Глава 8. Змеёныш
16 июня 2024 г., 17:03
--- Глава 8. Змеёныш ---
Садящееся за горизонт Солнце окрасило все в золотой цвет. Три трупа в его лучах медленно плыли по водной глади… - Они не стоят твоего внимания и времени, - змеелюд посмотрело на них безразличными глазами. – Эти трое все равно были плохими информаторами, - чуть шипящим голосом произнес Орочимару, вернув свое внимание мне. - Я думал, ты их отпустишь после того, как они дали тебе информацию обо мне, - я отвел взгляд от трех тел, которые не так давно скинули в воду – яд подействовал быстро и безболезненно – они просто уснули и все. - Ну, да, ну да, - тихо засмеялся он и сделал шаг ко мне, касаясь моего лица своими прохладными пальцами обводя шрам на моей щеке. – Это чтоб потом все в стране Огня знали у кого ты и приблизительно где тебя искать? Видишь ли, это плохие информаторы… - Почему? - Что непонятного? – его взгляд стал жёстче. - Они работали не только на меня… ну и доработались – язык надо за зубами уметь держать, и под кого попало не стелиться, - он усмехнулся и повернулся боком ко мне, уставившись за борт, на уплывающие куда-то в даль трупы. – Они продавали информацию мне, а потом – Конохе, и еще нескольким бандитским шайкам. И поверь мне на слово: завтра они бы поспешили сообщить о тебе посреднику из Конохи ну и так далее… Это чудо, что я нашел их быстрее, чем остальные, а вернее чудо, что их нашел мой Кимимаро… - Кагуя здесь? – тихо спрашиваю я, стараясь не привлекать к себе излишнее внимание. По палубе сновали люди, да и не стоит напоминать лишний раз саннину, что я знал про мальчишку слишком много. - Да, - змеиный саннин пожал на это плечами. – А куда ему деться? Твой совет пришелся весьма кстати, и за его здоровьем я теперь слежу особо тщательно. Кстати, тебе надо бы к нему сходить… Пообщаетесь, он, кстати, неплохо «копошится в волосах», - и змеелюд красноречиво ткнул в сторону моих завшивленых волос пальцем на мою голову. - Ты заберешь меня с собой? Я имею ввиду не просто посадишь куда-нибудь в отдаленное убежище, а возьмешь с собой? – этот вопрос вился в моей голове с самого утра – собственно и тогда, когда змеелюд привел меня на этот корабль. Сюда же привели троих информаторов, которым дали положенное им рье, а отравленной выпивкой «угостил» по скидке человек Орочимару на выходе с торговой площади. - Придется, - он говорит это так, словно ему это не надо, и я теперь для него еще один груз на шее. Но вообще-то ему в какой-то степени это выгодно – у него фактически в плену наследник Страны Огня, сын дайме. Единственный существующий прямой и законный наследник. - Спасибо, - произношу я слова благодарности, ведь понимаю, что мне действительно повезло. Да и глупо думать, что нет – змеиного саннина боялись, уважали, старались избегать. Глупо думать, что можно не выказывать ему уважение после того, как он великодушен – а мог бы и просто меня где-нибудь в клетке запереть в каком-нибудь дальнем убежище… - Иди в трюм корабля, - велит мне он, очевидно заметив мое излишнее напряжение. – Найди там комнату вот с этим номером. Тебе надо отдохнуть после всего… - Да нет: всё нормально, я не устал… - Мне виднее, - жестко произносит он. – И не спорь со мной! Ты не чувствуешь усталости из-за перевозбуждения. Иди спать! Завтра продолжим разговор. Я понимаю, что нет смыла с ним спорить – он тут главный, он тут «даймё». Да и по логике этого мира спорить с ним я не имею никакого права: тут не положено возражать старшим на самом деле. И если я не хочу, чтоб меня начали учить жизни в лучших традициях этого мира, то мне лучше изобразить смирение. Я молча склоняю голову. Орочимару удовлетворено хмыкает и протягивает мне ключ от каюты. - Это нужно для твоего же блага, - он придерживает мою руку с зажатым в ладони ключом. – Послушание в мире, про который ты ничего не знаешь. - Да? Не знаю… – произношу я растерянно и мысленно себя костерю. Где и как он понял про то, что я – попаданец? Как я так прокололся? - Ты жил до этого во дворце – и там иная жизнь, не такая, какую ты увидел, живя в столице, и какую увидишь, когда пойдешь со мной, - терпеливо поясняет он мне, отпуская мою руку. – И для твоего же блага будет правильно признать мой авторитет сразу, пока ты по своему незнанию не «наломал дров и не растерял кунаев»! - Я понимаю… - «Но не принимаю», - озвучил мужчина очевидное. – Иди уже спать – у тебя от недосыпа лицо черное. Я молча кивнул и отправился вниз, прочь от змеелюда и садящегося за горизонт Солнца.--- ---
