Жить, пока бьётся твоё сердце

—Дорогие ребята! Сегодня первое сентября—День Знаний! —объявляла громко директор. Максим стоял вместе со своим классом, из которого ушло человек десять, включая шайку Фёдора. Тёплый ветер обдувал лица и шевелил наряды. Рубашка Макса, которую он надевал два раза в год: на открытие и завершение учебного года, хоть и была на размера два больше, но, как ему казалось, обтягивала, давая другим возможность смотреть на него, чуть поправившегося. Хотя другим до него вообще не было дела. Макс глянул в сторону одиннадцатиклассников, пытаясь найти Артёма, ну или хотя бы Ксюшу, но никого из них не было. Были только Ваня с Мишей, которые отпустив головы, во что-то играли на телефоне. В последние дни августа, буквально за день до сентября, Тёма всё-таки появился в сети. Быстро прочитал то, что написал Максим, и ответил одной лишь фразой: «Завтра увидимся». Почему-то от этой фразы веяло холодом. Может потому, что Макс ожидал другого развития событий: радостное приветствие, долгий разговор, кучу сообщений и бессонную ночь за перепиской—а тут «Завтра увидимся». В голову лезли мысли о том, что дружбе конец, все пересланные сообщения были вырваны из контекста, а его любовь—это чушь и бред. Максим, совсем заскучав, достал телефон и написал Ксюше: —«Привет» —О! Привет, —раздался громкий голос Миши, который был слышен даже сквозь галдёж. Горцев резко повернул голову в сторону звука и увидел его: выросшего за лето, загорелого, в чистой белой рубашке— Артёма. Он здоровался со всеми одноклассниками, попутно разговаривая с друзьями, рядом стояла Моржова, которая за лето чуть загорела. Макс смотрел на Тёму: сердце остановилось, воздуха не хватало, руки тряслись, хотелось подойди, хотя б поздороваться… Но класс Муравьёва вызвали, и они все вышли на площадку, где, взяв первоклашек за руку, пошли дружно в школу под громкую весёлую музыку. Макс провожал Тёму взглядом, пока тот окончательно не скрылся в толпе. Внутри бушевали эмоции, которые полностью затмили разум. Парень быстро достал телефон и, зайдя в переписку с Муравьёвым, начал строчить сообщения: —«Привет» «Ты как?» «Ема ты вырос» «Ты вчера писал, что встретимся, когда?» «Можно на перемене или после занятий» —«Привет» —ответил Артём. Сердце уже не успевало перекачивать кровь, уши закладывало, а весь остальной мир исчез, оставив только Максима с телефоном в руках. —«Тихо-тихо, я тоже рад тебя видеть» «Давай после занятий у калитки» «Хорошо?» —«Да, конечно» —Горцева дёрнула одноклассница, и он вместе с остальными зашагал в школу. —«Рассказывай, как ты» —«Давай всё потом, прости» —сообщение завершала скобочка «улыбка». Парень был готов прямо сейчас рвануть к калитке и ждать там, но надо было идти и сидеть на классном часе, на котором будут говорить всё тоже самое, что и годами ранее.

