Кровавые колокола

Что такое смерть? Это состояние, когда ты теряешь связь с реальностью? Это когда ты перестаёшь существовать или когда ты понимаешь, что пути вперёд больше нет: обрыв произошёл. Самое страшное, что даже после смерти мне всё ещё кто-то улыбался. Смотрел со всей беспощадностью в глазах. И ведь не было ничего, что могло бы повернуть время вспять — ни единого трюка. Воля монстра? Вы думали, что мне хватит сил выстоять? Но сила, которая пожирала меня изнутри была сильнее этой воли. Она превосходила волю всякого на этой войне за власть в империи Крыла Дьявола тех, кто сражался. Вокруг была пустота. Мир для меня стал ничем. Душа была поймана в лапы злодея. Я видел как бью по колоколам, что били ушам адским звоном. Бесконечно долго. Почему я вообще стучал по ним, словно марионетка? Время стало течь невероятно долго и одновременно быстро — будто и не было вовсе. Такое чувство, что я попал в вечный цикл. Так вот о чём говорила тень падшего короля? Вместе с призраком красноволосой девушки с косами. Вот и цикл настал: бесконечного и ужасающего существования в этом измерении после смерти. Я ощутил, что такое «не жить». Как выяснилось быть нежитью — это ещё подарок судьбы, а вот не жить. Не иметь собственной воли — это настоящий кошмар. Прямо сейчас в вечном цикле вечного служения королю — я бил по колоколам. Ведь кто, как не слуга должен это делать? Моё тело было уже не моим; Диграм взял его под контроль, как мне казалось, хотя я и понять этого не мог. Мои мысли опустели за эту вечность. В ней я провёл своё жалкое существование скелетом. Повторял монотонно одну и ту же работу. На фоне стоял мой предводитель, хотя скорее надзиратель. Повезло, что хотя бы не такой уж пока и тиран. Ему могло прийти, что угодно в голову, если бы тот только захотел. Он ждал. Чего же ждал? Возможно, что самого страшного: своего перерождения. Диграм держал в руках меч, глядя на врагов со всей свирепостью, что была. Гайвадел хмыкнул и закусил очередной закуской. Огненные рыжие шлейфы пламени во всём подземелье рвали и метали пространство. Поле боя в небесах происходило на равных. Король Бесов достал красный огромный и длинный трезубец Цербера и начал раскручивать, формируя ужасные видения. Иллюзии заставили Гинефатора покачнуться на миг. Показалось, что он проваливался в бездну, где острыми зубьями бесы за его грехи собирались проткнуть. Позальд же сразу наколдовал нечто могущественное. Смута развеялась. Навеянное предводителем вражеской армии бесов и оборотней проклятье потеряло силу. — Гайвадел, твои иллюзии не способны справиться с мощью магии теней королевства, как и твоя армия. Вы все даже не стоите моего внимания. — В руках Позальд вдруг сотворил посох Сатаны, наполненный магической силой самого ада: он был чёрный и померещилось, что на ветру развевалось оторванное крыло дьявола. Это не было видением. За спиной Позальда действительно возникло чьё-то чёрное и такое губительное крыло. Послышался взмах. Его магическая сила возросла в разы, а то и в стократ. Гинефатор лишь усмехнулся, глядя на подобную ересь. — О-о… Как вижу используешь свой легендарный артефакт Сатаны на этом отребье? Мог бы и не вытаскивать его, ведь лишь показал этим самым свою слабость. — Он с усмешкой взмахнул своим топором. Наполнил его чёрной энергией самой ненависти и злобы, которую в себе таил. Чёрное пламя вспыхнуло! Его глаза стали пророчить апокалипсис. Тёмная сила вырывалась наружу. Они стояли в воздухе; он собирался размахнуться. — Позволь мне показать то, что я нёс в себе всё это время. — Сделав резкий и искажающий саму реальность размах, чёрные клубы пламени вспыхнули! Разорвали огонь, пожирая пламя беса. За то, что посмел вторгнуться на территории королевства. — Мою ненависть к этому миру. Чёрное пламя вспыхнуло на всё подземелье, всё в округе застилая тьмой. Из рыжего цвета всё перелилось в ярко-чёрный. Маги были в шоке от магической энергии. Она переливалась