Тут было тихо – кажется, все вымерли. Хотя ничего уникального: торговая площадь была заполнена людьми до предела, и торговля была в самом разгаре. Поэтому тут никого не было. Только я, Орочимару, несколько человек с команды, следящих за кораблем. Я зашел в маленькое помещение, где стоя на полу, горела керосиновая лампа. В углу сптопкой лежали футоны с одеялами. Я взял один из футонов и одеяло, и подтащил к дальнему от двери углу, туда же я приволок и лампу. Тут было тепло, тихо, и я, зарывшись под одеяло с головой, молча смотря на огонь, ощутил себя в безопасности. Нахлынули воспоминания. Перед глазами снова вспыхнула смерть моего отца, ужас пережитого в столице, и я свернулся, закрывая лицо ладонями, стараясь зареветь в голос. Усталость взяла своё – и я понял, что Орочимару был абсолютно прав. Я закрыл глаза и провалился в сон.--- ---
Кто-то касался моей головы. Легко, почти невесомо и так аккуратно… Это напомнило мне прикосновения матери, и я поспешно распахнул глаза, увидев в свете керосиновой лампы последнего из Кагуя. - Ты проспал почти сутки – Сенсей велел будить тебя, - вместо приветствия сообщил мне он внимательно смотря на меня. - Так много? – я рассеяно смотрю по сторонам. Дверь в коридорчик открыта, лампа потушена, но она и не нужна – свет проникает из коридора. Людей нет – день на дворе и все на торговых площадях. - Ты просто устал, – Кимимаро почти беззаботно улыбается мне, и придвигается ближе. Я же по привычке сильнее зажимаю в руке кунай. – Не бойся! Я тебя не трону! – заявляет он. - Да я просто… - У меня тоже такое было, - он касается моих волос и тыкает пальцем в мою впалую щеку, словно я какая-то невиданная зверушка. – Когда Хозяин забрал меня к себе я тоже чуть что пытался так делать. Идем, - вдруг неожиданно строго произносит он, и я угадываю в его голосе интонации Орочимару. – Нехорошо заставлять ждать нашего благодетеля… Я не успеваю что-то возразить. Кагуя, хоть и младше меня, оказывается весьма сильным. И дело тут не только в чакре – с виду он весьма крупный на самом деле – я кажусь каким-то заморышем на его фоне. Для меня все это странно… И в чем тут дело? В чакре? Или в его геноме, доставшемся от клана Кагуя? Он тянет меня за руку – хватка у него железобетонная, и я вынужден встать с теплых футонов и подчиниться ему. Но что мне остается? Я простой человек – без чакры, простой смертный… - Ты сильный, - произношу я, идя за ним все так же за руку, которую он не отпускал ни на секунду, чем заставил меня задуматься над тем, что змеиный саннин поручил ему слежку за мной, и если это так, то в случае опасности для меня в этом месте, я никуда не смогу отсюда уйти. – Сколько тебе лет? - Точно не известно, – он оборачивается на меня и в свете яркого солнца его глаза кажутся ядовито-зелеными. – Что-то около 5-6. Орочимару-сама не смог определить. У моего клана нет записей. А сам я не знаю в какой год я родился. А в подвале не понятно сколько времени прошло… - Ты не пытался считать дни? – поинтересовался я, идя за Кагуей, который, оказывается, возможно не так уж и сильно младше меня. Ведь в самом деле сложно понять сколько ему лет? В мире шиноби все относительно. Он мог быть весьма рослым для своего возраста. Или же наоборот, слишком низким. И в обоих случаях надо было знать год его рождения. Но если он его не знал… Можно было еще попробовать определить возраст по зубам… Но в мире шиноби все так относительно! Так что Кагуя мог быть и лет 4-5, когда его забирал к себе Орочимару, а мог быть