Что, если. Тупик, ставший реальностью

Дорогу домой она выбрала ту же, что и всегда: главная улица — всегда оживленная, даже в ночное время, — затем переход на соседнюю улочку, на которой скопление прохожих и машин сократилось в разы, и это несмотря на близкое расположение к главной! Эта часть пути самая длинная из всех — минут сорок в быстром темпе, — после чего девушку нужно будет углубиться в дворы, и минут через пять она уже будет возле своего подъезда.      Девушке оставалось лишь пройти через арку между тесно стоящими домами, где вечно перегорала лампочка: проход был небольшой — метров двадцать в длину — на выходе из которого, чуть поодаль, стоял фонарь, что прямо сейчас освещал одинокого путника, шедшего ей на встречу. Очень скоро фонарь оказался у него за спиной, скрыв в тени его лицо — девушку он не волновал: район у них был приличный, и если мысль о разбое или нападении и пришла ей в голову, то лишь на мгновение, уступив место прочим. Поравнявшись с молодым парнем, девушка бросила на него быстрый взгляд, невольно подметив, что тот совершенно не обращает на неё внимания: слегка ссутулившись он шёл глядя себе под ноги, чуть подальше, и о чём-то напряжённо размышлял — на лбу его виднелась небольшая складочка, а брови были сдвинуты; не моргая, устремив взгляд словно в пустоту, он что-то беззвучно проговаривал, будто считал в уме или пытался запомнить стихотворение — губы были в движении.   Он прошёл мимо неё так и не взглянув, и хруст снега теперь раздавался за её спиной. Девушка сделала всего два шага — и её мысли уже успели устремиться куда-то вдаль, прочь от незнакомца... Как вдруг холодная — ледяная! — рука внезапно зажала ей рот, а другая легла в районе живота, сдавив его и с силой прижав девушку к парню.      - Тише! Не будешь кричать и я не причиню тебе боль. Тебе, возможно, даже понравится... - произнёс он дрожащим шёпотом ей прямо в ухо, одновременно оттаскивая её чуть назад, в тень здания; девушка покорно подчинилась. - Не переживай, всё закончится быстро...      Его голос задрожал ещё сильнее: он явно рассчитывал хоть на какое-то сопротивление со стороны жертвы, но того так и не последовало. Не убирая руки с её рта, он уложил — почти уронил — её животом вниз, и оказавшись верхом на девушке принялся стягивать с неё брючки.      «Идиот: неужели ты действительно думаешь, что сможешь стянуть с меня *настолько* узкие брюки не расстегнув их перед этим?..», промелькнуло в её голове; парень, видимо, тоже подумал об этом, так как внезапно замер на пару секунд, после чего рукой, что удерживал девушку под животом, начал опускаться вниз ища молнию.      Ему явно было неудобно: удерживать лежащую на животе девушку сидя верхом на ней, попутно прикрывая ей второй рукой рот, да ещё и пытаться в этот момент расстёгивать одежду под весом сразу двух взрослых людей — это и правда было тяжело! А ведь девушка вообще не оказывала ему сопротивления...   Провозившись какое-то время с пуговицей, он расстегнул молнию и стал неуклюже стягивать со своей жертвы брюки, всё ещё сидя на ней и удерживая на месте; брючки утащили за собой и трусики девушки.      «Интересно, он остановится или нет?..».      ...      Холодно. На улице не было ветра, а уж во дворах и тем более! Но лежать на снегу без штанов всё равно было холодно — и тем острее чувствовалась ледяная рука парня, что в этот момент принялась раздвигать её ноги, которые всё ещё частично были в брюках (он не стал стягивать те до конца); вес, давивший всё это время на девушку, вдруг заметно уменьшился.      ...      «Нет, не остановится...», подумала она, закрывая глаза...         ***         Девушке оставалось лишь пройти через арку между тесно стоящими домами, где постоянно перегорала лампочка: проход был небольшой — метров двадцать в длину — на выходе из которого, чуть поодаль, стоял фонарь, под которым совсем скоро пройдёт одинокий путник.      «Так, попробуем... Разок уж точно можно», спокойно, без паники и тревоги подумала девушка, замерев на последнем перед аркой повороте.      Она перевесила сумку поудобнее; широким взмахом рук приподняла волосы, расправляя их; пару раз подпрыгнула — не высоко, — и удовлетворённо кивнула; внезапно расплылась в широкой улыбке, которую никто ни разу от неё не видел, а затем лёгкой-и-беззаботной пританцовывающей походкой направилась к арке, где всего через пол минуты пройдёт незнакомец, чьё скрытое тенью лицо она сможет разглядеть лишь поравнявшись с ним.   Изображая жизнерадостную девчушку, что в хорошем настроении и слегка подпрыгивая возвращается домой, она двигалась на встречу парню, однако излучать притворный позитив *не глядя* в лицо человеку, который собирался её изнасиловать, девушке было сложно: когда они оказались рядом друг к другу, она, всё же, не сдержалась и мельком глянула на него, а затем пританцовывая направилась к арке; он по прежнему не смотрел на неё, но на этот раз лицо его было совершенно иным — складка на лбу пропала, губы не двигались, а взгляд... Взгляд его был всё так же зафиксирован на какой-то невидимой точке вперед-и-внизу, но что-то в нём было иначе. Он был... пустым?.. Но девушка таки не смогла понять, каким именно.   Хихикнув, чтобы парень не заметил её взгляда, она сделала какое-то странное и неуловимое движение головой, затем — будто бы поправляя волосы, — откинула её назад, скрыв тем самым *сам факт того*, что она смотрела на него. По крайней мере она попыталась это скрыть...   Он прошёл мимо, и хруст снега теперь раздавался за её спиной. Девушка, всё так же пританцовывая, сделала два шага, затем ещё один, и ещё. Шаги незнакомца становились всё тише, исходя из далека — всё дальше, и дальше, и дальше... И тогда она вновь закрыла глаза...         ***         Ей оставалось лишь пройти через арку между тесно стоящими домами, где вечно перегорала лампочка, и где её однажды чуть не изнасиловали: проход был небольшой — метров двадцать в длину — на выходе из которого, чуть поодаль, стоял фонарь, под которым совсем скоро пройдёт одинокий путник.      «Хм...».      Остался один поворот до арки, а девушка всё стояла в размышлениях.   Вскоре в ночной тишине послышался тихий-тихий хруст снега — *Он*. Он зашёл в проход и эхо усилило шум шагов, на фоне которого так же слышались тихие всхлипы. Ещё пара шагов. Всхлип. Остановился. Тишина.   Девушка стояла прямо за углом: всего пара шагов, и она сможет его увидеть — стоящего посреди прохода, где всего пару минут назад он сидел верхом на ней и возился с пуговицей брюк.   Послышался тихий плач.      ...      Девушка поправила сумку на левом плече и медленно пошла под арку между домами: парень сидел на том же месте, где ранее попытался её изнасиловать, и плакал, уткнувшись лицом в руки, положа те поверх коленей. Плач был тихим и лишь эхо позволяло его расслышать: невольно, девушка обратила внимание, что его всхлипах имелась некая закономерность... ритм... Возможно, это было связано с дыханием?.. Она не знала.   В какой-то момент парень замер, словно кто-то нажал на кнопку паузы в проигрывателе; плач стих. Затем он приподнял лицо над коленями, и даже в темноте прохода было видно насколько оно мокрое. Он смотрел прямо на девушку, снизу вверх, а она нависала над ним-сидячим словно статуя: одна рука лежала поверх-и-вдоль сумки, другая держала её за ремень возле самого плеча; голова была чуть наклонена в сторону, а одна из прядей её длинных распущенных волос слегка закрывала правый глаз.   На лице у неё не было никаких эмоций.      - Т-т-ты.. а-.. ангел?..      Он не дыша — то ли испуганно, то ли завороженно — смотрел ей чуть повыше уровня глаз, на лоб... Нет, *ещё* выше! Или ей это лишь показалось?.. Нет-нет-нет! Этот сценарий ей точно не хочется смотреть...      - М-.. м-мой ангел?. Ты — мой-..      Она вновь закрыла глаза...         ***         Девушке оставалось лишь пройти через арку между тесно стоящими домами, где вечно перегорала лампочка: проход был небольшой — метров двадцать в длину — на выходе из которого, чуть поодаль стоял фонарь, под которым скоро пройдёт одинокий путник.   Их разделял всего один поворот. Девушка сделала глубокий вдох. Затем медленно выдохнула. Слегка кивнув, словно соглашаясь с чем-то, она второпях взъерошила волосы, поводила рукой по лицу размазывая макияж, расстегнула куртку, рубашку частично заправила, а частично оставила на выпуск. Замерев на мгновение, она так же расстегнула и несколько верхних пуговиц рубашки, после чего приспустила её и курточку с одного плеча: «Не идеально, но сойдёт». Немного повиляв бёдрами, будто бегун занимающий позицию перед стартом, она приготовилась предстать в новом образе — от этого нелепого сравнения она усмехнулась; после чего, ссутулившись, немного в развалку, не спеша пошла под арку...   Парень только-только миновал фонарь, и теперь двигался на встречу девушке, которая судя по всему выпила лишнего: шла она медленно и устало, одежда была в полном беспорядке, но совершенно чистая и не мятая — значит выпила не так много, раз держится на ногах и не падает?..   Однако девушка не пила — ни сейчас, ни когда до этого (она вообще не употребляет алкоголь, если уж на то пошло), — и даже наоборот: сейчас она была трезва, как никогда! Её глаза беспорядочно метались по окружению, словно ища что-то — но лишь для вида; она периодически щурилась, когда смотрела в сторону фонаря — ей необходимо было поддерживать наспех сделанный образ. Не забывала она поглядывать и на лицо парня, хотя и знала, что из-за темноты разглядеть его можно будет лишь в момент, когда они поравняются.      «Может стоило хоть раз начать пораньше?..», невольно подумала девушка, и случайно взглянула парню в лицо... и ужаснулась: он смотрел ей прямо в глаза. И это был не испуганный, или хотя бы завороженный взгляд — как в момент, когда он назвал её своим ангелом — нет! В них читалась явная враждебность и злоба.      Она тут же увела взгляд в сторону, но понимала, что дальше играть уже нет смысла: она слишком трезво-и-чётко посмотрела в чужие глаза; он прошёл мимо неё.   На этот раз хруста снега за её спиной не было.   Она продолжила движение: первый шаг...      - Второй... - беззвучно, одними губами закончила она счёт, прекрасно осознавая, *что* сейчас произойдёт.      Ледяная рука зажала ей рот; вторая с силой сдавила живот, полностью обняв его, и воткнув что-то твёрдое девушке в район рёбер — даже скорее под мышку.      - Иди сюда, сука! - довольно громко прохрипел он ей прямо в ухо. - Только начни дёргаться и я вгоню эту штуку тебе под ребро, поняла, блядь?!      Под мышкой почувствовался сильный толчок; парень продолжил:      - А если ты вдруг начнёшь кричать, то на утро детишки найдут твой труп по дороге в школу!      «Кричи громче — тебя же ещё не весь двор услышал. Идиот...», не без сарказма подумала девушка, хотя и прекрасно понимала, что подобные слова являлись бы слабой надеждой для настоящей жертвы...      В этот момент парень своей ногой обогнул ноги девушки спереди, и после резкого толчка легко уронил её вперёд, уставив на колени — заняло всё действие меньше секунды. Правую лопатку жертвы тут же пронзила дикая боль — девушка напоролась на оружие, что было приставлено к ней. Парень же этого явно не заметил, так как сразу начал разворачивать её к себе лицом, после чего рукой, которой до этого момент удерживал рот, резко ударил девушку по голове, и как только она упала, парой движений разорвал рубашку, что вызывающе мелькала из стороны в сторону под расстёгнутой курткой — всё ради образа.   