Другое время, другое место

       Шэнь ЮэЦи понимал, почему семья Шэнь провела четкую границу между миром совершенствования и обычным миром. Во всяком случае, в теории. Альянс сект запрещал культиваторам нападения на людей, не имеющих точек соприкосновения с миром культивирования, а также предъявлял сектам требование не вмешиваться в политику и экономику обычного мира.       Конечно, возможности Альянса сект обеспечить эти требования были очень ограничены, так как его авторитет базировался на том, что основные секты успешно ограничивают влияние друг друга, но много десятилетий назад у них не было даже ТАКОЙ стабильности.       Союзы между сектами, возможно, и существовали, но никогда не было единого органа, устанавливающего обязательные для всех законы.       Существовало расплывчатое правило «не позволяйте культиваторам вмешиваться в дела смертных», но то, как это понималось менялось в зависимости от того, кого вы спрашивали и большинство пользовалось неопределенным понятием «здравого смысла». Естественно, находилось много серых зон в которых одновременно соседствовали те, кто совершенствовался и те, кто не пытался этого делать. Для многих смертных искушение властью было непреодолимо, а секты и другие культиваторы пользовались этим, привнося свои собственные конфликты в мир смертных. Они вмешивались в политику чужими руками, пообещав чиновникам укрепить их власть в обмен на лояльность. Они использовали политиков и влиятельных людей мира смертных, которые желали верить в то, что они могут добиться успеха в мире совершенствования, но на самом деле их использовали как пешек, натравливая друг на друга в прокси-войнах между сектами, когда секты опасались подвергнуться жестокому наказанию.       В те далекие времена, точнее во времена индустриализации, не было недостатка в чрезмерно амбициозных смертных, ищущих легких путей получения богатства и статуса, которые пытались пробиться в управление миром культивирования. И даже без вмешательства сект, эти смертные обычно начинали рвать друг друга своей вновь обретенной силой. Возможно, такие люди были порочными, даже если не занимались совершенствованием, но когда в дело вступают сверхъестественные средства, все становится намного сложнее. Членов семьи часто похищали или убивали без суда и следствия, проклятия были столь же обычным явлением, как и саботаж, и под перекрестный огонь попадало гораздо больше людей- обычных смертных, чем культиваторов. Еще во времена деда Шэнь многие известные семьи исчезли, не оставив наследников, либо из-за их собственной глупости, либо из-за того, что их использовали в качестве пешек в войнах сект.       Семья Шэнь также существовала в этой странной серой зоне между культиваторами и смертными. Безусловно, до тех пор, пока ветвь семьи деда Шэнь не взяла верх ей пришлось пережить немало убийств и «загадочных смертей», кроме обычного саботажа в бизнесе. Дед Шэнь, друживший с несколькими культиваторами, тем не менее сделал все возможное, чтобы держаться подальше от этого бардака и ненавидел всех этих чрезмерно амбициозных смертных и жестоких культиваторах. Он женился на женщине, не имеющей никакого отношения к совершенствованию, и воспитывал своих детей настолько нормальными, насколько это возможно, чтобы не допустить их до этого беспредела.       Так было до тех пор, пока его двоюродный брат не скинул на него все управление собственностью и не назвал его новым главой семьи, прежде чем сгинуть в попытке передать какие-то проклятия, плохую карму или еще что-то деду Шэнь и его ветви. Дед Шэнь был в ярости, но при этом совершенно не желал просто получать минусы и не получать никаких плюсов. Он опирался на все свои связи, и после долгой и упорной борьбы семья Шэнь стала такой, какой была сейчас. Они больше не кланялись и не подчинялись той или иной секте, свободно предлагая свои услуги надежным, компетентным культиваторам, которым требовалась помощь в обычных потребностях, например документах, когда они маскировались под обычных граждан или помощь культиваторам из более закрытых сект интегрироваться в современное общество.       