и весьма постарше, но недотягивать в росте и развитии. В том числе и психо-эмоциональном. «Еще одна искалеченная душа, еще одна испорченная жизнь этого мира», - думалось мне, когда мы шли по пристани в поисках змеелюда. - Кимимаро, скажи мне, а тебя как-нибудь лечат? – поинтересовался я, думая о том, принял ли все-таки во внимание мои слова змеиный саннин. – Ну, следят там за твоим здоровьем. - Ага, - последний из Кагуя остановился, развернувшись ко мне, и оттянул верхнюю рубаху, под которой виднелась другая – шерстяная, а под ней – еще одна. Он нерешительно улыбнулся мне вновь, а затем кинулся ко мне, и обнял. – Спасибо, Старший Брат, что позаботился тогда обо мне! Его скулы тронул румянец. Я же не стал ничего спрашивать у него больше – и так было понятно, что в мире шиноби такие «телячьи нежности» не приветствуются. И они есть проявления слабости. Так что то, что сейчас проделал Кагуя, было наивысшей степенью благодарности и доверия ко мне. И слова о «старшем брате» не просто красивое выражение, брошенное на ветер. И это всколыхнуло в моей душе такое знакомеой чувство – ответственность. Ведь если я тогда так просто позаботился о нем, а он это оценил, то по законам этого жестокого мира мы друг другу не чужие люди… А если учесть, что он – сирота. И я быть может быть – тоже… В этот момент у меня перехватило дыхание – от мысли. Что они могли выследить и убить мою мать, закружилась голова, и я споткнулся, с трудом удержавшись на ногах. - Что с тобой? – Кагуя в миг подскочил ко мне, и навалился на меня, заставил сохранить вертикальное положение. Я вцепился в него своими слабыми руками, и сместил фокус концентрации в сторону Кагуя – о матери было думать невыносимо. Кимимаро вцепился в меня сильнее, и я подумал еще раз о том, что мелкому непонятно сколько лет было и в каноне. Он жил под землей, ничего толком не знал о окружающем мире – говорить с цветами это такое себе… Но тем не менее он нашел в себе силы жить. Я же в более лучшем положении… - Я нормально, - произношу я, фокусируя взгляд на нем. – Просто наверное устал после всего, что было в городе… - Расскажешь? – его глаза загораются от любопытства. И мне кажется, что в самом деле они подсвечиваются от чакры, что приливается к ним. - Не сегодня, - он огорчается, и я спешу добавить, - мы ведь не хотим заставить Орочимару-саму нас ждать? Он отрицательно мотает головой, и улыбается мне. И мы снова продолжаем наш путь. Мне даже начинает казаться, что все, быть может, когда-нибудь наладится. И если не у меня, то вот у него – я буду надеяться – жизнь сложится поудачнее, чем в каноне.--- ---
Змеелюд обнаружился в невысоком здании на торговой площади. Он спешно сверялся с каким-то бумагами. Скорее всего это были отчеты о проданном товаре и полученной выручке. Но я не совал туда свой любопытный нос – не стоит его злить лишний раз. Теперь глупо думать, что я полностью свободен. Больше чем уверен, что за мной и Кимимаро наблюдает еще несколько пар внимательных глаз людей Орочимару. - Вот этим намажешь волосы после того, как помоешься, - произнес он, не отрываясь от бумаг, и протягивая мне бутылёк. – Держишь 10 минут, а потом смываешь и прочесываешь вот этим гребнем. После Кимимаро сходит с тобой в купальни. - Я понял, - отзываюсь я и к моему раздражению желудок выдает меня – я хочу есть. Вчера мне так по-нормальному поесть и не получилось. Сначала торговцев информацией напоили ядом, выведав предварительно у них все, что только можно, потом – змеелюд был занят своими торговыми делами, а я был вынужден таскаться вместе с ним. Потом – потом я наблюдал за тремя плывущими по воде трупами, а потом – я спал. - Сначала отмойся, а потом будем есть, - Орочимару жестом подзывает к себе последнего из Кагуя. – Кимимаро, сейчас отведешь нашего Тору на купальни. Там заплатите за отдельную помывочную – поможешь ему вшей вычесать. Лучше повторить дважды – дважды травить, дважды вычесывать… - А не проще ли сбрить на лысо? – перебиваю его я, с трудом сдерживаясь, чтоб