Просто нужно вспомнить

      Парнишка с замиранием сердца смотрел на то, как чужие когтистые руки аккуратно прикасаются к его ногам, марая черную джинсовую ткань свежей кровью. Казалось, что сейчас пальцы сомкнуться на конечности и разом выдернут ее из сустава, пока изуродованное лицо рассматривают белые глаза. Не моргая, столь пристально, что любой, кто станет их жертвой, будет мечтать о том, чтобы исчезнуть. Как минимум. И Джефф сейчас мечтал об этом. Особенно когда рука перешла выше, касаясь сначала живота, а затем, залезая под белую толстовку, коснулась нежной кожи в области солнечного сплетения. На мгновение, ладонь замерла, словно ее хозяин слушал биение чужого сердца, что сейчас так колотится в истерике. Но это биение было настолько сильным, что в ушах брюнета каждый удар отдавался эхом.       От страха в уголках глаз образовались слезы. Казалось бы, шестнадцатилетний парень не должен плакать. Даже беззвучно, когда лицо сохраняет лишь одну эмоцию, а вслед за слезами на щеках остаются мокрые дорожки. Но сейчас не тот случай. Много бы кто позавидовал выдержке Вудса, который сейчас старается не шевелиться и подавлять каждый вздох, пока над тобой нависла угроза в виде монстра с акульими зубами в черно-белом костюме.       – Джефф… – Несколько протяжно, словно напеваючи говорит клоун, продолжая давить рукой на чужое тело, – Кажись, я говорил тебе, чтобы ты показывался как можно реже? –       Мальчишка вздрогнул, когда почувствовал чужой вес на своих ногах. Монстр сел на них, издевательски смотря на своего «друга», распластавшегося на полу, под старым шатром в логове чудовища.              

Около 15 минут назад:

      

      Джефф еле как дошел до старого шатра, который он уже прекрасно знал. Иногда, как сегодня ночью, он казался самым настоящим маяком, который приведет мальчишку в условную безопасность, когда тому надо укрыться от чужих глаз и холода. Так и сегодня, впервые за три недели, он решил навестить того, кем по праву считал чем-то вроде друга. Пусть и своеобразного, но рядом с ним парнишке было спокойнее. Намного.       И вот, когда он, наконец, зашел туда, Вудс услышал знакомую мелодия ужаса, состоящую из криков жертвы. Но что-то было не так. Как-то не то ощущение, словно что-то поменялось. Это заинтересовало, но и насторожило. Как что Джефф направился на крики, выходя к источнику звука. И увиденное заставило тело окаменеть от страха.       Мальчишка наблюдал, как Джек впивается острыми когтями в мясо на ногах какой-то женщины. Та кричит не переставая, пока клоун оголяет светлые кости, сдирая с бедер куски мяса красно-розоватого цвета. До жути противного. Склизкого. Каждый из этих кусков отлетает в сторону, приземляясь рванными, даже рыхлистыми участками на грязный мол, после чего под ними мигом образуется противная лужа кровавой слизи.       Все это происходило так быстро, что за пару мгновений от ног остались только кости, словно все мясо срезали большим тесаком. И к удивлению Джеффа, женщина была все еще жива и своими криками больше… Раздражая своего мучителя. И это было самым поразительным для брюнета. Монохромный грозно скалился и рычал как дикий зверь, придерживая женский таз руками. Мгновение и он резко ударяет кулаком по области живота так, что стол ходуном заходил, скрепя ножками. Это вызвало лишь глухой хрип, что никак не успокоило Джека, который казалось уже начал трястись от злости.       Быстро осмотревшись, клоун ничего не нашел, но как только его взгляд упал на открытую кость, то сломал ее, острым концом костяшки протыкая чужой живот. Да только бы его. От такой силы деревяшки были готовы пропустить сквозь себя инородный предмет. На этом же Джек решил не останавливаться. Резко вырвав костяшку, вытаскивая вдобавок разорванные внутренности наружу, он сделал еще несколько похожих ударов по разным местам. Финальный же пришелся на голову уже умершей леди. Он был самым сильным, самым громким. Пробивающим стол, через который на пол стекали мозги, с хлюпом падая на пол.       Джефф смотрел на это молча. Неподвижно. С широко раскрытыми глазами. Ничем другим, кроме как шоком, это нельзя было назвать. Обычно, сколько бы подросток не наблюдал за клоуном, тот убивал медленно, мучительно, но столь искусно. Каждый шаг, каждый жест всегда были контролируемы. А вдобавок, с жертвой всегда говорили. Издевались, задавая вопросы. И эти пытки продолжались часами. Иногда два-три. А временами и все двенадцать.       Сейчас же он только и видел, как монстр выпрямился стоя рядом со столом. Не отрывая глаз от трупа что-то складывал в голове. И судя по оскалу, что-то да прояснилось. Мгновение и одним резким движением руки монохромный переворачивает стол вместе с почившей, откинув его на пару метров. Благо физическая сила позволяла это сделать. А напоследок, словно не зная за что и зацепиться, он впился в ладонь зубами, разрывая ту на две части. Из места ранения показался легкий черный туман. Но, вскоре разрыв зажил и его следа, как и не было. Казалось, только после этого он начал успокаиваться, но атмосфера была с этим не согласна. Потому что теперь он смотрел на Джеффа хищным взглядом.       Мальчишка хотел было попятиться назад, но вовремя остановил себя. Он знал о любви клоуна к «догонялкам». Они раззадоривали Джека, помогая ему не потерять ту нотку веселья, за которой он так стремится. А вот что произошло сегодня – та еще загадка.       Долго ждать не пришлось и вот уже Джеффа резко вжали в пол, держа за ворот. От удара парнишке показалось, что ему сломали позвоночник, но возможность шевелить конечностями опровергла эту догадку.              

