Обещание.

Уэнсдей бежала по лесу, дождь как назло становился сильнее. Внутри девушки разгорался страх. Да-да, страх. Но почему? Кто бы мог подумать, что та самая Уэнсдей Аддамс, которая идёт вперёд несмотря ни на что, может использовать людей в своих целях, да и впринципе независимая — переживает? Странное чувство поглащало темноволосую с ног до головы. Своей душой она чувствовала, что с Энид что-то случилось, будь она неладна. Добежав до склепа, она дёрнула дверь со всей силы, и вломилась в помещение. У Аддамс перехватило дыхание, неприятный ком встал в горле. Глаза застелили слезы, но она продолжала сдерживать себя в руках. На полу лежало бездыханное тело Синклер, рядом была лужа алой крови, в руках лезвие. Всё как в кошмаре, но это было реальностью. Уэнсдей не хотела верить в произошедшее, она не думала о том, что может случиться такой поворот. Ведь в голове Энид никогда не было мыслей о суициде, приченения вреда себе, она всю жизнь была яркой и радостной словно луч первого весеннего солнца. Но в последние месяца, она была совсем не своя. Девушка хотела кричать, плакать, рвать, метать, душить, делать все что угодно что бы успокоиться. Она не хотела видеть Энид вот такой. Печальной, усталой. А на данный момент лежащей в луже крови, с лезвием в руках, и отпечатками улыбкой на лице. Аддамс подбежала к Синклер, и потрогала её пульс. Слабое биение ощущалось на пальцах, чему Уэнсдей очень обрадовалась. Подхватив оборотня на руки, она побежала к выходу как можно аккуратнее, что бы не сделать ещё хуже Энид. Тихий вечер в Неверморе. За окном льёт дождь, слышен гул ветра, но у Ксавье было какое-то ощущение удовлетворения от таких звуков. Парень сидел за рабочим столом и рисовал. Рисовал от души. На данный момент он не задумывался над тем, что выходит из-под его руки, он просто передавал состояние своей души. Перелестнув страницу с рисунком, он начал делать наброски окна и того, что происходит за ним. Внезапно он увидел какую-то тёмную фигуру, которая что-то несёт на своих руках, при этом очень быстро двигаясь. Сщурив глаза, он попытался разглядеть человека, но не смог. Это заинтересовало парня, и он решил спуститься в главный холл. Накинув на себя первую из попавшихся кофт, он выбежал из комнаты. Аддамс забежала на крыльцо и попыталась открыть дверь. Этого не получилось, и она начала яростно стучаться, в надежде на то, что её кто-то услышит и поможет. Внезапно дверь открылась, и перед ней предстал Ксавье. Он держал дверь, и тревожно смотрел на Уэнс. –Ксавье, помоги мне. -девушка пыталась отдышаться, и хоть что-то сказать. –Уэнсдей, что произо… -парень не успел договорить, так как Уэнсдей уже побежала в сторону своей комнаты. Торп поднялся с колен, и помчался за темноволосой. Агрессивно ввалившись в комнату, Аддамс посмотрела на бледное лицо Синклер, и ей стало тревожно. От каждой секунды Синклер теряла все больше и больше сил, тем самым истощая себя до последней капли. Кинувшись на свою сторону комнаты, девушка положила Энид на свою кровать, попутно снимая с неё верхнюю одежду. Те части которые находились рядом с руками, было окровавленны до последней нитки, и Аддамс просто откинула это в сторону. У неё не было времени на размышления, и она сразу же приступила к обработке достаточно глубоких ран. Что бы перекрыть кровотечение, девушка наложила марлю на порез, а затем потянулась за тугим бинтом. Как только она схватила его, он выпал из её рук и покатился от кровати к двери. Крепко выругавшись, темноволосая быстро встала и пошла за бинтом. Не поднимая глаз, она столкнулась с Торпом, который бежал прямиком за ней от самого холла. –Ксавье, тебя мне здесь не хватало ещё. Ты зачем пришёл? -девушка посмотрела на него прожигающим взглядом и выхватила бинт. –Что случилось с Энид? -парень подбежал к кровати и встал в ногах. –Не мешай мне, ты не видишь что я делаю? -Аддамс не хотела сейчас строить какой либо диалог, ей нужно было помочь соседке. –Я могу чем-то помочь? -Ксавье смотрел на лицо Уэнсдей, и видел все эмоции несмотря на то, как искусно она это скрывает. –Выйди из комнаты, и закрой дверь. Это все что требуется. -темноволосая не хотела, что бы он видел слезы и слышал её дрожащий и без того испуганный голос. Торп развернулся и с тревогой покинул комнату. Обернувшись на последок, он увидел Уэнсдей, которая держала руки Синклер, и пыталась сдержать свои слезы. Тяжело вздохнув, он вышел из комнаты, предварительно закрыв её изнутри. Как только девушка услышала щелчок замка, она кинулась на грудь Энид, впиваясь руками в одеяло. Она не хотела чувствовать горячие слезы, которые шли из её глаз, в непрерывном порядке. –Энид, что ты творишь.. -Аддамс лишь крепче прижималась к девушке, и судорожно сжимала окровавленное одеяло.