Глава пятнадцатая
11 апреля 2023 г., 00:48
— Это так странно. — шепчет в губы, отстраняясь не далеко от меня.
— Что именно? — пальцем хотела до губ её дотронуться, но промахиваюсь.
Попадаю в щёку и она охает.
— Ну, поцелуй с девушкой. Это так странно и мне даже стыдно немного. Папа и мама говорили, что лесбиянки и геи психически нездоровые люди. И главное, я их поддерживала в этом и считала точно так же. — откидывается на спину и слизывает кровь с уголка губ.
— Тебе противно было от моего поцелуя? — всё так же лежу на правом боку лицом к ней.
— Не то, чтобы противно, но странно.
— Зачем ты вообще сделала это? — голос её с нотками трусливости. Руки её подрагивают, и шипит от боли Захарова.
— Не знаю. Просто захотела и всё.
— А о моих чувствах ты не подумала? — голову поворачивает, и я царапину зажившую на щеке её рассматриваю.
Помню, как она получила её , когда мы на заброшку лезли.
— А там на озере мне показалось тебе понравилось. Не парься, я не лесбиянка, а это просто поцелуй. Ты против и я так делать больше не буду. — плечами пожимаю и в голову камешек давит. Тормошу волосы и укладываюсь обратно.
— Я не против… — бормочет под нос, и я не слышу, что блонди там мямлит.
— Что?
— Ну, я не против. Если ты не против. — смущается и жмётся.
— Вернемся на крышу? — усаживаюсь и ноги под себя поджимаю.
Крис делает так же и садится напротив меня. Пальцем большим вытираю кровь с лица её.
Представить не могу как больно сделала этому человеку. Человеку, которому показала свою слабость - свои слёзы.
Ненависть к себе растёт с каждой секундой.
С каждой царапиной на её теле.
Она наверняка разочарована во мне. Ещё один человек.
— Ты теперь разочарована во мне?
Смотрит на руки мои.
— Нет.. — не громко шепчет.
Из-за ливня волосы на глаза лезут, убираю их назад, чтобы видеть глаза голубые.
— Честно? — хочу убедиться.
— Честно.
— Нет! Скажи , что не разочарована.
— Я не разочарована в тебе. Честно. Правда. Ничто меня не заставит разочароваться в тебе.
— Я верю тебе. — волосы её в кулак собираю и отпускаю. Прочёсываю.
— Прости. Я меньше всего хочу сделать тебе больно. Я ведь, думала, что брошу тебя и вспоминать не буду после отъезда твоего. Но, теперь даже не знаю что делать, когда ты домой вернёшься . — по щеке пальцем большим вожу.
— Не нужно. Ты потом жалеть будешь о словах своих. Ты под таблетками. Не давай мне ложных надежд. — голос её печальный.
— Я серьезно. Ты..стала слишком близка мне. Не знаю как обьяснить. Просто, мне легко и хорошо с тобой. Пусть и бываешь ты бесячей.
— Я тоже верю тебе. — смотрит в глаза мои и тянется вперёд, а потом резко отстраняется будто силой мысли оттолкнула её.
Ливень немного прекращается. А волосы мокрые на лицо лезут. Убираю их назад.
Ливень сошёл на нет. Будто облако просто улетело.
— Я не самый лучший человек и далеко не хорошая, и да. Я конченная наркоманка, но я не хочу чтобы ты когда либо во мне усомнилась.
Молчим. Обе.
— Знаешь..я ведь боюсь своих родителей. — чешет свою ладонь что в грязи была.
— Почему?
— Я не знаю. Просто боюсь.
Действительно не знает. Видно как ёжится и мнётся. Глаза опускает в пол.
— Они любят меня, но не дают и вдохнуть . Решают за меня. Лепят своего идеала, хотят сделать свою копию, но я не хочу. Они будто кислород перекрывают. А я не могу им перечить. Не в моих силах это. Боюсь, что сделают меня несчастной. Боюсь что сделают выбор за меня из-за чего жить не захочется. Больно всё это осозновать. Я пытаюсь доказать им что-то, но и слова сказать не могу им. Будто домашняя зверушка выполняю все их команды.— поднимается на ноги. Повторяю за ней.