***

Максим бежал к месту встречи. Он еле отсидел классный час, и как только тот закончился, первым выбежал из кабинета, и, чуть ли не сшибая всех с ног, мчал из школы. —Куда спешим? —раздался крик сзади. Макс тут же остановился и посмотрел назад. —Боялся опоздать, —ответил Горцев. Они сравнялись, пожали друг другу руки. —Как дела? Как лето провёл? —интересовался Тёма, начиная идти рядом. Он был на голову выше и казался старше, но глаза были те же: голубые, добрые, скрывающие грусть и…огонёк. Муравьёв старался выглядеть серьёзным и пытался контролировать себя, но лёгкая улыбка всё равно была на лице, а голос был бодрый, радостный. Артём будто не шёл, а летел над землёй, и был переполнен эмоциями и чувствами, который он пытался зачем-то скрыть. —Нормально. Жарко только было и скучно. Ты в лагере, Миша с Ваней разошлись кто куда на лето. С Ксюшей, правда, говорил, но мало,—тараторил Максим. Хотелось всё и сразу рассказать, во всех подробностях, поделиться всем что было. —Писал книгу, всё-таки добрался до неё… —А ты книгу пишешь? —удивился Тёма. Они перешли дорогу и отправились в парк. —Да, —быстро ответил Горцев. —Ты бы знал, как я скучал по нашему общению. Да и просто по встречам, —Максим прошёл чуть вперёд и, развернувшись спиной, продолжал идти, иногда «случайно» поглядывая на Артёма. Парень помнил, что было за взгляды… Ну не мог он не смотреть на него, хотелось рассмотреть его, быть с ним, ощущать снова и снова его кожу и тепло, чувствовать запах, слышать голос, наблюдать за движением тела, рук. Вдруг, они встретились взглядами. В сердце кольнуло, дыхание перехватило, а ноги сами собой остановились. Максим спустя секунду перевёл взгляд и краем глаза увидел сильно сжатые кулаки. Тёма был в гневе, но молчал. Он остановился и перевёл взгляд вглубь парка, который располагался между двух узких автодорог. По центру парка лежала асфальтовая тропинка с деревянными лавочками и фонарями по краям, а у самой дороги рос газон с деревьями. Густые кроны липы слабо пропускали солнечный свет, давая лишь тонким лучам просочиться сквозь листву. Лёгкий ветер играл с ветвями, двигал волосы и одежду. Люди спокойно, будто во сне, проходили мимо, а единичные машины медленно ползли по дороге. Парни молчали. Артём продолжал смотреть вдаль, а Максим ковырял асфальт обовью. —Ладно, пошли, —чётко и безэмоционально произнёс Артём. Максим последовал за ним. Желание говорить пропало, но Горцев был согласен даже на молчание. Они дошли до ларька со сладостями, который располагался в самом центре парка, и подойдя к витрине, начали выбирать чем бы перекусить. —Здравствуйте, —начал Тёма, заглянув в квадратное окошечко, —мне булочку с вишней и апельсиновый сок, —продавщица потянулась за товаром. —А ты что будешь? —поинтересовался парень у Макса. Горцев лишь отрицательно повертел головой. Он повернул голову в сторону и наблюдал за стаей голубей, который мирно гуляли по дорожке и газону. —Спасибо, —проговорил Муравьёв, расплатившись и взяв покупку. Они отошли в сторону. Артём открыл упаковку с булкой и, откусив, двинулся дальше. —Приятного аппетита, —сказал Максим. —Спасибо, —проглотив, ответил друг. —С утра не евши. —А что так? —Как-то не хотелось. —Поня-ятно. Давай сядем хоть. Они сели на лавочку. Максим достал телефон, проверил время и убрал обратно, а Тёма неспешно ел. Подул ветер. Сверху зашуршала листва. По дорожке пронеслось несколько листьев, и пролетел маленький пакет, который спугнул голубей. Горцев на миг глянул на задумчивого Артёма. —Как в лагере? —поинтересовался Макс. —Прикольно. Правда, мелкие достали. Ну а так, прикольно, —Артём сделал глоток сока. —И ты туда каждый год ездишь? —Да… С маленьких. Сначала на отдых, теперь на работу. —И как лето без интернета? —Нормально. Первое время непривычно и даже как-то скучно, но потом привыкаешь и даже начинает нравиться. Правда до тех пор, пока не нужно что-то срочно посмотреть, тогда да, проблема, —снова повисла тишина. Тёма доел и уже просто сидел пил. —Теперь одиннадцатый класс…—нарушил тишину Горцев. —Да. Время быстро летит… Люди меняются, но внутри они такие же придурки, как и были…—в голосе Муравьёва почувствовалась грусть. —М, —только и смог выдать Макс. Он не знал, что можно ответить и нужно ли вообще. —Ладно, пойдём, пройдёмся где-нибудь ещё, —Артём выкинул мусор в рядом стоящую урну и встал. Максим тоже поднялся, и они вместе пошли дальше, иногда что-то обсуждая, но чаще молчали. Не знали с чего лучше начинать разговор и о чём его вести. О прошлом и настоящем? О дружбе, людях? Или просто об играх, музыке, кино? Столько разных тем, столько вариаций, но какой будет верный и правильный? Никто не понимал…