в различных чёрных тонах по пещере. Дьявольская улыбка на лице Гинефатора внушала ужас и трепет, но к удивлению бес на обе части не был распилен. Отец бесов отразил весь урон. — Хе-хе-ха-ха-хья-ха-ха… и это всё? — Гайвадел крутил на трезубце чёрное пламя, словно пропеллер, который раздувал огонь к бесьему солнцу. Солнце пожирало тьму пламени. Позальд хмыкнул на всё это дело и направил луч магической энергии вновь на беса. Посох наполнился багряной энергией и судьба начала поддаваться его воле. Всё вокруг покрылось в некоем багровом тумане. — Считаешь, что я не способен победить какого-то жирного беса после победы над самим дьяволом? Я смеюсь над твоими потугами хоть как-то одолеть нас. — И без доли улыбки он высвободил безумно мощную энергию. Сотворил огромное количество чёрных цепей стужи. С треском и ропотом мёртвых: они стали подчинять казалось бы всю его армию. На лице Позальда вдруг появилась ухмылка: на бесе появился ошейник. Позальд решил подчинить его. — Второсортная бесовщина. — Чёрная цепь стала его сковывать. Гайвадел попытался её своим оружием порвать: ещё и ещё, начиная даже потеть от своих стараний это сделать. — Что за чертовщина?! Ты не можешь меня подчинить! Я сильнейший. — Вдруг Гайвадел стал увеличиваться в размерах от злобы. Вены вздулись и глаза закатились, заполняясь кровью. Бес стал трансформироваться в более могущественную форму. Разрушительную по своим размерам. Вдруг бесы начали массово умирать, наполняя его душами. Всё вокруг начало бесноваться: даже маги ощутили, как бесятся со всего подряд. Некоторые тени королевства поддались этой злобе Гайвадела и сами стали его оружием — вошли под бесовский контроль. Вдруг начался хаос. Нельзя было отличить врага от союзника. Эта энергия превосходила всю магию в округе. — Мне не померещилось или он стал только что ещё толще? — Гинефатор провёл пальцами вдоль своего топора. Он продолжил высвобождать порочное чёрное пламя в окружение, сталкиваясь с его бесьим. — Что будем делать? Мне кажется у нас кроме того ещё и этот тигрёнок пытается что-то нам сказать? — Эта жалкая нежить? — Позальд обращает свой взор на того, кто стал вдруг кричать на них ни с того ни с сего. — Кажется он обезумел, он говорит про месть? Какой глупый кот. — Обращает взор на Диграма и говорит сквозь магическую волю силы. — Даже не пробуй. Я быстро посажу тебя на цепь, как только что этих бесов. Дождись концовки и так уж и быть: я тебя пощажу и не прикончу, не разрушив на осколки при первой возможности вместе с твоим любимым медальоном, если не будешь выпендриваться. — Но Диграм не слушал. Тигриные глаза были наполнены яростью. — Меня он достал. Гинефатор. Прошу, не отвлекаться на этого слизняка. Он и минуты моего времени не стоит. Я быстро его сотру в пыль. — Гинефатор лишь посмеялся, забавляясь ситуацией. — В этом королевстве все такие безумные, что идут против своих же? Хотя что это я? Этот бес смеет открывать свой жирный рот на меня — Гинефатора. Его высокомерию нет предела. — С усмешкой продолжает смотреть на бушующее рыжее пламя, что сталкивается с его чёрным и всё больше и больше разрастается. Позальд сосредотачивает новую магическую атаку на Диграме. — Говорят… тигр сильнейшее животное. Но животное не способно победить демона, как бы оно не старалось, ведь всегда есть кто-то сильней. Вспоминаешь уже твой бой с нашим королём? За это ты и пал… и пора вновь сокрушить тебя мощью моей первородной энергии ада, как и следовало сделать это Бельзару Беспощадному. — Череп загорелся пламенем наполняющейся мощью Дьявола. Взрыв энергии заставил вырваться в сторону Диграма тысячи, а может и миллионы проклятых душ. Крики мёртвых. Они стали вихрем окружать его, лишая бесповоротно возможности жить. Диграм стоял как настоящий воин в схватке с самой смертью. На что же он рассчитывал, когда решил что-то себе доказать? Эти тысячи душ нельзя было разрезать когтями. Даже его легендарный меч казался