Картины словами

     Она не слышит звука собственных шагов, легко и мягко ступая по полу носочками, но не пятками, удерживая последние всего в паре сантиметром над ним, однако широкий и просторный коридор предательски выдает легко различимый в тишине звук голых ступней, что слегка прилипают к прохладной поверхности при каждом неспешном и осторожном шаге — лишь на мгновение, не более; только благодаря эху в холле можно услышать этот звук. Но вот Она поворачивает в соседних коридор, словно прячась от эха, и наступает полная тишина.   …   Но длится покой на удивление совсем не долго: без сомнения, нарушитель спокойствия работает не один, а в паре, и хотя они оба пытались оставаться незаметными как можно дольше, тихий скрип они всё же издали, чем и выдали себя; замерли на несколько секунд, вновь скрипнули, а затем притаились, замолкнув на продолжительно время. Тем не менее, скрип двух братьев — известных под кличкой ”Петли” — был не самым громким и запоминающимся звуком, что произойдёт в следующие пол часа или час.      Зайдя в ванную, Она немного пошуршала тонкой тканью спортивных штанов, приспустив их, и поочередно приподняв каждую ножку — начиная с левой, — сбросила мешающий элемент одежды вниз, попутно прикрыв зеркальную поверхность пола, в которой можно было заметить отсутствие трусиков. Стоя на спортивках и перебирая пальчиками ног приятную плащёвую ткань, Она подняла руки вверх и поспешно стянула с себя футболку, ухватившись за её край крест-на-крест: вывернутая наизнанку белая ткань стремительно отправился куда-то в угол. Разумеется, позже её найдут, достанут, вывер... но это будет потом!   Воспользовавшись моментом — пока руки всё ещё были подняты — Она затяжно потянулась, разминая шею и расправляя плечи, и сильно выгибая спину: руки сами собой согнулись в локтях, кисти легли на шею, а длинные — словно у пианистки — пальцы невольно зарылись-и-спрятались в распущенных волосах, что уже приятно щекотали обнажённую спину, а уже через секунду-другую их подняли и распотрошили по воздух; руки выпрямились во всю длину и разошлись широко в стороны, а груди слегка приподнялись.. А затем ещё немного выше — на этот раз Она тянулась вверх-и-вперёд уже специально, стараясь выгнуться как можно сильнее, наслаждаясь приятным моментом от ощущения того, как растягиваются-и-напрягаются те или иные мышцы.   Прикрыв глаза, девушка опустила руки вниз, положив их себе прямо на грудь, и, бесцеремонно обхватив широко раскрытыми ладонями и слегка надавив пальцами, сжала своих любимец. Средние же пальчики инстинктивно потянулись к соскам, и на следующие пол минуты вновь наступила тишина.   …   Внезапно, без всякого предупреждения, послышался шум чего-то падающего! Резкий и громкий, и на удивление отнюдь не короткий, а продолжительный: что-то тяжёлое падало, билось и разбивалось — вновь и вновь, явно не собираясь останавливаться! Однако девушка быстро выравняла напор и шум стал заметно тише и размереннее.   Некоторое время вода продолжала биться о деревяшки, а Она всё стояла в стороне и терпеливо ждала, не забывая при этом неспешно поглаживать и мять левую грудь, попутно окунув правую ладонь под струю — проверяла температуру. Наконец, девушка удовлетворённо улыбнулась и шагнула вперёд, тут же прикрыв глаза и подставил лицо мощному потоку.   …   На следующие несколько минут Она словно выпала из реальности, окунувшись в какофонию журчаще-льющихся звуков, вычленить которые по одиночке становилось всё труднее из-за непрерывно бьющих в её лоб-веки-и-нос, в щёки-губы-и-подборок множества тоненький струек, что ни на секунду не позволяли забыть о них: девушке было больно, но в то же время и приятно чувствовать подобное давление на столь ранимых и нежных участках тела; Она пыталась вслушиваться в мелодию воды, но лицо щипало, чесалось и горело от будоражащего горячего потока!   Не выдержав и сдавшись, она запрокинула голову сильнее назад, подставив под струи шею и ключицы, дабы дать лицу несколько секунд передышки, а руки уже привычным жестом поднялись вверх: ладони Она положила на плечи-и-шею, а локти прижала к туловищу, да так и застыла.   …   Минута шла за минутой, а девушка стояла аки статуя: обнажённая и такая уязвимая, недвижная и незрячая — даже не смотря на сильный ливень она покорно замерла, принимая происходящее как должное. То, что ещё совсем недавно представляло собой лишь какофонию не то водных, не то глухих металлических звуков, теперь же обрело смысл и порядок, став полноценной мелодией: девушка вслушивалась в эти звуки, одновременно позволяя воде ласкать её тело. Она невольно покачивалась вперёд-назад, подставляя под напор то лицо, то шею; то спину и плечи, то на секунду поднимая руки и подставляя подмышки и бока — но тут же поспешно закрывалась.   И всё это время она провела с закрытыми глазами. Лишь пару раз — всего пару раз! — она позволила себе кратко взглянуть вниз, на множество падающих словно из её собственных глаз капелек: такие аккуратные и хрупкие, она стремительно падали вниз, успевая за короткие мгновения своей жизни отразить в себе Целый Мир! Большинство из них падали в бездну, навечно становясь единым целым с множеством других капель. Другим же повезло немного больше — тем, кто по пути встретил неожиданное препятствие, что ненадолго уберегло их от падения: благодарные за такое чудо, капельки неспешно стекали по женскому телу, стараясь задержаться на нём как можно дольше.   …   Дышать становилось труднее — тут было жарко; губы слегка разошлись, отлипнув друг от друга, а из приоткрытого рта вырвался резкий стон: вода была СЛИШКОМ горячей... однако Она не шевелилась и терпела.   Очередной резкий выдох. И ещё один: она терпела-и-пережидала, прекрасно осознавая, что скоро её тело — её организм — привыкнет и к этой температуре тоже, а потом уже можно будет...      Локти девушки плотнее прижались к тощим бокам, слово пытаясь укрыть их стесняющуюся обладательницу от чужих взглядов — хотя кто мог оказаться в этом Святилище?.. — а после сдвинулись друг к другу на встречу, на что незамедлительно отреагировали и груди, желающие повторить то же самое.   Левая рука неспешно скользнула по мокрому возбуждённому телу, по пути зацепив правый — уже вставший — сосочек, опускаясь всё ниже. Пальчики нырнули в ямочку, задержавшись в районе живота на несколько мгновений, а затем поспешили ещё ниже, прямиком к желаемому; раздался тихий вздох, который мигом потонул в водной симфонии.   Правая рука тем временем легла на грудь: ладонь сжалась в кулак, а ноготки среднего и безымянного пальчиков с силой вдавились в кожу под большим пальцем, до боли впившись в сосок и прижав его к ладони; те же самые пальчики, но уже на левой руке, в этот самый момент скользнули по несколько выпирающему участку кожи и тонкой полосочке мокрых волосиков, и наконец нырнули вовнутрь!      Чарующая мелодия воды для Неё внезапно куда-то исчезла, словно и вовсе перестала иметь какое-то значение и просто существовать; девушка пошатнулась и тут же облокотилась — почти упала, — прижавшись спиной к стене, и... И это хороший момент для того, чтобы оставить её (наконец-то...) наедине с самой собой — пока Она ещё в состоянии удерживать равновесие на уже потихоньку подгибающихся ногах, — взглянув тем временем на какую-нибудь другую картину...