПС что-ли, — змей непонятно почему залился хохотом, — таких у нас тысяч тридцать наклепали.       — Он из твоего мира? — удивлённо вскликнула девушка.       — Скорее всего, да. У вас тут про огнестрел знают, или по старинке ковыряльниками и тыкалками рубятся?       — Огнестрел? Оружие, стреляющее огнём?       — Нет. Труба, заряжают порох, он взрывается и толкает пулю. Она вылетает.       — Ружья что-ли?       — Значит, есть, — кивнул Змей, — Какая дальность, какая скорострельность?       — В человека с нескольких сот шагов попасть можно, а хороший стрелок до десяти выстрелов в минуту может сделать, — Алиса как-то встречала авантюриста из Фобрея, и тот, пытаясь впечатлить девушку, рассказывал, чем воюют на его родине.       — А вот эта малышка, — он постучал по ружью с изогнутым коробом и крупным пистолетом под стволом, — может на тысячу шагов попасть в цель. И эти десять выстрелов за секунду делает, как твой пистолет.       — Это тоже артефакт?       — Артефакт? Да такими артефактами у нас вся армия вооружена. Будь это мой родной мир, тут бы про такое знали…       

***

      — … Тут бы про такое знали.        Всё, теперь верю, что это другой мир. Ладно связи нет, ладно всё вокруг выглядит, как средневековье, всё это ещё не показатель. А вот то, что местные про калаш ничего не знают, прямо означает, что я не на земле. Правда вот вопрос, откуда у этой Алисы стечкин. Одета она вполне по средневековому. Сапоги чуть ниже колена на мягкой подошве, облегающие тканевые штаны, лёгкая рубашка, идущий от пояса до немаленькой груди корсет.       — Вся армия? А сколько там человек?       — Где-то миллион, — пожал я плечами. По средневековым меркам, это огромная армия. Людей тогда было поменьше, да и воевали по-другому. Не привычные мне линии фронта с глубоким тылом, а просто походы армий.       — Сколько?! С кем же вы воюете?       — Ни с кем. Это армия мирного времени. В случае войны, под ружьё миллионов двадцать выставить могут.       — Не верю, — покачала она головой, — столько людей не может быть. Их просто нечем прокормить.        Мда, и на кой хрен я тут распинаюсь? Это как ко мне в баре подсядет космодесантник и начнёт рассказывать про то, как они малым ударным отрядом в пять миллиардов бойцов систему чистили. Послушаю с интересом, но не поверю. Ну не способен я, привыкший к группам в десять человек и знающий максимум про десятимиллионною армию Союза во Второй Мировой, осознать такие числа.       — Не верь, — пожал я плечами, — но язык то откуда знаешь? Сомневаюсь, что он тут в ходу. Да и про пистолет ты так и не ответила.       — От отца, — после недолгой паузы ответила Алиса, — у него ещё один артефакт есть. Называет его «укоротом», «ксюхой», «огрызком» и, когда думает, что я не слышу, «кастратом» и «сучкой». Не понимаю, почему он его так назвал?        Мать моя женщина! Не знаю насчёт этой девчонки, но батя её точно наш. Русский. И даже из вооруженных сил. АПС, Русский язык, АКСУ (только этот автомат на моей памяти получил столько прозвищ). Хотя, с учётом возраста этой Алисы, скорее он ещё из СССР.       — Потому-что этот автомат очень не любят в войсках. Не особо точный, вспышка при выстреле яркая, ствол быстро нагревается. Но компактный, это у него не отнять. Слушай, у меня к тебе деловое предложение. Проведи нас к своему отцу, а мы тебе патронов для Стечкина отсыпем. У нас у всех пистолеты под парабеллумовские, а пачка ПМовских осталась.       — Зачем он вам? — напряглась девушка. Ну, сходу не отказала, уже дело.       — Поговорить с земляком. Если не веришь, что мы из другого мира, то считай, что из далека. Про эти места ничего не знаем, даже языка.       — Вы? Я только тебя вижу.       — Со мной ещё три человека, я на разведку пошёл. Так проведёшь?       — Патроны покажи.       — Они у моего человека. Сейчас позову, придёт.        Только я собрался вызвать Краба, как он сам связался со мной.       — Змей Крабу, с севера на деревню движется трое собак. Прямо как те, в лабе. Отработать? Азимут говорит, что сможет.        Интересное кино, однако. Понятно, что те монстры в лаборатории скорее всего отсюда. Следовательно, в этом мире могут быть следы советского пребывания. Как минимум, отец этой Алисы. И если собак выдернули в наш мир, значит и мы можем вернуться. Ну это так, мысли.       — Отставить! Пристрелим ещё чьего-нибудь питомца.       — Это ты мне? — спросила девушка.        Ну да, Краба она в принципе слышать не могла, даже будь у неё идеальный слух. Мало того, что на мне наушники, так они ещё на принципе костной проводимости, то есть вообще без динамиков.       — Нет, своему подчинённому. Он сообщил, что…        Договорить мне не дал вбежавший в таверну молодой парень, который, едва отдышался, начал что-то орать. Немногочисленные посетители, послушав, быстро, но без суеты встали со своих мест и похватали оружие. В том числе и Алиса.       — Что происходит? — я не стал выделятся и схватил АК.       — С Севера идут монстры волны. Все, кто могут держать оружие, готовятся отбивать атаку. Чёрт, не хочу с ними больше встречаться.       — Монстры волны это такие большие собаки с несколькими головами и гниющей и отваливающейся кожей?       — Да, — кивнула она, — откуда ты их знаешь?       — Встречался. Что стоим, собаки сами себя не пристрелят!        Устрою ка я наглядную демонстрацию своего оружия. Да и селяне, глядишь, отблагодарят как-нибудь. Хотя бы едой, а то у нас сухпаев на три дня, а бегать за местной живностью по лесам желания нет.        До окраины деревни мы добрались быстро. Местные только собирались, и вооружены были так себе. Рогатины, косы, вилы, никакой брони. Люди из таверны на их фоне выглядели натуральными рыцарями, хотя максимум были в кирасах или кольчугах. Но зато с мечами и луками. В основном все напряженно вглядывались в вечерние сумерки, но и я пару взглядов получил.       — Тёмно, хоть глаз выколи, — пробормотала Алиса.       — Уже, — хмыкнул я, указав на повязку, — как их вообще заметили?       — Наблюдатель получеловек, — словно само собой разумеющееся, произнесла девушка, — они в темноте лучше видят.        Получеловек? Попахивает кое чем мерзким. Нацизмом. Так по-человечески. Достав из чехла ПНВ, я закрепил его на шлеме и опустил. Высокие тёмные фигуры были видны далеко, метрах в семистах. Ну и глазки у «получеловека». Это, блять, скорее, какой-то сверхчеловек. Я-то со своим ПНВ за полсотни тыщ баксов едва что-то на такой дистанции различаю. А Азимут заметил их только благодаря тяжеленному теплаку на винтовке. Не похожая на гранатомет труба НСПУ конечно, но тоже немаленький.       — Мда, дилемма, — пробормотал я.       — Что?       — Я этих монстров через ПНВ вижу, но прицелиться не могу. Если сниму ПНВ, то целиться смогу, но этих тварей не увижу.       — Ты их видишь? Как? С помощью этого… бинокля?       — Да. Но стрелять не могу — мешает.       — А если я посвечу их, то попадёшь?       — По таким дур-машинам? Да запросто!        Девушка кивнула, что-то прошептала, и с её рук в небо сорвался яркий, похожий на осветительную ракету, шар. Причём никакой ракетницы она не доставала. Твою же мать. У одного глазки, которые видят лучше, чем дорогущие ночники, другая из рук осветительными ракетами пуляет. Что дальше? Прилетит НЛО и начнёт всех анально зондировать?       — Азимут Змею. Сможешь отработать? И Доку подключи, у неё винтовка дальнобойная.       — Азимут. Смогу, с таким светом они как на манеже. Колись, где осветительную ракету достал.       — Где взял, там уже нет. Работаем!        Я упал на землю, чем заработал несколько удивлённых взглядов, перевёл увеличитель и прицелился. Противники крупные, не прячутся и видны хорошо. Почти тир. Правда, если эти добегут до деревни, то будет кровавая баня. Их когти бронеплиты, как масло, режут, что уж говорить про обычную одежду и кое-как прокованные железки.        В магазине каждый третий патрон трассирующий, так что буду целиться по ним. Выстрел, нога бегущего с краю монстра подкашивается, и тот кубарем летит вперёд. Как только он остановился, раздался хлёсткий выстрел СВДС, и голова монстра безвольно повисла, без половины черепа. Прогремела короткая очередь, и от второй головы остались лишь ошмётки. Одна тварь готова! Но остальные две по-прежнему ломились вперёд. Вот же целеустремлённые. Сюда бы Корд, или АГС, мигом бы на запчасти монстров разобрал.        Второй цербер был побольше и, как положено, с тремя головами. Точнее, уже с двумя. Азимут — стрелок от бога, и даже раненная нога в этом ему не мешает. Длинной, патронов на десять, очередью я перебил ноги твари, после чего её добил смешанный залп винтовок Азимута и Доки.        Даже будь ты жутко опасным монстром, способным вырезать деревни, против сосредоточенного огня не выстоишь. Мы, земляне, мастера убивать всё живое.        Третьего, с двумя головами, сняли слитным залпом, а четвёртый подошел достаточно близко, метров на двести, и получил очередь из автомата в единственную голову.       — Всё, гаси свет, твари добегались, — поднялся я с земли, — что это вообще было? Похоже на сигналку, но ракетницы я не видел.       — Отец называет это магией. Он говорил, что на его родине такого нет. Это правда?       — Такого нет, — кивнул я.       — Но как был сделан твой мушкет? И как ты слышал своего напарника?        Я собирался ответить, но радостные крики селян не дали мне этого сделать. Ор стоял такой, словно я не четырех собак-переростков завалил, а ядерную бомбу посреди мегаполиса в последнюю секунду обезвредил. Хотя, если вспомнить, как похожие монстры в лаборатории кучу подготовленных бойцов в броне прикончили, то можно понять, что местные вряд ли пережили бы эту ночь.       — Краб Змею. Проконтролируй, тебе ближе. Потом дуйте в деревню.       — Краб. Принял.