Тёмный вечер, ясный день – они ведь связаны

Шесть месяцев спустя. –Нет, я больше, чем уверена, что ты влюбилась первая!–Кинула блондинка, примеряя на лице хмурую гримасу. Девушка лежала на кровати. Причиной тому стала бессонная ночь и слишком коварная контролерша-жена, которая прямо сейчас заставляла вышеупомянутую завершить то, что она благополучно пропустила ночью – сон. Энид была немало разговорчивой всегда, и этот раз – не исключение. Перед тихим часом она просто не могла оставить себя без, хотя бы краткой, но беседы. –Я этого не отрицаю. Но согласись: ты флиртовала со мной при каждой встрече, пока я не решилась на поцелуй.–С хитрым взглядом выдала темноволосая, которая расположилась на кресле у кровати. –Ладно, было такое.. Слушай, раз уж такое дело..Я все никак не могла найти подходящий момент для одного вопроса, думаю, он настал.–Девушка чуть склонила голову и стала нервно теребить что-то в руках.–Ты чувствовала ко мне отвращение в первое время после знакомства? Ответь честно. Наверняка сейчас спросишь о том, с чего я сделала такой «безосновательный» вывод. –Движением пальцев выделив слово кавычками и слегка ощутив панику, она продолжила.–Доказательства у меня есть! Вспомни-ка, ты брезгливо относилась к моим нарушениям твоих личных границ, которые были просто невыносимыми! Всегда отходила на метр при объятиях. Хотя, о каких объятиях идет речь, если наша комната в общаге была четко и строго поделена на твою территорию и мою.. Писательница почувствовала напряжение в лопатках, отчего ее уверенная и прямая осанка немного пошатнулась. Она может поклясться, что слышала подобные вопросы миллион раз, и ровно столько же девушка не чувствовала комфорта при ответе на них. –Ты мазохистка. Зная ответ, все равно хочешь сделать себе больно. Я не совру, ты мне понравилась с первого взгляда. Но, к сожалению, в ту пору я считала, что смертельно больна, раз вообще что-либо чувствую, ведь это было одно из самых благороднейших чувств на Земле – любовь. Я избегала тогда всех, к кому ощущала что-то. –Наконец избавившись от груза вопроса, Аддамс удалось расслабиться.Она вернулась в прежнее положение, выпрямилась и продолжила умиляться с очаровательной блондинки. –Эту историю я слышу в сотый раз..–Обиженно хмыкнула Энид, отводя свой расстроенный синий взгляд в сторону. –Потому что такое же количество раз ты меня просишь о ней рассказать.–Отчеканила Уэнс.–Логично? –Какая ты скучная! Могла бы добавить красок в свою сказку, –Девочка скрылась под одеялом, оставив только лицо, театрально изображая разочарование. –ты ведь прекрасно видишь, что у меня депрессия!. –Депрессия-это расстройство психики, которое буквально выкачивает из пострадавшего силы, энергию и способность радоваться жизни. Ты лишь немного устала.–Нагло перечеркнула проблемы Энид темноволосая, чем вызвала у той бурную реакцию. –Твои слова выводят меня из себя. Я готова наговорить лишнего в любой момент! –Вскоре посмотрим, сможешь ли ты вообще разговаривать. Сейчас тебе нужно отдохнуть. Засыпай, я побуду тут. –Строже кинула темноглазая. –Какого черта ты со мной так общаешься?! Я не маленький ребенок, чтобы ложиться спать под присмотром. И вообще, с чего ты взяла, что я устала? Я полна сил, похлеще тебя!–Энид явно озлобилась.Она посмотрела на писательницу ее типичным, холодным взглядом, на что вторая совершенно спокойно отреагировала. –Согласна, энергии в тебе не счесть. Я бы нашла, куда ее направить. У светловолосой девушки не было сил бодаться словами, но она уверена, что в следующий раз съязвит так, что мало не покажется. С этой мыслью она забралась под одеяло и постепенно старалась уснуть, под чутким контролем черных глаз. Спустя некоторое время, Уэнсдей направилась к своему рабочему месту в этой же спальне и стала заполнять какие-то бумаги. Знали бы вы, какая она горячая, когда очень занята.. Между делом, прошло еще несколько часов, наступила долгожданная ночь. Писательница, спустившись на этаж ниже и забрав дочь из под присмотра нянек-служанок, вновь вернулась в комнату и уложила ее в отдельную кроватку. Малышка росла не по дням, а по часам, и казалось, что с каждой минутой становилась похожей на Энид все больше и больше. Только носик у нее был со стороны Аддамс, идеальный, слегка строгий, аристократичный и милый одновременно. Вся остальная красота досталась от прекрасной блондинки, которая, кстати, так и не проснулась. И что же она будет делать ночью?