На самом деле понимаю её. Больно, когда дома не чувствуешь себя в безопасности . Хочется боль её себе забрать. Помочь как-то, но вот засада.
Свою-то куда деть?
— Я же даже с тобой изначально подружится хотела, чтобы стать такой же бунтаркой. — плечами пожимает. Не знает как мысль свою сформулировать .
— Что? Кем? — начинаю хохотать на всю улицу и за бок хватаюсь.
— Эй, ты чего? — пальцами щёлкает перед глазами. Стоим на одном месте, а я сгибаюсь от смеха. Это действительно смешно звучит из ее уст.
— Прости, просто это смешно звучит.
Хохочу прерываясь на слова. Медленно начинает идти вперед, а я наконец. успокаиваюсь и ступаю за ней.
Начинаем идти вперед, медленно, никуда не торопясь. Кедами по лужам шлёпаем.
— Пошли ко мне? — смотрю по сторонам.
— Зачем?
— Приведём тебя в порядок. Иначе дядя Стёпа и тетя Жанна на порог не пустят меня после твоего внешнего вида.
— Ладно. А то выглядим как какие-то ушлёпки.
— Ёпт твою! Экран разбился. Ещё и аккумулятор залило. Капут ему. — трясу телефон и включить пытаюсь — с твоим что?
— Работает, но экран разбился. Теперь я точно труп. Родители убьют меня за него.
— Ну не приувеличивай. Поменяешь экран и всё, заебись.
— да, а вот мне нужно новый покупать.
Сука.
Не восстановить ничего теперь.
— Если ты думаешь, что всё так легко и просто, то ошибаешься. Я стараюсь со всеми вещами бережно относиться, потому что лишних денег нет. Мы не бомжи конечно, но профессора не много получают. И они точно не будут рады, что я разбила телефон купленный недавно. — голос ее грустный. Я особо не помню какого это в чём-то нуждаться.
Этот ублюдок хорошо обеспечивает и ни в чем не отказывает. Только чтобы эти деньги ему поперёк горла стали.
— На, возьми! — достаю пятитысячную купюру. Чуть влажную, но в хорошем состоянии
— Эй! Нет, убери! — отталкивает мой кулак.
— Бери! Бери! Это мой косяк. Поменяешь экран и родители не узнают. — сую ей деньги, и она берёт их грязными руками.
— Я что на нищую похожа? Да мы не богатые, но и не бедствуем!
— Прости, я не это хотела..
— Всё нормально. Я понимаю.
— Знаешь, деньги не делают меня счастливее. Можно сказать, моральная компенсация. — пожимаю плечами. Волосы назад всё время закидываю. Одежда к телу липнет.
Надеюсь хотя бы семейки моей дома нет.
— В каком смысле моральная компенсация? Плохие отношения?— опять суёт свой длинный нос. Достала.
Хотя это действительно просто откупка. Хоть ни в чём не нуждаюсь и помочь Крис не проблема. Всё таки моя вина.
— Типа того. Погнали на остановку. — даже похуй, что люди подумают увидев нас в таком виде. Будто бы бомжи какие-то.
Заходим в автобус полный людей. Конечно женщине не понравилось, что мы пачкаем её.
— Аккуратнее! — возмущается.
— Простите! — сразу вступает Захарова, пытается снова подавить свою личность и подгибается под другими.
— Не извиняйся. Нам что пешком идти? Это всего лишь мокрая пыль.
Та лишь вздыхает и сумку свою убирает подальше.
Все смотрят и кто-то даже глаза закатывает. Будто дельфинов увидели. Подумаешь.