зубочисткой перед мощью Позальда. Сразу стало видно, что он способен подчинить любую судьбу, ни то, что он: слабый и немощный тигр, что решил по глупости оскалиться на демонов. Но он зарычал, несмотря на инстинкт самосохранения и страх своей гибели. Он взмыл в небо. Летел на крыльях решимости и воли, которая вдруг проснулась в нём. В этом теле воля монстра не позволяла ему так просто исчезнуть под тлеющими энергиями сил нечестивой силы нежити. Диграм был сосредоточен, чтобы взять всё с тела Джерена, пока он не проснулся. Он взял на себя его волю монстра и вложил свою волю в то же тело. Решимость победить вспыхнула огнём. Он прыгал по душам и рвал их прямо в воздухе своим мечом. Множественными взмахами. Впереди было пять километров, но он быстро с ними справился из-за того, что прыгал по воздуху на самом пламяни. И неожиданно, когда производило впечатление для Позальда, что всё тело Диграма истлело: яркий клич и рык на сотни миль пронзил его слух. Он ощутил, как нечто тёмное пытается повергнуть его одним ударом. Огненный фейерверк собирался разрубить его на две равные части. Удар должен был произойти с огромной скоростью, ведь пламя быстрее всего, когда стремится вверх! «Бесполезно.» — сказал Позальд, исчезая на его глазах. Проекция исказилась в миг, когда тигр обрушил пламенный удар скорой смерти. «Ты сражаешься с магом. Твоя стойкость, как у монстров и доблесть воина тебя не спасёт. Думаешь ты уверен в победе? Как же ты ошибаешься! Тупорылый бывший преисполненный!», — Множество клонов Позальда окружили тигра в числе сотни штук. Могущество этого мага не знало равных. Заискрилось пламя. Позальд начал сокрушать его различными залпами нечестивой энергии. Диграм уклонялся. Со всей яростью стремился разорвать каждого клона на кусочки. Уклонение следовало одно за другим. Его дикая, первобытная ярость не знала равных; казалось тот был в исступлении. Проворность настоящего воина в кубе с телом этой нежити, которое не знало усталости: давало ему невероятные способности. С мечом Дьяйлира он разил и рвал, не зная усталости. Сжигал проекции без доли пощады. Пытался порвать когтями одним точным размахом настоящего. Мерещилось, словно Позальд был в ловушке — в одной клетке с тигром. — Я сокрушу тебя, жалкий придворный этого урода короля, что терроризировал наши земли столько веков! Его мерзкое величество умрёт следом за тобой! Я убью его собственными руками даже если тот попробует вернуться на сей свет снова! — Разрушительная тёмная воля тигра изничтожало всё и вся на пути. Стиль боя не был похож на обычные взмахи мечом; это была настоящая мясорубка. Сотни размахов разрывали клонов Позальда один за другим, пока он мелькал между ними как нечто разъярённое. Даже все эти попадания были мелочью по сравнению с тем уроном, что буквально разрушал подземелье на осколки. Прямо сейчас Диграм был в своей особой форме: тигриной ярости. В этой форме он мог по ощущениям сражаться наравне с демонами и даже падшими королями. Это ли не значит, что он был ближе всего к этому состоянию, даже не читая книгу: «Сакральный взор Дьявола»? Им же одновременно и двигало пламя мести, что подбавляло масла к пламеню: делая его не только взрывным бордовым, но и синим стойким. Когда Позальд понял, что клоны заканчиваются, он размножился ещё до тысячи клонов себя! Это была не простая способность: она разделяла его волю тем самым на тысячу; заставляло невероятное давление его воли сжимать кошака, не позволяя тому двигаться. Гинефатор смотрел на битву между магом и воином с ухмылкой. Он позволял себе отвлекаться от Гайвадела, что уже так растолстел, что неожиданно обрёл мышечную массу. «Если бы я так становился сильнее — жирнея, я бы никогда не вставал со своего трона.» — Посмеялся презрительно вдруг на беса и ощутил, как Гайвадел закончил свою трансформацию. Отец бесов уставился на самого страшного демона всех девяти кругов ада. — Пора покончить с тобой и всеми магами этого