Они также помогали тем культиваторам, которые хотели порвать с миром совершенствования, предоставляя им жилье и работу, но не пытались ограничивать и удерживать их, как это делали многие другие известные семьи. Эти культиваторы, находившиеся в полуметре от их мира, могли свободно покинуть их по собственному желанию. Самое главное, что семьей Шэнь больше нельзя было легко манипулировать, потому что дед Шэнь отказался от части бизнеса и полностью отделил их деловые отношения от мира сект.        Близкие родственники тоже отдалились от мира совершенствования, а это означало, что остальные члены его семьи могли сосредоточить свои интересы в бизнесе, не беспокоясь, как их решения повлияют на отношения с сектами. Также это имело решающее значение для прекращение попыток сект использовать его жену и детей в качестве заложников и разменной монеты. У старшего Шэнь не было никакой уверенности в том, что его затея сработает, но ему повезло.       Бессмысленное кровопролитие и потери мирных жителей просто попадавших под перекрестный огонь, были настолько велики, что вскоре основные и некоторые мелкие секты собрались и долго спорили, пока не сформировали Альянс сект. Одна из Первых согласованных заповедей заключались в том, что культиваторы не могли тянуть руки к тем, кто ничего не знает о мире культивирования.       Вероятно, у культиваторов были возможности избежать наказания за причинение вреда смертным, но большинству культиваторов просто не было никакого смысла возиться с кем-то, ничего не знающим о мире совершенствования. Также старейшина Шэнь и его семья имели прочные связи с основными сектами и многими выдающимися праведными земледельцами.       Если бы кто-нибудь хотя бы пальцем прикоснулся к членам его семьи, это НЕ осталось бы незамеченным.       Шэнь ЮэЦи прекрасно представлял, почему дед принял решение скрыть мир совершенствования от всех членов своей семьи, кроме наследника. Он также понимал, почему его отец принял такое же решение.       Однако...       Злые культиваторы были теми немногими культиваторами, которых не волновали законы Альянса сект. Они существовали всю жизнь скрываясь от Небес и избегая праведных культиваторов, которые сразу атаковали их. В таком случае, зачем беспокоиться о нарушении законов, если они уже выбросили свою мораль на ветер?       И они напали на Шэнь Юаня, который до сегодняшнего дня считался большинством полностью отделенным от мира совершенствования. Это можно было счесть досадным совпадением, ужасным, но, к сожалению, понятным просчетом со стороны сект и самой семьи Шэнь. Однако Шэнь Юэци прекрасно помнил, как дед снова и снова повторял ему, что секты были в союзе с ними, но они не обязаны быть их союзниками.       Похоже, что только способности А-Юаня, его отношения с новым «Богом Войны» и появление чрезвычайно мощной духовной территории на землях Шэнь заставило немало сторон пересмотреть свои притязания. Подобно акулам в воде, они кружили и искали подходы, чтобы проглотить семью Шэнь целиком.       — Прошу прощения за доставленные неудобства. Мы не ждали гостей.       Шэнь Юань сузил глаза лениво взмахнув веером, на лице появилась «вежливая» улыбка.       Он озаботился разместить отца, Да-гэ и Тянь Чена на диване, потому что не собирался позволять этим «представителям секты» сидеть на нем. Хотя некоторые определенно пришли с миром, он насквозь видел этих двуличных ублюдков.       — Простите нас за вторжение, — вежливо произнес один из пришедших, представившийся представителем секты горы Хва.— Мы надеемся, что не задержим вас надолго.       — Разве это не от них зависит?— усмехнулся представитель секты Инь Шэ.— Было бы быстрее, если бы вы оказывали содействие.       Шэнь Юань с интересом наблюдал, как представитель горы Хва с отвращением смотрел на представителя Инь Шэ.       Скрыв взгляд за веером, он внимательно наблюдал за реакцией всех прибывших, быстро исследуя динамику отношений между сектами на основе их реакций на взаимодействие горы Хва и Инь Шэ.       — Я, например, рад, что у нас есть возможность поговорить с молодым мастером Шэнь Юанем, — сказал кто-то из клана Тань, и Шэнь Юань поднял бровь, а мужчина продолжил с очень невинным видом.— Не расскажете ли вы нам, как вам удалось построить эту духовную территорию?       Краем глаза Шэнь Юань видит, как его отец открывает рот, чтобы ответить на вопрос, а лицо Да-гэ темнеет от гнева.       Вопрос, конечно, был ловушкой. К счастью, Шэнь Юань был прекрасно об этом осведомлен. Задавать такой вопрос — все равно, что просить секту раскрыть свои секретные методы.       