не почесаться. Эта пытка длится уже слишком долго – я не чесался постоянно только из-за того, что боялся расчесать кожу до кроси и занести туда какую-нибудь заразу. - Ты что?! – Кимимаро прибывает чуть ли не в состоянии глубочайшего шока. – Это же некрасиво! И не статусно! - Тору, - голос змеелюда такой снисходительно-насмешливый, что я сразу понимаю, что сделал что-то не так. – Ты ведь должен понимать, что короткие волосы у людей без чакры означают их низкое происхождение? Да и люди с чакрой тоже стараются следовать древней традиции… - Я понимаю, но это не так чтоб было важно для меня, - отозвался я, стараясь не думать о том, что мне придется тащиться непонятно куда, когда можно просто побриться налысо – тут ведь есть антисептик… - Иди мыться! – приказал мне Орочимару. – Хватит того, что я дал тебе выспаться! Шуруй я сказал! От тебя разит за километр! Быстро! Я слегка поклонился – не скандалить же с ним в самом деле? Я не в том положении, а он… Да он тут когда – Хозяин, а когда – Сенсей. Всё так, как говорил Последний из Кагуя. Кимимаро потянул меня за собой, и я послушно пошел. По дороги до платных купален (благо они были близко) я думал о том, что то ли я чего-то не догоняю, то ли змеелюд на редкость злобный сегодня. Но долго мне думать об этом не пришлось – мы таки дошли до нужного нам места. Невысокое здание – в два этажа - было весьма стандартным. Оно стояло за невысоким забором, который отгораживаю чистую ухоженную территорию с короткой зеленой травой. При входе нас встретила молодая девушка, спешно оглашавшая прайс на услуги. Кимимаро в таких местах бывал, кажется, часто – не было на его лице растерянности и удивления, что не сказать обо мне. Он не стал выслушивать ее до конца – перебил на полуслове и потребовал отдельную купальню, без всяких там «девок по востребованию», «пожрать на три блюда», «особых ароматических масел», «шелковых полотенец бесконечного метража» и прочей ерунды. Через пять минут мы вошли вовнутрь – небольшое помещение на первом этаже, деревянные настилы на полу, одно окно, которое при желании можно открыть – и стоящая у стены небольшая протопленная печь. Пару лавок посредине и несколько тазов, вода – холодная и горячая. - Давай скорее – я есть хочу! – в этих словах Киммимаро угадывается и каприз и просьба. Мне же в этот миг он видится не шиноби со (скорее всего) стажем, а обычным ребенком. Который тоже голоден, как и я. - Поможешь мне с вшами? – спрашиваю у него я, не зная с чего тут лучше начать – с грязи на пятках, или на спине? - Помогу, - он кивает головой и набирает воду в таз. – Мочи голову – не переживай! У меня они тоже когда-то были, как и большинства тех, кого спас наш Сенсей…--- ---
--- Немного погодя ---
Мы вернулись к змеелюду на корабль. На стол было накрыто. Но не было тут излишков – еда была диетической. Вареный рис, тушеные овощи, отварная жирная рыба, курица и чай в чайнике. - Садитесь оба, - велит он и жестом указывает нам подле себя с обеих сторон. Стол небольшой, низкий. И я сажусь по левую сторону от него – туда, где он определил мое место. – Кимимаро! (вдруг нарушает змеелюд тишину) принеси подливу – нам опять забыли ее приволочь! - Хай! – и Кагуя подрывается с места, покидая нас. Мы остаемся вдвоем. - Ешь, Тору, - велит мне саннин, накладывая в тарелку риса и овощей. – Тебе нужно набираться сил, - его слова звучат почти заботливо. Но меня не покидает ощущение, что он смотрит на меня с тщательно скрываемым расчетом. И что он там «считает» на мой счет – меня навряд ли посвятят. - Спасибо, - я молча поглощаю еду, которая мне кажется пищей богов. Мне накладываю добавки – Кимимаро все еще нет. – А Кагуя… Ему далеко идти? Может, случилось чего? - С Кимимаро-то? – саннин усмехается и смотрит на меня хитрыми желто-зелеными глазищами. – Ничего с ним не случится – он просто старается не разлить ни капли по дороге. Старательный мальчик! Способный ученик! – я киваю, соглашаясь с ним – но это больше из правил хорошего тона – не сидеть