***

–Миссис Аддамс, прошу прощения за свою бестактность, но мне придется прервать ваш дивный сон.–Заигрывающе прошептала Уэнсдей на ушко светловолосой, чем заставила ее поморщиться от нежелания просыпаться. –Сколько время?..–сонным голосом спросила Энид, протирая глаза и сдвигая надоевшее одеяло со своего тела. –Час ночи. Я немного заработалась и не смогла разбудить тебя раньше. –Класс, и что мне теперь делать?–чуть расстроенно произнесла она.–Боже, погоди, ты не забыла покормить Мари? –Она была у девочек, я думаю они об этом позаботились.–Музыкантша выпрямилась, а затем и вовсе встала с кровати. –Ты издеваешься?–злость в молодой напуганной матери начала накапливаться с большой скоростью. Она вскочила с кровати и буквально за несколько секунд оказалась у дверей служанок на первом этаже. –Изабелла, откройте, пожалуйста!–Воскликнула Энид, нервно стучась в дверь и поправляя растрепанную из-за сна прическу. Мимо девушки прошла Кэтрин, вышедшая из соседской комнаты, и задалась вопросом: –Миссис Аддамс, что-то не так? Блондинка развернулась, и, чуть расслабившись, ответила: –О, да, Кейт, у меня вопрос. Вы кормили Мари?–Дыхание ее начало учащаться. –Да, два раза, как и положено.–Приподняв уголки губ, выдала слуга. –Отлично, спасибо вам. Извините, что побеспокоила.–Напоследок улыбнулась Энид и спокойным шагом вернулась в комнату, чувствуя на душе лишь умиротворение. –Все в порядке, девочки уладили.–произнесла она же, прикрыв дверь, и подошла к туалетному столику, стала снимать с себя браслеты, затем одежду. –На самом деле, они не так уж и бесполезны.–Черноволосая встала за блондинкой и помешала ей переодеваться, расположив свои холодные руки на ее талии. –Ты говоришь отвратительные вещи.Мне даже перехотелось с тобой обниматься.–Выдала она, вырвавшись из цепких рук и наконец надев ночную рубаху. –По-твоему я высказалась грубо?–строгим и одновременно кокетливым тоном спросила Уэнс, глядя на Энид, которая подошла к кровати и села, мило свесив ноги. – Ты много что делаешь грубо.. –блондинка раскинула руки по сторонам от себя и перевела свой невинный взгляд на холодный.(который был еще и горячим. Абсурдно, да. Но Энид, где-то в глубине потухшего вулкана карих глаз, все таки почувствовала эти самые, разгорающиеся угольки). –И я думаю, это привлекает тебя во мне.–Аддамс осторожно приблизилась к светловолосой, все также стоя, и медленно коснулась ее щеки. Вторая тотчас залилась ярким румянцем от таких речей, и сразу стала переводить тему. –Ты бы хотела завтра встретиться с одногруппниками?.. –Так мило наблюдать, как ты смущаешься..–Тихо произнесла брюнетка, добавив улыбки в лице. –Что?!–Нахмурила брови блондинка. –Говорю нет, у меня запланировано много дел на завтра. –Ясно. Все, как всегда.–Энид расстроенно припустила губы и постаралась отвернуть лицо, но вторая, придерживая его, не дала это сделать. –У меня уже выработался иммунитет к твоей ревности по отношению к работе. Поверь мне, на этих выходных мы проведем время вместе, всей семьей. –На твоем языке это означает «я посижу и проконтролирую вас, но учавствовать ни в чем не буду».. –Скажи, мой язык хоть когда-нибудь тебя подводил? –Да! Даже сейчас, ты ведь не разбудила меня раньше, и чем мне теперь заниматься всю ночь? –Я попрошу прощения своим языком, такой вариант устраивает? –Ты просто невыносима.. –Знаю!