Настоящий момент:

      

      Невольно Джефф дернулся, смотря на мужчину, когда тот слегка сжал пальцы на его грудной клетке, оставляя следы от когтей. Но, вся злость уже успела покинуть глаза клоуна. Он даже стал каким-то меланхоличным, смотря в чужие более расслабленно. Теперь можно было выдохнуть основательно. Особенно из-за того что ничьи руки не грозятся сломать ребра.       Когда мужчина встал с подростка и сделал пару шагов в сторону, мальчишка прикоснулся к себе, стараясь понять, не прибили ли его еще. И убедившись в этом, он приподнялся на локтях, ощущая ноющую боль в спине. Скорее всего, без гематомы никак не будет. А когда же удалось подняться на ноги, Джефф кинул испуганный взгляд на монохромного. Тот лишь следил за каждым движением без каких либо эмоций. Некая апатия. Скука.       «Как же быстро у тебя меняется настроение…» – подумал голубоглазый, слегка кивнув, мол, с ним все в порядке. Но за ножом потянуться он не решился.       Наклонив голову в сторону, клоун лишь подозвал мальчишку жестом. Спорить было опасно, так что Вудс покорно подходит к мужчине настолько близко, насколько это нужно, оказываясь в своеобразных объятьях. Когтистая ладонь аккуратно легла на макушку подростка, начав поглаживать и перебирать темные волосы. Джефф ощущал прикосновение когтей к своей коже, но сделать ничего нельзя было. Осталось лишь ухватиться в ответ и прижаться к чужой грудной клетке. И как обычно, сердца не было слышно. Как будто оно было.       В такие моменты Джеффу казалось, что он попал в отношения с абьюзером. Но не романтические, а что-то на уровне семейных. Как между братьями или даже между отцом и ребенком. Как под копирку списали. Только попадешь под горячую руку, как сразу приласкают, а ты как тряпичная кукла сбежать не можешь. И так каждый раз – не знаешь, с какой стороны ударит и когда. Но всегда за этим следует некая забота, от которой спокойней не становится.       Да вот только Джефф и правда не может сбежать. Если кто-то может уйти от своего партнера, подав заявление в полицию за побои или просто тайком покинув город, то здесь все тщетно. Где бы Джефф не был, этот монстр его всегда найдет. О защите и думать не стоит.       Глубоко выдохнув, Джефф расслабился, пока мужчина вновь посмотрел на чужой труп грозным взглядом. К его сожалению, сбить всю ту злость у него так и не получилось. И это раздражает. Раздражает на столько, что даже не знаешь, кого бы еще придушить. Правда, когда взгляд упал на мальчишку, в голове Джека пронеслась лишь одна мысль:       