Было ли это потому, что Шэнь Юань выглядел слишком юным, или представитель клана Тань был слишком молод, что он осмелился задать такой вопрос?       Шэнь Юань изящно склонил голову за веером.       — И что ты собираешься делать с этой информацией? — ласково спросил он и отец посмотрел на него с некоторым удивлением, но решил подождать и позволить ему разобраться самому.       Делегат клана Тань тоже был удивлен, его щеки покрылись краской. Хотя, скорее всего он в самом деле был слишком молод, потому что без задержек ответил:       — Как мы можем поверить, что данная духовная территория создана вами так секретно, что даже Шэнь Цзин не этого заметил, если вы не предоставите нам какие-нибудь доказательства?!       Так вот о чем они распрашивали его отца, прежде чем он вмешался.       Эти дилетанты действительно думают, что смогут захватить эту духовную территорию... или, возможно, они пытаются поглотить семью Шэнь.       — Я не понимаю, почему это имеет к вам хоть какое-то отношение, — сказал Шэнь Цзин, и Шэнь Юань согласился.— Скрывает ли мой сын что-то от меня или нет, это сугубо семейное дело.       — О, но Шэнь-сяньшэн,— сказал Инь Шэ, говоря с большим терпением, как будто он разговаривал с кем-то с ограниченным интеллектом.— Вы бы не хотели, чтобы кто-нибудь неправильно понял и подумал, что вы пытаетесь построить свою собственную секту, не так ли?       Лицо Шэнь Цзин было бесстрастным, но, похоже, Да-гэ предстоит пройти еще долгий путь, прежде чем он научится полностью скрывать свой гнев. Некоторым людям также было трудно скрыть свое раздражение. Или они просто не считали нужным его скрывать.       Представитель секты Во Ху фыркнул и закатил глаза, сказав:       — О, так значит, создание новой секты в наши дни является преступлением? Напомните мне еще раз, когда секта Инь Шэ отделилась и сформировала свою собственную секту? 10 лет назад? 20?       Шэнь Юань думает, что сможет с этим справиться.       — 25, — сумел прорычать Инь Шэ сквозь стиснутые зубы.       — Мы не планируем дальше углубляться в совершенствование, — твердо заявил Шэнь Цзин.       — Значит, ты просто собираешься сохранить эту духовную территорию? Не говори мне, что твоя жена будет согласна внезапно закрыть свою виллу, — усмехнулся представитель клана Тань.       — На самом деле, моя жена передала виллу в собственность Шэнь Юаня еще до того, как я узнал об этой ситуации— резко возразил Шэнь Цзин.       — Вместо этого, если бы она готова пойти на это, ты должен был продать это место нам — одной из сект!       Оппортунистические секты мудаков разом загалдели и Шэнь Юаню было достаточно.       Щщщелк.       Он резко захлопнул веер, и лицо его стало холодным и бесстрастным. Позади него Лю Цингэ резко придавил всех тяжелой ци и это, честно говоря, помогло, поскольку все представители сект развернулись и уставились на него.       — Вы только послушайте себя, — усмехнулся он, превращая в Шэнь Цинцю в каждую клеточку своего тела.— Скажите мне, кто из вас поднял бы руку, чтобы купить эту гору, если бы мой отец продавал ее? Кто из вас знал о скрытой жиле дракона? Кто из вас смог бы приручить ее с помощью массива, способного отклонять Небесную молнию?       Наступила мертвая тишина, то ли потому, что все поняли, что то, что он сказал им правду, то ли потому, что Лю-шиди был настолько устрашающим, ( в этом Шэнь Юань был полностью согласен с любым из них)       — Вы хотя бы дали себе труд задуматься, почему я не сообщил об этом отцу?— Шэнь Юань усмехнулся, откинувшись на спинку стула и скрестив ноги.— Из-за этого цирка. Позвольте мне сказать вам, что эта территория не принадлежит Шэнь. Она- МОЯ. Моя и моих боевых братьев. Вы не сделаете ничего, что могло бы изменить мнение семьи Шэнь по этому поводу.       Несмотря на давление Лю Цинге, поскольку не являлся одним из идиотов, враждующих с Мастером Музыкального Совершенствования и его возлюбленным Богом Войны, представитель Секты Горы Хва имел смелость поднять бровь и погладить усы, спрашивая: <tab— Боевые братья и сестры? Сяо Юань – Шэнь Юань подумывает о создании секты? ... Если подумать, этот представитель действительно выглядел знакомо. «Один из друзей дедушки»,— подумал Шэнь Юань.       — Нет, — произнес Шэнь Юань.— Хотя мы не против поделиться и обменяться с другими сектами методами и традициями. Однако, мы трое не заинтересованы в участии в такого рода фарсе— он многозначительно оглядел каждого представителя.       Они втроем действительно обсуждали это, развлекаясь идеей создания секты, однако, возможно ли это?       У них было слишком много дел. Семьи и обязательства перед ними.       Пока они не были готовы расстаться со смертными узами, они не могли рассчитывать на обучение.       Возможно, в будущем, но точно не сейчас.       — Н-ты не можешь серьезно рассчитывать на то, что справишься, будучи независимым, — сумел выпалить представитель клана Тань.— Разве ты не понимаешь? Ты подозреваешься в том, что целенаправленно вовлекаешь культиваторов в Небесную Скорбь, чтобы обострить ее, и…       Шэнь Юань усмехнулся и вскинул голову с явным пренебрежением.       — У вас довольно богатое воображение, — сказал он, глядя на него с жалостью.— Какой дурак стал бы заманивать трупных марионеток и свирепых призраков к месту Небесной Скорби? Во-первых, кто я такой, чтобы возражать Небесам в желании вынести приговор тем, кто следует злым путем, заманивая их к Небесной Молнии? Представитель клан Тань быстро захлопнул рот.       Это было практически настоящим самоубийством, позволить себе быть заподозренным в сочуствии злобным практикующим перед представителями почти всех основных сект Китая.       — Представитель клана Тань действительно слишком импульсивен, вынося на обсуждение вопросы, которые, вероятно, уже прояснились в ходе расследования, — сказал делегат Инь Шэ.— Однако это правда, что сложно оставаться без надлежащей поддержки, когда дело касается мира совершенствования. Без достойных союзников, другие могут неправильно истолковать ваши намерения …       Представитель Инь Шэ глубоко вздохнул, покрывшись холодным потом и выпучив глаза.       До сих пор Лю Цингэ молчал, по мере необходимости слегка оказывая давление на окружающих. Но теперь он излучал настоящую жажду крови, даже если она не была настоящей жаждой крови, которую мог вызвать Пиковый Лорд БайЧжань, этого было достаточно, чтобы заставить всех в комнате затихнуть и превратите представителя Инь Шэ в перепуганную курицу.       — Нам не нравится, когда нам угрожают, — сказал Лю Цингэ тихим и ровным голосом.       Шэнь Юань мягко положил руку на колено своего шиди, и жажда крови утихла, позволяя всем вздохнуть.       — Я думаю, что Сун-Сяньшэн, повар Гао Цзе и его любимая жена- фея Фан Чжоу, чувствуют себя достаточно хорошо, — сказал он легкомысленно, как будто Лю Цингэ вообще их не прерывал.- Они определенно не жалуются на жизнь.       Многие представители сект вздрогнули, и Шэнь Юань понял, что, по сути, он победил. Теперь они поняли, что он, Лю Цинге и Шан Лэй не остались без союзников, и не были невежественными младенцами в мире совершенствования.       Тем не менее, ему пришлось настаивать на этом факте.       — Возможно, для тебя это прозвучит удивительно, но я и мои боевые братья не заинтересованы в твоих жалких силовых играх,- усмехнулся он, поднимая веер к лицу и сверкая глазами.— И, как сказал Лю-шиди, мы не потерпим угроз, очевидных или скрытых. Однако мы разумные люди.       Он прищурился, ставя голосом сладкую и шелковистую точку.       — Я надеюсь, что мы сможем поддерживать взаимовыгодные отношения.       Многие представители покинули виллу, кто-то в ужасе, кто-то устранился, а кто-то совершенно нейтрально отнесся ко всему происходящему. Некоторые произносили слова поддержки Шэнь Цзин, а некоторые просто бросали на него короткие взгляды, но в конце концов остались только двое представителей. Когда он увидел, как Шэнь Цзин расслабился, Шэнь Юань понял, что это были люди, с которыми их семья была знакома раньше.       Тянь Чен также ушел, чтобы разобраться с следователями и уборщиками Альянса сект, которые обыскивали гору и зачищали все следы всех произошедших событий.       Это облегчение, что им не придётся самим иметь дело с трупными марионетками. Фу.       Шэнь Юань откинулся на спинку стула, чувствуя настоящую усталость, и посмотрел на Шан Лея, который тайно записывал то, что произошло во время встречи на стойке кухни, вдали от напряженной дискуссии.       — Самолет, можешь заварить чай?