же мне тут с каменным лицом. – Но мне интересно: как ты получил этот шрам? – и он очерчивает указательным пальцем по моему лицу. - Да было дело… На меня тут напала одна сумасшедшая, - рассказываю я, откладывая в сторону палочки – не культурно ведь говорить с набитым ртом. – В самом начале моего проживания в этом городе дело было… - Она мертва? – будничным тоном поинтересовался змеелюд. - Да, я убил ее… как и других, что пытались убить меня… свидетелей ведь оставлять не стоит… ведь они могли привести других, - объясняюсь я ловя себя на мысли, что мне все это неприятно. Это та часть моей жизни, о которой я бы предпочел не вспоминать. Но глупо так думать – память никуда не денется из моей головы. - Хм, - Орочимару смотрит на меня внимательными глазами, отслеживая мои реакции. – Так порой бывает. Вижу, тебя это беспокоит? - Да, - я не вижу смысла врать – он все равно поймет, если я совру. – Меня учили и я запомнил, что люди этой страны – мои подданные. И я должен и обязан заботиться о них, а не убивать… - Иногда паршивых овец стоит устранить, чтоб они не испортили все стадо, - возражает змеиный саннин. – Такое порой бывает – не бери в голову. - Мне сложно об этом не думать… - Мир Дома Дайме отличается от остального мира, - напомнил мне он. – Правители страны, тем более в твоем возрасте, обычно не знают всех тонкостей бытия простых смертных. Тебе не повезло познакомиться с ними так рано. Возможно, если бы я смог найти тебя раньше... Тебе бы не пришлось пережить всё это… Слова саннина цепляют меня за живое, и к горлу подкатывается горький комок. Я с трудом сглатываю, борюсь с приступом паники, стараюсь не разныться прямо тут, но у меня ничего не выходит – слёзы капают из моих глаз. - Я выйду на немного… - Иди, Тору, - по голосу Орочимару понятно, что он прекрасно понимает меня. Что принимает меня таким, какой я есть, вместе со всей моей историей… …Я выскочил на улицу – прохладный воздух коснулся моего лица. Слова змеелюда все еще звучали в моей голове эхом. Это бесконечное эхо заставляло меня расслабиться, требовало доверять и верить без сомнения в каждое его слово… Это создавало ощущение опоры в жизни… - Почему ты здесь? – услышал я голос Кимимаро, и наваждение спало. Образ змеелюда выскользнул из моего сознания, и я открыл глаза, смотря на этот мир без так неожиданно налетевшей на меня «пелены». - За тобой пошел, - отвечаю ему я, стараясь ничем не выдать своей дрожи. Глупо думать, что змеелюд не будет иметь на меня планов, и не будет пытаться как-нибудь подчинить себе. Ведь многие шли за ним абсолютно добровольно. Веря каждому его слову… «Надо быть осторожнее – не известно ведь доподлинно какими способностями он обладает», - проносится в моей голове, и я фокусирую внимание на небольшом кувшинчике с подливой. - Идем есть! – требует последний из Кагуя, открывая крышку – пахнет очень вкусно. - Да я уже поел… - Идем-идем! – требует он, и хватает меня за руку, волоча обратно к Орочимару. Отказываться смысла нет – ведь у меня нет повода избегать своего благодетеля и спасителя? А если он есть, то почему? «Не стоит показывать ему, что его воздействие не осталось мной незамеченным», - думаю я и иду за Кимимаро, предлагая ему понести пиалу. Но он отказывается – не верит, что я не пролью не капли.--- ---
Зима вступала в свои права в этом году неожиданно быстро. Первым снегом окутало все кругом за одну ночь. Утром, когда мы проснулись, мир был похож на мягкое одеяло. Люди максимально активно атаковали торговую площадь, звеня рьё и кошельками. Тут не было свободного места – торговля шла четко и бойко. Я поправил маску, которая скрывала половину моего лица. И дело не только в том, что Орочимару скрывал меня от всего мира – стоять за прилавком с уличной едой было проще с тряпкой на пол лица. Теплая одежда согревала, создавала ощущение, что зима не страшна и наступит не скоро. - Три мяса, три риса, два соуса с чесноком, один – без, две колбасы в масле, одна курица, два черных чая, один – красный с