Откуда не возвращаются

Кира стояла в столовой и не знала, где находится эта дверь. Её просто не было. Морозова обошла всю столовую раз пять, но дверь не появилась. — Ну и как мне, блин, на эту кухню попасть? — Кира опять начала впадать в отчаянье. — Да что за чёрт. Ну и как я спасу человечество? Морозова села на скамью и упёрлась головой об руки. Её душил гнев. Она полчаса находится в столовой и никаких результатов. В глубине души Кира поняла, что желает трудностей Асе. Она тоже хотела, чтоб той не так легко достался долгожданный мел. Тут Киру и осенило. Она не будет искать дверь, а просто перелезет через стойки и очутится уже на кухне. Морозова подошла к стойке и перемахнула через нее, попутно задев ногой кастрюли. Кастрюли со звоном упали на пол. По всей кухне раздался ужасный грохот и эхо. Зажмурившись, Кира ждала, что из полумрака сейчас выскочит разъяренный повар с кухонным топором и отрубит ей голову. Никто не выскочил, а кухня как была пуста, так и осталась. Очутившись на полу, Кира подняла и поставила на место кастрюли. Главное - это найти соль. Она должна помочь ей. Оказавшись на огромной кухне, Морозова растерялась. Она не знала, где тут что. Где повара держат соль и в чём главное. Кухня была и правда большая. Человек тридцать на ней могли уместиться спокойно, да ещё место осталось бы. Ряды огромных длинных железных столов. Где стояли дощечки для нарезки. Мяса, хлеба, рыбы, овощей. Хотя на взгляд Киры это была одна и та же дощечка. Огромное количество ножей разных форм и размеров. Одних только кухонных топориков семь видов. От маленького острого до обычного топора. Гора кастрюль и сковородок. Одни завалины. Пройдя чуть в темень, Кира натолкнулась на огромные плиты и духовки. Пол под ними давно покрылся трещинами. Дальше было совсем темно. Кира не могла понять, где тут шкафы со специями, приправами и главное, с солью. Их просто не было на огромной кухне. Идя вдоль стенки, Кира случайно наткнулась на выключатель. Щелкнув им, и вся кухня загорелась ярким светом. Стало видно всё. Даже то, что в полумраке скрывалось от глаз. Уже засохшая кровь на стенах и полу этого помещения. Кое-где ползали тараканы и другие насекомые. На самом дальнем столе осталась гнить тушка какого-то животного. Кто это был, Морозова не поняла. Но существо было явно не маленькое. Приблизившись к нему, Кира с любопытством стала его разглядывать. Огромные ребра, на которых остались ошметки тухлого мяса. А на полу лежал средних размеров кусок. На него-то она чуть и не наступила. Наклонившись к нему, Киру чуть не вырвало. Желудок весь сжался от того, что она поняла, что это такое. Это было сердце. Обычное, как у всех. Но больше всего оно походило на человеческое. С большим трудом уняв спазм, Кира была готова продолжить поиски, пока дверь не открылась. Действовать было некогда, и она нырнула под первый стол. На кухне появились повара. Разных возрастов и размеров. Толстые, маленькие, худые, высокие и наоборот. На некоторых была мятая форма, а на других грязная и вся в крови. Некоторые зевали и явно были не выспавшимися. Другие небритые, и воняло от них, как будто они спали вместе со свиньями. — Что сегодня готовить будем этим маленьким ублюдкам? — Спросил тот, что крупный и лысый. — Думаю, мясной суп им понравится. — Сказал маленький в кровавых пятнах на форме. Он стоял над этой тухлой тушей и скалился. — Чуток подсолим и поперчим, и им в самый раз. — А на второе? — А на второе тоже мясо, но только в сваренном виде. А так пусть у них ещё будет компот из сваренных тараканов. Вон их сколько по полу бегает. Эти недоумки всё равно ничего не поймут. — Госпожа Наумова сказала, чтоб мы сегодня опять добавили траву. Она сказала, что сегодня опять будет приношение и надо, чтоб эти дикие вопли никого не разбудили. — Знаешь, что я подслушал? Тут девчонки как раз говорили про нашу госпожу. — И что они про неё