***
— Заходи. — стягиваю свои кеды, что насквозь мокрые и грязные. — Ухты пухты! Я у тебя ни разу не была. Так красиво и просторно. — стягивает свои кроссовки и с них вода льется. — Ага, пошли в ванную. — мокрые следы от носков на полу остаются. Немного пошатывает. Не до конца отошла от таблеток. Неприятная желчь во рту из-за чего хочется полоскать рот, дабы смыть этот противный вкус. Дома походу точно никого. Ну и отлично. Выкладываю свой телефон и ещё раз проверяю. Не включился ли. Но ничего. Костик и Мишель по-любому ищут. Снова свалила и ничего не объяснила. Нужно встретится с Костей и поговорить. Иначе меня совесть сожрёт. — Иди первая. Я принесу тебе одежду, а грязную закидывай в стиралку. — достаю полотенце чистое и кладу на тумбу. — Спасибо — стесняется. Это видно. — Не стесняйся. Чувствуй себя как дома. — Как дома... Это вряд-ли. У меня в Карелии дом конечно не маленький, но не такой как твоя квартира. — рассматривает стены белые в ванной комнате. — Это кстати плюс. Можно днями рожи своих предков не видеть. — закатываю глаза. — Почему ты так говоришь? — стягивает футболку мокрую и шипит, потому что раны задевает. — Крис, я конечно сказала тебе, что ты мне не чужая и всё такое, но не суй свой нос. Сколько повторять можно? Договоримся? Я пока сама рассказать не захочу, ты не лезешь? — поворачиваю голову в её сторону, а она спиной стоит. — Хорошо. Я поняла. — действительно поняла. По голосу слышно. За недолгое время общения с ней, я выучила язык её жестов и всё прочее. По голосу понять могу её настроение. Только вопрос. Зачем мне надо это? Закрываю дверь в комнату и через время слышу мощную струю воды. В комнату свою захожу. Бардак неймоверный. Быстро всё засовываю и складываю. Хотя бы, чтобы со стороны чисто казалось. К шкафу подхожу и вещи чистые достаю. В ванную захожу рукой глаза прикрыв. Знаю, что такое личные границы. Кладу одежду аккуратно сложенную. — Можешь открыть глаза. — голос её очень тихий и неуверенный. Убираю ладонь и смотрю на девушку, что по пояс в ванне лежит. Грудь её небольшая, но такая аккуратная. Не могла подумать, что женское тело может быть таким привлекательным. — Ты долго тут не вылёживайся, а то я тоже хочу уже смыть с себя это болото. — в зеркало смотрюсь и замечаю шишку на лбу. Странно, что я даже не почувствовала боли от неё. Спасибо наркотикам. — Да я уже всё. — встаёт на ноги и начинает вытераться. Волосы свои длинные заматывая в полотенце. А я в зеркало всё вижу и даже подсвистываю немного.***
— Блин. Царапина останется.— пальцами вожу по месту ушиба. — Вот идиотка конченная. Прости меня! — злость к себе и словами описать невозможно. Как человек может так наносить урон всему окружающему. — Нормально. Главное, что все остальное не так заметно. Родители не должны увидеть. Они ту царапину мне до сих пор вспоминают с каждым днём. — указательным пальцем касается того шрамика. — Все твои царапины благодаря мне появились. Вот же сука! — трогаю её ладонь тыльной стороной своей. — Не вини себя. Знаешь, это можно назвать боевыми шрамами. Некоторые даже идут мне очень. — произносит это с гордостью. Мазохиста ебаная. Гордится, что я въебала ей несколько раз. — Ты очень красивая и шрамы не красят тебя, но и не портят. Бляха. Не знаю, что несу. — усмехаюсь и голову опускаю. — Правда считаешь меня красивой? — Правда. Толкается вперёд и губами носа моего касается. Смотрю в её глаза голубые. Придвигаюсь чуть ближе. — Кровать удобная у тебя.. — У тебя голос очень такой..знаешь. — Какой? — кусает свою губу верхнюю. — Ну.. такой. Сексуальный. — Серьезно? — коленка моя касается её. — Да. Очень. — ладонь свою кладу на её оголенное бедро и к коленной чашечке спускаюсь. — Я.. Прерывает её голоса в прихожей и детский плачь. Вот же сука! — Кто это? — чуть отодвигается от меня и волосы свои поправляет. — Мой главный кошмар. — встаю с мягкой кровати и шлёпаю босыми ногами по полу тёплому.