сахаром, - слышу я голос Кимимаро и спешу, раскладывая еду, протягивая готовые блюда из заказа. Люди на площади галдят, тратят деньги, получают скидку на еду в уличной площадке, в которой работаем я, Кимимаро и еще несколько людей змеелюда. Про Орочимару ходило много слухов - мир полнился сплетнями, зачастую ничем не подкрепленными. Но теперь, попав в цепкие лапы змеиного саннина, я могу с точностью сказать, что кое-о-чем люди толи не догадывались, то ли предпочитали умалчивать. Я был подле него всего неделю, и в должной мере оценил его предприимчивость и «легкость на подъем». На второй день я заметил, что люди, приходя на площадь, смотря товары, активно шастают в местные забегаловки, и в итоге наедаются и уходят домой. Змеелюд «раскидывал мозгами» недолго. В тот же день он установил разные «уровни» покупок, за которые будет даваться скидка на посещение нашей (то есть Орочимаровой) забегаловки. И, узнав, что я могу готовить и следить за процессом, сразу отправил туда меня и Кимимаро. Кагуя показывал чудеса общения с посетителями – знал когда нужно польстить и дать «комплимент» от нашей закусочной, а когда – предложить купить что-нибудь еще среди торговых рядов, чтоб повысить скидку за еду. Порции были просто огромными по сравнению с обычно принятыми, а цена – приятно радовала глаз, ведь была ниже, чем у конкурентов. Люди приходили сюда не только по причине покупки чего-то у змеелюда и его людей. Работы было много. Я с раннего утра стоял над котлами, заканчивая поздней ночью. Но я не жаловался – мир забавная штука. С одной стороны сложная, а с другой – простая. И если я хочу жить, как следует, не имея чакры в этом мире, то мне придется «вертеться». И стоять у «плиты» не так сложно и тяжело, как было, когда я не разгинаясь целыми днями потрошил рыбу, которую зачастую с трудом мог поднять. В конце дня, когда мы отмывали котлы и возвращались к Орочимару, он зачастую молча указывал нам на нехитрую еду на столе, и велел не мешать ему. Я как-то раз, убирая его тарелки, краем глаза, заглянул в бумаги, что он смотрел – прибыли там были колоссальные по меркам мира шиноби. Как объяснил мне Кимимаро, эти торги «большие», и так на долго змеелюд останавливается в одном городе в первый раз за всю историю (насколько Кагуя знал). Сегодня я снова укратколй заглянул в его бумаги, когда убирал за саннином со стола. Взгляд выхватил слова « покупка товара». Но что может покупать змеелюд? Спрашивать нет смысла – это его дело, не мое. Да и кто будет удосуживать меня ответом. Уже великая удача, что он пристроил меня у себе, и теперь я при деле, не мерзну, не голодаю. И нахожусь в полной безопасности. Кимимаро ушёл спать – он уставал работать с людьми. Мне же в ту ночь не спалось. Небо после укутавшего мир снега, очистилось, и на нем стали видны далекие и холодные звезды. Я вышел на улицу, плотно запахнув свою одежду. Длинные черные волосы развивались на ветру. Лицо теперь я всегда скрывал под тряпкой, и это было основное правило, которое я не имел никакого права нарушать. Мир встречал меня первозданной тишиной. После ума торговой площади ночь и ее отсутствие звуков – оглушало. В ушах тихонько звенело, и я решил пройтись, чтоб хоть как-то разнообразить свое существование. В голове автоматически просчитывались порции риса, вес, нужное количество времени, чтоб хорошо проварить еду в котлах… А еще на фоне своей сытой жизни я не раз задумывался над тем, что не всем так везло, как мне… Несколько раз на площади мой взор выхватывал людей, идущих сюда с детьми, плохо одетых и откровенно маргинальных. Возвращались они без детей… Я не мог оставить своего рабочего места, но Кимимаро велел мне не беспокоиться о них, ведь теперь «с ними все хорошо». Он больше ничего не пояснял, а лишь улыбался. Да и не было на пояснения времени и достойного места – мы ведь работали не покладая рук. Мысли вились, заполняли мой мозг, и я не мог успокоить разум. Я вновь возвращался к проблемам жителей страны Огня… «Моей страны», - думалось