королевства. Вас уже ничто не спасёт. Плачьте! Скулите, как псины перед смертью! Это вам будет куда больше к лицу, чем эта ухмылка. — С этими словами он взмахнул своим трезубцем. Свет усилился. Бес заставил вдруг солнце, что весело всё это время над землёй начать опускаться. Гинефатор взглянул на это и понял, что подземелье начало разрушаться. Стала образовываться ещё больших размеров огромная дыра. Треск стен бил по ушам. Всё начало раскаляться до безумных температур в этом подземелье. Кто бы мог подумать, но скорее всего из-за этого солнца уже всё на поверхности сгорело дотла. — Хи-хи-хи-хи… испепеляющее бесье солнце. — С насмешкой он направил на Гинефатора вдруг это солнце. Он и не осознал, как быстро же оно на него полетело! Бесье пламя столкнулось вдруг с ним и он полетел в направлении пятикилометрового водопада. Гайвадел сжал своей рукой своё солнце и Гинефатор взорвался вместе с шпарящим паром от водопада. — Сияние ада. — Мгновение и водопад весь иссох. В дыре, которая образовалась от подобного взрыва лежал Гинефатор. Он был покрыт чёрной энергией из адского пламени. — Ох ты ж… — Послышался голос демона из преисподней, как ни в чём не бывало. — А я уж думал, что ты меня в пепел испепелишь, а я уже понадеялся, что на секунду хотя бы станет интересно. — Он встал со своего места уже приближаясь к бесу, который начал заряжать новое солнце в своей руке. — Чёрное пламя ненависти. — Вдруг его новоиспечённое солнце стало медленно разрушаться от чёрного пламени, которое стало пожирать его бесье пламя. Найдя момент, демон ненависти ринулся на беса, собираясь распилить надвое своим топором. Гайвадел лишь взмахнул своим трезубцем и их удары встретились. Мощная энергетическая волна от их атак прошлась по всему подземелью. Всё вокруг начало медленно разрушаться. — Абсолютное отчаяние. — Меняя из одной руки в другую свой топор, Гинефатор делает очередной размах и заставляет беса ощутить наплыв неистового отчаяния. — Моя магия сильнее твоей. Моё чёрное пламя пожрало твоё солнце, разорвав составляющие твоего бесьего пламени на ошмётки, а последующая атака низвергло твои надежды все в ад… Иными словами ты уже не жилец. — И тут бес неожиданно для себя начал становиться ещё больше, ещё сильнее. Всё дело в том, что он начал убивать ВСЕХ бесов в этом подземелье. Ни осталось ни одного его личного юнита. Все они просто превратились в горстки пепла. Когда же он обрёл настоящую силу. — Уже не жилец говоришь, это ты так решил? — С ещё большей силой вдруг начало разрастаться его очередное бесье солнце. Генифатор вдруг получил ранение от его трезубца. Взмах перерезал ему грудь. То было эхо от прошлого удара беса. — Испепеляющее бесье солнце… Я единственный, кто тут будет что-то решать, ведь Я скоро стану королём этого мира! Умри! — Генифатор вдруг закричал, наполняя окружение силой своей тёмной магии, но ничто уже не могло остановить короля бесов. Он собирался испепелить его окончательно. Взмах рукой и солнце начало вновь его сжигать на мелкие ошмётки. На этот раз уже ничего того не защитит. Огромный взрыв солнца сокрушил подземелье. Всё начало испепелятся в адском пламени. Похоже это солнце начало обрушивать всё подземелье: куб начал медленно рушится, всё шло к тому, что скоро мир, который знали тёмные стражи будет утерян в вечном пламени этого беса. Позальд вдруг вместе с Диграмом остановили свою битву, оглядывая то, что сейчас происходило. — Если мы продолжим битву, то мы испепелимся вместе со всеми тенями королевства. Ты этого хочешь тупая нежить? — Позальд посмотрел на Диграма, что видел, как всё начинает рушится. — Ладно, оставим тему мести на потом. Я не хочу, чтобы все погибли из-за моего эгоизма. — Позальд лишь хмыкнул на подобные речи. Тёмный свет упал на ликующий лик полу-демона. — Мудрый выбор… А теперь исчезни. — Вдруг нечто непревзойдённое встало за спиной Диграма: сама смерть с косой образовалась позади, размахивая чёрной косой