***

Очередная перемена в школе во время скучного дня. Максим сидел на лавочке в шумном коридоре, смотря ТикТок. Парень хотел сегодня после уроков прогуляться со всеми вместе, но Ваня с Мишей не смогут, поэтому оставался только Тёма, может Ксюша. —Привет, —раздался голос Артёма рядом. —Привет, —ответил Макс. Тёма сел рядом, начиная пялиться в телефон друга. —Давай сегодня куда-нибудь пойдём после уроков, —предложил Горцев, выключив телефон. —Можно. Ты не против если ещё Ксюша с нами пойдёт? —Почему бы и нет. —Тогда супер. Куда пойдём? —усмехнулся Тёма. —Не знаю. Можно по ТРЦ пройтись, можно до других магазинов сгонять или вообще в кино зайти, а потом по улицам прошляться… —Слу-ушай, а давай реально в кино сходим, а потом куда-нибудь ещё заглянем, —Тёма достал телефон, начиная быстро печатать. —Я написал Ксюше, надеюсь, согласится. —Да согласится, куда денется, —улыбнулся Макс, посмотрев на Муравьёва. —Привет мальчики, —подойдя, произнесла Ксения. Она появилась будто из ниоткуда. —Привет-привет, я тебе написал по поводу прогулки…—начал Артём, смотря на стоящую подругу. —Я видела. На что пойдём? —Надо глянуть, что сейчас показывают, —Тёма полез в телефон. Макс с Моржовой переглянусь. Он уже приподнялся, чтобы уступить место, но она махнула рукой, показав, чтобы тот не дёргался. Артём быстро пролистал афишу нескольких кинотеатров, пытаясь найти что-то интересное. Иногда произносил названия и читал описания. Горцев просто сидел, смотрел на ходящих по коридору ребят, слушал что они говорят. Плечом ощущал тепло друга, которое пробивалось даже сквозь одежду. —…ты согласен на такое? —услышал Макс, как только перестал думать. —А? Да-да-да…—быстро ответил Горцев, краем глаза глянув на Ксюшу, которая широко улыбалась. —Тогда давай после уроков собираемся у гардероба и идём, —огласил Артём, запихивая телефон в карман. —А Миша с Ваней пойдут с нами? —поинтересовалась Ксюша. У Максима желание их видеть пропало. Хотелось просто побыть с Тёмой, послушать что он говорит, делает, как поправляет причёску, без всяких тем о барах и девочках. Без лишних свидетелей, только он и Артём. Да, сейчас была Ксюша, но она для него будто исчезала, быстро уходила на задний план, оставляя парней один на один. —Нее, не пойдут. Тем более они сегодня не смогут, остаются после уроков на подготовку к экзаменам, —объявил Муравьёв. Ксюша отошла чуть в сторону, обнялась с проходящей подругой и тут же залезла в телефон. В кармане Макса завибрировало, но он не обратил на это внимания. Прозвенел звонок. Все ребята из коридора тут же ушли по кабинетам, а потом разошлись и друзья. Горцев, встав перед своим кабинетом, достал телефон и проверил кто написал. Писала Моржова. —«Свидание намечается, я так понимаю» —писала подруга. —«Теперь без шуток. Ты думаешь Артёму говорить про чувства?» —«Не знаю…» «Как-то страшно» «Я не верю в то, что это взаимно» «Ну не может быть так, что первая любовь и она сразу взаимна!» —«Макс, не тупи! Помнишь, что я тебе пересылала?» —«Ну» —ответил Максим, прислушиваясь к посторонним звукам. —«Чувства могут быть взаимны даже с первой любовью. Ты главное не бойся. Напиши: «Я тебя люблю» и добавь ещё чего-нибудь слезливого» «Ххахаха» —«Да иди ты…» «Так страшно разрушить всё наше общение, которое и так строилось почти на крови. Шаг влево, шаг вправо —конец…» —«Я тебя понимаю» «Но молчание тоже не очень» «Ты терзаешь себя, терзаешь и его» —за дверью класса слышались громкие разговоры, перебиваемые строгим голосом учителем русского. Пришло новое сообщение-пересланные: —«Ксюш, мне очень страшно» «Я не понимаю, что со мной…» «Ты бы знала, как я себя ненавижу!» «Эти мысли, фотографии, разговоры, сам Макс сводят меня с ума» —писал Тёма. —«Артём, ты слишком много думаешь. Просто отпусти и пусть что будет. Признайся ему, помнишь, что я тебе говорила? Это взаимно! Макс тебя тоже любит!»—отвечала Ксения. —«От этого ещё хуже» «Так бы я просто промолчал, и потом бы всё забылось…» —«Это не забудется» «Да и тем более если вы, оба, будите молчать и скрывать это друг от друга, то так и будут продолжаться драки и крики. А тебе это надо?» —«Ксюш!» «Меня это бесит! Я сам себя бешу!» «Максим смотрит на меня и прям летать хочется, но я начинаю на него кричать и лесть в драку» «Идиот…» —«Он боится сделать первый шаг» «Если ты хочешь быть счастливым и быть с ним, то бери ситуацию в свои руки. Поэтому, давай вперёд и с песней» —написала Ксюша. —«Да я понимаю… но я и сам боюсь…» —отправил недописанное сообщение Макс. Дверь открылась, и в ней появилась учительница. —А что мы не в классе?! Ты должен быть примером для других, а тут опаздываешь! —Извините, можно войти? —Входи, —произнесла женщина и устремилась куда-то в коридор. Парень быстро вошёл в класс и сел на своё место, тут же достав телефон. На экране висело уведомления с текстом: «Как же с вами трудно». Максим лишь ухмыльнулся.