Удар был тяжёлый, и девушка всё ещё пыталась унять головокружение, стараясь определить линию горизонта и выровнять равновесие — чему темнота прохода и жаждущий изнасиловать её-саму парень никак не способствовали. Последний — понимая, что девушка всё ещё не пришла в себя после удара, — явно приободрился и с энтузиазмом принялся расстёгивать её брючки.      «Ну хоть чему-то ты научился...», с иронией подумала девушка, вспоминая его самую первую попытку раздеть её.      В голове её был звон, картинка перед глазами упорно вертелась по часовой стрелке, постоянно возвращаясь назад лишь для того, чтобы вновь продолжить вращение... Однако если не обращать внимания ни на «вертолёт», ни на боль в районе лопатки — легко сказать, — то девушка была в норме.   Парень почти снял с неё брюки, когда те, ожидаемо, запутались в обуви: явно не желая тратить время на подобную ерунду, он бросил всё как есть, и принялся расстёгивать уже свои штаны.      «Нет, не остановится...».      В предвкушении избавления от боли, девушка улыбнулась и вновь опустила веки...      - О да, сука, тебе это понравится! Ещё как понравится! Ты даже не предст-..         ***         Девушке оставалось лишь пройти через арку между тесно стоящими домами, где вечно перегорала лампочка.      «Хм».      Она вновь стояла рядом с проходом: её одежда, макияж и волосы были в полном порядке; голова больше не кружилась, а лопатка не болела.   Где-то вдалеке слышался лёгкий-лёгкий хруст снега под ногами парня, что идёт в её сторону.      «Значит, в обычно время ты попытаешься только изнасиловать, и если тебе не будут мешать и препятствовать, то этим всё и кончится. Жизнерадостную и веселую ты вообще испугаешься, и просто пройдёшь мимо. Пьяную ты, похоже, и вовсе за человека не считаешь... Готов ли ты действительно убить?.. Возможно, но проверять это мы не будем... Если же на пути тебе не встретится ни одна из них, то ангела увидишь ты во мне... Но что, если... *и он* не спустится к тебе с небес?..»      - Быть не может!..      Слова сорвались с губ девушки сами по себе, а внезапно пришедшая мысль мигом парализовала её; сбоку послышался тихий всхлип.   Девушка прижалась спиной к стене и медленно съехала по ней, оставшись сидеть на тонком слое снега. Была безветренная ночь, людей в округе кроме них-двоих не было, и лишь усиленным эхом плач нарушал тишину.   Она сидела на снегу и размышляла.      ...      Тонкие женские брючки не предназначены для долго сидения на снегу, так что холод, в конце концов, заставил-таки девушку отвлечься от мыслей, что наполняли её голову, а заодно и подкинуть новую: больше не было слышно ни плача, ни всхлипов.   Она медленно поднялась — отряхиваться не стала; сползшая с плеча сумка так и осталась на снегу. Тяжёлыми шагами двинулась под арку между домами, прекрасно понимая, что именно её там там ждём — но она должна была убедиться.      В тёмном проходе, где она ходила сотни раз, и где вечно перегорает лампочка; где её чуть не изнасиловали, и где однажды к одинокому путнику с небес спустился ангел — там, в луже крови и свернувшись в клубок, лежал молодой парень. Он лежат в том самом месте, где и должен был лежать.   Девушка наклонилась к нему — он не дышал; лицо его было спокойным и умиротворенным, а глаза больше не искали невидимую точку. Глаза его теперь были закрыты.      - Да, интересная у нас с тобой вышла ночка, верно?.. - лицо девушки было таким же безэмоциональным и спокойным, как и у парня. - Знаешь, что я сделаю? Я попробую ещё пару раз: наверняка мы с тобой сможем найти что-нибудь ещё, как думаешь?..      Парень ей не ответил.      - Будем считать, что ты согласен. - ответила девушка с усталой улыбкой.      Она попробует ещё несколько раз, хотя уже сейчас знала, *какой* вариант она выберет.   Закрыв глаза, она думала о том, что ей оставалось лишь пройти через арку между тесно стоящими домами...         ***         ...