и снося бесповоротным одним лишь размахом голову. — Призыв помощника Дьявола: Смерть с косой. — Используя силу девятого круга ада: Позальд лишил Диграма способности сражаться с ним, пока Диграм использовал тело Джерена. — Говоришь тебя не победить? Но у тебя есть шея… как ты мог забыть об этой слабости? — После этого Диграм начал падать, отпустив свой меч. Медленно стал испепелятся под жаром солнца Гайвадела. Медальон праотцов королей раскололся от того, что только что случилось. Диграм начал медленно, но уверенно превращаться в прах от высоких температур, как и его дух. Позальд лишь провёл взглядом этого самоуверенного тигра, что пал перед величием наследника воли Дьявола. Он начал направлять свою силу на это не утихающее солнце. Собирался подавить его своей тёмной магией. Тем временем доспехи тёмных стражей расправлялись с оборотнями, что было для них не слишком уж и трудной задачей, однако, как оказалось, для Зимфера тоже настали сложные времена. Он понимал, что башня начинает медленно обрушаться от высоких температур. Красные ковры интерьера начали потихоньку гореть, как и вся в целом атрибутика. Зимфер стал чаще дышать, понимая, что воздуха не хватает. Огонь заполнял все помещения. Это был настоящий пожар райского мира, который они с магами так старались сохранить. Серебристый птеродактиль ворвался в комнату с Зимфером, разрушив стену, в которой тот находился своими могучими когтями и клювом. Он подцепляет его, вырывая из транса. Все тёмные стражи резко падают, теряя способности двигаться. — Что ты делаешь? Отпусти меня! Я должен сражаться до последнего… — Но друг не стал слушать и вытащил силком из комнаты. Послышался шум обрушенного потолка. Башня начала сгорать. Всё начало медленно превращаться в ничто. Они вдруг начали улетать в некоем направлении, неожиданно скрываясь за открывшейся потайной стеной. В ней и исчезают. Энисуэр смотрит на всё это через своих крыс, видя как багряный туман накрывает того, кто падает замертво. Туман рос всё сильнее и сильнее. Крысы начинают погибать одна за другой, но они смотрят даже после смерти на то, что собиралось случиться. — Багряный туман даст тебе силу тьмы и ты встретишься лицом к лицу со своей смертью… нежить. — Энисуэр поверил и воззвал ко мне из глубин отчаяния. Нечто тёмное откликнулось на его зов. Король возродился. Вдруг глаза открылись вновь, но они были уже не моими. Прямо сейчас я смотрел в глаза того, кто видел меня насквозь. Его золотой меч вдруг вырвался из руки, словно он всегда был её продолжением. Алмазный посох, с которым я завис в воздухе не давал мне упасть. Медальон вдруг сам нацелился мне на шею, словно невидимая рука подняла его и скрепила сломанные красные осколки вновь: сшивая то, что должно было погибнуть. Дух умирающего друга начал приходить в себя, а моя голова встала на место — я сам её на себя надел, словно корону. Перед моими глазами была картина умирающего мира, который постепенно разрушался. Я посмотрел вниз, видя догорающую чёрную башню со статуей тени, которая под величием солнца медленно растворялась. Я же уже был не я. Вдруг моё тело перестало существовать и я увеличился в размерах. Пугающая чёрная энергия вырвалась наружу. Я слышал, как кровавые колокола били в мои уши, словно предвещая конец света. Огромная рука размером с гиганта вырвалась из моей груди. Своей великой тенью она стала накрывать само солнце. Позальд от такого аж оторопел. С его лица начали струиться капли пота, а всё по причине, что огромная, просто необузданная сила находилась под его ногами. Было то подобно вратам в ад. — Какого чёрта… сейчас происходит?! — Позальд высвободил силу крыла дьявола, чем заставил энергию окружить всё его тело мощной магией защиты. Он увидел, как чёрная, абсолютно безжалостная волна злобы летела прямо наверх, заполняя всё собой пространство. Скрываясь в чёрной сфере льда, он ощутил, как барьер треснул, когда ею закрылся. Сильнейшая защита от