***

Артём уже стоял у гардероба и ждал остальных. Максим с Ксюшей быстро спустились по лестнице, прошмыгивая между другими ребятами, которые так же быстро спускались вниз. —Ну что идём? —Да-да-да, —быстро ответил Макс. Они вышли из школы и медленно побрели на выход с территории. Рядом пробегали младшеклассники, по асфальту ветер гонял жёлтую листву. По небу плыли серые облака, намекающие о том, что скорее всего будет дождь. Выйдя на тротуар, друзья отправились к кинотеатру, который был в паре кварталов от школы. Максим шёл чуть сзади, а Ксюша справа от Артёма. Горцев рассматривал улицу. Новостройки, которые окружали школу, сменились на старые пятиэтажные дома, на фасадах которых виднелись элементы восемнадцатого-девятнадцатого века. Балконы потихоньку разрушались. На них виднелись трещины, держащиеся не пойми на чём куски бетона. Где-то под балконами построили деревянные крыши, чтобы защитить прохожих от падения чего-нибудь тяжелого на голову. Эта улица у горожан считалась памятником архитектуры, но по виду балконов, да и зданий, которые скрывались под разрисованной плёнкой, складывалось ощущение, что про эту улице все забыли и плевали с высокой колокольни. Тонкие больные деревья, которые больше походили на сухостой, доживали свой короткий век. По дырявому асфальту медленно ползли машины и автобусы. Остановки, коих было на этой улице штуки две, были изрисованы граффити, а поверх прикрыты пачками объявлений: «Продам гараж», «Найму на работу…», «Куплю рога и самовары»… Небо медленно зарастало тучами, но солнце из последних сил пыталось пробиться до земли. Где-то вдали, перебивая звуки города, гремела гроза. В воздухе начинали падать мелкие капли приближающегося дождя. Друзья дошли до четырёхэтажного здания кинотеатра и, как только вошли внутрь, снаружи полил дождь. —Как вовремя мы пришли, —заметила Ксюша. —Это точно, —ответил Максим. Они дошли до гардероба, где сдали рюкзаки и отправились до кассы, где купили билет, а после разбрелись по зданию: кто за попкорном, а кто искал нужный зал. —Ну что, куда нам? —спросил Макс подойдя с Ксюшей к Артёму, который стоял перед лифтом и ждал остальных. —На второй этаж, синий зал, —быстро ответил Тёма, смотря на билет. Лифт подъехал, двери открылись, и ребята вошли внутрь. Спустя несколько секунд, они вышли и быстро отправились к залу, который был как раз перед ними. Рядом с дверьми в помещение стояли два больших горшка с какими-то цветами. Стены коридора тёмно-вишнёвого цвета, казалось, были сделали из какой-то ткани, а пол— обычный тёмный паркет. В коридоре слышался приглушённый звук из других залов, на лавочках, расположенных у стен, сидели люди. А белые настенные светильники освещали мягким холодным светом помещение. —Здравствуйте, —произнесла женщина лет шестидесяти, стоя у самого входа, —покажите билеты. Ребята, показав билеты, прошли в большой зал и, усевшись на свои места, начали шептаться о своём. Обсуждали и школу, и предстоящее кино. Ксюша пыталась задеть тему любви, но парни быстро её меняли. Также говорили об интересах. Максим узнал, что Тёма очень любит играть в аркадные игры, а сам рассказал, что когда-то давно учился играть на гитаре, но забросил. Потихоньку приходил народ, начиная шептаться, а попкорн с напитками медленно исчезал. У Горцева завибрировал телефон, и парень тут же проверил что там —в группе класса отметили всех, скинув изменённое расписание. Завтра ожидались шесть уроков, а это значило одно—дома будешь как минимум на сорок пять минут раньше. Через минут десять зал был забит полностью. Потух свет, и на экране появились заставки спонсоров данного фильма, а из динамиков шёл медленно нарастающий гул. Спонсоры закончились, и экран потемнел. Резко появилась картинка: камера медленно ползла над лесом, показывая тёмно-зелёные кроны и едва видимые тропинки, а голос мужчины объявлял: —Человек—самое выносливое существо на планете. Чтобы не произошло, он найдёт выход из ситуации и будет биться за свою жизнь до конца. Война, голод, смерть—много чего было в истории человека. Но, никто не мог подумать, что человек будет уничтожен своим же ребёнком…