говорили? — Полюбопытствовал толстяк. — В общем, между собой они её называют Мегерой. — На кухне прокатилась волна смеха. — Представляете, что с ней будет, когда она узнает, какое ей прозвище придумали? Лопнет от злости и мигом всю школу принесёт в жертву. Снова смех. Кто-то уронил кастрюли, и грохот повторился. — Я прям так и вижу, что с ней будет. Одно радует, у нас нет прозвищ. — С чего ты взял? Может у нас тоже есть, просто мы не знаем? — Вполне. Кира сжалась. Она надеялась, что её не заметят. Этого только не хватало. Так ещё надо эту соль добыть. — Либо у меня дыра в памяти, либо я не понял. — Сказал худой, почти два метра, повар. Все с недоумением посмотрели на него. — Когда мы уходили, вроде бы свет выключали. — И правда. — Тут что, кто-то есть? Этого как раз Морозова и боялась. Её могут найти. И что тогда? — Да ладно вам. Может, просто забыли выключить? — Я точно помню, что, уходя, свет был выключен. Давайте искать того, кто сюда влез. — Может, она давно сбежала? — Почему ты решил, что это она? — Очнись. Это вообще-то женская колония, то есть школа. Кому тут ещё лазить? Не нашим же нанимателям? Так что давайте смотреть. Может, она ещё тут прячется. Повара стали ходить вокруг кухни, заглядывая во все углы и под столы. Сердце бешено заколотилось. В ушах оно стучало так, словно вот-вот остановится. Смерть от страха не входила в планы, и Кира взяла себя в руки. Будь что будет, а она отсюда выйдет. Живая. Остановит весь этот кошмар и засадит надолго, отчима. Кира осторожно выглянула из своего укрытия. Надо было действовать. Либо её поймают и сдадут прямиком директору в руки, или она испытает судьбу и рискнёт. Да и кто знает. Может, они её приготовят на обед? Глубоко вдохнув, Кира вылезла из-под стола и рванула к столу с ножами. Схватив самый большой нож, её засекли. — Я же сказал, что это девчонка сюда залезла. А ты не верил. — Детка, дай сюда нож. — Направился к ней лысый со шрамом на пол лица. Он вытянул руку, думая, что она его так послушает и вернёт нож. — Пошёл вон от меня! — Закричала Морозова, размахивая ножом. — Соль немедленно! Человек десять продолжили тупо смотреть на неё, ничего не предпринимая. — Что встали бараны? Мне нужна соль. Живо! — Эта нахалка назвала нас баранами. Один из них решил самостоятельно вырвать у Киры нож. Это был лысый со шрамом. Он резко подскочил к ней, и Кира, дёрнув рукой, оставила на его лице новый шрам. Лысый схватился за лицо и истошно закричал. Кровь капала на пол с его лица. — Сука! — Зарычал он на неё, убрав руки от лица. Огромная полоска тянулась от его глаза до скулы. Из неё текла кровь и капала на его форму. — Я собственноручно сварю тебя в супе, тварь! Говорил он это и плевался. Киру передернуло, когда она заметила его глаз. Он тоже пострадал, и сейчас из него вытекало что-то белое. Зрачок разделился на две части. — Я нихрена не вижу! — Заорал лысый. — Блять, она лишила меня глаза. Сучка долбанная. — Лишишься ещё многого, если продолжись лезть. — Предупредила она. — Соль немедленно. — Макс, принеси ей соль. — Сказал толстяк, и карлик пошёл мимо столов, косясь на неё, за солью. — Ты же прекрасно понимаешь, что в ловушке. — Толстяк посмотрел на лысого. — И надо было из-за соли уродовать человека? Я, конечно, понимаю, что тут все такие хулиганистые, но всё же. — Что за трава? — Кира вспомнила про то, что они добавляют в еду. — Что это за трава такая? — Самая обычная. — Ответил толстяк. — После неё дети так хорошо спят, что не просыпаются, если даже рядом с ними выстрелят из пушки. — Вот соль! — Появился карлик. Он нёс упаковку соли. Вернувшись на своё место, он осторожно пошёл на Киру. Прикрываясь пакетом соли, поставил его на стол и вернулся обратно. Кира взяла соль и крепко прижала её к себе. Нож она по-прежнему держала и не собиралась его опускать. Она понимала, что выбраться будет сложно и, возможно, ей даже придется пойти на убийство. — Ты