« Точно не тебя…»

      

      

***

      Середина дня. Настало время новостей, которые так любят смотреть люди на перерыве.       

«Сегодня утром вновь было обнаружено тело подростка, которого перед смертью пытали. Как установили эксперты, орудием преступления являлся охотничий нож…»

      В комнате послышался звук разбитой керамики и всплеск жидкости. Но это было проигнорировано, так как рыжеволосая смотрела на экран телевизора, пока нижнее веко левого глаза начало дергаться. Услышанное подняло внутри нее сильную панику.       «Милосердный Боженька! Чем я перед тобой провинилась, что ты так мучаешь меня? За что мне такое наказание? Он же сегодня мне все мозги выест!» – Перед глазами так и всплыли образы когтистых рук и белых глаз, а уши словно услышали этот хриплый голос. И с каждым разом он произносил имя девушки все громче и громче, пока на правое плечо не легла мужская рука.       – Нора! Ты чего?! Кружку выронила вдруг…– Блондин слегка потряс рыжеволосую, которая только начала отходить от нарастающего нервного тика.       – А, я.. – Посмотрев на пол, она поняла, что сегодня больше чаю не попьет. Сейчас так точно, – Меня это… Прости Вилсон.. Я просто…Уже шокируют эти преступления. За две недели столько убийств.–        Блондин, казалось, понимал девушку, так что кивнул, провожая ее до стула, куда Нора, не задумываясь, села.       – Ты права. В нашем-то городе, да что бы так все озвучивали. Эти убийцы словно перегнать друг друга пытаются…–       «Перегнать?! Да скорее один другого догнать собирается и там же разорвать!» – Нора сглотнула, смотря на кружку. Вот что, а эта кружка ей нравилась, от чего Вилсон всегда наливал девушке чай только в ней. Этакое проявление заботы со стороны лучшего друга. Ну как же в гостях лучшее не предложить?       – Знаешь, я задумался… А ведь вроде пусть убийства и схожи, но они все равно очень разные. –       – Что? – Услышанное девушке показалось странным. Ведь один подчерк повторял другой. Причем она прекрасно знала, кто тут повторюшка, а кто несравнимый оригинал.       – Ну, смотри, – убирая осколки кружки начал Вилсон, – во-первых, орудия преступления разные. Один использует охотничий нож, другой что-то вроде настоящих когтей. Это совершенно два разных процесса. Нож более быстрый и ровный, а вот когти рвут болезненно и мучительно. Просто потому что нож заточен и с легкостью плоть режет. –       В очередной раз Нора задумалась об «орудии преступления». Сегодня точно эти когти не отпустят просто так. Остается только надеяться, что они чутка поцарапают ее, а не разорвут на мелкие кусочки. Так как кое-кто будет очень злым.       – Да… Верно. Про это каждый раз при сравнении говорят, что это два разных человека. –       – Ну да. Это уже доказано. НО! Ты не заметила, что те, что совершены с использованием ножа, были проведены на улице? А трупы, которых разорвали когтями, чаще всего находили в своих домах? – Блондин обрисовал что-то рукой, чтобы доходчиво объяснить все то, что имеет в виду. Но до Норы сразу все дошло.       «А он в чем-то прав… Джек всегда появляется там, где захочет и когда захочет. Надо бы у него что-то узнать, чтобы себя немного обезопасить от его истерик. Интересно, получится ли завязать разговор таким образом, чтобы мне язык с корнем не вырвали? Хотя…Я тогда ничего не скажу, а мой подчерк его бесит.» – Нора слегка улыбнулась, уже предвкушая какой-то положительный исход, но тут же вспомнила одну мелкую деталь, пока друг покидал кухню, чтобы взять тяпку:       «Блядь! Он же говорил, что всегда найдет человека, если тот с ним заговорил! Твою же мать!» –       Вернувшийся в кухню блондин наблюдал за тем, как Нора хлопает себя по лбу ладонью. Понять то, что же произошло с его подругой за такой короткий промежуток времени, он не мог. Так что Вилсон посмотрел в сторону аптечки, надеясь на то, что там найдется валерьянка.              