***

Наступил вечер. Часы показывали 21:45. Максим зашёл на кухню, где мама что-то готовила: из кастрюли поднимался пар, а в сковородке скворчали маленькие куски мяса в овощах. Парнем двигало желание чего-нибудь съесть, поэтому он подошёл к холодильнику и, открыв его, принялся рассматривать содержимое. —Есть макароны и мясо. Будешь? —спросила мама, когда сын закрыл холодильник. —Да. Зинаида дотянулась до тарелки и начала накладывать в неё только что сваренные макароны, а потом положила мяса из сковородки. Максим ждал, смотря новости с маминого телефона: —В данный момент наши учёные работают над изучением нового паразита, —рассказывал мужчина в белом халате. —А ранее заявлялось, что это вирус, теперь вы говорите—паразит, кто прав? —перебил корреспондент. —По предварительной версии, да, это был вирус. Но благодаря более точным исследованиям нам удалось установить, что это паразит. —А что уже известно об этом паразите? —Что известно? Известно то, что это новое для науки паразитическое существо. Оно имеет размер около одного-двух миллиметров. Скорость и способы заражения устанавливаются. —Нам поступила информация, что в Египте были выявлены первые случаи заражения. Вы как-то можете это прокомментировать? —Наши специалисты работают над этим. И уверяю вас, и телезрителей, что ситуация под контролем и бояться нечего, —закончил мужчина. Кадр сменился на ведущего, который начал зачитывать другие «важные» новости. —Садись, а то остынет, —мама поставила тарелку на стол и развернулась к плите. Горцев быстро поел, закинул тарелку в раковину и ушёл в свою комнату. Он сел за включённый компьютер и, зайдя в Вк, включил музыку. Максим листал ленту новостей, как вдруг пришло сообщение от Артёма: —«Привет» —«Привет» —ответил Максим и ждал ответа, попутно проверив новое уведомление из сообщества с фотографиями. —«Макс, а ты в какие игры играешь?» —«Не играю. Как-то не интересно всё это…»—тут же ответил Горцев. —«Поня-ятно» «Просто я думал, что может сыграешь со мной по сети во что-нибудь» —«Во что например? Если надо, я могу скачать» —Максим был готов что угодно сделать, только чтоб побыть с Артёмом. —«Ну там… CS, Танки…» —«Ммм…»—сообщение завершила скобка «улыбка». —«А знаешь, как можно сделать» —пришло первое сообщение. —«Я начну играть, но включу видеосвязь, и ты будешь смотреть, зато пообщаемся» —предложил Артём. Макс не был против такого предложения, а даже наоборот—за. Он сможет пообщаться с Тёмой, увидеть, как тот играет. Да элементарно—это время с любимым человеком. —«Да, давай» —ответил Максим. Сердце быстро билось, а лёгкий холодок пробежал по коже. Из динамиков донёсся звук звонка, а на экране появилась иконка вызова. —Привет! —тут же произнёс Муравьёв, как только связь установилась. Горцев быстро достал микрофон, который всегда лежал уже подключенный к компьютеру на системном блоке, и, подключив наушники, ответил: —Привет-привет. —Я предлагаю в Танки, ты как на счёт этого? —голос Артёма был очень спокойный, от чего сердце потихоньку успокаивалось, а улыбка сама-собой появлялась на лице. —Ты тут игрок, тебе и решать, —произнёс Макс, облокотившись на локоть. —Хорошо. На экране появилась загрузка игры, потом музыка. Через минуты две, загрузился ангар со стоящим по центру танком. Артём начинал рассказывать про игру, про сами танки, как играть—в общем, он был заядлым игроком и было понятно по количеству техники, что играет давно. Максим внимательно слушал друга и смотрел как тот играет. Когда Муравьёв замолкал, то начинал говорить Горцев, рассказывая про всё подряд. Бывало, его перебивал Тёма, громко ругаясь и жалуясь на союзников, пробитие, броню, но потом он замолкал и слушал, что говорил друг. Прошло полчаса. Макс сидел в телефоне, краем глаза посматривая на монитор. Никто уже не говорил, но и отключаться не собирался. Горцев открыл заметки и принялся, замёрзшими от волнения руками, набирать текст. «Артём, я люблю тебя. Да, звучит странно и глупо, но это так…»—набрал парень, после чего стёр. «Тёмыч, я понимаю, что это очень глупо и как-то странно, но я люблю тебя. Да, я гей…»—Макс тут же стёр и уставился в экран. Максим просто смотрел и вслушивался в звук, пытаясь услышать хоть что-то другое, кроме выстрелов, рёва мотора и криков экипажа. —Как же они заебали! —крикнул Артём, после того как его танк подтолкнули союзники как раз под противников. —Я всё. Наигрался. Пока, —парень был злой, но «Пока» постарался произнести по доброму. Всё завершилось и на экране опять была переписка. —«Спокойной ночи» —написал Тёма. —«Спокойной» —ответил Максим. Сердце бешено билось и кричало, что под пожеланием спокойной ночи есть какой-то смысл, какой-то отголосок любви. Что это не просто дружеское пожелание, а нечто большее. А мозг твердил, что это просто слова. Муравьёв вышел из сети, а Горцев так и продолжил сидеть во Вконтакте, попутно думая над текстом. Тело трясло от волнения, а голова была словно в тумане. Слова печатались с трудом и всё не те. Не получалось передать в них то, что сейчас чувствует парень. Он откинулся на спинку стула, кинул телефон на стол и начал смотреть в окно, пытаясь хотя бы в нём найти помощь…