мне, и я не мог смириться, что ничего теперь не могу поделать – я ж не Наруто с прорвой чакры. Луна над моей головой сияла, как прожектор. Я, не желая находиться посреди улице ночью на все обозрении, свернул в переулок, укрывшись в тени, желая постоять еще немного и вернуться к Кимимаро. Вспомнились очи, когда я смотрел на звезды вместе с даймё… Когда на меня ругалась мать – ведь я должен был ложиться спать строго по режиму, чтоб восстановить тело после отравления… Как давно это было! Словно в другой жизни!... Но мои мысли прервал какой-то странный звук. Это было похоже на тихий прыжок и я притаился, вслушиваясь. Через пару секунд я услышал еще чьи-то шаги. Стало не по себе… - Уходим – мы видели все, что нужно, - донесся до моих ушей тихий мужской голос. - Доказательства при тебе? – спросил у него второй. - Да, нам надо покидать порт и возвращаться в Коноху – миссия выполнена, - после этих слов мое тело прошибло дрожью. Какая миссия? С чем это связано? - Хорошо, что три наших информатора сделали наводку о том, где он будет… Только вот их давненько не слышно… - Да плевать на них – не факт что они не доносили ему про то, что им было выгодно, - первый сделал несколько шагов. – Главное, что теперь есть имена тех, кто продает ему детей с чакрой… От неожиданности я двинул рукой слишком резко и зацепил стоящую тут палку. Она свалилась с грохотом, потянув за собой какой-то иной хлам… Шиноби Конохи заткнулись, и я замер, думая о том, как мне уйти отсюда в безопасной место? Ведь если я выйду на освещенную улицу, меня настигнет кунай… Цепкие лапы схватили меня и заволокли дальше в переулок. Орать не было смысла – никто меня не услышит, я слишком далеко ушел, - хотя рот мне и так зажали. И в тот момент я думал лишь о том, чтоб меня не узнали, и чтоб я мог вернуться к Орочимару живым… Схватив меня за ворот одежды, один из них, тот, что выше и крупнее, прошипел: - Что ты тут делаешь? Второй стоял, поигрывая кунаем. Он насмешливо смерил меня взглядом, и я понял, что врать надо быстрее… - Я работаю тут торгую кое-чем , - заявляю я и намеренно оголяю шею больше, стараясь говорить голосом повыше. – Возьму не так дорого – сделаю скидку вам двоим! Оба будете или только ты, здоровяк? - Что за вздорная баба? – усмехается тот, что крупнее. – Не поздно ли тут стоять и приторговывать своей дырой? - В самый раз! – нагло заявляю я, стараясь скопировать взгляд тех девок, что я не раз наблюдал на улице. Взмахиваю длинными ресницами, томно опускаю взгляд. – Мне хозяину заплатить немного не хватает… А он знаешь какой… лютый… Не поможете рьёшками? За двоих скидка! Я ничем не больна! Неделю назад была у ирьенина – думала, что беременна, но нет – все в порядке! Так что? Они переглядываются, ухмыляясь. Я же судорожно думаю, как сбежать отсюда? Раздеваться нет смысла… хотя… Может не стягивать штаны до конца? Сослаться на нежелание забеременеть? Внутри меня завыла мужская гордость и самолюбие… Но жизнь – дороже… - Я вот только забеременеть не хочу – денег нет на аборт… Поэтому давайте как-нибудь так… руками, - предлагаю я, надеясь, что прокатит. – Возьму совсем не дорого! Чесотки у меня нет! Ирьёнин осматривал… - Да что руками-то? – хмыкнул тот, что крупнее и выше. – Давай ртом поработаешь!? - Правда что! И не забеременеешь! – и тот, что меньше ростом, ловко отрезал от тряпки с лица, вязку… На их лицах отразилось узнавание, а потом – удивление… - Мальчишка даймё, - прошептал тот, что выше, и я понял, что никуда я не уйду. Звать кого-то бесполезно – они тут же вырубят меня и уволокут в сторону Конохи. - Он самый… - Да что вы такое говорите? – я глупо лупаю глазами. – Я – не мужик. (и это так-то правда) - Связывай его, - велит тот, что ниже. – Потом разберемся – кто это. Тот, что выше, хватает меня за одежду, и это его ошибка. Он слишком близко ко мне – и я наношу удар кунаем. Кровь хлыщет из его сердца, и я бью еще раз, а затем еще. Отскакиваю в сторону – всё, как учил меня покойный Асума. И устремляюсь прочь, но меня