получила, что хотела. Может, теперь опустишь нож? За спиной у Киры раздался звон. Обернувшись, она увидела здоровяка, который навалился на неё и поднял, схватив одной рукой за талию, а второй за руку с ножом. Морозова почувствовала, как оторвалась от пола. Всё произошло слишком быстро, и она даже не поняла, что случилось. Нож выпал у неё из руки и со звоном упал на пол. Свободной рукой Кира изо всех сил прижимала к себе упаковку с солью. — Отпусти! — Закричала она, пиная ногами напавшего. — Живо поставил меня на пол! — Ага, разбежался. — И что с ней делать будем? — Да что тут ещё думать. — Вставил своё лысый со шрамом. — В суп её! Я лично первый отведаю его. — Так не пойдёт. — Сказал толстяк. — Её нужно отдать надзирателям, то есть нашим нанимателям. — Только через мой труп. — Взвыл лысый. — Эта мерзавка изуродовала моё лицо. Я теперь из-за неё одним глазом не вижу. И если тут кто и будет вести справедливость, то только я. — Не забывайся, Артём. — Толстяк стал надвигаться на лысого. — У тебя и так рожа была вся в шрамах. Одним больше, одним меньше. — Да что ты понимаешь? — Лысый схватил нож и направил его в сторону толстяка. — Костян, не выводи меня из себя. Я не собираюсь из-за срыва ещё срок отмотать. Её не жалко. Убьёшь, да никто даже не заметит. Они отбросы. Как их ещё называть? — Ты тоже не чистый. — Толстяк весь напрягся. Было видно, что он вот-вот разорвёт Артёма на мелкие куски. — Не я же сидел десять лет за убийство. Не я перерезал всё семейство прокурора. Не на меня он так косо посмотрел, что должен был лишиться всей семьи. — Харэ. — Артём слегка смутился, но потом глаза его загорелись злобой и лютой ненавистью. — Зато я не был лохом, который поймал в лесу очень важных людей, после чего чаялся шесть лет на зоне. Не я лишился семьи, потому что жена не захотела ждать и выскочила за первого встречного. — Да у тебя и семьи никогда не было. — Костя повысил голос и сжал кулаки. Он готов был свернуть голову лысому, только чтоб тот заткнулся. — А на кой хрен она мне нужна? Я свободный человек. Я половину своей жизни провёл на зоне. Зачем мне жена и дети? Какая польза от них? Да никакой! Как и, впрочем, от тебя, егерь. Так что давай просто разделаем эту девчонку и съедим. Правда, она костлявая, ну ничего. Думаю, на рёбрах есть мясо, но зато жира нет. Артем, держа нож в руке, подошёл к Кире. Всё его лицо было залито кровью, а глаз совсем вытек, и вместо него была пустота. Просто опустевшая оболочка. Кира ощутила холодное лезвие на своей щеке. Лысый внимательно вглядывался в неё своим уже единственным глазом. — Детка, ты же не против, если я выколю тебе глаз? Так скажем, око за око. Хорошо, что ещё зуб не выбила. — Артём облизнул кровавые губы и улыбнулся такой же кровавой улыбкой. — Если сейчас со мною что-то случится, то виноваты будете все вы. — Кира машинально стала думать на ходу. — Меня и так хотят принести в жертву, а тут вы меня убьёте. Представьте, что с вами со всеми сделает Седых, когда узнает об этом? Вряд ли он обрадуется. На кухне повисла гробовая тишина. Повара стали переглядываться, а потом, переговариваясь, согласно закивали. — Вы что, совсем рехнулись? — Артём посмотрел на присутствующих. — Какого чёрта вы верите этой девке? Она вас дурит! Кира почувствовала ногами пол. Её опустили, но не перестали держать. Воспользовавшись ситуацией, Морозова незаметно открыла упаковку и, набрав горсть соли, швырнула её в лицо Артёму. Тот закричал, уронив нож на пол, и повалился на стол, после чего скатился на пол и, дергаясь, орал. — Мои глаза! — Орал Артём. — Я ослеп. Чёрт. Этого не ожидал никто. Все испугано смотрели на корчащегося на полу Артёма. Кира почувствовала, что хватка ослабла и вырвалась. Вырвавшись, Кира побежала к стойке, через которую она планировала оказаться в столовой. Кира сама не поняла, как ей удалось перепрыгнуть через неё и уже на полу сделать кувырок. Это было