самого дьявола была расколота?! Это невероятно! Ничто не давало и шанса на спасение. Девять теней королевства неожиданно обдало прохладой. Они словно стали едины с силой, которая стала их накрывать: чёрной и бездонной. Укрытые тенью они смогли, успокоившись, наконец-то вздохнуть. — Мой друг, Диграм. Это ещё не конец. Моя смерть лишь только начало. — Я вдруг почувствовал, как солнце, которое я сжимал стало угасать, а вместе с тем и Гайвадел с угольками Гинефатора стали постепенно вливаться в мою чёрную суть. Я чувствовал, как их огненные и низкие души стали становится частью моей силы. И кровавые колокола ударили два раза сами собой, наполняясь новыми письменами на их основании. Это были имена тех, кого они поглотили. Имена сильнейших. И закончив свой последний звон, я ощутил, как парю в центре магического куба. Все оборотни были раздавлены моей магической силой. Остатки тьмы вырвались наружу из дыры, тем самым накрывая казалось всю империю воем пробудившейся вновь силы. Все сотряслись. Все, кто почувствовал эту кричащую от величия мощь пали на колени, ибо ощутили, что Он переродился — Бельзар. Вскоре я ощутил пустоту, а затем и апатию, но и новое вдохновение. Мне захотелось почему-то сесть на свой трон. Но… у меня никогда не было своего трона. Почему мне вдруг пришла в голову эта мысль? Может быть потому что я больше не был собой? Я был нечто большим, чем тот, кем считал себя в прошлой седьмой реальности. Воспоминания начали проскальзывать через меня, словно бесконечные осколки, формируя новую картину, сливаясь воедино. Багряный туман накрыл меня полностью. Я ощутил словно вся судьба мира была мне подвластна. Десять теней королевства стали моим магическим плащом. Само же королевство одеянием. Преисполненные моей бронёй. Я же — носитель. Моё перерождение не стало себя долго ждать и вдруг я понял, что я всегда был им — я и есть Бельзар. Видимо так и начнётся новая эра. Где я… — Ч-что?! Невозможно! — Вдруг всё тело стало неметь, когда я заговорил не своим голосом. — Это не я… — Прошептал сквозь боль я. Реальность стала искажаться. — Это просто не могу быть Я!!! — Мой крик донёсся до туч. Моя тень ударила по колоколам и всё разорвалось. Мир разрушился и я ощутил, как моё тело снова становится мёртвым… Я закрыл глаза и мир погрузился во тьму вместе со мной. Я падал. Вся тьма куда-то делась и моё тело начало беспомощно падать на землю. Я услышал чей-то голос… — Напарник, не сочти за грубость, если я возьму попользоваться ещё немного твоим телом. — Вдруг у меня появился тигриный хвост: я сделал несколько ловких зигзагов в воздухе и кульбитов, приземляясь на обе лапы на землю. Я посмотрел на небо. Нет… это были мы. Диграм и я — Джерен. Мы вместе смотрели на то, что осталось от поля битвы. Все враги были уничтожены и только один стоял теперь на самой вершине. Позальд… С ухмылкой мы взглянули на него. Всё, что только что случилось было неведомой никому волей привратницы судьбы и теперь нам нужно было думать, как дальше разбираться с этим магом, но уже вместе. Души убитых мною двух демонов были преобразованы Диграмом исключительно скоро; мы насытились их мощью и стали трансформироваться в нечто новое внутри себя. Тени королевства встали вокруг нас и отдали последние почести, казалось, что они приклонялись нам в этот момент. Однако Позальд стоял гордо. Он не желал ни перед кем склонятся. Смотрел на нас с презрением и отторжением. — Вы отправляйтесь в тюрьму. — Сказал он с полной злобой в глазах, после чего дал приказ теням королевства. Нас неожиданно сковали в чёрные цепи стужи при чём все. Я упал на колени и на светлом лице вспыхнул огонёк. «Вот тебе и сила тьмы… называется.» Диграм лишь посмеялся в моей душе, услышав подобные мысли, ибо наши разумы в этот миг слились в единое целое. Позальд указал в башню и нам лишь и оставалось смириться с законами Позальда. Он гордо смотрел на нас: всё также с высока, как на жалкую… никчёмную нежить.