***

–Эй, милая, помоги мне расплести косы!–Неожиданно послышалось из ванной комнаты. –Я сплю..–протяжно промычала Энид, невольно вставая с постели и лениво протирая глаза. Открыв дверь, ее морским глазам предстала весьма интересная картина: Уэнсдей, тело которой было лишь в белье и тонком шелковом халате черного цвета, стояла с растрепанными волосами (которые смотрелись на ней очень горячо), и усмехалась реакции Энид, что буквально прилипла к ее телу взглядом. –Я тебе сильно помешала?–разбавила обстановку темноволосая. Она непринужденно прикусила губу в ожидании. –Ты?А..Нет, нет, ты просила помощи вроде.. Уэнсдей вновь улыбнулась и подошла ко второй. Она создала зрительный контакт, чем еще более возбудила блондинку. Взяв ее за руку, Уэнс погладила ее пальцы, а затем нежно поцеловала запястье. Старшая Аддамс испытала самое настоящее дежавю. Такую романтичную прелюдию придумала ее очаровательная брюнетка, еще в самом начале их отношений. Ее чувства внутри кипели и были на грани извержения. Блаженная не сдержалась. Она поднялась на носочки и оставила влажный поцелуй на губах темноволосой девушки. От нее пахло кофе, а от Энид–молоком. Она положила руки на чужие плечи, по обе стороны от темного халата. Все также не отрывая своих глаз от ее, левой рукой она постепенно снижалась к предплечью, заставляя шелковую ткань спадать и открывать вид на прекрасную грудь. Как долго она не могла к ней прикоснуться.. Девушка словно впервые увидела свою жену во всей красе, после продолжительного заточения этих форм от нее. Короткая ночная сорочка Энид не сумела укрыть ее самые изящные изгибы, когда их обладательница вновь потянулась наверх за поцелуем. Это не прошло мимо темноволосой, она успела прихватить ее за талию и аккуратно, чтобы не напугать, спускалась ниже. –Стой, что ты делаешь..– Смущенно прервала все дело Энид, убрав чужие руки со своей поясницы.–Идем, пора спать. –Детка, ты серьезно? Тебе точно 20 лет? Или 60? Кто в такой момент думает о сне? –У меня сейчас нет настроения, можем перенести все на потом?–Блондинка снова залилась румянцем. Она потерла губы пальцем, снимая с них влагу, а затем завела руки за голову, чтобы завязать хвост из волос. Она начинала нервничать. –У меня, конечно, стальное терпение, но оно ржавеет по отношению к твоему мегасексуальному телу. Можешь не пытаться заставить меня отказаться от него сейчас, бесполезно.–Слегка озлобленно и строго произнесла брюнетка, подходя к светловолосой все ближе и практически вдавливая ее в стену, что была до ужаса холодной и принесла еще бо́льшие неприятности. Энид вмиг покрылась мурашками от неожиданной смены температуры, и с ее губ невольно сорвался неудовлетворенный стон. –За дверью спит наша дочь, время позднее. Пожалуйста, прошу, давай перенесем все хотя бы на завтра? –Ты хочешь, чтобы я совершила грех?–Скривила брови та, взяв чужой подбородок и подняв его выше. –Да блять, нет же! Возьми меня прямо сейчас, хоть на том подоконнике, но если мы как-то потревожим сон Мари, обещаю, на тебе живого места не останется!–Тихо, но встревоженно вырвалось с губ бывшей Синклер это признание. Аддамс лишь улыбнулась ей в ответ, наконец узнав свою реальную Энид Аддамс. Секунду спустя, чистосердечное высказывание Энид зажгло в кофейных глазах самый настоящий, черт возьми, нешуточный азарт. Выражение ее лица поменялось на естественное, а угол взгляда пал ниже обычного, и это не менее устрашало. –Проблема только в этом? Миссис Аддамс, напоминаю, 250 м² в твоем распоряжении! Дом настолько шумоизолирован, что ты, разумеется, даже не догадываешься, что или кто находится у нас в подвале уже который год!–Практически ором кидалась словами Уэнсдей. Она дала фору эмоциям, и это ей не нравилось еще больше. Впервые девушка не понимала, что и зачем она сказала, но свое состояние на тот момент она прикрывает неконтролируемой злостью. –Это было лишним. Лучше я посплю од..–Не успела блондинка договорить, как ее нагло прервали. – Даже не смей, ясно? Брюнетка схватила вторую за запястье и в ту же секунду повела ее за собой, направляясь в самую дальнюю от их спальни комнату. Эти грубые шаги точно слышал весь дом. Даже домохозяйки с первого этажа всколыхнулись от резкого топота супруг в 3 часа ночи. Вот, на что способна агрессия Уэнсдей Аддамс.. Многие были уверены, что это даже не цветочки, а семена по сравнению с тем, чего им, к счастью, не удалось повидать. Вторая половина дома была пройдена за пару минут. Темноволосая распахнула дверь в другую спальню и завела за собой блондинку. Ее явно ничего не смущало. Она что-то хочет – она это получит. Не интересует, готов ли к этому партнер. Эгоистично, в стиле Аддамс. Энид тоже можно понять. Видно, она безумно хотела того же, но ей было неудобно, некомфортно, когда дома есть другие люди, а в особенности, дочь. Хотя, какая ей разница, против Аддамс даже дурак не осмелится пойти. Блондинка понимала, что за слова Уэнс ее вряд ли простит, и ее ждет какое-то наказание. Суровое, или нет – решать, определенно, не ей.