как в фильме с Джеки Чаном. Тот так же делает. Главное, что соль у неё и она жива. Интересно, что бы было с Асей? Она смогла бы добыть соль? А может, её поймали бы и приготовили на обед? Морозова побежала к выходу из столовой и на лестницу. На втором этаже встретила Асю. Та сидела на подоконнике и болтала ногами. Рядом с ней на подоконнике лежал кусок мела. — Стащить мел оказалось проще простого. — Похвасталась Ася. — А ты, я смотрю, всю пачку притащила. Ну как? — Скажу сразу, это было нелегко. Меня засекли. Но с большими усилиями мне удалось сбежать. Ты просто не представляешь, из чего эти гады готовят нам еду. — Киру передернуло, когда она вспомнила, что видела на кухне. — Из таких же, как я и ты. Вот что, оказывается, мы едим. Ася позеленела, и Морозова решила, что её сейчас вырвет. Её не вырвало, но это состояние осталось с ней. — А что конкретно ты видела там? — Поинтересовалась она. — Тухлую, расчлененную человеческую тушу. — Кира услышала, как протестует желудок Аси. Он буквально кричал. — Они и меня чуть не приготовили. Ася зажала себе рот и дёрнулась. Кира сделала шаг назад. Не хватало, чтоб ещё на неё попало. Удержавшись от спазмов, Ася глубоко вдохнула и выдохнула. — Я хоть и питаюсь тут кашами, но то, что ты рассказала. Просто мурашки по коже. Зато ясно, что наши преподы, помимо того, что являются сатанистами, так ещё и людоеды. Прямо фильм ужасов получается. Представляешь, если через несколько лет про нас фильм снимут. Интересно, актриса, которая будет играть меня, будет красивая или страшная? — Тебе будет тогда уже всё равно. Тебя либо убьют, либо самой уже не захочется вспоминать эту историю. — Ну, не скажи. Я её своим детям буду рассказывать и внукам. Если выживу, конечно. Кира промолчала. Она уже представляла, как про это всё напишет целый роман. Станет знаменитой писательницей ужасов. Она уже видела себя в образе писательницы. Сделает себе псевдоним, и звать её будут не Кира Морозова, а Кира Страхова. Она и так уже до этого сочиняла небольшие рассказы про вампиров и оборотней. Так же там были мертвецы и маньяки. А тут целые сатанисты. Будет круто. Вот только имена главным героям надо изменить. — О чём задумалась? — Да так, ни о чём. Ася посмотрела на упаковку соли и на мел. — Ну что дальше делать будем? — Спросила она, чувствуя, как дрожат руки. — Сегодня ночью они убьют Женю. — Сказала Кира. — Поэтому я считаю, что надо пробраться в этот подвал, под видом сатанистов. — Где возьмём наряды? — Насколько мне известно, тут все сатанисты. Так что они должны где-то хранить своё обмундирования. Мы просто стащим его и под видом их же саратником проберемся в подвал и спасём Женю. — Я лично взламывать замки не умею. А ты? — Я тоже. — Ну и как тогда мы проберёмся? Может, посмотришь ответ на этот вопрос в своей книжке? — Там говорится только о колдовстве. О том, как взламывать замки, ни слова. — Ну, тогда просто стащим ключи. Вон у нашего завхоза они имеются. Только чтоб их стащить, надо её для начала убить, а уже потом взять их. Просто так она с ними не расстанется. В голове у Морозовой что-то - щёлкнуло. Внезапно её осенила идея, как отобрать ключи и украсть мантию. Правда, завхоз явно могла оказать сопротивление. Но дело того стоило. — У меня две идеи. — Сказала Кира, доставая свою книжку. — Первая - мы можем прибегнуть к магии, а вторая - просто стукнуть её по голове в надежде, что она отрубиться. — Первое более достоверно, чем второе. — Я нарисую круг, а в нём пентаграмму с магическими символами. Она зайдет, но не выйдет. В твою задачу входит только заманить её. — Ну и где ты это будешь делать? В нашей комнате не получится, там слишком много свидетелей. — В туалете. — Ну, в принципе, там можно. После того, как повесилась Жанна, туда почти никто не ходит. Боятся. — Вот и отлично. Я пойду в туалет и буду готовить магический круг, а ты найди её и приведи. Говори ей все, что