Ох уж этот балет!

Фелис проснулась из-за солнца, которое беспощадно лезло своими лучами в её личико. Одетты рядом не было, но Фелис не удивилась. Ведь надо готовить завтрак. И тут девочка поняла, что Одетта сама пошла готовить завтрак и даже не разбудила её, чтобы дать ей ещё поспать. Она вскочила с лежанки и покачнулась. Все знают, что вставать надо медленно, не спеша.Но Фелис было не до этого и окончательно проснувшись, она наскоро оделась. Далее прошла за поворот стены, который вёл на кухню. — Доброе утро. Как спала? — спросила Одетта. — Я вот около часа слышала невнятное бормотание. — Ох… Просто кое что приснилось… — И что же? — Понимаешь, тебе никогда не приходилось видеть во сне то, что потом сбывалось? — Если так, то я не помню. — Мне приснилась девочка из приюта, которая выздоровела, как по волшебству. Хотя до этого никак не выздоравливала и всё становилось только хуже. Одетта посмотрела на неё с сочувствием. — Но почему ты так думаешь? — Просто, когда я уехала из приюта, она пошла на поправку. Фелис не стала долго об этом вспоминать и решила всё же помочь с приготовлением завтрака. Вскоре они уже входили через главный вход Оперы. Вдруг Одетта случайно задела плечо незнакомца, но взглянув на него поняла, что это Мерант. Их глаза встретились. Всё в этом мире замерло, они смотрели друг на друга, как будто не виделись много лет. Но в какой-то мере это так и было. Не общаться столько лет. У Одетты появился румянец, и она отвернулась. Фелис это увидела, но не стала обращать на это внимание Одетты, ведь она всё же узнала какие у них с Мерантом отношения. Одетта провела рукой по макушке девочки и прошла за кулисы, чтобы оценить объём работы. Когда же она вернулась, Фелис, потирая глаза и потягиваясь, подбирала из ведра тряпку. Рыжик думала о Ле О. Какое же у неё будет мнение о её появлении? Солнце светило через продолговатые окна и оставляло светлые полоски на лестнице. В свете солнца кружилась пыль, оседала на перила, селилась на ступеньках, ложилась бахромой на картины. Тоска. Как жаль, что больше нельзя будет пробежать по коридору, на ходу завязывая пуанты. Вбежать в класс чуть-ли не самой последней. Встать в первую позицию, проводить взглядом ученицу, закончившую свой путь к выступлению. Даже возможность получить строгую поправку тростью Меранта уже не была для Фелис столь неприятной, как раньше она её ощущала. Девочка вздохнула. Жаль, что этого больше не будет. Одетта присела рядом с ней и сказала — не грусти, ещё не вся жизнь прошла, возможно, всё ещё будет. Тебе надо разобраться кто есть ты. У тебя всё получится, я это знаю. Фелис задумалась — как это? Ведь я — это я. — Вот и подумай. Одетта улыбнулась и взъерошила ей волосы. Они убирались до полудня и очень устали. Но если точнее, то устала Фелис. Одетта попросила рыжика убраться на сцене. Девочка побежала по ступенькам и очутилась на сцене Оперы. Как же её восхищало это прекрасное место. Эти кулисы, зал, в котором было негде яблоку упасть от огромного количества зрителей, пришедших смотреть выступление. Она взяла тряпочку и начала усердно протирать пыль. Потом взяла метлу и начала подметать, делая разные движения больше похожие на танец, чем просто ходьбу и повороты. — Что ты здесь делаешь, крыса?! — Это прокричала Камилла. — Я тебе чем-то мешаю? — невозмутимо проговорила Фелис, повернувшись к ней спиной и продолжая спокойно подметать пол. — Тыыы… Да я сейчас скажу всё сторожу и моей матери, они то тебя живо отсюда вышвырнут, крыса! — Камиллу Ле О чудовищно разозлило спокойствие Фелис. Ей до зарезу хотелось чем нибудь причинить ей вред. — Эй ты, Ле Бра, что это у тебя в кармане торчит?! Эта бесполезная побрекушка. Ах, я думала, что уничтожила её навсегда… Ну ничего, значит я недостаточно сильно швырнула её!!! А НУ ДАЙ СЮДА!!! Фелис быстро увернулась от Камиллы, набросившуюся на неё со спины. В итоге Камилла поцарапала её плечо браслетом и приземлилась на колени. Фелис сморщилась от боли, но продолжила невозмутимо подметать пол, отойдя от кипящей обидчицы. Огонёк посмотрела на рану. Та кровоточила, но была не слишком сильной. На рукаве появилась не такая уж и маленькая красная клякса. — Кого в обманываешь, крыса? Ты никто, ясно? никто-о. Фелис спокойно повернулась — у меня есть имя, и, будь так добра, называй меня по имени. Блондинку пуще прежнего охватила злоба. Она погналась за Рыжеволосой. Та не могла быстро бежать, потому что боль в руке сильно дизарентировала. — Камилла Ле О, хватит! Сколько можно?! Тебе не надоело грубить?! (С гневом)Что я тебе такого сделала!??? Фелис остановилась держась за рану. — Значит это решит битва. И она начала танцевать, когда танец начался, боль сразу отошла, уступив место удовольствию. Так они, танцуя, выбежали в главный зал. Там была Одетта. Увидев руку Фелис, она испугалась. Девочки подбежали к лестнице на носочках и… Прыжок. Нет-нет, прыжок Фелис (Камилла остановилась в миллиметре от первой ступени). Полёт; приземление. Одетта пошла к рыжику, как можно быстрее. Фелис замерла в позе приземления и просто смотрела на Камиллу. — Тебя что-то заставляет быть такой… Или… кто-то. Она подумала и прибавила — Твоя мать… ни правда ли? У Камиллы на глазах появились слёзы — Да… прости, пожалуйста: что поранила, что обзывала, кричала на тебя!.. прости (шёпотом). Фелис опять закрыла рану рукой и, вздохнув сказала — ничего, я уже всё поняла, не переживай так сильно. — Ещё раз прости, Ф-Фелис. На это рыжик резко подняла голову и уставилась на Камиллу, словно она назвала Меранта дураком прямо ему в лицо. К тому же она внезапно услышала обеспокоенное " Фелис?! " Она обернулась. Одетта наконец к ней подошла. — Нет-нет, всё в порядке… почти в порядке. — Что произошло?! — Эмм… как бы так объяснить. Может ты мне поможешь, Камилла (с лёгкой обидой). А её и след простыл… Фелис уже начала было оправдываться, но оказалась в тёплых объятиях. Нуу, у нас произошло небольшое побоище, которое начала Камилла, Ай! Наконец, она почувствовала всю боль после танца. — Пойдем, тебе надо перевязать царапину. — Пошли (на выдохе, сдавленно). Когда они пришли домой, Одетта быстрым шагом куда-то направилась. Фелис облокотилась на стену и стала смотреть в окно. Опять поморщилась и испугалась: что же может с ней сделать Ле О? Она быстро посмотрела на рану и зашипела от боли. Она подняла голову и стала думать о том, что Камилла впервые после их встречи обратилась к ней по имени. Думая об этом, она стала накручивать на палец рыжую прядку. Потом начала ходить по комнате и невольно засмеялась. Сейчас, как ей показалась, она напоминала голубя, который ходил туда-сюда по мостовой. Вернулась Одетта и сказала — Фелис, сядь пожалуйста, скоро всё будет в порядке.