В бегах

                        Кошмары.Они давно перестали быть чем-то значимым. Для него они были привычны, почти незаметны. Если не считать холодный пот, с которым он просыпался каждый раз, когда перед глазами появлялось лицо Мясника.

***

—Давно здесь живете? —Такой знакомый и всеми любимый вопрос. Абрам давно перестал считать, сколько городов успел посетить. Прошёл почти год с тех пор, как Балтимор перестал быть для него домом. Почти год. А воспоминания об этом месте всё такие же отчетливые. —Мы переехали в Бельгию пару недель назад, —ответила Мэри. «Ха. Переехали, конечно. Удрали, вот подходящее слово.» — думал Абрам.       Они с матерью почти добрались до границы с новыми документами, личностями, а их уже настигли подручные Мясника. Не составляло труда понять, кто их сдал. Это был тот поставщик поддельных документов. Он то и дело отлучался кому-то позвонить, нервно подглядывал на часы в углу комнаты. Мэри быстро поняла что к чему, забрала нужные бумаги и направилась в машину. Не успели они выехать на трассу, а их уже преследовал чёрный внедорожник. Чудо и ничего больше, что им удалось выжить. Мэри выехала с дороги, и машина врезалась в дерево. Это была необходимая мера для того, чтобы выиграть время. Осколки стекла распространились о всему салону. Мэри всё ещё хромала. Она и Абрам выпрыгнули из машина за секунду до столкновения. Был ужасный запах бензина и гари. Абрам ободрал себе весь бок и Мэри пришлось зашивать его раны, когда они добрались до более менее безопасного места. Кровь. Водка. И старый мотель.             31 декабря 1999 года.       Звук от проезжающих мимо машин не давал уснуть. Абрам открыл глаза. На часах было 11:58 ночи. Время будто остановилось, давая возможность вспомнить все пережитые моменты в этом году.       За то время они пережили несколько столкновений с людьми Мясника, побывали в 3 странах, выучили по меньшей мере 2 языка и ни разу не чувствовали себя в полной безопасности. Сколько лет им ещё бежать?        1 января 2000 года.                         12:00 —С Новым годом, —безрадостно произнесла Мэри. Для неё ничего не значил ни Новый год, ни Рождество. Это были лишь даты в календаре, которые почему-то превратились в международные праздники. Праздники делали людей счастливыми, беззаботными, полными решимости изменить в своей жизни всё. В конечном итоге, весь энтузиазм пропадает на следующий день, и люди ждут очередного празднования.

***

      Пустота, ничего не радует его. Жизнь—сплошное выживание. Одежда была серой с потёртостями, чтобы не выделяться на общем плане. Никто не заметит маленькое серое пятнышко, не запомнит.       Несколько дней Мэри и Абрам провели в дороге, останавливались только на заправках и старых парковках, чтобы Мэри смогла поспать. Абрам был слишком мал для вождения машины, но мать рассказала ему о самых важных правилах.       После Кале Абрам не ходил в школу. Мэри слишком боялась рисковать и обучала его сама. Абрам всю жизнь провёл взаперти, не ходя в школу, так что привыкать к «домашнему» обучению не было для него непосильной задачей. К тому же тяжело было учиться в школе, когда на тебя пялятся.       Большенство городов, в которых они останавливались, были прибережными. В столицах они обычно не задерживались, слишком много людей, притом и жутко общительных.       На кануне Пасхи Мэри и Абрам добрались до Харлем. Все домики были украшены цветами и разноцветными яйцами. Мэри нашла парковочное место, и вместе с сыном отправились в магазин.       Кроме человека за стойкой и покупателя никого не было.Странно учитывая факт, что на пасхальные праздники магазины не работали, и жителям нужно было закупаться на несколько дней вперёд, чтобы не умереть от голода. Мэри набрала продуктов в путь и уже подходила к кассе, когда продавец начал говорить ей что-то на нидерландском. Видимо, приняв её и сына за голландцев. Абрам непонимающе посмотрел на свою мать, так как они не знали этого языка. Мэри постаралась как можно вежливее заткнуть кассира, удалось ей это только с третьей попытки. Она сделала глубокий вдох и выдохнула. —Извините, я не местная, — сказала она на чистом французском, — можно говорить на другом языке? —Мэри была очень учтива, несмотря на явное раздражение. Абрам никогда не мог похвастаться такой сдержанностью. —О, да, прошу прощения, —продавец тут же перешёл на тот же язык,—это всё? —спросил он, когда Мэри передала ему деньги и, получив утвердительный ответ, сложил продукты в пакет. —Vroilijk Pasen!—На прощание с улыбкой сказал продавец, но когда ни Абрам, Мэри не обернулись, лишь пожал плечами.              Следующие несколько часов Мэри делилась с Абрамом историей их новых личностей. После того случая во Франции она стала более подозрительной к торговцам новых документов. На этот раз Абрам получил имя Сэм. Во время их поездки Мэри объясняла как открывать замки с помощью её отмычек. По описанию действий Абрам понял, что это очень легко повторить.       Долгая, нескончаемая дорога до Германии. Абрам хорошо знал грамматику немецкого и даже мог составлять несложные предложения, поддерживая светский разговор.       В какой-то момент ему захотелось взглянуть в зеркало заднего вида и проверить корни волос. Тщательно осмотрев свою голову, он не увидел ни одного светлого волоса и с облегчением облокотился на окно.«Кажется, я становлюсь таким же параноиком, как мама»—он усмехнулся собственной мысли и тут же стёр ухмылку со своего лица, когда заметил подозрительно знакомое лицо в проезжающей мимо серой машине. «Да, я точно становлюсь параноиком»—сказал себе Абрам. Он не хотел верить в то, что их-таки нашли. Ну не мог же этот человек работать на Мясника. Водитель был азиатской внешности. У него были узкие глаза и зализанные назад черные волосы.Абрам мог разглядеть это даже через затемнённое стекло.       Решив не зацикливаться на такой мелочи, Абрам решил вздремнуть. Он проснулся, когда Мэри остановилась у небольшого мотеля. Приветливый администратор подал им ключи от 4 номера. Не разбирая вещи, Абрам улёгся на свою сторону кровати.       Наутро он не увидел рядом своей матери. Абрам понятия не имел где она. Возможно, она пошла разведать обстановку. С этими мыслями он отодвинул занавеску и увидел знакомое серое авто. Из-за напряжения его пульс явно участился. «Нет, не может же случиться такого совпадения? Или это всё-таки совпадение?» Абрам не мог отделаться от мысли что что-то не так. И он решил дождаться мамы, чтобы сообщить о своих опасениях. Дверь отворилась, Мэри зашла внутрь. Она часто дышала, будто запыхалась после долгого бега. —Мам, мне надо тебе кое-что сказ…— не успел он договорить, а Мэри уже закрыла дверь в ванную. Нахмурившись, Абрам снова посмотрел в окно. Машины нет. Странно…       Дальше ничего непонятного не происходило, поэтому Абрам и вовсе забыл об этом.       Через время дверь кто-то постучал: —Обслуживание номеров,—произнёс женский голос. Почему-то он дрожал. —Нет,—быстро ответила Мэри,—нам ничего не нужно.       Щелчок и дверь отворилась. —Какого черта!