нужно, но главное, чтоб она пришла. Кира не пожалела, что в разделе магических кругов оставила закладку. Найдя подходящий круг, она принялась чертить его мелом. Скопировав все символы с рисунка, Кира отошла подальше и посмотрела на него. Рисунок не был особо приметным, на полу и должно было прокатить. Ася ушла полчаса назад. Кира могла думать, что её либо поймали, либо она просто не может найти завхоза. Она старалась думать о втором. Если они на самом деле сатанисты, то из круга выйти не смогут. Если только с изображением ничего не случится. Кира повернулась к двери. Она услышала топот и голоса. Кажется, говорила Ася. Дверь распахнулась, и в туалет вбежала Ася, а за ней завхоз. — Ну и где тут труп? — Недовольно спросила завхоз. — Я что, зря отложила свои дела и побежала за тобой? Где труп, спрашиваю? Ася покосилась на изображение пентаграммы. — А вы подойдите чуть ближе и увидите. Вон он, там, в одной из кабинок. Завхоз недовольно пошла и как раз встала на пентаграмму. Уперевшись руками в бока, завхоз собиралась подойти к закрытой кабине, но внезапно ударилась обо что-то невидимое. — Что ещё за шутки? — Возмутилась она, пытаясь выйти из круга, и снова ударилась. — Это ваших рук дело? Кира не верила своим глазам. Магия и правда работала. А это значит, что они настоящие сатанисты, а не фанатики. Завхоз опустила голову и увидела пентаграмму. Она подняла голову, и Кира увидела её красное от гнева лицо. Из неё чуть ли не шёл пар. — Вот, значит, как. Впрочем, вы и так не жильцы. — Заткнись и отвечай на поставленные вопросы. — Сказала Морозова. В своей бывшей школе ей доводилось так разговаривать. — Первое, как попасть на чёрную мессу? — О, я смотрю, ты знакома с понятиями сатанизма. Чтоб попасть на чёрную мессу, вам нужно будет быть всего лишь её жертвами. Другого выхода нет. — Есть. Гони ключи. Если, конечно, не хочешь стать жертвой средневековой инквизиции. — Напугать меня решили? Чтоб вы знали, из любой ловушки можно найти выход. Я и сейчас могу выйти из этого круга. После этого надейтесь только на себя. — Что ты мне тут гонишь. Из этого круга нельзя выйти. Ясно? — Для убедительности Кира вытащила свою книжку и открыла на той странице. Пробежавшись глазами, она кивнула и захлопнула книжку. — Всё ты врёшь. Я уже говорила. Не выйдешь ты отсюда. Понятно? Так что гони ключи, если хочешь жить. — А кто сказал, что я их отдам? Если я это сделаю, то меня саму убьют. Краем глаза Морозова заметила, как Ася осторожно обходит завхоза. Да та, похоже, её и не замечает. — Мы делаем правильное дело. — Не умолкая, говорила завхоз. — Скоро, очень скоро родится антихрист. Правда, я не знаю, в какой части нашей планеты. Но господин Седых говорит, что в Америке. Он специально полетит туда. После сегодняшней мессы. Завхоз заткнулась и тяжело упала на пол. Оказывается, Ася решила время даром не терять, а ударила крышкой бачка ту по голове. Затем быстро стала шариться по карманам и наконец-то нашла связку ключей. — Легче было ей по голове дать. Так намного быстрее ключи получили бы. — Ася посмотрела на лежавшего на полу завхоза. — Её тут оставим? — Не с собой же брать. — Ответила Кира. — Покажи мне её комнату. У неё точно должна быть ещё одна мантия. Так сказать, запасная. — Ты что, решила, раз я тебе помогаю, то и на эту мессу пойду? Нет, не пойду. Даже не думай. Я не самоубийца. И лезть в пасть к голодному льву я не собираюсь. — Да ты и так самоубийца, раз помогаешь мне. Что ж, не буду тебя тянуть за собой. — Кира направилась к двери. — Неужели тебе самой не интересно, чем всё кончится? — Нет. Не интересно. И пусть я останусь жива, чем закончу весь этот кошмар. — Ладно. Но только покажи мне, где комната завхоза. Дальше я сама всё сделаю, без твоей помощи. Но только одно. Если я не вернусь этой ночью, то вспоминай обо мне, как о хорошем человеке. Лады? — Я буду вспоминать тебя как наглую и храбрую готку.