за ноги что-то хватает. - Моя техника «ловчий капкан», - с гордостью заявляет шиноби. И я вижу, как мои ноги опоясала земля. Он оказывается рядом, и бьет меня по голове. В ушах звенит, во рту ощущается привкус крови, и я бью его в ответ – но промахиваюсь. Он еще раз бьёт меня, и я заслонюсь в защитном жесте. - Постой! – взвизгиваю я громко и испуганно. – Я – сын Даймё! Это правда я! Не убивай меня! Я пойду с тобой! - Сразу бы так! – заявляет он, и достает веревку, чтоб связать мне руки. – Кунай в сторону выбрось, руки вперед вытяни. Я подчиняюсь, но это не значит, что я пойду с ним. Когда он, с превосходством косясь на меня, начинает связывать мне руки, я впиваюсь ему в шею зубами, вцепливаясь в глаза ногтями. Он злобно рычит, наносит мне удар за ударом. Но концентрация чакры у него падает, и техника перестает действовать. Я вырываю из его шеи кусок плоти, кидаюсь к кунаю, и наношу удар, роняя его на каменную мостовую, на которой лежит снег. Он окрашивается красным стремительно и резко… Мимо моего уха пролетает кунай, и я вижу, что он пригвоздил руку шиноби из Конохи к земле. - Ты пропустил удар справа! – слышу я недовольный голос Орочимару у себя за спиной. – Твоя невнимательность могла стоить тебе жизни! - Я больше не буду уходить, - произношу я, отпрыгивая от шиноби. Змеелюд смотрит на человека пару мгновений, которых достаточно, чтоб он узнал его. А потом змеиный саннин не церемонится – его рука превращается в кучу змей, и в тишине ночи звучит приглушенный крик убитого. - Тебе повезло, что я заметил, как ты покидал нашу территорию, - сухо произнес он, осматривая подсумки шиноби, и доставая какие-то бумаги из печатей. – Твоё безрассудство… Недопустимо! - Я виноват… Я знаю… Они еще что-то о вас говорили… - Я все это слышал, - он недовольно поджал губы. – Не смей сдвигаться ни на шаг! Обратно пойдешь со мной! Я молча кивнул, и замер, наблюдая за тем, как змеелюд обшаривает убитых. Можно было бы конечно обижаться на Орочимару, но нет смысла обижаться на правду – он прав. То, что я все еще жив – просто чудо! Меня ведь в самом деле зачастую принимали за женщину… И это спасло мне сегодня жизнь. «Хотя… спас мне ее Орочимару», - пронеслось в моей голове, когда змеелюд поднял на меня взгляд своих недовольных зелено-желтых глаз, отражающих свет настырной Луны.--- ---
--- Через два дня ---
Корабль плыл по водной глади неторопливо следую в пункт назначения. Я стоял на палубе и смотрел в ту сторону, в которой находился порт. Саннин остался там – допродать все, что возможно, и потом вернуться восвояси. Мы же были отправлены раньше – корабль был нагружен «товаром». И следить за всеми приобретениями Орочимару было назначено мне. Но как следить? Там была куча надзирателей – я же смотрел за тем, как они работают просто с целью донести потом Орочимару. Мимо проскакал довольный жизнью Кимимаро. Он остановил идущего ко мне шиноби, демонстративно вырастив кусок острой кости из руки. - У меня донесение от Господина Орочимару, - спешно произнес шиноби. Кимимаро недовольно поджал губы – прямо как змеелюд, но все-таки пропустил ко мне этого человека. Он протянул мне письмо, и поспешно поклонился. - Послание от Хозяина-Орочимару для молодого господина, - отчитался он. - Почему ты отдаешь его только сейчас? – спрашиваю я, спешно заглядывая вовнутрь тубуса – там в самом деле небольшой свиток. Но я не спешу его разворачивать здесь. - Приказ Хозяина… - Иди, - велю я и жестом отпускаю его. Сам же я спускаюсь к себе в каюту. Тут, при свете лампы, я разворачиваю свиток. В нем совсем немного слов от змеелюда: «Я могу задержаться – на сколько – не знаю. Но без меня ты назначаешься помощником управляющего убежищем, в которое вы держите путь! Документы прилагаются! Трудись усердно и не делай глупостей, мой маленький змееныш!» Я свернул свиток, заметив, что на его поверхности было написан символ «Хэби». Я не знаю, что чувствую. Но губы шепчут против моего желания: - Змеёныш… А когда-то был Наследником Страны Огня….