***

       Время близилось к одиннадцати часам вечера. Нора дрожащей рукой достала ключи из сумки, собираясь открыть дверь квартиры. Когда же его повернули в дверной скважине, рыжеволосая задрожала, предвкушая все то, что может ожидать ее за дверью. А это может быть что угодно. Но, коридор тоже не самое безопасное место.       Решив, что до паранои так не далеко, Нора зашла в квартиру и включила свет. И…Тишина. Спокойствие в воздухе, без какого любо намека на чужое присутствие. Напряжение спало со всего тела, от чего девушка прижалась к двери и осела на пол. Наконец-то минутка покоя. На бледном лице выступила блаженная улыбка. Сопровождалось это все звоном ключей, которые Нора перебирала пальцами, создавая некое подобие мелодии.       «Пронесло наверное…. Ну чтож, сегодня можно будет выспаться.» – Эта мысль вызвала на лице улыбку. Так что, поправив очки, она вскочила на ноги, и снимая сапоги, отправилась в глубь квартиры, оставляя сумку и курку на диване.       Через полчаса Нора набрала горячей вводы в ванную, ощущая, как светлое помещение придает не только спокойствие, но и уверенности. Такая красота, с которой невозможно было поспорить. И под шум воды девушка начала раздеваться, складывая одежду где-то на небольшом столике, пока тело полностью не оголилось. Очки же мигом направились на небольшую полочку рядом с ванной, чтобы впоследствии она смогла мигом до них дотянуться.       Собрав рыжие локоны, она зашла одной ногой в воду, ощущая обволакивающее тепло, заставляющее холодную кожу ощутить некое покалывание. Столь приятное, что можно было расслабиться. Простая теплая вода и большего счастья не нужно. Только и остается, что лечь в нее, облокотившись головой назад и прикрыть глаза, чувствуя, как при каждом движении воды горячая волна вновь и вновь согревает кожу. Вдобавок этот шум воды…       Полностью расслабившись, Нора слушала то, как в ванну наливается вода, не желая открывать глаз. Правда, скоро она почувствовала, как ее за горло схватила чья-то сильная рука, опуская под воду. От паники, она схватилась за чужую конечность, но сил не хватало даже на то, чтобы сдвинуть ее со своего тела. И когда воздух начал кончаться, ее вытянули из воды, возвращая назад к стенке ванной.       Быстро удрав воду с лица, она посмотрела на того, кто мог это сделать. И пускай зрение было настолько плохим, что кроме силуэтов она ничего не могла увидеть, но этот черно-белый силуэт ни с чем не спутать. От чего в голове что-то затюкало. Видать, сознание уже устало бояться просто так, а вместо этого начало нарастать простое напряжение, которое уже вот точно переключится на панику, стоит только когтистым рукам попытаться разорвать шкуру девушки на месте.       Потянувшись к очкам, рыжая кое как схватила их и надела:       – Джек? Ты…– вот что, а толкового в голову ничего не приходило. Она даже не знала, что и сказать. Особенно когда на нее смотрят таким строгим взглядом, будто перед ней не монстр в клоунском костюме, а отец с ремнем стоит.       – Тебе разве не говорили, что засыпать в ванной опасно? – Мужской голос заставил ее дрожать. Вот все равно в звучании было что-то этакое, что затрагивает каждую ниточку нерва в мозгу, от чего все тело мурашками покрывается. Удивительный голос. Да еще и акцент британский. Комбинация века.       – Ну я вроде и не спала, просто прикрыла глаза…– Заметив, что когтистая рука вновь к ней потянулась, Нора мигом вжалась в ванну, – Да, ты прав! Спать в ванне нельзя! –       – Хорошая девочка…– Вот бы эта похвала звучала ласково. А то больше смахивало на что-то уставшее. Ну, ощущение девушки были не так уж далеки. На деле клоун уже порядком заебался. По многим причинам. И Нора была одной из них.       – Что-то произошло? Ты же вроде вот позавчера приходил…–       Скрежет когтей по ванной отвечал сам за себя. Даже эмоций выдавать не приходилось. До девушки мигом дошло, в чем дело. Ведь голова никак не забудет те новости, которые сегодня днем транслировали. Да и забудешь тут еще.       В воздухе повисла неловкая нотка, вызванная молчанием с двух сторон. Одна не знала что сказать, другому напрягать себя этим не хотелось. И не зная, как начать разговор, Нора невольно бросила взгляд на руки Джека. Тот это быстро заметил, сам начав наблюдать за девушкой. Он видел, как она что-то хотела спросить. И это было вызвано интересом. Необычная ситуация, с которой пусть Джек и сталкивался, но это было редкостью. Но факт остается фактом – они бывали, есть и будут. Это разбавляет то, как он живет, не позволяя все превратиться в день сурка. Так что изредка он позволял жертвам что-то подобное. Мол, пусть, пока живы, наслаждаются его терпением.       – Чего так смотришь? – холодно прервал тишину монохромный. Нора аж подпрыгнула на месте, заставляя своими действиями воду колошиться.       – Ну…Просто твои руки. Можно посмотреть? – Конечно, ожидалось, что сейчас Смеющейся рявкнет, а то и вовсе ударит ее. Но по итогу, он просто фыркнул, немного протянув ей свою ладонь. Нора же аккуратно прикоснулась к ней, чувствуя, насколько же руки монстра сильные. Казалось, будто они крепче камня, но при этом они были гибки, как настоящие. Прожимая пальцами суставы, она ощущала все соединения. И вроде бы обычная кисть, но столь неестественная. Особенно эта черная кожа. Плотная, грубая, да словно искусственная. А отдельного внимания стоили когти. С одной стороны они походили на обычные человеческие ногти, но если рассмотреть поближе, то это было далеко не так. Каждый коготь был мощным, как у крупного дикого зверя. Даже форма чем-то похожа, что Нора сразу подметила. Но при этом они были такими острыми, как будто принадлежали какой-то кошке, которая тщательно то и дело их натачивает. Правда, Нора даже представить это не могла.       – И это так интересно? – Вопрос заставил девицу отпрянуть от руки, подняв глаза.       – Ну. Я подобного никогда не видела. –       – Естественно. –       – Так а…Можно на сегодня опустим эту тему? –       Вопросительный взгляд со стороны Джека уже много о чем говорил. С одной стороны она могла его трактовать как «С чего бы?», а с другой «А не ахуела ли ты милочка?».       – Я правда вспомнить ничего не могу… Просто вся голова занята твоим появлением, а я даже…– Громкий смех заставил даже зеркало трястись. Нора прикрыла уши руки от такого резкого звука.       – Деточка, а мне какое до этого дело? Твоя задача вспомнить, моя, как и обещал, не вспороть тебе брюхо! –       Нора резко встала:       – Почему ты не можешь его поймать сам? –       – Охрабрела значит? –       В этот момент девушка почувствовала, как все тело онемело от страха. Вот что, а теперь она прекрасно понимает, что хоть что-то переломать в этой голове у нее не получится. Это попросту невозможно. От чего каждое слово становится на вес золота. Не по ценности. А по риску.       – Ну… Ты же такой сильный. Перемещаешься туда, куда захочешь. С легкостью ломаешь чужие кости, читаешь людей как открытую книгу. Ты даже с без проблем ломаешь наручники одной рукой, как ты это показал мне на прошлой неделе. А тебе зачем-то нужна моя помощь. Разве ты сам не найдешь этого человека? –       Не отрывая взгляда, Джек наклонил голову в сторону:       – Кажется, от страха твои мозги слегка поплыли. Хорошо, разложу все по полочкам… – на лице клоуна выступила спокойная улыбка, – Я же тебе говорил, что могу оказаться только рядом с теми людьми, которые говорили со мной. С которыми я столкнулся. Чье имя, внешность, голос и жесты я помню. А эта скотина охотится не по списку, как ты себе там это представила. –       С каждым новым словом голос становился все более холодным. Более злым. Собеседница же стояла послушно и слушала эту речь.       – И как думаешь, стояла бы ты сейчас передо мной, если бы я не хотел найти эту жалкую душонку? –        Норе не было чем ответить. Все четко и ясно и не поддается оспариванию. Вот она, точка зрения, с которой никогда не поспоришь. Так что, отведя взгляд, она просто кивнула.       – Вот и умница, раз понимаешь все. Пусть и не с первого взгляда. –       Прикоснувшись рукой к груди, рыжеволосая почувствовала, что что-то не так. От этого ее глаза округлились и она опустила взгляд вниз, к ужасу осознавая, в какой ситуации она находится. И что удивительно, смущенный женский визг нисколько не интересовал Джека. Так что он просто выдохнул для вида, тихо бурча «отвратительное создание», пока Нора опустилась обратно в ванную. Вот что, а от того, что все произошло так быстро, она и забыла, в каком виде предстает перед монстром.       – Успокоилась? – Все так же безразлично смотрел на нее клоун, уже встав на ноги в полный рост.       – НЕТ! – Громко крикнула Нора, – Хоть ты и чудовище, но ты все таки мужчина! –       Знакомая песня. В этот момент Джека ударило дежавю. Вот что, а именно этот момент всегда подобным отзывался в его голове. Ему-то в принципе плевать, как выглядят его жертвы. Но это был прекрасный момент, чтобы в полную силу поиздеваться над живым существом. А это приносило не меньше удовольствия, чем муки, которые испытывает жертва в момент расчленения.       – Издержки воспитания, моя дорогая…– Взяв за плечо девицу, он вытащил ее из воды. Нора старалась было прикрыться, ощущая, как чужая рука сжимает конечность.       – Ну как-бы побойся Бога! –       – Не произноси имя Господа всуе. –       Сказанная фраза ее застопорила, от чего она схватилась за руки, которые вытащили ее из ванны.       – Ты верующий? –Слегка повернувшись к нему, Нора хотела было глянуть в глаза, но хватка была слишком крепкой. Даже вдохнуть тяжко.       – Сама дальше думай…–       –Но ведь так говорят только верующие! –       Клоун резко разжал «объятия» и рыжая упала на пол рядом с Джеком. Тот присел, хватая девушку за подбородок, смотря в глаза с неподдельной долей интереса:       – Сама-то в Бога веришь? – Казалось бы, несколько нежная интонация, но она заставила чужие глаза бегать в разные стороны, в попытке за что-то ухватиться. При этом в них прекрасно читалось замешательство, которое отвечало вместо Норы, – Вот и ответ на мой вопрос. Как говоришь, так и отвечаю…–       Когда же Нору отпустили, та села на плюшевый коврик прикрыв грудь руками. А в голове пронеслась мысль:       «С каждым разом все сложнее и сложнее…»