***

Очередной звонок с урока. Максим взял портфель и отправился на второй этаж, где должен пройти следующий урок. Коридоры уже были наполнены школьниками и преподавателями, гоняющимися друг за другом ребятами. Максим шёл у стенки. Настроения не было с самого утра. Голова была забита только одним: признание. Парень каждый день набрасывал текст, потом его стирал, редактировал, переписывал, казалось, что всё не то и всё не так. Слова казались холодными и серыми, хоть они и обозначали любовь, тепло, тревогу и всё что присуще подростковым чувствам, но не было в них лёгкости, настоящего тепла, трепета сердца. Парень пробрался до лестницы и начал, чуть ли не бегом, спускаться. Он влетел в открытую дверь, почти сбив с ног идущих навстречу, и, стараясь не начать бежать, быстро зашагал по почти пустому коридору. Впереди показалась знакомая фигура, а после раздался и голос. —Привет! —крикнул Артём, приближающемуся Максу. —Привет, —они пожали друг другу руки. Горцев поправил съезжающий с плеча рюкзак и пытался отдышаться. —Что так носимся? —усмехнулся Тёма. —Просто не хочу опоздать на урок. —Ммм. И какой сейчас урок? Артём облокотился плечом на стену и смотрел на Макса. —Астрономия, —произнёс Максим, сделав вид, что смотрит в телефоне время. —Давай, не засни там, —Артём мягко улыбнулся и положил ладонь на плечо друга. Плечо ощутило любимое тепло и вес руки. Муравьёв пошёл дальше по коридору, а Максим уже спокойно дошёл до нужного кабинета, где во всю галдели одноклассники.

