Древние

  Ищущий, да не видящий...   Проснись!      ***      Пока ещё совсем слабая — она шла в окружении двух дюжин мужчин к своему Возвышению: ещё несколько месяцев назад та-что-пришла-из-большого-мира смотрела на полураздетых и вымазанных синей и белой красками аборигенов, и чью речь она не могла понять, как на дикарей, а сейчас же сама возглавляла шествие. Ещё совсем недавно она упиралась и сопротивлялась многочисленным попыткам жрецов прикоснуться к её телу, чтобы исцелить раны полученные после страшной автомобильной аварии, что произошла с ней в тропических лесах; ещё совсем недавно она стеснялась покидать свою хижину по нужде, ведь в качестве одежды на ней были лишь жалкие пальмовые листья! Но сейчас она гордо-и-неспешно вела за собой всё Племя будучи совершенно обнажённой: тело от пят до головы было раскрашено многочисленными узорами — на протяжении нескольких часов по её телу скользили прохладные влажные кисти, укрывая всё тело, каждую ямочку-каждую щёлочку тонким слоем белой краской, а позже ещё и рисуя странные синие, чёрные и красные узоры поверх; на её шее, запястьях и щиколотках покоились гремящие браслеты выполненные из необработанного зеленоватого камня, который по чистой случайности являлся и её именем из прошлой жизни, однако никто в племени этой детали не знал: ни она, ни жрецы не понимали языка друг друга. Однако помимо краски и нескольких украшений на её теле не было совершенно ничего, и её это нисколько не смущало.   Они приближались к пещере, что скрывалась за водопадом, но не за тем большим, что привлекал к себе взгляды исполинскими размерами, а к крошечному и незаметному, что прятался в тенях покосившейся пальмы. Один из жрецов поспешно обежал шедшую-впереди преградив ей путь: она его знала — именно он красил ей тело, и даже несколько раз падал перед ней на колени слизывая с земляного пола хижины упавшие капли драгоценной краски, чтобы та не пропала зря; сейчас Га'ахад стоял перед ней и нависая над ней — ввиду своего роста и комплекции — но покорно поклонился, а их головы оказались почти на одном уровне. Он вытянув вперёд руки предлагая единственную часть одежды, которая потребуется ей в предстоящем Путешествии.      То была женская маска: возможно из металла, но скорей всего из совершенно иного материала. Абсолютно гладкая, без единого шва или заусенца она заставляла задуматься о литье в формах, однако было совершенно очевидно, что подобный предмет существовал лишь в одном экземпляре. Белоснежная маска сильно контрастировала с палитрой тропических джунглей и с руками Га'ахада. Но не с Её руками — выкрашенными и уже неспешно тянувшимися вперёд, дабы можно было совершить необходимый обмен.   Поднеся маску поближе к лицу Она пару мгновений всматривалась в неё словно в зеркало и как будто привыкая к облику, после чего перевернула и держа одной широко раскрытой ладонью — левой — подняла её повыше, окунувшись в неё. Всё лицо от края до края в тот же миг почувствовало прохладную и липкую поверхность: лоб, переносица и сам нос, щёки и части скул — всё лицо, за исключением непосредственно рта и глаз.   Внизу округлой маски был вырезан фрагмент напоминающий своей формой створки врат: если провести от уголков рта две прямые линии устремив их прямо к центру земли, тогда эти линии станут проёмом, а губы — аркой; для глаз были выполнены аккуратные, невероятно точные-и-подходящие по форме прорези, из которых по белоснежной маске вечно текли кровавые слёзы.   Девушка убрала руку от маски, которая отныне будет её лицом до самого конца, и повернулась спиной к водопаду: почти пол сотни глаз смотрели прямо на неё, и никто не произносил ни слова, никто не двигался, никто не улыбался. От толпы отделился один из жрецов: высокий и худой он шёл неспешной походкой вперёд и в руках его были два выполненные из всё того же грязно-зеленоватого камня ничем ни примечательные и скудные на детали-и-узоры ножа. Он встал перед раздетой девушкой-в-маске, вытянул вперёд руки с зажатыми в кулаках Зубьями: болезненно тонкие и худые они уверенно поднимались всё выше и выше, а оказавшись на уровни Её грудей разошлись в стороны...      Удар был стремительным и точным, а по джунглях в тот же миг разнёсся истошных крик ужаса переходящий в бесконечную агонию.      Девушка валялась на земли скрючившись, вопя и извиваясь от боли; белоснежная маска была залита кровью, как того и требовалось. Несколько человек подошли к орущей, помогли ей подняться. Не обращая внимания на крик и плач, один человек вытирал с голого женского тела кровь, тогда как другой залепливал тёмной смолистой субстанцией щели на маске, и спустя пару минут девушку отпустили — та тут же рухнула на землю, пытаясь свернуться и спрятаться от боли. Крик не утихал.   Вскоре её вновь подняли — она лишь тихо всхлипывала и как и всегда ничуть не сопротивлялась — и вновь принялись замазывать принесённой в аналогичной глиняной посуде массой глазные щели, только на этот раз уже белой, а не тёмной.      Наконец девушка поднялась: с окровавленным лицом не знающим ни страха, ни жалости, ни сожаления, ни раскаяния и с никогда не закрывающимися глазами — такой, какой она должна была быть. Такой, какой ей предстоять стать; и наконец, взяв её под руки с двух сторон, повели направляя-и-помогая прямо к водопаду, заводя человеческую самку в самые глубины пещерного лабиринта, что развернулся под островом на многие и многие мили вокруг.      ***      Она вдруг очнулась словно после глубокого сна. Вокруг стояла кромешная тьма: Она не знала ни время, ни место где она находится, ни куда ей двигаться дальше; в памяти сохранились фрагменты множества прошлых событий, но все они казались из далёкой-далёкой эпохи и потому не волновали её в этот момент. У неё была конкретная задача — Путь, если угодно — но в текущем состоянии она не могла следовать ему: только не сейчас, когда она так слаба. Как же ей сейчас хочется просто лечь и уснуть Вечным сном: убежать от всего, сбросить с себя возложенную на Её плечи задачу — ту невыносимо тяжёлую ношу...   Голод. Она испытывает невероятный голод — такое с ней происходит крайне редко, но сейчас он силён как никогда. Вот только что ей делать? Она не может его утолить самостоятельно, но и двигаться вперёд не насытившись как следует она не в состоянии — она слишком долго спала, слишком устала, стала слепой подобно...      - Проснись же, Великая Ха'алла! Нам вновь требуется Наблюдатель, и смертная самка зашла в твои чертоги, дабы утолить твой голод! Вернись же на свой пост! Откликнись же на зов Той-Что-Из-Плоти, и помоги ей найти тебя, ведь подобно тебе она блуждает во Тьме! Она-.. Я готова!      … низшей, что в эту секунду шла Ей на встречу.