Самый элегантный подход к искусству сражения

Честер беззвучно вздохнул и в который раз иначе переплел под одеялом ноги. Он бы крутился с боку на бок или устраивался на подушке, но за спиной лежал Девин, и разбудить его ненамеренно не хотелось. Постель была довольно узкой для двоих. (Не то чтобы Честер когда-либо думал, что будет спать в ней с кем-то еще. Бездна.) Он снова тихонько выдохнул — и вздрогнул, когда обнаженный китобой прижался к его спине и уложил тяжелую руку на пояс. — Тебе нужно поспать, — произнес Девин тихо и потерся о его затылок. — Я могу уйти, если мешаю. Честер положил ладонь поверх чужой. — Нет, нет, ты не мешаешь, — он поколебался. — Наоборот, с тобой я лучше сплю. Просто… — Да? — Девин погладил его по животу, прямо по шраму. Честер пожевал губу. — Не могу перестать думать об одной сегодняшней пациентке… у нее была, — в последний момент он решил не грузить китобоя, — довольно тяжелая травма. Как она сейчас? Я сделал, что мог, но… помогло ли это? То есть, конечно, это облегчило ситуацию, но… И я знаю, что это глупо. Девин снова погладил его по животу. — От того, что ты не выспишься, ее состояние лучше не станет, — заметил он. Честер фыркнул. — Даже от того, что ты прав, мое желание спать больше не становится, — заметил он. Девин издал тихое, гудящее «хммм». — Хороший оргазм помогает заснуть, — сказал он. — Могу… помочь с этим. Или можешь сам. Честер поерзал. Не то чтобы этот способ был нерабочим. Не то чтобы он не хотел Девина. Или смущался ласкать себя, когда тот был рядом. Просто… — Как-то это низводит секс до… — он не закончил. Девин явно улыбнулся за это спиной. — Иногда секс — это просто протянутая рука помощи, — он хмыкнул. — Или рот. Или другие… места. Честер тоже едва сдержал смешок. — Ладно, — он приподнялся на локте, посмотрел за спину, на любовника. — Как ты это себе представляешь? Девин тоже задвигался, но лег на спину. Потянулся, расправляя плечи. Вытянул левую руку в сторону. — Для начала… — Честер услышал шелест и ухмыльнулся при виде полотенца, оказавшего у китобоя в левой. Девин наставительно его приподнял. — Планирование — это важно! Он отлично умел отвлекать. Несносный, меченный Чужим рыжий. Честер перевернулся на противоположный бок и потянулся к нему за поцелуем, но так было неудобно — и, потолкавшись, Фэйрклифф оказался сверху, тесно прижимаясь к теплому телу. Бедра Девина оказались меж его колен, а предплечьями он опирался на подушку, и так целоваться было намного, намного лучше. До глупых, приятных трепыханий в животе. А когда Девин оставил полотенце… где-то и обеими руками обнял Честера за пояс, тот чуть не застонал в поцелуй. Они оба не утруждались одеждой ночью, и сейчас — сейчас это оказалось до Бездны удобно. Сразу тереться о голую кожу, греясь в чужом жаре и делясь своим. Сразу чувствовать малейшее движение мышц, чужой пульс, шарящие по телу ладони… стремительно наливающийся кровью член, упирающийся все ощутимей в живот. Без ненужных сейчас преград в виде ткани. — Давай… так и останемся, — охрипло предложил Девин в промежутках между замедлившимися поцелуями. Честеру тоже было лень двигаться, и он кивнул. К тому же, так его члену было тепло и достаточно тесно, и он мог, двигая бедрами, неторопливо потираться о любовника… и этого, на самом деле, было достаточно. Девина было… достаточно. Они целовались все увлеченней, и окружавшая их комната сжалась до одной постели, одного одеяла, все еще укрывающего их ниже груди. Мысли исчезли одна за другой: о том, что завтра у Честера точно разболятся какие-нибудь мышцы, и что он лежит на любовнике почти полным весом, и что дышать все сложнее. Они нашли ритм, от которого у Честера то и дело вспыхивало в паху — и терлись теперь членом о член, скользя все лучше по проступающей испарине и предсемени, и Девин прижимал его все сильней, и Честер шумно выдыхал в его губы и сжимал в кулаках подушку… Они оба были нетерпеливы, как подростки, и настолько же жадны. От ладоней, неожиданно стиснувших его ягодицы, Честер и сам сжался. — Гребанное совершенство, — выдохнул Девин едва различимо, и, подчиняясь чужим ладоням, Честер потерся о него в новом ритме. И еще раз. Это напоминало накатывающие волны, все дальше, все обширней, все… Честер застонал на выдохе, стискивая бедрами чужие бедра, и короткая искра оргазма проскочила по телу, на несколько мгновений оставляя вместо себя белую пустоту. Потом навалились ощущения: тепло в мышцах, и сонная усталость, и раскаленная духота под одеялом, и обильная влага, склеившая их животы. И все еще лежащие на его заднице ладони. Честер подумал почти что сквозь сон, утыкаясь носом в влажное плечо: «И вот сейчас нам нужно полотенце…» Но уже не запомнил, использовал ли его Девин.