***

Конец сентября. На улице была слякоть из-за постоянных дождей. Листья, мусор, земля—всё смешалось в одно месиво, что хлюпало под ногами в парках. Но в самом городе было более-менее чисто. То тут, то там виднелись дворники, которые, словно в трансе, убирали улицы. Сметали грязь и воду на автодорогу, где её уже подбирали тракторным ковшом. Мертвецы ходили по улицам, по другому назвать людей было нельзя. Серые угрюмые лица, усталая походка, и тяжёлая мокрая одежда утяжеляла шаг. Так же среди толпы ходили разноцветные грибки: чёрные, прозрачные, в цвета радуги и просто с каким-то рисунком—люди с зонтами. Они быстро бежали по тротуарам, говоря попутно по телефону и борясь с ветром. Останавливались, отдыхали, осматривались. Весь город был погружен в уныние. Постоянное серое небо казалось бетонной стеной. Просто весь мир повернули на бок, поэтому и кажется, что стена сверху. Непрекращающийся дождь продолжал приносить холод, грусть и даже, на удивление, спокойствие. В квартирах ещё не дали отопление, поэтому все здания были словно морги, в которые приходят мертвецы на отдых. Максим неспешно шёл по тротуару, не обращая внимания на порывы ветра и дождь. В ушах была музыка, а на сердце камень. Голова была забита Артёмом, мыслями о признании и чувствах, о словах, которые хотелось каждый раз сказать при встрече. Но понимание того, что будет хуже, не давало покоя. Ксюша успокаивала, твердила, что, если хочешь обрести счастье—действуй, что это всё взаимно, что Артём тоже постоянно об этом думает, но не решается сказать и просто боится. Но Макс был на своей волне. Он не верил, что это реально взаимно. Что Артём чувствует тоже самое, что и Горцев. Да просто Максим боялся! Боялся разозлить друга! Боялся, что тот снова начнёт гнобить себя и… Парень старался не думать о порезах на руках. Хоть это и было давно, и Артём не был больше замечен за этим, но сама мысль об этом не давала покоя. Горцев свернул в свой двор и так же неспешно пошёл к подъезду. Дождь утих, но холодный ветер продолжал завывать. Парень зашёл в свою квартиру. Его встречала мама, которая, как только парень снял ветровку, понесла её сушить. Максим снял обувь и пошёл до своей комнаты, где, переодевшись в сухую одежду, отнёс всё сырое сушить в ванную. Парень быстро поел и также быстро скрылся в своей комнате, успев, пока ел, обмолвиться парой фраз по типу: «В школе всё хорошо» и «Какая прекрасная погода». Он включил компьютер и, усевшись за стол, держал в руке телефон, думая о том, чем можно заняться. Всё загрузилось, открылся браузер. Парень зашёл в Вк, проверил уведомления, лайкнул интересные посты, и, зайдя в переписки, уткнулся в заметки на телефоне, начиная снова и снова прочитывать подготовленный текст. «Артём, знаю, что это звучит странно и даже как-то нелепо, но ты мне понравился. Понравился больше, чем друг. Я влюбился в тебя. Не знаю как, не знаю когда… Но это случилось. Тём, когда ты рядом сердце моё бьётся быстрее, а внутри так легко и спокойно. Я пойму, если мы перестанем после этого говорить или ты ударишь меня по лицу. Но это так. Может правильным решением было бы молчать, но я не могу.»—этот текст Максим знал уже практически наизусть. Обычное подростковое признание в любви: не много слезливого, чуть грусти, слов о чувствах. Парень думал, когда и как лучше его представить другу. Подложить письмо или подождать до четырнадцатого февраля? А может сказать в лицо? Горцев глянул на экран. В сети были Ксюша, да Миша с Ваней. Артёма не было. Тёма сегодня был в школе, но был какой-то грустный и нагруженный. Макс пытался с ним поговорить, но тот всячески отталкивал парня. Было больно смотреть на грустные глаза, на то, как Артём чуть ли не плачет, и всячески пытается скрыть своё состояние. Другие как будто и не замечали это, кроме Ксюши. С ней, да… он тоже много общается. Что сказать, если она знала его уже давно, нежели Максим. А что связывает парней? Дружба и странные разговоры с двух сторон с Моржовой. Один говорит, что любит, но боится; а другой, что любовь —это болезнь, что это не нормально, и надо просто учиться дружить. «Не жизнь—а фанфик какой-то» —пронеслось в голове Максима, когда опять посмотрел на заметки. В голову закралась мысль о том, чтоб написать подруге, спросить, как текст, и что она вообще обо всём этом думает, но парень тут же это отбросил, считая это глупостью. Он встал и дошёл до рюкзака, начиная доставать из него нужные тетрадки и учебники. Хоть завтра и будет суббота, но настроения не было и чтоб отвлечься от мыслей, Горцев решил сделать домашнее задание по математике, географии и астрономии. До книги руки не доходили, постоянно что-то находилось, что отвлекало от процесса: то домашка, то кто-то написал, то просто настроения нет. Максим открыл тетрадку, учебник облокотил на монитор и, настроив свет, принялся выводить на клетчатой бумаге сухие наискучнейшие формулы.