— пробормотал он, и Шан Лэй кивнул, спрятал свои бумаги и засуетился. Шэнь Юань не был заинтересован в гостеприимстве к придуркам, но те, кто остался, похоже, придурками не были. Жаль, что он слишком устал, чтобы самому подать чай.       Представитель Во Ху засмеялся и хлопнул себя по колену.       — Хорошо! Юэ-гэ, твой сан-ди действительно хорош! Так ловко избавится от этого ублюдка Инь Шэ! Ах... Я знал, что что-то не так, когда ты купил два духовных устройства!       Шэнь Юэци моргнул, прежде чем на его лице отразилось осознание.       — Я считал это вашими гражданскими моделями телефонов, — признался он, и Во Ху уставился на него.       — ...Юэ-гэ. Если бы мы продавали нормальные телефоны по такой цене, мы были бы мошенниками высшей степени.       О, так секта Во Ху — это секта, стоящая за технологической компанией бренда Tiger.       Представитель горы Хва обсуждал потенциальное развитие событий с отцом и когда Шан Лэй поставил перед ними чай, представитель гора Хва или дядя Пин, как теперь вспомнил Шэнь Юань из своих детских встреч, поднял глаза.       — Ты третий боевой брат?— сказал он, заставив Шан Лея немного задохнуться от внезапного внимания.       — Э-э-э, да… — сказал он.       — И ты счастлив здесь с этими двумя?       — ...? Мозг Шэнь Юаня немного тормозил после утомительной встречи с представителями сект, и он понятия не имел, чего хочет дядя Пин.       — Да.— голос Шан Лея звучал немного раздраженно.       Дядя Пин с минуту смотрел на Шан Лея, затем улыбнулся и кивнул.       — Я просто хотел убедиться,— сказал он.— В конце концов, ты был единственным, кто ничего не сказал. И не буду отрицать, меня очень интересует переманивание Мастера Массива. Шан Лэй моргнул.       — Что ты такое говоришь?— пискнул он.       Дядя Пин рассмеялся:       — Хотя она смешана с ци Сяо Юаня, твоя подпись ци присутствует во всей защите этого дома.       — О верно.       Шан Лэй посмотрел вниз, затем умоляюще посмотрел на Шэнь Юаня.       ... Разве хомяк не стал лучше справляться с социальным взаимодействием? Со всеми сотрудниками общежития у него все было хорошо... ну, тут другая ситуация.       Однако вместо того, чтобы помочь ему, Шэнь Юань усмехнулся.       — И раньше вы предлагали иметь дело с представителями вместо меня.       — Юань- бро...— Шан Лэй бросил на него предательский взгляд, но Шэнь Юань не заметил его, тяжело склонив голову на плечо Лю Цингэ.       Он так устал...       Тень мелькнула над ним, и он сонно открыл глаза, чтобы увидеть Да-гэ, встревожено стоящего перед ним на коленях.       — Почему ты так устал?— спросил Да-гэ, его руки нежно обнимали Шэнь Юаня, хотя брови были сдвинуты вместе.       — Конечно он устал, — пролепетал Шан Лэй, с облегчением отделавшись от дяди Пина.— Он играл Песнь Успокаивания Душ более получаса, боролся с Мастером Проклятий, получил ответную реакцию от гуциня, а затем снял несколько действительно чертовски сильных проклятий. С объемом его совершенствования было бы более странно, если бы он не устал.       Лицо Шэнь Юэци на мгновение было пустым, прежде чем на нем проступил ужас.       — Отдача гуциня? Тот, который я тебе купил?— его голос стал напряжённым от горя.       Ах черт.       Шэнь Юань быстро открыл глаза и пошатнулся, крепко сжимая руки Шэнь ЮэЦи, хотя его Да-гэ попытался отступить.       — Нет, Да-гэ, это не твоя вина, — быстро произнес он.— Если бы ты не купил мне гуцинь, то, скорее всего, у меня не было бы ничего, что могло бы помочь справиться с ситуацией, и где бы мы тогда были? Это моя вина, потому что я даже не подумал, что он мне так скоро может понадобиться музыкальное развитие.       Выражение лица Шэнь ЮэЦи на мгновение дрогнуло, а затем расслабилось.       — Хорошо, — сказал он со вздохом. А затем глаза Да-гэ сузились и он так приятно улыбнулся.       — Завтра утром тебе придется рассказать нам все, а также сообщить, когда все ЭТО произошло.       ... Где-то там внутри определенно была угроза. Дрожь пробежала по спине Шэнь Юаня, но он не собирался сдаваться слишком легко.       — Хорошо, ладно— сказал он.— Но взамен ты должен рассказать мне, кто эта красивая Цзе-цзе, которую ты привел с собой.       И хотя Шэнь Юань не собирался с нетерпением ждать завтрашнего (сегодняшнего) разговора, Шэнь Юань был рад услышать, как он задыхается.